Единственная

Ближе к пяти часам Таня пришла в салон. Она остановилась у стойки ресепшена, терпеливо ожидая, пока Алена закончит приводить в порядок своё рабочее место. В салоне уже стало непривычно тихо: последние клиенты разошлись, и лишь негромкая музыка из радиоприёмника заполняла помещение.

Через десять минут Алена закончила уборку, сняла рабочий фартук и подошла к подруге.

— Всё, идём!

С улыбкой она взяла дублёнку и начала одеваться прямо у выхода.

Через несколько минут девушки уже шли по улице. Вечер постепенно вступал в свои права. Воздух был холодным, и Алена спрятала руки в карманы дублёнки, стараясь хоть немного согреть пальцы.

Таня некоторое время молчала, но вскоре всё-таки решилась спросить:

— А Вити точно дома не будет?

Алена повернула голову к подруге и усмехнулась.

— Даже если будет, что такого?

— Не знаю... Мне просто как-то неудобно. Это всё-таки его квартира.

Алена рассмеялась.

— Тань, ну он ничего не скажет, даже если дома окажется.

— Ну, тебе виднее.

— Вот и не переживай.

Разговор на этом закончился. Девушки продолжили идти, время от времени перебрасываясь какими-то мелочами.

Минут через двадцать они подошли к дому Вити. Таня остановилась у подъезда и невольно подняла голову, разглядывая высокие многоэтажки вокруг.

— Ну ничего себе... Вот это район, конечно. Тут, наверное, одни богатые живут.

Алена лишь улыбнулась.

— Пойдём, замёрзнем сейчас.

Они вошли в подъезд и поднялись на нужный этаж. Алена достала связку ключей, быстро открыла дверь и первой вошла в квартиру.

— Вить, ты дома?

В ответ — тишина.

Алена прислушалась, затем пожала плечами и посмотрела на подругу.

— Говорю же, нет его дома.

Таня осторожно вошла следом и сняла верхнюю одежду. Оглядев просторную квартиру, она присвистнула.

— Ну ничего себе... Хоромы, блин.

Алена рассмеялась.

— Обычная квартира.

— Обычная? Ален, ты вообще видела, где живёшь?

— Видела.

— Ну тогда я молчу.

Таня ещё раз огляделась, после чего с любопытством посмотрела на подругу.

— А твоя комната где?

Алена сняла дублёнку и повесила её на вешалку.

— Вот эта — Вити.

Она указала на дверь спальни Пчелкина, а затем прошла дальше по коридору.

— А моя вот здесь.

Открыв дверь, Алена пропустила Таню внутрь.

Комната встретила их аккуратностью. Кровать была застелена, рядом стоял комод, а на тумбочке лежал тот самый белый плюшевый медведь, которого Витя подарил ей накануне.

Таня сразу заметила игрушку.

— Ой... Это он тебе подарил?

Алена посмотрела на медведя и улыбнулась.

— Да.

— Какой милый.

Татьяна подошла ближе и осторожно потрогала его за лапу.

— Ален, я смотрю, Пчелкин совсем тебя разбаловал.

— Да ничего он не сделал.

— Конечно. Медведь, квартира, заботится о тебе... Ничего.

Алена закатила глаза.

— Началось.

Таня засмеялась и села на край кровати.

— Ладно, ладно. Не буду.

Алена присела рядом.

— Я чай поставлю?

— Давай. А потом ты мне всё расскажешь.

— Что именно?

Таня хитро улыбнулась.

— Всё, что произошло за эти дни. Начиная с того момента, как ты стала жить у Пчелкина.

Алена тихо рассмеялась.

— Ты неисправима.

Они вышли из комнаты и направились на кухню, продолжая тихо смеяться. Ни одна из них пока не знала, что вечер окажется гораздо интереснее, чем они предполагали.

Уже через несколько минут на плите негромко засвистел чайник. Алена стояла у кухонной тумбочки, доставая чашки, а Таня сидела за столом, внимательно наблюдая за каждым её движением.

