Единственная

— Тань... мне страшно, — едва слышно произнесла Алена, глядя на подругу.

Таня старалась держаться спокойно, хотя сама уже чувствовала неприятный холод внутри.

— Ответь. Может, это Витя звонит.

Алена отрицательно покачала головой.

— Тань, ты можешь сама взять трубку?

Таня ничего не ответила. Только тяжело вздохнула и подошла к телефону.

— Алло?

На другом конце провода повисла тишина.

Таня нахмурилась.

— Алло? Вы меня слышите?

В ответ раздалось лишь тяжелое, неприятное дыхание. Ни слова.

— Кто это?

Несколько секунд ничего не происходило, а затем в трубке раздался короткий щелчок.

Звонок оборвался.

Таня медленно положила трубку и посмотрела на Алену.

— Всё. Я сейчас скажу то, чего сама от себя не ожидала.

Она сделала паузу.

— Звони Пчеле.

Алена молча кивнула и подошла к телефону. Руки заметно дрожали. Она открыла небольшой блокнот, лежавший рядом, нашла записанный номер и набрала его.

В трубке послышались гудки.

Один.

Второй.

Третий.

Ответа не было.

Алена подождала еще немного и положила трубку.

— Не отвечает...

Таня подошла ближе.

— Давай еще раз.

Алена снова набрала номер.

Гудки повторились, но Витя так и не ответил.

Девушка опустила глаза.

— Он говорил, что поедет по делам. Наверное, еще не вернулся.

— Может быть, — тихо ответила Таня.

Алена посмотрела на нее.

В это время Пчелкин сидел в небольшом баре вместе с Анатолием Макаровым. В заведении было накурено, из динамиков негромко играла музыка, а за соседними столиками мужчины вполголоса обсуждали свои дела.

Витя откинулся на спинку кресла и посмотрел на Макарова.

— Ну что, Толик? Нарыл что-нибудь?

Макаров усмехнулся, поднял со стола стакан с виски и сделал небольшой глоток.

— Нарыл, Пчел. И столько всего, что ты теперь у меня в долгу до конца своих дней.

Витя хмыкнул, доставая из пачки сигарету.

— В долгу не останусь. Ты же меня знаешь.

Он щелкнул зажигалкой и прикурил. Несколько секунд молча смотрел на тлеющий кончик сигареты, затем перевел взгляд на Макарова.

Тот достал из кожаной сумки тонкую папку и положил ее на стол.

— Держи.

Витя взял папку, но открывать не спешил.

— Давай сначала рассказывай.

Макаров кивнул.

— Зовут его Андрей Викторович Карташов. Двадцать шесть лет. Работает стоматологом. Живет один. Не женат, детей нет. По документам — обычный человек. Ни судимостей, ни каких-то серьезных неприятностей за ним не числится.

Витя молча слушал, медленно стряхивая пепел в пепельницу.

— А машина?

— Его.

Пчелкин поднял глаза.

— Точно?

— Номер совпал. Машина зарегистрирована на Карташова.

Витя наконец открыл папку. На первой странице лежала фотография Андрея.

Он несколько секунд внимательно рассматривал снимок.

— Значит, не показалось, — тихо произнес он.

— Что именно?

— Машина действительно стояла возле ее дома.

Макаров пожал плечами.

— Стояла. Но это еще не значит, что он за ней следил.

— А что еще он там делал?

— Может, кого-то ждал.

Витя переложил листок.

— Где живет?

— Вот адрес.

Толик ткнул пальцем в строчку.

— И еще кое-что. В день, когда ты видел его машину возле дома, Карташов действительно был в городе. С работы ушел раньше обычного.

Витя поднял взгляд.

— А дальше?

— Дальше пока темно.

Пчелкин закрыл папку и положил на нее ладонь.

— Толь, понимаешь, мне нужно знать, где этот Карташов был последние несколько дней. Куда ездил, с кем встречался. Я знаю, ты сможешь это узнать.

Витя говорил негромко, но в голосе уже звучала та самая уверенность, после которой обычно никто не спорил.

Макаров лишь усмехнулся и покачал головой.

— Опять придется через ГАИ пробивать его машину. Сам понимаешь, Пчел, это не так просто. Номер есть — это одно, а получить всю информацию о его передвижениях совсем другое.

Пчелкин тяжело вздохнул, откинувшись на спинку кресла.

— Ладно. Значит, самому придется за это браться.

— Только сам не лезь куда не надо, — предупредил Макаров. — Если что — звони. Я на связи.

