Сердце мясника

     Нью-Йорк — город, уходящий шпилями в низкое небо, город выхлопных газов, железа и въедливого смога. Чейз уже не первый час вжимался взглядом в отчёты за прошлый квартал. Последние пять дней его существование сводилось лишь к работе: бумаги, цифры, доклады. Чейз — глава мафии. Чиновники, политические тяжеловесы, сам президент — все были у него на короткой связи. Его семья Миллер — не просто авторитетный клан, контролирующий город железной хваткой. Уже почти четыре века они владеют этой землёй, и всё, что здесь происходит, они узнают первыми. Все вокруг сказали бы, что Чейз родился с золотой ложкой в руках, но это совсем не так. Всю эту власть он заработал у своего отца своими силами. Его отец был человеком железной воли — суровый, несгибаемый, он держал город в страхе жестче, чем кто-либо из предков. Никто до него не внушал Нью-Йорку такого ледяного ужаса. И такого же преемника он хотел в будущем. Из всех троих сыновей только Чейз смог доказать отцу, что он достоин занять его место. Старший сын, Кассиан, был полицейским. Он очень много работал, разгадывал разные и страшные убийства. Но Кассиан не был просто полицейским или детективом — он стоял во главе целых отделов. Средний, Чейз, в свои двадцать три принял бразды правления империей и правил ею лучше многих, кто мог бы оказаться на его месте. Несмотря на все сложности, он старался делать всё как лучше. А младший, Эван, он не стал никому ничего доказывать. Ещё в самом начале отрезал: не желаю связываться с этим дерьмом. Отучился в медицинском университете и по блату отца, без лишних вопросов — сразу засел в чиновничьем кресле. Но он не любил это дело, поэтому он начал работать в больнице, где спасал людям жизни. Несмотря на влияние отца, Эван решил работать как обычный медбрат и просто наслаждался жизнью, и он точно любил свою работу.
    Так братья и росли. Кассиан, будучи самым старшим, насмотрелся на многое слишком рано: мёртвые тела, кровь, непроглядное дерьмо — всего этого для маленького ребёнка было через край. Когда Розали родила Чейза, Кассиану едва исполнилось пять, но он уже взял на себя ответственность за младшего, поклявшись оберегать его. Их отец Дэвид был жесток даже с собственной женой и сыновьями. Ради Чейза старший брат принимал на себя каждый удар, каждую вину, чтобы младший не познал отцовских рук. Чейзу было шесть, когда он понял: Кассиан страдает в одиночку, принимая побои только на себя. И в следующий раз, когда он сам провинился, Чейз взял ответственность на себя, чтобы хоть как-то прикрыть брата от этой суровой, беспощадной хватки. И именно в тот миг, когда он это осознал, родился Эван. И двое старших братьев оба встали стеной вокруг самого младшего.
    Чейзу было девять, когда старший брат начал пропадать с отцом. Тогда он оставался с Эваном и матерью — одни в доме. Казалось бы, можно выдохнуть. Но мальчишки совсем не понимали: почему Розали, вместо того чтобы успокоиться, впадала в панику и тревожилась ещё сильнее? Ведь они как раз могли перевести дух. Так и рос Чейз. И когда ему самому исполнилось четырнадцать, он понял всё. Тогда же он поклялся себе: если у него когда-нибудь родятся дети, он не будет таким жестоким, как их собственный отец. Но он понимал, что это их семейные традиции, и всем придется проходить через это.
    Чейз сидел в кабинете, уткнувшись в работу. На экране телефона мигали сообщения от жены, Елены. Ему было всё равно, что она писала или звонила. Их поженили, когда Чейзу исполнилось двадцать пять — в то время он работал ещё на отца, а Лена училась в самом престижном университете Нью-Йорка. Она была младше на три года. О Елене говорили как о женщине великолепной: высокая, длинные стройные ноги, талия — точёные песочные часы, каштановые волосы, которые доходили до её поясницы. Но ещё она была не только красивой, но и ум отточенный: круглые пятёрки, начитанность, изучение нескольких языков, хороший вкус, стиль и много других интересов. Её отец приходился другом Дэвиду, и те двое решили дело, постановив, что Чейза и Елену нужно поженить. С детства Чейз считал, что все мужчины относятся к своим женам как его отец, поэтому он так жестоко относился к Лене. Постоянный контроль, ссоры, скандалы, холод, иногда мог дать пощёчину. Так и пролетели три года их совместной жизни. За эти три года здоровье Дэвида ухудшилось, и в свои двадцать семь лет он возглавил всю эту империю. После чего получил прозвище «Мясник». Чейз хорошо общался с братьями, до сих пор старшие прикрывали младшего брата, империя процветала, а в его собственном особняке витала мёртвая тишина. Слуги, работающие на Чейза, молча и эффективно выполняли свои обязанности, а Елена проводила всё время с их общим сыном. Люк. Первенец мясника, его сын, кровь и плоть.
— Изабелла, принесите тёплое молоко для Люка, — раздался голос Лены в детской комнате. И женщина около тридцати лет направилась вниз за молоком. Вернувшись, женщина отдала бутылочку с молоком Лене, державшей на руках восьмимесячного малыша, и та начала кормить его.
— Миссис Миллер, ваш муж приказал передать вам, что дома будет поздно. Тогда отменить ужин или всё равно всё подготовить? — спросила служанка, глядя на кормящую женщину.
— Опять, — вздохнула Лена, услышав, что Чейза снова не будет дома. — Тогда ничего не надо готовить, нет аппетита, — ответила она, смотря на улицу, где лил очень сильный дождь.
Когда Чейз возглавил семейную империю, это был не только престиж, богатство, авторитет, но и очень много ответственности, работы, усилий и контроля. Лена понимала это. Несмотря на то, что он относился к ней так плохо, она думала, что когда-нибудь сердце этого человека растает перед ней.