Блондинка поставила на стол две чашки, достала заварку и потянулась за сахарницей.

Таня вдруг улыбнулась.

— Он тебе до сих пор не предложил встречаться?

Алена на мгновение замерла, после чего лишь тихо хмыкнула.

— Нет.

Таня недовольно покачала головой и положила подбородок на сложенные руки.

— Ну и тормоз...

Алена рассмеялась.

— Таня.

— А что Таня? Всё же очевидно. Ты у него живёшь, он тебя от этого психа защищает, подарки покупает, ночами переживает, чтобы с тобой ничего не случилось... А сказать нормально: «Давай встречаться» — не может.

— Может, не хочет просто, — пожала плечами Алена.

Таня сразу подняла голову.

— Ален, ну не говори глупостей.

Она внимательно посмотрела на подругу, а затем чуть тише спросила:

— А честно говоря... ты бы хотела стать его девушкой?

Алена застыла.

Чайник продолжал тихо шуметь за её спиной. Девушка опустила взгляд на чашку в своих руках, словно внезапно нашла в ней что-то очень интересное.

Несколько секунд она молчала.

Потом тихо усмехнулась и, наконец, повернулась к Тане.

— Честно?

— Честно.

Алена вздохнула.

— Хотелось бы.

На лице Тани мгновенно появилась широкая улыбка.

— Я так и знала!

— Тише ты! — Алена тут же шикнула на неё, хотя сама начала смеяться.

— Да что тише? Ты посмотри на себя! Когда про него говоришь — у тебя лицо сразу меняется.

— Ничего у меня не меняется.

— Меняется.

— Таня.

— Алена.

Девушки несколько секунд смотрели друг на друга, после чего одновременно рассмеялись.

Алена сняла чайник с плиты и начала разливать кипяток по чашкам.

— Просто... — неожиданно заговорила она уже серьёзнее. — С ним всё как-то странно получилось.

Таня сразу перестала улыбаться так широко и внимательно посмотрела на неё.

— В каком смысле?

Алена поставила чайник обратно.

— Я ведь сначала вообще его терпеть не могла. Потом этот спор... Я думала, что никогда его не прощу.

— Но простила.

— Простила, — тихо повторила Алена.

Она села напротив подруги и обхватила чашку ладонями.

— А теперь я просто не понимаю, что со мной происходит. Когда его нет рядом — мне почему-то неспокойно. А когда рядом...

— Когда рядом, ты краснеешь от того, что он без футболки ходит? — тут же вставила Таня.

— Таня!

Та громко рассмеялась.

— Ну а что? Сама же рассказывала!

Алена закрыла лицо ладонью, чувствуя, как щёки снова начинают гореть.

— Ты невозможная.

Весь вечер для девушек прошёл удивительно легко и весело. Квартира, в которой обычно царила почти непривычная тишина, словно ожила. Из кухни то и дело доносился смех, девушки обсуждали знакомых, мужчин, последние новости и, конечно же, сплетни.

Таня рассказывала что-то особенно смешное, Алена едва не подавилась чаем от смеха, а потом обе снова начинали хохотать.

Давно стены этой квартиры не слышали настолько искреннего женского смеха.

Время пролетело незаметно.

Ближе к девяти часам вечера в прихожей вдруг щёлкнул замок.

Таня мгновенно замолчала и посмотрела на Алену.

— Это Витя?

Алена прислушалась.

— Вить, это ты?

Ответа не последовало.

Девушка нахмурилась и поднялась со стула.

— Странно...

Она вышла из кухни и направилась в прихожую. Однако стоило ей появиться в коридоре, как всё сразу стало понятно.

На пороге стоял Витя.

В руках он держал слегка помятый букет красных роз, а на лице красовалась такая довольная улыбка, что сомнений почти не осталось.

Он определённо выпил.