Он ненадолго задумался, затем добавил:

— У Белова помощи попросить можешь?

Витя усмехнулся.

— Белов поможет. Он у меня до конца жизни в долгу.

— Тогда договорились.

Только спустя час Пчелкин добрался домой.

В квартире было привычно тихо. Он снял пальто, бросил ключи на тумбочку и прошел в гостиную.

Витя молча сел на диван, запрокинув голову и прикрыв глаза. В висках неприятно пульсировало. Мысли об Андрее не отпускали ни на минуту. Кто он такой? Что ему нужно от Алены?

Он медленно провел ладонью по лицу, пытаясь привести мысли в порядок.

Тем временем Тане и Алене наконец удалось дозвониться до Кирилла. Через полчаса парень пришел с другого конца района.

Поднявшись на этаж, он сразу заметил венок, который всё это время лежал возле двери.

В квартире Таня и Алена сидели на диване, а Кирилл нервно расхаживал по комнате.

— Ален, ну кому ты так дорогу перешла? — спросил он, остановившись напротив девушки.

Алена лишь опустила взгляд.

Кирилл тяжело вздохнул.

— Вы Вите звонили?

— Звонили, — тихо ответила она. — Он не отвечает. Когда меня забирал, сказал, что ему нужно по делам.

Кирилл сел на ковер возле дивана и задумчиво посмотрел на девушек.

— Втроем мы сейчас всё равно ничего не сделаем. Позвони ему еще раз.

Алена молча взяла телефон.

Пальцы дрожали, когда она набирала знакомый номер.

В трубке раздались длинные гудки.

Один.

Второй.

Третий.

— Ну возьми же... — едва слышно прошептала девушка, крепче сжимая трубку.

Наконец на другом конце провода раздался знакомый мужской голос:

— Слушаю.

Алена облегченно выдохнула.

— Вить...

— Ты чего так поздно звонишь? Случилось что?

По его голосу сразу было слышно — он насторожился.

— Ты можешь, пожалуйста, приехать ко мне? Только... это не по телефону.

Витя на несколько секунд замолчал.

— Хорошо. Приеду.

— Правда?

— Конечно.

После этих слов Алена впервые за весь вечер почувствовала себя немного спокойнее.

Она положила трубку и посмотрела на Таню.

— Он приедет.

Таня кивнула, затем бросила взгляд на дверь.

— Давайте лучше выйдем к подъезду и подождем его. Заодно покажем ему этот венок.

Кирилл согласился:

— Да. Одевайтесь.

Девушки поднялись с дивана и направились в прихожую.

Алена накинула шубу, завязала платок и обулась. Как только все вышли, она невольно посмотрела вниз.

На пороге по-прежнему лежал тот самый венок.

Белые цветы на венке казались особенно неуместными среди холодного подъезда.

А черная лента с надписью резала глаза:

«Виктору от любимой Алены».

Девушка быстро отвернулась.

— Пошли...

Через несколько минут они уже стояли возле подъезда.

На улице было морозно. Снег тихо падал на землю, покрывая машины и тротуары тонким белым слоем.

Кирилл поглядывал на дорогу, Таня не отпускала Алену от себя.

— Всё будет нормально, — тихо сказала она.

— Надеюсь.

— Нет, ну принести похоронный венок — это уже совсем ужасно, — мрачно произнес Кирилл, глядя на Алену и Таню.

Таня крепко обнимала подругу, чувствуя, как та заметно дрожит.

— Но смотря на надпись, — тихо сказала она. — Венок адресован Вите. Значит, желают смерти ему, а запугать хотят Алену.

Кирилл нахмурился.

— Очень надеюсь, что это просто попытка напугать.

Они простояли возле подъезда около десяти минут, пока на заснеженной улице не появились знакомые фары. Черная машина Пчелкина медленно подъехала к дому и остановилась у тротуара.

Витя вышел из автомобиля и, заметив Кирилла рядом с девушками, слегка удивился. Быстро запер машину и подошел к ним.

— Что случилось?

Таня молча посмотрела на него.

— Пойдем наверх.

Алена стояла рядом и, едва Витя подошел, попыталась незаметно взять его за руку. Но мужчина в этот момент протянул руку Кириллу.

— Привет.

— Привет. — ответил Кирилл, пожимая ему руку.

Витя заметил разочарование во взгляде Алены. Ничего не говоря, он положил ладонь ей на плечи и притянул ближе.

— Идем.

Поднялись они молча. На лестничной площадке Витя первым заметил венок.

Мужчина остановился.

