Королева Монстров

Множество лет мира закончились в одно утро.
Сначала всё выглядело почти обыденно.
На дозорных башнях сменялась стража, ремесленники открывали мастерские, торговцы выкатывали телеги к рыночной площади, а над столицей медленно поднималось солнце, окрашивая башни Глицеи в тёплые золотистые оттенки.
А затем ударили колокола.
Не празднично.
Не торжественно.
Тревожно.
Гул их разнёсся по всему Ауруму, прокатившись над крышами домов тяжёлой волной. Один удар сменял другой, не оставляя места сомнениям.
Война.
Почти одновременно с этим к городским воротам начали прибывать первые всадники.
Их лошади были покрыты пеной, одежда запылилась после долгой скачки, а лица говорили обо всём ещё раньше, чем они успевали открыть рот.
Северные рубежи прорваны.
К границам государства стремительно приближались чужие знамена.
Огромная армия двигалась вперёд, словно живая стена из копий, щитов и стали, медленно поглощая всё на своём пути.
По дорогам потянулись жители приграничных деревень.
Кто-то нёс на руках ребёнка.
Кто-то вёл под уздцы испуганную лошадь.
Кто-то толкал старую телегу, доверху нагруженную тем немногим, что успел спасти из собственного дома.
Позади оставались дымящиеся поля.
Ветер приносил запах гари.
Над горизонтом уже поднимались первые густые клубы чёрного дыма.
По всей стране начали собирать войска.
Во дворах крепостей с оглушительным звоном ударяли молоты кузнецов. Раскалённые клинки один за другим опускались в холодную воду, поднимая облака белого пара. Оружейники торопливо проверяли мечи, латники затягивали ремни тяжёлых доспехов, конюхи седлали боевых коней, а командиры отдавали приказы, заглушая друг друга.
Повсюду царило непрерывное движение.
Сотни людей бежали в разных направлениях.
Грохот закрывающихся крепостных ворот смешивался со скрипом повозок, ржанием лошадей, лязгом кольчуг и тяжёлым топотом солдатских сапог.
За пределами городов уже начинались первые столкновения.
Воздух дрожал от боевых рогов.
Щиты с сухим треском сталкивались друг с другом.
Сталь с яростным визгом рассекала воздух, встречаясь со сталью. Над полями разносились крики командиров, боевые возгласы воинов, стоны раненых и отчаянные мольбы тех, кто ещё вчера жил обычной жизнью, а сегодня оказался среди беспощадного хаоса.
Пыль поднималась такими плотными облаками, что временами скрывала целые отряды.
Издалека казалось, будто сама земля пришла в движение.
Люди, пережившие столетия спокойствия, уже почти забыли, каким бывает настоящий страх.
Но война не спрашивала, готов ли кто-нибудь к её возвращению.
Она просто пришла.
И вместе с ней вновь в Аурум вошло то, что всегда следует за любой армией, - тревога, боль, потеря и неизвестность, в которой никто уже не мог с уверенностью сказать, каким будет следующий рассвет.
Поздний вечер медленно опускался на землю.
Последние лучи солнца уже давно исчезли за горизонтом, оставив после себя лишь холодное багровое свечение, растворявшееся в тяжёлых облаках. Над полем постепенно сгущались сумерки. Они медленно заполняли низины, расползались по высокой траве, окутывали деревья, словно сама ночь не спешила, а неторопливо наблюдала за тем, как тысячи людей собираются решить судьбу двух государств.
Перед ними простиралась широкая долина.
По обеим сторонам возвышались два длинных холма, разделённые глубоким естественным спуском, похожим на гигантскую каменную чашу. Склоны были покрыты высокой травой, местами обнажались серые валуны, а внизу, между возвышенностями, начинался густой лес. Его тёмные кроны уходили далеко вперёд, сливаясь в одну непроглядную стену.
По левую сторону, насколько хватало взгляда, выстроилось войско Аурума.