Алена медленно оглядела его с ног до головы.

— Ты пьяный, что ли?

Витя попытался сосредоточенно снять ботинок, но получилось это далеко не с первого раза.

— Чуть-чуть, — совершенно серьёзно ответил он.

Алена не выдержала и рассмеялась.

— Чуть-чуть?

— Ну... совсем чуть-чуть.

Он наконец справился с обувью и с довольным видом протянул ей букет.

— Это тебе.

Алена удивлённо посмотрела сначала на цветы, потом на самого Витю.

— Мне?

— А кому ещё?

Она осторожно взяла букет в руки. Розы действительно были немного помяты, несколько лепестков уже осыпались, но от этого подарок почему-то казался ещё более трогательным.

— Спасибо...

В этот момент из кухни выглянула Таня. Увидев Пчелкина, она замерла на секунду, а потом громко рассмеялась.

— Ой, ну всё понятно!

Витя наконец заметил её присутствие.

— А... Таня.

— Она самая.

Таня скрестила руки на груди и с улыбкой посмотрела на букет.

— И какой повод?

Витя ничего не ответил.

Вместо этого он вдруг сделал несколько шагов вперёд и подошёл к Алене.

Девушка даже не успела ничего сказать.

Он крепко обнял её.

Алена от неожиданности замерла, прижав букет к груди.

— Вить...

Таня, наблюдавшая за этой сценой, едва снова не рассмеялась. Всё происходящее выглядело настолько нелепо и одновременно мило, что сохранять серьёзное лицо было просто невозможно.

Витя же, кажется, совершенно забыл о том, что в квартире находится кто-то ещё.

Он крепче прижал Алену к себе и вдруг произнёс:

— Вот ты знаешь, что я тебя люблю?

В прихожей мгновенно стало тихо.

Алена застыла.

Таня перестала улыбаться.

Слова прозвучали слишком неожиданно.

Алена медленно отстранилась, пытаясь заглянуть Вите в глаза.

— Что?

Витя смотрел на неё совершенно серьёзно. Конечно, алкоголь сделал его немного более разговорчивым, чем обычно, но в его взгляде не было ни шутки, ни насмешки.

— Люблю тебя, говорю.

— Ты выпил, — тихо сказала Алена.

— Выпил, — спокойно согласился он. — Но это не значит, что вру.

Таня медленно перевела взгляд с Вити на подругу.

Алена всё ещё стояла, крепко сжимая букет.

— Витя...

— Что Витя?

Он слегка нахмурился, словно действительно не понимал, почему она так удивлена.

— Я серьёзно.

Таня тихонько кашлянула, напоминая о своём существовании.

Пчелкин медленно повернул голову в её сторону.

Несколько секунд он смотрел на неё.

— А ты чего здесь?

Таня не выдержала и громко рассмеялась.

— Спасибо, Вить. Очень приятно.

Алена лишь тяжело вздохнула, пытаясь осторожно высвободиться из объятий Вити. Однако тот отпускать её явно не торопился — наоборот, стоял, довольно улыбаясь, будто происходящее казалось ему совершенно нормальным.

— Тебе спать не пора? — спросила она, наконец взглянув на него.

Витя тут же оживился.

— А ты со мной будешь?

За её спиной Таня не выдержала и рассмеялась ещё громче.

— Ну всё, Ален, — сквозь смех произнесла она. — Я тут точно лишняя.

— Да не выдумывай ты, — вздохнула Алена.

Наконец ей удалось отойти от Пчелкина. Витя тут же прислонился плечом к стене, словно только сейчас вспомнил, что стоит на ногах далеко не так уверенно, как ему казалось несколько минут назад.

Алена положила букет на небольшую тумбочку в прихожей и строго посмотрела на него.

— Иди в свою комнату.

Витя несколько секунд молча смотрел на неё.

А потом совершенно послушно кивнул.

— Есть.

Таня снова прыснула.

