До рассвета

Минхо не планировал приходить в семь утра. Это была спонтанная идея - купить два стакана кофе, пройтись до его дома и посмотреть на лицо, когда он увидит его на пороге.

Джисон открыл дверь в толстовке с капюшоном, надвинутым до самых бровей. Щурился так, будто Минхо светил ему фонариком в глаза, хотя на улице только начинало светать.

- Спасибо, - сказал он, забирая стакан, - но давай в следующий раз позже, ладно?

Дверь захлопнулась быстрее, чем Минхо успел ответить.

Он тогда подумал: «Странный. Ну, не утренний человек». И ушёл.

Но через неделю заметил, что Джисон никогда не ест в столовой, только водит вилкой по тарелке. Через месяц - что его пальцы всегда холодные, даже в жару. Через два - что он не отражается в некоторых зеркалах? Нет, это было слишком, но однажды, в туалете, Минхо случайно посмотрел в зеркало, пока Джисон мыл руки, и на секунду ему показалось, что отражение Джисона чуть запаздывает за движением.

Он списал на усталость.

Поворотным моментом стал вечер в летнем лагере. Они сидели в палатке, Минхо не мог уснуть, и в темноте увидел, как Джисон ест печенье при свете фонарика. Он спросил, зачем свет, если темнота не мешает. Джисон ответил: «Так лучше». Но Минхо заметил, что глаза Джисона в темноте странно блестели - не как у человека, а как у кошки, поймавшей луч.

Он тогда не сказал ничего.

Но начал запоминать. Каждую мелочь. Каждый раз, когда Джисон не пил горячее. Когда порез исчез за одну перемену. Когда он стоял на крыше соседнего дома, хотя лестница туда была закрыта.

Минхо не спал три ночи, перебирая в голове всё, что знал о мифах, вампирах, легендах. Он читал статьи в интернете, смотрел фильмы, сравнивал.

И однажды, в дождливый вечер октября, когда Джисон сидел рядом на крыше школы и смотрел на закат с той странной тоской, Минхо вдруг понял.

Не потому что была какая-то одна улика. Просто все детали сложились в картинку, которая была слишком чёткой, чтобы её игнорировать.

«Джисон - вампир».

Он не испугался. Не отшатнулся. Просто посмотрел на друга - на его бледный профиль, на холодную руку, лежащую на бетонном парапете, - и подумал: «Ну и что? Он всё равно мой друг».

С того дня Минхо перестал искать доказательства. Он просто принял это. И решил ждать - столько, сколько понадобится, - пока Джисон сам не захочет рассказать.

Он ждал три года.

И ни разу не пожалел.