Ряды тяжёлой пехоты неподвижно ожидали приказа, выставив перед собой копья и сомкнув щиты в сплошную линию. Позади развевались десятки чёрных знамён с серебряной короной, а между ними нетерпеливо перебирали копытами боевые кони рыцарской конницы. Металл доспехов отражал последние отблески угасающего неба, превращая всё войско в огромное море холодной стали.
Во главе армии на белоснежном коне сидел король Деонис.
Его чёрный плащ спокойно колыхался на вечернем ветру, а ладонь уверенно покоилась на рукояти меча. Он медленно скользил взглядом по бесчисленным рядам своих воинов.
И почему-то улыбался.
Не широко.
Лишь едва заметно.
Так, словно видел перед собой вовсе не начало очередной кровавой битвы.
Эта спокойная улыбка удивила бы любого, кто не знал его достаточно хорошо.
Она не была признаком беспечности.
В ней читалась уверенность человека, который уже принял всё возможное развитие событий и больше не собирался бояться.
Напротив, на противоположном холме растянулась армия захватчиков.
За их спинами темнел густой лес, словно сама чаща решила укрыть незваных гостей своими ветвями. Между стволами уже невозможно было различить отдельные деревья - только сплошную чёрную стену.
Над строем развевались тёмно-красные знамена королевства Веллурия.
Впереди, верхом на массивном вороном жеребце, неподвижно застыл молодой принц Кайден Арнор.
Высокий, широкоплечий, закованный в тяжёлые тёмные латы, он держался прямо, не сводя взгляда с противоположного холма. Его лицо оставалось непроницаемым, а рука крепко сжимала длинное копьё с алым вымпелом, который рвался на ветру.
За его спиной выстроились тысячи воинов.
Пехота.
Лучники.
Конница.
Бесконечные ряды щитов и копий уходили к самому лесу, растворяясь в вечернем полумраке.
Несколько долгих мгновений обе армии лишь смотрели друг на друга.
Никто не двигался.
Даже ветер словно стал осторожнее.
Он лишь лениво перебирал полотнища знамён, нарушая тяжёлую тишину тихим шелестом ткани.
Затем Деонис медленно вытащил меч.
Клинок мягко блеснул в последних лучах уходящего дня.
Он поднял его высоко над головой.
- Вперёд!
Его голос раскатился над долиной подобно грому.
В ту же секунду десятки боевых рогов одновременно прорезали вечернюю тишину.
Со стороны Веллурии почти сразу раздался ответный сигнал.
Принц Кайден резко опустил копьё, указывая им вниз, в сторону долины.
И две армии сорвались с места одновременно.
Тысячи копыт ударили по земле так сильно, что она будто содрогнулась.
Конница первой понеслась вниз по склонам, стремительно набирая скорость. Следом, сотрясая землю тяжёлыми шагами, двинулась пехота. Над войсками взметнулись сотни знамён, а воздух мгновенно наполнился грохотом металла, ржанием лошадей и тысячами боевых криков.
Два человеческих моря неудержимо неслись навстречу друг другу.
И с каждым мгновением расстояние между ними становилось всё меньше.
Когда между двумя армиями оставались считанные десятки метров, произошло то, чего не ожидал никто.
Из тёмного леса донёсся низкий, протяжный рёв.
Земля едва заметно дрогнула.
Поначалу его услышали лишь передние ряды.
Потом звук повторился.
Ещё громче.
Ещё ближе.
Несколько всадников со стороны Веллурии невольно повернули головы к лесу.
Их кони тревожно захрапели, отказываясь двигаться дальше.
В следующую секунду между стволами мелькнули силуэты.
Один.
Три.
Десятки.
Сотни.
Из лесной темноты неторопливо начали выходить чудовища.
Высокие, покрытые белоснежными костяными пластинами, будто выкованными не природой, а самой смертью. Их длинные когти с тихим скрежетом царапали камни, а пустые чёрные глазницы без единой эмоции скользили по вражескому войску.
Они не рычали.
Не бросались вперёд.
Лишь молча приближались.