— Господи, Пчелкин... Ты сейчас вообще не похож на того человека которого мне Алена описывала.

— Таня! — возмущённо произнесла Алена.

— А что? — улыбнулась та. — Я правду говорю.

Витя медленно повернул голову в сторону Тани.

— Она меня страшным описывала?

Алена тут же поняла, что разговор становится опасным.

— Никого я тебе не описывала. Иди спать.

— Аленка...

— Вить.

Он тяжело вздохнул, словно его отправляли не в собственную спальню, а куда-то на край света.

— Ладно.

Пчелкин оттолкнулся от стены и направился по коридору. Правда, на первом же шаге слегка качнулся.

Алена мгновенно нахмурилась.

— Осторожно!

— Да нормально всё, — уверенно заявил он.

Через секунду он снова задел плечом стену.

Таня закрыла рот рукой, пытаясь не рассмеяться.

— Конечно нормально.

Алена покачала головой и направилась следом.

— Ты куда? — тут же спросила Таня.

— Провожу его до комнаты, а то он сейчас ещё об угол убьётся.

— Ну конечно, — протянула Таня с хитрой улыбкой.

— Таня!

— Всё-всё, молчу.

Алена догнала Витю уже возле двери спальни.

— Дошёл?

Он повернулся к ней и довольно улыбнулся.

— Дошёл.

— Молодец.

— А поцелуй?

Алена замерла.

— Какой ещё поцелуй?

— На ночь.

Он посмотрел на неё таким серьёзным взглядом, что Алена едва удержалась от смеха.

— Ален...

Девушка вздохнула.

— Ложись спать.

Витя несколько секунд молчал, а потом вдруг тихо произнёс:

— Я всё равно завтра тебе скажу.

Алена вопросительно посмотрела на него.

— Что скажешь?

Он усмехнулся.

— Что я тебя люблю.

И, не дожидаясь ответа, вошёл в свою комнату.

Алена осталась стоять в коридоре, совершенно не понимая, что именно ей сейчас чувствовать.

Из гостиной тут же выглянула Таня.

— Ну?

— Что «ну»?

— Алена, он тебе в любви признался!

— Он пьяный.

— И что? — Таня подошла ближе. — Пьяные обычно говорят то, что трезвые сказать боятся.

Алена опустила взгляд.

Слова подруги почему-то заставили сердце забиться быстрее.

— Тань, он просто пьяный и несёт всякую ерунду, — вздохнула Алена, глядя на подругу.

Таня лишь загадочно улыбнулась.

— Ну пусть будет так.

По её лицу было видно: она совершенно не верила словам подруги, но спорить не собиралась.

Несколько минут девушки ещё посидели на кухне. Разговор постепенно затих, чай давно остыл, а квартира снова погрузилась в привычную вечернюю тишину.

Наконец Таня посмотрела на часы и поднялась из-за стола.

— Я, наверное, пойду уже.

Алена сразу подняла на неё взгляд.

— Может, останешься? Уже поздно всё-таки.

Таня тепло улыбнулась.

— Аленка, спасибо, но я лучше домой. Завтра ещё дел полно.

— Ну смотри.

— Ты тут тоже долго не сиди. Иди спать.

— Обязательно, мамочка, — усмехнулась Алена.

— Очень смешно.

Через несколько минут Таня уже стояла в прихожей, надевая верхнюю одежду. Алена проводила её до двери.

Перед уходом брюнетка вдруг крепко обняла подругу.

Алена прижалась к ней в ответ, чувствуя, как Таня привычно погладила её по длинным светлым волосам.

— Спокойной ночи, — тихо сказала Алена.

— Спокойной ночи, моя хорошая.

Таня улыбнулась, ещё раз посмотрела на неё и открыла дверь.

— И не думай слишком много.

— Иди уже, — рассмеялась Алена.

— Всё-всё.

Дверь закрылась.

Щёлкнул замок.

И квартира снова погрузилась в тишину.