На лице на мгновение появилось неподдельное удивление.

— Вы видели, кто его принес?

Он присел возле венка и внимательно посмотрел на ленту.

Таня покачала головой.

— Нет. Мы с Аленой уже легли спать. Услышали стук в дверь. Такой настойчивый, будто человек торопился. Вышли — а здесь это.

Она указала на венок.

— Потом еще телефон зазвонил. Я ответила. В трубке сначала было молчание, только тяжелое дыхание. А потом человек просто бросил трубку.

Витя провел взглядом по надписи.

— «Виктору от любимой Алены»...

Он медленно поднялся и взял венок.

— Ну и кто же это у нас в маньяка решил поиграть?

Сказал он почти насмешливо, хотя глаза оставались серьезными.

Алена посмотрела на него с тревогой.

— Вить, зачем ты его голыми руками взял?

Пчелкин хмыкнул.

— А чем мне его брать? Перчатки надевать?

Он покачал головой.

— Ален, ну что за глупости? Идите обе в квартиру. Я это выброшу.

— Я с тобой, — тут же сказал Кирилл.

Витя посмотрел на него, но спорить не стал.

— Пойдем.

Алена еще несколько секунд не хотела уходить, но Таня взяла ее под руку.

— Пойдем. Они сейчас вернуться.

Девушки скрылись за дверью.

Через несколько минут Витя и Кирилл уже стояли возле подъезда. Пчелкин бросил венок в большой металлический контейнер и стряхнул снег с ладоней.

Кирилл посмотрел на него.

— Вить, Таня рассказывала, что ты с Белым дружишь. И понятно, что у тебя врагов хватает. Может, это кто-то из них?

Витя усмехнулся, но взгляд его стал холоднее.

— Поверь, Кирилл, я не настолько идиот, чтобы направо и налево рассказывать о человеке которого я люблю.

Кирилл понимающе кивнул.

— То есть Алена для тебя — слабое место?

Витя посмотрел на окна ее квартиры.

В одном из них уже горел свет.

— Именно поэтому о ней никто и не знает.

— Но кто-то же знает.

— Знают только те, с кем я прошел и огонь, и воду, и медные трубы, — спокойно сказал Витя, глядя на Кирилла. — Люди, которым я жизнью обязан.

Кирилл несколько секунд внимательно смотрел на него.

— Уверен в них?

Пчелкин без колебаний кивнул.

— Абсолютно.

Больше они эту тему не продолжали.

Через несколько минут мужчины поднялись в квартиру. Таня и Алена всё это время сидели на диване и тихо переговаривались. Кирилл вернулся на свое место — устроился прямо на ковре, как и до прихода Вити.

Пчелкин сел рядом с Аленой.

Несколько минут все молчали.

— Мы так и будем сидеть здесь до утра? — наконец спросил Витя, оглядывая компанию.

Таня посмотрела на него.

— А что ты предлагаешь?

— Предлагаю вам идти спать.

— А ты? — тут же спросила Алена.

Витя повернул голову к девушке.

— А что я?

— Ты тоже спать будешь.

Кирилл, до этого молчавший, усмехнулся.

— Витя дело говорит. Всем надо хотя бы немного поспать.

Алена посмотрела на диван.

— Только места на всех не хватит.

Таня пожала плечами.

— Мы с Кириллом можем лечь здесь. А вы с Витей в спальне.

Алена тут же посмотрела на подругу так, будто та предложила что-то совершенно немыслимое.

— Таня...

— А что? — невозмутимо ответила та.

Витя усмехнулся.

— Я на полу лягу.

Он сказал это совершенно спокойно, словно другого варианта даже не рассматривал.

Через несколько минут Кирилл разложил диван. Таня устроилась рядом, а Алена принесла им две подушки и теплый плед.

Затем девушка прошла в спальню.

Витя стоял возле окна, отодвинув край занавески. Он внимательно смотрел во двор, где под редкими фонарями медленно падал снег.

Услышав шаги, он обернулся.

— Ален, дай подушку, если есть. И плед какой-нибудь.

— Сейчас.

Девушка открыла шкаф. С верхней полки она достала большое теплое одеяло, аккуратно расстелила его на полу и сверху положила тонкий плед.

— Вить, только у меня маленькие подушки остались. Те, что на диване.

— Давай какую есть.

Алена принесла небольшую подушку и положила ее на одеяло.

— Вот.

— Спасибо.

Витя устроился на полу, пытаясь найти удобное положение.

Алена забралась под одеяло и легла на кровать.