От этого становилось ещё страшнее.
В рядах захватчиков прокатилась первая волна тревоги.
- Монстры...
- Это монстры!
- Они здесь!
Кто-то попятился назад.
Несколько лошадей встали на дыбы, сбрасывая всадников на землю.
Строй, ещё мгновение назад казавшийся непоколебимым, начал расползаться.
Принц Кайден резко поднял меч.
- Не останавливаться! Вперёд!
Но его приказ уже тонул в нарастающем шуме.
Чудовища продолжали идти.
Размеренно.
Спокойно.
Словно заранее знали исход этой битвы.
Когда расстояние сократилось до нескольких шагов, одно из существ неожиданно сорвалось с места.
За ним второе.
Третье.
И через мгновение весь лес словно ожил.
Сотни костяных фигур одновременно ринулись вперёд.
Первый удар оказался настолько стремительным, что передние ряды Веллурии даже не успели поднять щиты.
Когти рассекали сталь.
Костяные клинки с ужасающей силой пробивали доспехи.
Воздух мгновенно наполнился металлическим звоном, криками, тяжёлым дыханием людей и леденящим душу рычанием чудовищ.
Брызги крови взлетали в сумеречный воздух.
Мечи сталкивались друг с другом, высекая россыпи искр.
Лошади, обезумев от страха, срывались с места, сталкивались между собой, сбрасывая всадников прямо под ноги наступавшим монстрам.
Армия Аурума не остановилась.
Воины Деониса с громким боевым кличем врезались во вражеские ряды одновременно с чудовищами.
Теперь они сражались плечом к плечу.
Люди и создания, которых ещё десять лет назад весь мир считал воплощением ужаса.
Один за другим противники падали на землю.
Линия обороны захватчиков начала ломаться.
Там, где ещё недавно стояли плотные ряды копейщиков, теперь зияли широкие разрывы.
Именно тогда среди множества огромных существ промелькнула знакомая фигура.
Гораздо ниже остальных.
Худая.
Почти человеческая по своим очертаниям.
Её движения были удивительно плавными и быстрыми.
Она легко уходила от ударов, словно заранее знала, куда опустится каждый меч.
Костяной клинок описывал короткие, безошибочные дуги.
Каждое движение было точным.
Без единого лишнего взмаха.
Без единого промаха.
Она стремительно исчезала среди клубов пыли и спустя мгновение появлялась уже в другом месте, оставляя за собой лишь поверженных противников.
Даже среди чудовищ эта тонкая фигура казалась особенной.
Словно именно она вела за собой всё это жуткое войско.
Паника окончательно захлестнула армию Веллурии.
- Отступаем!
- Назад!
- Спасайтесь!
Кто-то бросал оружие.
Кто-то пытался укрыться за спинами товарищей.
Некоторые в ужасе бежали к лесу, не понимая, что именно оттуда и пришла их гибель.
Принц Кайден, ещё недавно уверенно державший своё войско, резко натянул поводья.
Он бросил быстрый взгляд на разваливающийся строй, затем - на приближающихся монстров.
Его лицо впервые исказил неподдельный страх.
Не произнеся ни слова, он резко развернул вороного жеребца.
Шпоры впились в бока коня.
Животное сорвалось в галоп.
Принц бросился прочь с поля битвы.
А позади него окончательно рушилась армия, которая ещё совсем недавно была уверена, что пришла покорить Аурум.
Поле постепенно стихало.
Ещё совсем недавно оно содрогалось от ударов тысяч копыт, боевых кличей и яростного лязга стали. Теперь же над ним медленно опускалась глубокая вечерняя тишина, нарушаемая лишь редкими стонами раненых, тихими распоряжениями лекарей да потрескиванием факелов, которые уже начинали зажигать солдаты.
Битва была окончена.
Победа осталась за Аурумом.
