Глава 14
Это случилось в конце декабря, за неделю до Нового года.
Алиса осталась у Егора после вечерней прогулки. Они гуляли по заснеженному городу, пили глинтвейн в маленьком баре на набережной, смотрели, как падает снег. Когда часы пробили полночь, он сказал:
- Поздно уже. Оставайся у меня. Завтра суббота, тебе никуда не нужно.
Она согласилась. Это было не в первый раз - она уже оставалась у него раньше, когда они засиживались допоздна. Он стелил ей в гостевой спальне, и она засыпала под тихий шум города за окном. Между ними ещё ничего не было, кроме поцелуев и долгих объятий. Егор никогда не давил, никогда не требовал большего. Он ждал. И Алиса была ему за это благодарна.
Но в тот вечер всё было иначе.
Они сидели на диване, пили чай, и Егор рассказывал смешную историю о том, как однажды пытался самостоятельно приготовить утку по рецепту Жерара. Алиса смеялась, запрокинув голову, и вдруг поймала его взгляд - не тот, что был обычно. Не спокойный, не защищающий. Горячий. Жаждущий. Такой, каким он смотрел на неё очень редко, но она научилась его замечать.
Она замолчала. Смех оборвался.
- Что? - спросил он.
- Ничего. Просто ты так на меня смотришь.
- Как?
- Будто хочешь что-то сказать.
Егор поставил чашку на стол. Повернулся к ней всем корпусом. Между ними было расстояние в несколько сантиметров - диванная подушка, не больше. Она чувствовала тепло его тела, слышала его дыхание.
- Я много чего хочу сказать, - произнёс он тихо. - Но боюсь спугнуть.
- Меня трудно спугнуть. Ты же знаешь.
- Знаю. Поэтому и молчу.
Он протянул руку и заправил ей за ухо выбившуюся прядь. Жест был простым, почти будничным. Но от этого прикосновения по коже побежали мурашки.
- Егор, - сказала Алиса, и голос её дрогнул. - Я не хочу больше ждать.
Он замер. Рука застыла у её щеки.
- Ты уверена?
- Да.
- Ты знаешь, что я старше тебя. Намного.
- Мне всё равно.
- Ты знаешь, что у меня есть прошлое. Что я делал вещи...
- Я знаю, - перебила она. - Я знаю о тебе достаточно. И я всё ещё здесь. Разве этого мало?
Он смотрел на неё долгим, изучающим взглядом. Потом медленно, очень медленно наклонился и поцеловал её. Не так, как раньше - не осторожно, не сдерживаясь. По-настоящему. Глубоко. Так, что у неё перехватило дыхание.
- Я не хочу, чтобы ты потом жалела, - прошептал он, оторвавшись от её губ.
- Я не пожалею. Я никогда ни о чём не жалею. Ты же знаешь.
Он усмехнулся.
- Знаю. Ты самая упрямая девушка из всех, кого я встречал.
- И поэтому ты меня любишь.
Он не ответил - слова были не нужны. Вместо этого он снова поцеловал её, и на этот раз поцелуй был долгим, жадным, требовательным. Она ответила с той же силой.
Его руки скользнули по её плечам, спустились к талии. Он притянул её ближе, и она почувствовала, как сильно бьётся его сердце. Он - взрослый, сильный, прошедший через ад мужчина - дрожал от её прикосновений. Это опьяняло. Это давало ей власть, о которой она даже не подозревала.
- Пойдём, - сказал он хрипло.
Она встала и взяла его за руку. Он повёл её в спальню.
В комнате было темно, только свет уличных фонарей пробивался сквозь шторы. Егор не стал включать лампу. Он остановился у кровати и повернулся к ней.
- Если ты захочешь остановиться - скажи. В любой момент. Я остановлюсь.
- Я знаю.
- Я серьёзно. Ты для меня важнее, чем...
- Егор, - она прижала палец к его губам. - Перестань. Я не стеклянная. Я не сломаюсь. Просто будь со мной.
Он кивнул. И перестал сдерживаться.
Его поцелуи стали смелее. Он целовал её шею, плечи, ключицы. Его руки скользили по её телу - уже не робко, не осторожно, а уверенно и жадно. Она отвечала тем же. Она стянула с него свитер, провела ладонями по его груди, чувствуя мышцы, шрамы, тепло его кожи. Один шрам был длинным - от плеча до локтя. Она не спрашивала, откуда он. Не сейчас.