В комнате погас свет.

Несколько секунд стояла тишина.

— Прости, что так получилось... — тихо произнесла девушка.

Витя повернул голову в ее сторону.

— Не за что извиняться.

Он немного пошевелился, пытаясь удобнее устроить голову на маленькой подушке.

— А медведь где? — вдруг спросил он с улыбкой. — Он тебе вроде понравился.

Алена замерла.

В темноте она вспомнила тот самый подарок. Когда-то она прижимала его к себе и улыбалась, а потом, узнав правду о споре, с обидой разрезала игрушку и выбросила.

— Та... там неважно.

Витя сразу понял, что она что-то скрывает.

— Ален.

— Что?

— Ты его выбросила?

Она промолчала.

Несколько секунд Витя ждал ответа, затем тихо усмехнулся.

— Ясно.

— Не обижайся... — тихо прошептала Алена, глядя на него из полумрака комнаты.

Витя лишь едва заметно усмехнулся.

— За что мне обижаться? — спокойно ответил он. — Ты тогда всё правильно сделала. Ты была обижена на меня, и я это заслужил.

На несколько секунд в комнате снова стало тихо. За окном медленно падал снег, а свет фонаря пробивался сквозь неплотно задернутые шторы.

Витя повернул голову в сторону кровати.

— А если я другого медведя куплю, оставишь?

Алена тихо хмыкнула.

— Не нужно. Не трать деньги.

— Я подумаю, — с легкой улыбкой ответил он.

Девушка невольно улыбнулась в ответ.

Но сон всё равно не приходил.

Она лежала, ворочаясь с боку на бок, и всё время думала о том, что Витя спит на полу, а она — в теплой кровати.

Наконец Алена тихо произнесла:

— Может, я всё-таки на пол лягу? Ты же гость.

Витя негромко рассмеялся.

— Ален, я что, не мужик, по-твоему? Ты хочешь, чтобы я позволил девушке спать на полу?

Он покачал головой.

— Не выдумывай. Ложись и спи.

Голос у него был спокойный, почти мягкий.

Несколько секунд Алена молчала.

Потом тихо спросила:

— Вить... а если кто-то и правда хочет тебя убить?

В комнате снова повисла тишина.

Витя смотрел в потолок, будто обдумывая ответ.

А потом едва заметно улыбнулся.

— Меня много кто хотел убить.

Он сказал это так спокойно, словно говорил о чем-то совершенно обычном.

— И что теперь? Дома сидеть и на улицу не выходить?

Алена молчала.

— Такие люди, как правило, умеют только пугать. Венки под двери носить, звонить по ночам, молчать в трубку. А на большее духу не хватает.

Он повернул голову в сторону кровати.

Алена лежала совсем рядом. Стоило только протянуть руку.

Витя медленно поднял ладонь и положил ее на край кровати, словно предлагая девушке самой решить, нужна ли ей сейчас эта поддержка.

Алена несколько секунд смотрела на его руку.

А потом осторожно вложила свою ладонь в его.

Пальцы у нее были холодные.

Витя слегка сжал их.

— Видишь? — тихо сказал он. — Всё нормально.

Алена ничего не ответила.

Она просто продолжала держать его за руку.

За последние недели в их жизни было слишком много обид, недоверия, недосказанности.

Но сейчас, среди ночной тишины, рядом с этим человеком ей впервые за долгое время стало спокойно.

— Вить?

— Что?

— Ты ведь не врешь мне?

Витя немного помолчал.

— Насчет чего?

— Что всё будет хорошо.

Он посмотрел на нее.

Даже в полумраке комнаты было видно, как тревожно блестят ее глаза.

— Я не умею будущее предсказывать, Ален.

Он говорил тихо и серьезно.

— Но одно я знаю точно.

— Что?

— Пока я рядом, я сделаю всё, чтобы тебя никто не обидел.

Девушка молча кивнула.

Витя продолжал держать ее руку, а она, сама не заметив как, начала постепенно успокаиваться.

Через несколько минут дыхание Алены стало ровнее.

Она уснула.

А Пчелкин еще долго лежал без сна, глядя в темный потолок.

В голове снова всплывали слова Макарова, лицо Андрея с фотографии и лента на венке.

Что-то в этой истории было неправильным.

И чем больше он об этом думал, тем сильнее понимал — дело здесь не только в ревности или обиде.

За окном тихо спала заснеженная Москва девяностых.

А в маленькой квартире старой пятиэтажки один человек уже решил для себя, что не позволит никому превратить жизнь Алены в страх.