Синдром исекай: наследник конца.

Сильвер швырнул сумку в свою комнату — та глухо стукнулась о шкаф и сползла на пол, рассыпав по ковру пару тетрадей и смятый чек из столовой. Потом он плюхнулся на диван, так что пружины жалобно скрипнули, вытянул ноги и, не глядя на Джерома, лениво приподнял бровь.

— Чё у тебя опять?

Протянул он, потирая уставшие глаза.

— Может, мне скорую вызвать? Или, может, уже психологов? Ты сегодня какой-то… слишком серьёзный. Обычно ты хотя бы шутишь, когда стоишь там и смотришь, будто мир вот-вот рухнет.

Джером не шелохнулся. Он так и остался стоять у окна, только медленно обернулся, и в этом движении было столько тяжести, будто он нёс на плечах не просто разговор, а целую гору невысказанных слов. Не отвечая на колкость, он молча шагнул к столу и ткнул пальцем в фотографию в рамке — ту самую, где маленький Сильвер, ещё с пухлыми щёками, сидел между родителями, а рядом стоял серьёзный, но улыбающийся Джером.

Сильвер скользнул взглядом по фото, и на секунду в груди что-то неприятно ёкнуло — будто он увидел что-то знакомое, но давно забытое, и это воспоминание царапнуло изнутри. Но он тут же спрятал эту дрожь за привычной бравадой.

Он резко поднялся с дивана, пружинисто, как будто хотел показать, что ему всё равно, но вышло скорее нервно. Подошёл ближе, прищурился, вглядываясь в лица на снимке, и вдруг голос его стал жёстким, колючим, будто он сам пытался защититься от чего-то.

— И что ты хочешь этим сказать?

Рявкнул он, тыча пальцем в фото.

— Опять будешь читать мне лекции о том дне, сука?! Я не хочу про это слышать! Я помню, что они погибли. Помню, как мы стояли у той чёртовой дороги, помню дождь, помню, как ты сжимал мою руку так, что пальцы немели… Я всё помню! И не надо мне тыкать этим в лицо, будто я забыл!

Джером даже не поморщился от его крика. Он стоял неподвижно, только глаза его потемнели, и в них мелькнуло что-то такое, чего Сильвер раньше не видел — не раздражение, не усталость, а какая-то глубокая, почти болезненная решимость.

— Я не собираюсь читать тебе лекции,

Тихо, но твёрдо произнёс он.

— Я хочу, чтобы ты наконец увидел правду. Не ту, которую тебе рассказывали, а настоящую.

— Правду?!

Сильвер горько рассмеялся, но смех вышел резким, надломленным.

— Правда в том, что у нас никого нет, кроме друг друга! И хватит уже играть в эти игры с фотографиями. Ты просто… ты просто не можешь смириться, вот и всё!

И тут Джером сделал шаг вперёд. Медленно, будто давая Сильверу время отступить, время осознать, что сейчас произойдёт что-то необратимое. Но Сильвер не отступил. Он застыл, сжав кулаки, готовый спорить до хрипоты, лишь бы не слышать ничего, что могло бы снова разворошить старые раны.

А потом всё случилось слишком быстро.

Из головы Джерома вдруг прорезались заострённые волчьи уши, покрытые густым серебристо‑серым мехом. Его спина выгнулась на долю секунды, и из‑за пояса показался пушистый хвост, тяжёлый и живой, который метнулся из стороны в сторону, словно сам по себе. А когда он слегка приоткрыл рот, Сильвер увидел длинные, острые клыки, блестящие в тусклом свете комнаты.

На мгновение в квартире повисла мёртвая тишина — та самая, которая бывает перед грозой, когда воздух становится густым и колючим. Сильвер смотрел на брата, и мир вокруг будто замедлился: стрелка на старых часах тикала слишком громко, пыль кружилась в луче света, а фотография на столе казалась теперь не просто снимком, а насмешливым доказательством того, что он ничего не знал о собственной жизни.

Потом тишина лопнула.

Сильвер закричал — громко, отчаянно, так, будто этот крик должен был прогнать всё, что он только что увидел, как дурной сон. Он попятился назад, споткнулся о край ковра и рухнул на пол, тут же начав отползать, отталкиваясь руками и ногами, словно хотел оказаться как можно дальше от этого существа, которое ещё минуту назад было его братом.

В панике он схватил первую попавшуюся вещь — пустую банку из‑под газировки — и швырнул в Джерома. Потом кружку, потом вазу с сухими цветами, которая разлетелась на осколки, но не остановила брата. Сильвер метался взглядом по комнате, ища что‑то, что могло бы защитить его, убедить его, что это просто кошмар, спецэффекты, чья‑то злая шутка.

— Не подходи!

Кричал он, голос срывался, становился тонким и чужим.

— Что ты такое?! Что ты с собой сделал?!

Джером рванулся вперёд, перешагнув через осколки, и схватил Сильвера за плечи, крепко, но стараясь не причинить боли. Сильвер дёрнулся, попытался вырваться, но хватка у Джерома была железной.

— Идиот, стой!

Рявкнул Джером, встряхивая его, чтобы прогнать панику.

— Я не убью тебя! Да успокойся уже! Это я! Всё тот же я! Просто… просто ты должен был узнать. Сейчас. Пока ещё не поздно.

Сильвер замер, тяжело дыша, его грудь вздымалась — от страха, от шока, от ощущения, что весь его привычный мир только что треснул по швам. Он смотрел на Джерома, на его волчьи уши, на хвост, который нервно подрагивал, на клыки, которые всё ещё виднелись в полуоткрытом рту, и пытался найти в этом лице хоть что‑то знакомое. И находил. В глазах брата было то же самое упрямство, та же забота, которую он видел каждый день, просто теперь она была обрамлена чем‑то совершенно невозможным.

— Это… нереально..

Прошептал Сильвер, голос дрожал, слова давались с трудом.

— Этого не бывает. Это… это какой‑то бред. Ты… ты же всегда был обычным. Мы всегда были обычными..

Джером медленно ослабил хватку, но не отпустил его полностью. Он наклонился чуть вперёд, чтобы их глаза оказались на одном уровне, и сказал тихо, но так твёрдо, что каждое слово врезалось в сознание Сильвера, как гвоздь.

— Мы никогда не были обычными.

Выдохнул он.

— Просто ты не должен был знать… пока не проснётся твоя сила. А она уже близко. Я чувствую это. И если ты не будешь готов, она сожжёт тебя изнутри.

Сильвер хотел снова закричать, хотел оттолкнуть его, убежать, спрятаться под одеяло и сделать вид, что ничего не было. Но слова застряли в горле. Вместо этого он просто сидел, дрожа, и смотрел на брата, пытаясь осознать, что теперь ничего не будет как раньше.

В комнате снова стало тихо. Только где‑то на кухне капала вода из крана, и этот звук теперь казался Сильверу самым громким в мире.

________________________________________

|993 слова|