Они опустились на кровать. Одежда летела на пол, дыхание становилось чаще, движения - смелее. Алиса не думала о том, что она неопытна. Она не думала о том, что он старше. Она думала только о нём - о его руках, его губах, его запахе. О том, как он шепчет её имя. О том, как дрожат его пальцы, когда он касается её бёдер.
Он был нежным. Гораздо более нежным, чем она ожидала от человека с его прошлым. Он не торопился, не брал силой - он спрашивал. Каждым движением, каждым прикосновением. «Так?» - «Да». - «А так?» - «Да». Он изучал её тело так, будто это была самая важная карта в его жизни. Будто от того, насколько хорошо он её узнает, зависело всё.
Когда он вошёл в неё, она зажмурилась от боли - резкой, но быстро прошедшей. Он замер, давая ей привыкнуть. Поцеловал в висок.
- Ты как?
- Хорошо. Не останавливайся.
Он двигался медленно, осторожно. Постепенно боль ушла, сменившись чем-то новым - теплом, которое разливалось по телу, заставляло выгибаться ему навстречу, заставляло стонать его имя. Она вцепилась в его плечи, чувствуя, как напрягаются мышцы под её пальцами. Он дышал тяжело, сбивчиво, шептал что-то - кажется, её имя, кажется, какие-то слова, которых она не разбирала.
Мир сузился до этой комнаты, до этой кровати, до их переплетённых тел. Не было прошлого - ни его, ни её. Не было будущего. Только этот момент. Только они.
Когда всё закончилось, они лежали в темноте, тяжело дыша. Егор притянул её к себе, укрыл одеялом. Она прижалась щекой к его груди и слушала, как постепенно успокаивается его сердце.
- Ты в порядке? - спросил он тихо.
- Да. А ты?
- Я... - он замолчал. - Я не знаю, как это описать.
- Попробуй.
- Как будто я всю жизнь ходил в броне. А ты взяла и сняла её. Без усилий. Просто потому что ты - это ты.
Алиса подняла голову и посмотрела на него. В полумраке его лицо казалось моложе. Мягче. Он смотрел на неё с такой нежностью, что у неё защипало в глазах.
- Ты не в броне, - сказала она. - Ты просто человек. И я люблю тебя.
Он долго молчал. Потом провёл рукой по её волосам и ответил - тихо, так, что она едва расслышала:
- Я тоже тебя люблю. Я хотел сказать это раньше, но боялся.
- Чего?
- Что ты уйдёшь. Что испугаешься. Что я тебе не нужен.
- Ты мне нужен. Ты самый нужный человек в моей жизни. Кроме мамы.
Он тихо рассмеялся.
- Это, наверное, самый большой комплимент, который я получал. После мамы.
- Так и есть.
Они лежали в темноте, обнявшись, и за окном шёл снег. Крупные хлопья падали на подоконник, на стекло, на спящий город. Алиса думала о том, что первый раз у неё случился не так, как она представляла в детстве. Не с ровесником на вечеринке после выпускного. Не в романтической поездке на море. А здесь - в квартире человека с тёмным прошлым, который старше её на девять лет.
Но она не жалела. Ни секунды. Потому что это было правильно. Потому что это был он.
- Алиса, - позвал он сонным голосом.
- Что?
- Завтра я приготовлю тебе завтрак. У меня есть блинная сковородка. Я никогда ей не пользовался, но ради тебя - попробую.
Она рассмеялась.
- Ты умеешь готовить блины?
- Нет. Но я умею учиться. Ты же меня знаешь.
- Знаю. Ты всему учишься. Даже быть счастливым.
Он ничего не ответил - только прижал её крепче. Через несколько минут его дыхание стало ровным и глубоким. Он уснул.
Алиса лежала без сна, слушала его дыхание и думала о том, как странно устроена жизнь. Она пришла в «Зеркало» за деньгами на курсы. А нашла человека, который перевернул её мир. Который увидел её настоящую - и не отвернулся. Который снял броню, которую носил двадцать лет.
Завтра будут блины. И разговоры. И новые трудности - потому что у них обоих были тени, которые никуда не исчезнут. Но сегодня - сегодня она была счастлива.
Впервые за долгое время - по-настоящему счастлива.