Алена несколько секунд постояла в прихожей, прислушиваясь к удаляющимся шагам подруги на лестничной площадке. Затем её взгляд упал на букет роз, который Витя принёс вечером.

Девушка подошла к тумбочке и осторожно взяла цветы в руки.

— И что мне теперь с ними делать... — тихо пробормотала она.

Конечно, ответа не последовало.

Алена усмехнулась самой себе и отнесла букет на кухню. Найдя подходящую стеклянную вазу, она налила в неё воды и аккуратно поставила розы.

Несколько лепестков уже осыпались на стол.

Девушка собрала их ладонью и выбросила в мусорное ведро.

После этого она принялась мыть кружки, оставшиеся после вечернего чаепития.

Вода шумела из крана, за окном уже давно стемнело, а из комнаты Вити не доносилось ни звука.

— Наверное, уснул, — подумала Алена.

Она поставила последнюю кружку на сушилку и вытерла руки полотенцем.

В этот момент из коридора вдруг послышался глухой звук.

Алена насторожилась.

Несколько секунд она молча смотрела в сторону выхода из кухни.

— Вить?

Ответа не последовало.

Она осторожно вышла в коридор.

Дверь в комнату Вити была приоткрыта, а изнутри пробивался тусклый свет.

Алена нахмурилась.

— Витя?

Приоткрыв дверь спальни, Алёна осторожно заглянула внутрь.

Витя лежал поперёк кровати, занимая её едва ли не целиком. Одеяло сбилось в сторону, волосы были растрёпаны, а на лице застыло сонное, совершенно беззаботное выражение.

Услышав скрип двери, мужчина с трудом приподнял голову.

— М-м? — сонно промычал он.

— Что случилось? — спросил Витя, глядя на Алёну, которая так и стояла в дверях.

Она окинула его взглядом и едва заметно усмехнулась.

— Да вот, интересуюсь, не умер ли ты тут.

Витя несколько секунд смотрел на неё, словно пытался сфокусировать взгляд, а затем неожиданно рассмеялся.

— Иди ко мне, пожалуйста.

Просьба прозвучала почти умоляюще.

Алёна вздохнула.

— Спи уже, — тихо произнесла она.

Но Витя, кажется, и не собирался закрывать глаза. Он перевернулся на бок, лицом к девушке, и протянул к ней руку.

— Посиди рядом просто. Больше ничего не прошу.

Алёна замерла на несколько секунд.

Она знала, что алкоголь у людей бывает разным. Кто-то становился агрессивным, кто-то начинал спорить со всеми подряд, а кто-то превращался в невыносимого болтуна.

Витя же сегодня был совершенно другим.

Спокойным, сонным и каким-то по-своему смешным.

Алёна всё-таки подошла и молча присела на самый край кровати.

— Вот, — довольно пробормотал Витя.

— Что «вот»?

— Теперь хорошо.

Алёна покачала головой. Витя лишь улыбнулся.

Она некоторое время молча смотрела на него, а затем спросила:

— А какой вообще был повод пить?

Витя приоткрыл глаза.

Его пальцы нашли её руку и медленно переплелись с её пальцами. Он держал её совершенно спокойно, будто в этом не было ничего необычного.

— У Белова сын будет.

Алёна удивлённо посмотрела на него.

— А-а...

Она немного помолчала, после чего хмыкнула:

— То есть это и был повод?

На лице Вити появилась довольная улыбка.

— Отличный повод.

Алёна посмотрела на мужчину и невольно улыбнулась.

— Ты рад за него?

Витя, устроившийся на кровати, ответил такой же тёплой улыбкой и кивнул.

— Конечно рад. У моего друга теперь семья будет.

Он удобнее устроился на подушке, на несколько секунд прикрыл глаза, а затем снова посмотрел на Алёну.

— А я бы с тобой семью хотел.

Алёна замерла.

Витя говорил спокойно, без привычной бравады и шуток. Он продолжал гладить ее руку.