По всей долине лежали разбитые щиты, переломанные копья, искорёженные шлемы и десятки брошенных мечей, отражавших холодный свет луны. Между ними неподвижно покоились тела павших рыцарей. Там, где ещё недавно бушевало сражение, теперь лишь ветер осторожно перебирал примятую траву, словно сама природа пыталась скрыть следы недавней бойни.
Воины Аурума медленно обходили поле.
Кто-то помогал подняться товарищу.
Кто-то осторожно переносил раненых к лекарям.
Повсюду уже разжигали небольшие костры, кипятили воду, готовили перевязочный материал. Лекари быстро переходили от одного человека к другому, останавливая кровь, накладывая шины и отдавая короткие распоряжения своим помощникам.
Тех, кого ещё можно было спасти, спасали.
Тех, кого уже нельзя было вернуть, молча накрывали плащами.
А неподалёку от самой кромки леса всё ещё стояли двое.
Лаванда.
И Деонис.
Лаванда всё ещё была облачена в свои костяные доспехи.
Белые пластины покрывали её плечи, руки и грудь, придавая ей почти нечеловеческий облик. На клинке, который она спокойно держала в руке, медленно стекали тёмные капли крови.
Напротив неё остановился Деонис.
Его белый жеребец мирно перебирал копытами позади хозяина, а сам король, не сводя взгляда с Лаванды, медленно опустил окровавленный меч.
Несколько секунд они просто смотрели друг на друга.
Без единого слова.
Будто вокруг не существовало ни разрушенного поля, ни тысяч людей, ни закончившейся войны.
Будто время вновь решило ненадолго остановиться только ради них.
Медленно перевернув меч остриём вниз, он с лёгким усилием вонзил его в землю.
Сталь с тихим скрежетом вошла в влажную после битвы почву.
Лаванда молча наблюдала за ним, приподняв костянной череп на голове, открыв лицо.
Через мгновение она повторила его движение.
Её клинок так же опустился вертикально, упершись в землю между ними.

Деонис едва заметно улыбнулся.
Совсем так же, как много лет назад.
Он сделал шаг ближе, слегка склонил голову, как когда-то в детстве...
- Моя королева.
На лице Лаванды появилась едва уловимая улыбка.
Та самая, которую почти никто никогда не видел.
Она легко придержала край своего костяного плаща, плавно присела в изящном реверансе, не отводя взгляда от его глаз.
- Мой король.
На одно короткое мгновение они оба невольно вспомнили тот далёкий день.
Тогда они были всего лишь детьми.
Двое наследников, которым взрослые заранее придумали судьбу.
Они точно так же обменялись поклоном и реверансом, смеясь над собственной серьёзностью и совершенно не понимая, какой долгий путь однажды разделит их.
Прошли годы.
Они пережили ложь.
Потери.
Предательства.
Но судьба всё равно привела их в ту же самую точку.
Только теперь перед друг другом стояли уже не принц и принцесса.
Не наследники двух государств.
А король.
И королева.
Лаванда медленно поднялась после реверанса.
Несколько серебристых прядей выбились из-под костяной маски, мягко покачиваясь на вечернем ветру. Она смотрела на Деониса спокойно, с той едва заметной улыбкой, которая появлялась у неё лишь в самые редкие мгновения.
Он молчал.
Лишь не сводил с неё взгляда.
Тепло.
Почти по-мальчишески.
И, не сказав ни слова, за три быстрых шага оказался рядом.
Где-то позади слышались голоса лекарей.
Ветер лениво перебирал высокую траву.
Но всё это будто исчезло.
Существовал только этот короткий миг.
Лаванда даже не успела ничего произнести.
Его ладонь осторожно коснулась белых костяных пластин.
Без единого резкого движения он снял с неё тяжёлую маску, оставив её у себя в руке.
Прохладный вечерний воздух тут же коснулся её лица.
Короткие серые волосы легко всколыхнул ветер.
Она слегка приподняла бровь.
- Ваше Величество...
На её губах мелькнула лукавая улыбка.
Лаванда тихо усмехнулась.
Деонис уверенно положил свободную ладонь ей на талию и плавно притянул ближе.
