Глава 13 "Безопасное место"
Спустя 5 дней, они наконец-то дошли. Облачные Глубины встретили их. Но Лань Чжань не повез Вэй Ина к главным воротам резиденции и уж тем более не стал сдавать его в лекарственный павильон. Он слишком хорошо знал старейшин своего клана во главе с дядей, Лань Цижэнем. Стоило им увидеть Старейшину Илина, как тут же начались бы допросы о нарушении правил, требования очистить душу и запереть преступника в кандалы. Вэй Ин в его нынешнем состоянии этого просто не перенес бы.
Повозка остановилась у самого края границ ордена, там, где начинались общие гостевые постройки. Лань Чжань сошел с козел и открыл полог.
— Мы на месте, — коротко сказал он, глядя на Вэнь Цин. — Здесь вас никто не тронет. Мой брат уже в курсе, он выделит вам безопасное жилье под прикрытием нашего ордена как лекарям. На совете вас не выдадут.
Вэнь Цин облегченно выдохнула, на секунду прикрыв глаза. Вэнь Нин поспешно выбрался наружу, крепко прижимая к себе сумки с травами. Девушка повернулась к Лань Ванцзи поклонилась ему.
— Спасибо тебе, Лань Ванцзи. Если бы не ты, нас бы уже растерзали Цзини. Обещаю, мы сделаем всё, чтобы отплатить за это укрытие. Но.. как же Вэй Усянь? Ты оставишь его здесь?
— Нет, — отрезал Лань Чжань, переводя взгляд на спящего парня. — Я увезу его подальше от резиденции. Туда, где его никто не найдет.
— Понимаю, — кивнула Вэнь Цин. — Береги его. Его меридианы уничтожены, обычная медицина тут бессильна. Ему нужен только покой.
Вэнь Нин тоже низко поклонился, его голос дрожал от благодарности.
— Спасибо вам, Ханьгуан-цзюнь!Пожалуйста, спасите молодого господина Вэй!
Лань Чжань молча кивнул им на прощание, снова запрыгнул на место кучера и ударил вожжами. Лошади двинулись дальше, увозя его и Вэй Ина вглубь густых земель Гусу, подальше от чужих глаз.
Направив повозку по заросшей тропе в самый дальний конец угодья Гусу Лань, Лань Чжань наконец остановился. На самом краю обрыва, окруженный густой стеной столетнего бамбукового леса, стоял небольшой деревянный домик. Когда-то давно здесь жил один из старейшин-отшельников, а последние годы дом пустовал. Вокруг не было ни души. Это было идеальное место, чтобы спрятать Вэй Ина от пересудов заклинательского мира.
Прошла неделя. Пять дней из нее Вэй Ин провел в тяжелом, беспамятном забытьи, балансируя на грани жизни и смерти. Но на седьмой день он наконец полностью пришел в себя.
Он открыл глаза рано утром, когда сквозь бамбуковые шторы в комнату пробивался мягкий свет. Вэй Ин долго и тупо смотрел в незнакомый деревянный потолок, пытаясь сообразить, где находится. Тело казалось совершенно беспомощным. Он попытался приподняться на локтях, но в глазах тут же потемнело, а в груди вспыхнула боль, что он тихо, хрипло застонал и повалился обратно на подушки.
— Вэй Ин. Не двигайся, — раздался рядом тихий голос.
Вэй Ин скосил глаза. На полу у постели, на небольшом мате, сидел Лань Чжань. Вид у Ханьгуан-цзюня был изможденным, под глазами залегли темные тени, белые одежды были помяты. В руках он держал небольшую глиняную пиалу, от которой поднимался легкий пар.
— Лань.. Лань Чжань? — горло Вэй Ина немилосердно драло.— Мы где? Неужели.. в Гусу? Ох, богатырь, ну и рожа у тебя. Можно подумать, это тебя Мадам Юй из дома выгнала, а не меня.
