Глава 42
26 апреля. Пятница
Утром после его возвращения Алиса проснулась рано. Егор ещё спал - впервые за долгое время он не вскочил в шесть утра, не потянулся за телефоном, не пошёл варить кофе. Он лежал на боку, уткнувшись лицом в подушку, и дышал глубоко и ровно. Синяк под глазом за ночь стал темнее, ссадина на скуле покрылась корочкой. Но лицо было спокойным. Он был дома. Живой.
Она осторожно встала, чтобы не разбудить, и пошла на кухню. Сварила кофе, нарезала хлеб, достала масло. За этим занятием её и застал телефонный звонок - звонила Катя.
- Он вернулся? - спросила она без предисловий.
- Да. Вчера вечером.
- Живой?
- Живой. С синяками, но живой.
- Слава богу. Я волновалась. Ты как?
- Тоже живая. Устала, но живая. Слушай, ты не могла бы сегодня заехать? Он будет отсыпаться, а мне нужно разобрать кое-какие дела по свадьбе. Одной скучно.
- Конечно. В три буду.
Катя приехала ровно в три с пакетом эклеров и бутылкой безалкогольного игристого. Егор всё ещё спал - Алиса заглянула в спальню, он даже не пошевелился. Она прикрыла дверь и вернулась в гостиную.
- Рассказывай, - потребовала Катя, усаживаясь в кресло.
Алиса рассказала. Про звонок Сергеича, про Нижний Новгород, про четыре дня неизвестности. Про то, как он вернулся - с синяками, с разбитыми костяшками, но с обещанием, что это в последний раз.
- Ты ему веришь? - спросила Катя.
- Верю. Он никогда мне не врал. Недоговаривал - да. Но не врал. Если он говорит, что уходит, - значит, уходит.
- А ты готова к тому, что он уйдёт? Ну, в смысле - из теневого бизнеса. Это же часть его. Большая часть. Чем он будет заниматься?
- Стройкой. Инвестициями. Благотворительностью. Он и так этим занимается. Просто теперь без «деликатных разговоров».
Катя откусила эклер и задумалась.
- Знаешь, я сначала думала, что ты сошла с ума. Связаться с человеком, у которого такое прошлое... Но теперь я вижу: он реально меняется. Ради тебя. И это круто.
- Он не просто меняется. Он становится собой. Настоящим. Тем, кем мог бы быть, если бы жизнь не заставила его стать другим.
- Это ты его таким сделала.
- Нет. Он сам. Я только была рядом.
В спальне послышался шум. Егор появился в дверях - заспанный, в мятой футболке, со следами подушки на щеке. Увидел Катю и слегка нахмурился.
- У меня дежавю. Кажется, я уже просыпался, а вы тут сидели и обсуждали меня.
- Обсуждали, - призналась Катя. - Но только хорошее. Ты у нас теперь положительный персонаж.
- Я всегда был положительным. Просто не все это замечали.
Он сел за стол, и Алиса поставила перед ним чашку кофе. Катя пододвинула эклеры. Они сидели втроём, говорили о предстоящей свадьбе, о том, сколько дней осталось, о том, что платье уже готово, а галстук для Егора ещё не выбран.
- Я сам выберу галстук, - проворчал он. - Что я, маленький?
- Ты - мужчина. Тебе нельзя доверять выбор галстука, - отрезала Катя. - Алиса, проконтролируй.
- Проконтролирую, - пообещала Алиса.
Вечером, когда Катя ушла, они снова остались вдвоём. Егор чувствовал себя лучше - сон и еда сделали своё дело. Он сидел на диване, Алиса пристроилась рядом, положив голову ему на плечо.
- Знаешь, о чём я думал там, в Нижнем? - сказал он тихо.
- О чём?
- О нас. О свадьбе. О том, что я могу не вернуться. И эта мысль была страшнее, чем все угрозы вместе взятые. Раньше я не боялся смерти. А теперь боюсь.
- Потому что есть ради чего жить?
- Потому что есть ты. И я не хочу это терять.
Она прижалась к нему крепче.
- Ты не потеряешь. Я здесь. И через три недели мы поженимся. И будем жить долго. Без синяков.
- Без синяков - вряд ли. Я всё ещё иногда падаю на стройке.
- На стройке - можно. Но без «деликатных разговоров».
- Договорились.
Он поцеловал её в макушку. За окном темнело. Апрельский вечер был тихим и тёплым. Впереди были выходные. А потом - последние недели перед свадьбой. И они оба ждали этого дня с нетерпением и трепетом.
