Лето не прощает.

Алексей

Глаза открываются от ярких лучей, и солнце, ещё утреннее, жарит, будто в зените. Под собой чувствую твёрдую почву, шею щекочет трава. В руке зажата пустая бутылка вина.

Оглядываюсь и вижу спящую рядом девушку. Она свернулась калачиком, а футболка едва прикрывает бёдра. Мне тяжело отвести взгляд. Она выглядит настолько естественно именно в этой одежде, в этом месте, что это необычно привлекательно.

Моё лицо накрывает улыбка, а взгляд отрывается от мирно спящей девушки. Та педантичная, словно живущая по пунктам, Маша приехала ко мне всего пару недель назад. И я не думал, что спать на улице, на газоне, входит в её список правильности. Это вернуло мне на миг забытые воспоминания...

Пять лет назад..

— Лёша! Мы договорились пойти на пикник! А ты спишь! — возмущённый крик пробудил меня, а следом в лицо прилетела подушка.

— Как ты вообще здесь оказалась?.. — недовольно ворчу я, заспанными глазами разглядывая девушку.

— Мама твоя меня впустила. — Она бесцеремонно присела рядом со мной, наклонилась всем телом и звонко чмокнула меня в нос. На мгновение у меня даже зазвенело в ушах. — Пикник! Я взяла с собой круассаны, бутерброды, твой любимый холодный чай. Можем ещё пожарить мясо, если хочешь. Себе я взяла достаточно для травоядного. А ещё... Я нашла место...

— Маш, подожди. Я помню... Может, проведём время как-то по-другому? — слегка толкаю её в плечо и нависаю сверху. Волнистые волосы рассыпаются по подушке, а взгляд беспомощно цепляется за меня. Коленом слегка развожу её ноги, слышу, как её дыхание сбивается, но взгляд всё равно остаётся непреклонным. Её грудь вздымается, как обычно, часто, когда я рядом. А нижняя губа немного прячется из-за покусываний. — Зачем нам где-то в лесу, на траве, если есть моя уютная постель? — губы касаются её шеи, запах мёда и ванили ударяет в нос. Я чувствую, как её тело отзывается на ласки. Кожа покрывается мурашками, а ноги невольно обхватывают мой торс. Стоило моему возбуждению набрать обороты, как я получил подзатыльник.

— Ты придурок, Лёша! Я хотела как лучше, отвлечь тебя от этой комнаты, от экзаменов! А ты опять всё сводишь только к одному! — столкнув меня на край кровати, она стремительно покидает комнату, нарочно забывая забрать рюкзак с едой. Я лишь остаюсь на постели, глядя ей вслед.

В голове всплыло напоминание, которое я всегда отмахивал в сторону. Сейчас оно засело сильнее прежнего. Мы не сможем быть вместе после выпускного. У нас разные пути. Я должен поступить в универ.

Краем глаза замечаю разбросанные папки и учебники. Собирать их и складывать нет смысла, ведь из вечера в вечер я повторяю всё, чтобы не завалить экзамены...

Наверное, именно тогда между нами появилась первая серьёзная трещина.

Мария

За окном машины проносятся улицы, многоэтажные дома тёплого оттенка, который впечатается в память на ассоциативном уровне. Зелень, живущая наперекор палящему солнцу. Лёша подпевает песне, которая разливается по салону. Его взгляд прикован к дороге, и парня вовсе не заботит, что его могут услышать, раскритиковать за фальшивые ноты. Он проживает этот момент, смакуя, разделяя на волокна.

Я осознаю, что не свожу с него взгляда: с линии челюсти, со слегка прищуренных светлых глаз. Едва кудрявые локоны витают от порывов ветра у его лица. Оттенок его глаз серый, но не в том понимании, которое я вкладываю в этот цвет. Серые будни. Серые бетонные дома. Серая толпа. Его глаза — это определённо что-то другое. Штурмовые облака над океаном. Серость, опасная, слегка синяя от угрозы.