По его слегка затуманенному взгляду было понятно — мужчина пьян. Но почему-то именно сейчас слова звучали слишком уверенно.

— Спать ложись, — тихо сказала Алёна, пытаясь скрыть смущение. — Ты уже начинаешь говорить глупости.

Она хотела улыбнуться, перевести всё в шутку, но сердце предательски дрогнуло.

Витя нахмурился.

— Ален, я тебе правду говорю.

Он говорил медленно, словно тщательно подбирал слова.

— Я и на трезвую голову тебе то же самое скажу.

Алёна ничего не ответила.

Она только посмотрела на него, а затем осторожно провела ладонью по его светлым волосам, убирая выбившуюся прядь со лба.

Витя прикрыл глаза от её прикосновения.

— Всё, ложись, — тихо сказала Алёна, поднимаясь с края кровати.

Она уже убрала руку с его волос, когда услышала:

— Останься со мной, пожалуйста.

В его голосе больше не было ни улыбки, ни привычной уверенности.

Только усталость.

Алёна остановилась возле кровати.

Несколько секунд она молчала, глядя на него.

— Вить, тебе надо спать.

— Знаю.

— Тогда спи.

— А ты посиди.

Алёна вздохнула.

— Ты же утром ничего не вспомнишь.

Витя открыл глаза и посмотрел прямо на неё.

— Вспомню.

— Откуда такая уверенность?

— Потому что тебя я всегда помню.

Алёна снова почувствовала, как внутри что-то болезненно и тепло дрогнуло.

Она хотела ответить, но слова застряли где-то в горле.

Витя чуть подвинулся, освобождая место рядом с собой.

— Просто посиди.

Алёна ещё немного постояла у кровати, после чего всё-таки вернулась и села рядом.

— Только ненадолго.

Витя удовлетворённо улыбнулся.

— Хорошо.

Он снова взял её за руку и переплёл пальцы с её пальцами.

На этот раз Алёна не стала сопротивляться.

Несколько минут они молчали.

Витя постепенно успокаивался, дыхание становилось ровным. Алёна смотрела на его лицо и думала о том, насколько странным человеком он был.

На людях — резкий, вспыльчивый, уверенный в себе.

А сейчас перед ней лежал совершенно другой Витя.

Уставший и немного пьяный мужчина, который просто хотел, чтобы рядом кто-то был.

Ближе к часу ночи Алёна наконец легла в своей комнате. В квартире давно воцарилась тишина. Лишь изредка за окном слышался шум проезжающих машин, а свет фонарей тонкими полосами пробивался сквозь занавески.

Витя в это время крепко спал в другой комнате, совершенно не подозревая, что его слова не давали Алёне уснуть.

Девушка лежала на спине, глядя в потолок, и снова и снова прокручивала в голове их недавний разговор.

Она вспоминала его сонный взгляд, тёплую улыбку и то, с какой уверенностью он сказал:

«А я бы с тобой семью хотел».

Алёна тихо вздохнула и перевернулась на бок.

Она прекрасно понимала, что Витя был пьян. Возможно, утром он вообще не вспомнит половины того, что наговорил.

Но одна фраза всё никак не выходила из головы:

«Я и на трезвую голову тебе то же самое скажу».

Алёна подтянула одеяло к плечам и закрыла глаза.

Почему-то от этих слов становилось одновременно и тепло, и тревожно.

Она пыталась убедить себя, что это всего лишь пьяные признания, но сердце упрямо отказывалось в это верить.

— Глупый, — едва слышно прошептала она в темноту.

За стеной было тихо. Витя спал, а Алёна всё ещё ворочалась, пытаясь выбросить его слова из головы.

Но чем сильнее она старалась не думать о нём, тем отчётливее вспоминала его голос.

И только спустя долгое время усталость наконец взяла своё.

Алёна закрыла глаза, а последней мыслью перед сном снова стало его признание.