---
1 мая. Среда
Май начался с дождя. Тёплого, почти летнего - он шумел за окном, барабанил по подоконнику, и в этом звуке было что-то успокаивающее. До свадьбы оставалось одиннадцать дней.
Алиса стояла у окна с чашкой кофе и смотрела, как капли стекают по стеклу. Она думала о том, как странно всё повернулось. Чуть больше года назад она была сломленной девушкой, которая боялась каждого нового дня. Теперь она стояла в их общей квартире, с кольцом на пальце, и через полторы недели должна была стать женой человека, которого любила больше жизни.
- О чём думаешь? - Егор подошёл сзади, обнял за талию.
- О том, что я счастлива. Просто стою и чувствую это. Без повода, без причины. Просто счастлива.
- Это лучшее, что я слышал за сегодня.
- А что ты слышал до этого?
- Звонил прораб. Ругался. Там бетон не тот привезли.
- Это решаемо?
- Уже решил. Пока ты стояла и была счастлива, я разрулил бетонный кризис.
Она рассмеялась. Он всегда так делал - решал проблемы быстро, буднично, не отвлекая её. Она даже не всегда знала о них.
Днём они поехали в усадьбу - последний раз перед свадьбой. Татьяна Львовна встретила их у ворот. Сад преобразился: яблони стояли в цвету, сирень благоухала, лужайка была идеально подстрижена. Шатёр уже установили - пока пустой, без украшений, но в нём уже чувствовалось предвкушение праздника.
- Здесь будут столы, - показывала Татьяна Львовна. - Там - танцпол. Арка для церемонии - под той большой яблоней. Вид на реку оттуда открывается чудесный.
Алиса прошла к яблоне. Встала под ветвями, усыпанными белыми цветами. Закрыла глаза и представила: они стоят здесь, держатся за руки, и он говорит ей слова, которые она запомнит на всю жизнь.
- Нравится? - спросил Егор, подходя.
- Очень. Здесь идеально. Лучше, чем я мечтала.
- Я рад.
- Ты что-то задумал?
- Почему ты спрашиваешь?
- У тебя такое лицо. Как будто ты знаешь что-то, чего я не знаю.
- Я всегда знаю что-то, чего ты не знаешь. Но это - сюрприз. Потерпи одиннадцать дней.
- Ты невозможен.
- Я знаю. Поэтому ты меня и любишь.
Они ещё немного погуляли по саду, обсудили последние детали с Татьяной Львовной. Всё было готово. Оставалось только ждать.
---
10 мая. Пятница. За день до свадьбы
Канун свадьбы. Алиса проснулась с чувством, будто внутри неё натянута струна - не от страха, а от предвкушения. Завтра. Завтра она станет женой.
Они решили провести этот день раздельно - она уехала к маме, чтобы переночевать там, а Егор остался в квартире. Традиция, которую настояла мама: «Жених не должен видеть невесту до церемонии. Это плохая примета». Егор ворчал, что не верит в приметы, но подчинился.
Дома у мамы было тепло и уютно. Пахло пирогами - мама пекла с утра. Катя, Полина и Ася приехали к вечеру. Они сидели в гостиной, пили чай, смеялись. Ася читала стихи, которые написала специально для завтрашней церемонии. Полина примеряла платье подружки невесты. Катя, как главная распорядительница, проверяла тайминг.
- Значит, так, - командовала она. - Подъём в восемь. Завтрак - лёгкий, без жирного. В десять приезжает визажист. В час - фотограф. В два выезжаем в усадьбу. Церемония в три. Вопросы?
- А если дождь? - спросила Полина.
- Не будет дождя. Я договорилась.
- Ты договорилась с погодой?
- С синоптиками. Они обещали солнце. А если обманут - у нас есть запасной план с шатром. Всё схвачено.
Алиса смотрела на подруг и чувствовала, как глаза наполняются слезами. Не от грусти - от переполняющей благодарности. Они были с ней. Они прошли с ней через всё. И завтра они будут рядом.
Вечером, когда все разошлись по комнатам, Алиса сидела на кухне с мамой. Та молча гладила её по голове, как в детстве.
- Завтра ты станешь женой, - сказала мама тихо.
- Да.
- Я горжусь тобой. Ты прошла через такое, через что не каждая взрослая женщина пройдёт. И ты не сломалась. Ты стала сильнее. И ты нашла человека, который тебя любит. Я счастлива.
- Спасибо, мам.
Они обнялись. За окном темнел майский вечер. Где-то пели соловьи. Впереди была ночь, полная ожидания. А за ней - день, который изменит всё.