Лань Чжань ничего не ответил на эту попытку пошутить. Он только вздохнул, аккуратно завел руку под спину Вэй Ина и помог ему сесть, оперевшись на гору подушек. Каждое движение давалось Вэй Ину с трудом.
Лань Чжань поднес к его губам ложку с теплой, жидкой рисовой кашей.
— Ешь. Тебе нужны силы.
— Ого, сам великий Ханьгуан-цзюнь кормит меня с ложечки? — Вэй Ин попытался улыбнуться, но губа сразу лопнула, и выступила маленькая капля крови. Он слизнул ее и проглотил кашу. — Мда, у вас в Гусу даже каша на вкус как мокрая бумага. Специй бы туда.. или хоть соли бросили.
— Нельзя, — произнес Лань Чжань, настойчиво поднося следующую ложку. — Вэнь Цин строго запретила острую еду перед отъездом. Твой желудок сейчас слишком слаб, как и все остальное.
Вэй Ин вздохнул и продолжил послушно глотать кашу, понимая, что спорить бесполезно. Когда пиала опустела, Лань Чжань бережно вытер его губы чистой тряпицей и укрыл одеялом по самые плечи.
— Лань Чжань, — тише сказал Вэй Ин, глядя на свои руки, на которых багровые вены все еще остались, — Вэнь Цин ведь успела осмотреть меня в лагере. Я всё слышал. Сквозь бред, но слышал. Она сказала, что мои меридианы выжжены. Что я теперь калека и обычный человек. Это правда?
Лань Чжань замер. Он опустил глаза и его пальцы крепче сжали пустую пиалу. Он не умел врать, особенно Вэй Ину.
— Вэнь Цин сказала, что каналы уничтожены. И что обычная медицина тут не поможет. Она считает это необратимым.
Вэй Ин горько усмехнулся и отвернулся к окну, за которым качался бамбук.
— Ну вот и всё. Отбегался первый ученик. Теперь понятно, почему Юньмэн от меня отказался. Кому нужен первый ученик, который даже меч в руках удержать не может.
Лань Чжань молча поднялся, отставил пиалу в сторону и подошел к углу комнаты, где на невысоком столике лежал его гуцинь. Он сел перед инструментом, расправил широкие рукава и мягко опустил пальцы на струны. Воздух в комнате тут же задрожал от первых звуков мелодии «Очищение» Лань Чжань начал вливать в струны свою светлую духовную энергию, направляя ее мягкие волны прямо к телу Вэй Ина.
— Лань Чжань, зачем? — вяло отозвался Вэй Ин с кровати, закрывая глаза. — Зачем ты ты тратишь свои силы? Вэнь Цин сказала, что меридианы мертвы, значит, твоя музыка тут ничего не исправит. Не переводи энергию, тебе самому восстанавливаться надо после войны.
Но Лань Чжань даже не поднял головы. Он продолжал играть. В его голове была только одна мысль, которую он не озвучил бы ни одному старейшине. Клан Лань веками изучал скрытые техники духовного союза и парного совершенствования. Лань Чжань верил, что если обычные лекарства бессильны, то регулярное, целенаправленное воздействие чистейшей светлой магии через музыку способно на невозможное. Он решил, что будет каждый день, часами, по миллиметру сшивать разорванные каналы Вэй Ина своей собственной силой. Пусть это займет месяцы, пусть потребует напряжения, но он это сделает.
И чудо, в которое Вэнь Цин наотрез отказывалась верить, начало происходить прямо сейчас.
Вэй Ин лежал, укутавшись в одеяло и под мерные звуки гуциня внутри его груди вдруг разлилось тепло. Ему показалось, что сквозь выжженные меридианы потянулись крошечные светлые нити. Боль в разрушенных меридианах, которая мучила его каждую минуту, начала капля за каплей, отступать. Его дыхание выровнялось и он впервые за долгое время погрузился в глубокий сон.
Лань Чжань продолжал играть, глядя на спящего Вэй Ина. Его пальцы на струнах двигались плавно. Меридианы Вэй Ина были уничтожены, но благодаря Лань Чжаню они медленно начали восстанавливаться.