Она сделала навстречу всего полшага.
Лаванда едва успела вдохнуть.
Наклонившись, Деонис поцеловал её.
Не робко.
Не осторожно.
Так, словно после всего, что им довелось пережить, не хотел терять больше ни одного мгновения.
В этом поцелуе не было сомнений.
Только искреннее чувство, которое годами становилось лишь сильнее.
Его ладонь крепче прижала её к себе, словно он хотел убедиться, что она действительно рядом, что это не очередной сон и не мимолётное воспоминание.
Лаванда замерла лишь на одно короткое мгновение.
Потом её напряжённые плечи медленно расслабились.
Она закрыла глаза и ответила ему с той же глубиной чувства, без слов говоря всё, чего никогда не умела произносить вслух.
Её пальцы скользнули по его плечу, крепче сжимая ткань плаща.
Она едва заметно подалась ему навстречу.
Между ними исчезло даже то крошечное расстояние, которое оставалось секунду назад.
Вокруг шумел ветер.
Где-то далеко ещё слышались голоса солдат и звон собираемого оружия.
Но для них весь мир словно перестал существовать.

Не так много лет назад две соседние страны перестали существовать такими, какими их знала история.
Там, где когда-то проходила государственная граница между Элираном и Аурумом, возвели величественный дворец. Огромный, светлый, окружённый садами и широкими площадями, он стал новой столицей объединённого королевства - местом, где больше не было двух народов, разделённых страхом или войной.
Теперь здесь говорили лишь о будущем.
В просторном тронном зале, освещённом солнечными лучами, льющимися сквозь высокие витражные окна, на большом королевском троне удобно устроилась маленькая девочка лет семи.
Её ноги даже не доставали до пола.
Она болтала ими совершенно беззаботно, то забираясь на сиденье с ногами, то вновь устраиваясь ровно, будто пыталась изобразить серьёзную правительницу.
Длинные пепельно-серые волосы почти касались ступеней трона, мягкими волнами рассыпаясь по дорогой чёрной ткани.
Упрямый взгляд серых глаз выдавал её характер ещё раньше, чем она успевала открыть рот.
За её спиной, на высокой стене, висел большой портрет королевы Лаванды.
Она была изображена в костяном доспехе, с той самой спокойной, уверенной полуулыбкой, которую невозможно было спутать ни с чьей другой.
Рядом, чуть в стороне, стоял второй трон.
Трон её отца.
Девочка тяжело вздохнула.
Совсем по-взрослому.
А затем тут же недовольно надула губы.
- И где они опять?
Она поёрзала на троне, закинула ногу на подлокотник и с самым серьёзным видом уставилась в огромные двери зала.
Ответа не последовало.
Возле ступеней неподвижно стоял глава королевской стражи.
Тот самый человек, который много лет назад поклялся защищать Лаванду до последнего вздоха.
Годы лишь добавили седины его волосам, но осанка оставалась такой же безупречной, а взгляд - таким же спокойным и надёжным.
Он терпеливо наблюдал за маленькой принцессой, словно уже заранее знал каждую её следующую выходку.
Девочка ещё раз демонстративно вздохнула.
Потом неожиданно развалилась на троне боком, свесив руку через подлокотник.
- Может, мне уже самой начать править?
Стражник едва заметно прикрыл глаза.
- Ваше Высочество...
Она мгновенно повернула голову.
- Что?
- На троне... так не сидят.
Принцесса задумалась.
Секунды на две.
После чего совершенно невозмутимо устроилась ещё удобнее.
- А теперь?
Старый воин снова тяжело вздохнул.
Уголки его губ всё-таки дрогнули.
Перед ним словно снова стояла маленькая Лаванда.
Такая же упрямая.
Такая же непоседливая.
Такая же невозможная.
Он медленно покачал головой.
- Принцесса Медуза...
Она довольно улыбнулась.
Старый глава стражи тихо усмехнулся.
История закончилась.
И в то же самое мгновение началась снова...