Невольно сглатываю и едва заметно поворачиваю голову в поисках другого зрелища. Мои руки сжаты от непонятного мне напряжения, и только сейчас я понимаю, что несколько секунд задерживала дыхание.

В планах — пляж. Горячий песок, волны, омывающие берег с напором и свежестью. Запах йода Балеарского моря вместе с тонким ароматом воды, тепла и водорослей.

Наспех купленный купальник чуть сдавливал грудь, и после избавления от рубашки мой взгляд то и дело следил, чтобы ничего лишнего не было видно. Ноги ступают по горячему песку вслед за Алексеем. Без кучи защитных слоёв одежды тело чувствует себя зажатым и некомфортно. Словно уязвимый, оголённый стебель. Я слежу за тем, чтобы плечи были расслаблены, а руки не прилипали к туловищу. Иначе не только я буду знать о том, как мне некомфортно.

Впереди виднеются друзья Лёши. Некоторые из них мелькают в размытых воспоминаниях о вечеринке. Девушка с кудрявыми рыжими волосами тянется к нему и приветливо заключает в объятия. Руки парня обхватывают тонкую талию и точёную спину. Рост девушки позволяет смотреть в серые глаза наравне. А близость, о которой я не в курсе, позволяет без стеснения так долго находиться в его руках. Отчего внутри неприятно кольнуло. Я одёрнула себя от непонятных чувств и с наигранной уверенностью поздоровалась с остальными.

Наконец на языке застыло имя высокой огненной девушки — Таисия. Другие имена я помнила лишь первые десять минут.

И без того разгорячённые тела грелись на шезлонгах перед погружением в пенные волны. Где-то вдалеке, возле прибрежного кафе, кричали чайки, норовя напасть на чужие десерты.

Я последовала в скрывающее меня от всех глаз жидкое блаженство. По бёдрам ударила волна, и она была уже более ощутимой в контрасте с первыми шагами. С шумным выдохом я погрузилась в воду и размашистыми движениями рук поплыла навстречу морскому потоку. Непонятное смятение уносило меня дальше от берега, не давая обернуться.

Чтобы прийти в себя, нырнула с головой. Кислород выходит пузырьками из носа, шум воды перекрыл гвалт отдыхающих. На миг существование стало более приятным. Лучи солнца всё ещё тепло касались моего тела, подталкивая меня спрятаться в глубине. До тех пор, пока не закончился кислород.

Вновь я на поверхности, глотаю воздух, а компания позади меня собралась играть в волейбол. В воде. Алексей снял рубашку и кинул на песок, с разбегу оказался в море, одаривая остальных брызгами. Пару взмахов руками — и он вынырнул прямо передо мной.

— Ты всегда была экстравертом, а сейчас готова под водой спрятаться. — С чёлки падают капли на его грудь и плечи. Кожа покрылась мурашками, а мышцы напряглись, завораживая меня своим видом. В контрасте с водой его взгляд более яркий и глубокий, даже блестящие от солнца волны не могут меня отвлечь.

Не дожидаясь ответа, он нырнул вновь. Пока мой взгляд рассеянно его искал, в долю секунды его сильная рука ухватилась за лодыжку и потянула на глубину. От неожиданности я вскрикнула и набрала в рот воды. Внушительные пузыри от кашля огибали моё лицо и всплывали вверх. Я не успела оттолкнуться от дна, как он вновь вытащил меня на поверхность.

— Ты... идиот, я спокойно плаваю! Зачем лезешь ко мне? — тираду обвинений прерывают кашель и тошнота. Мысли о количестве возможной проглоченной мочи тревожной пеленой засели в желудке. В лице Лёши я не вижу раскаяния и нападаю: щиплю его за руки, бока, пока тот заливается смехом. Стоило мне ущипнуть больнее, как мы вдвоём вновь оказались под водой.

Вечер не близился к концу. После водных игр все разожгли костёр, как только солнце спряталось за горизонтом. Песок липнул к ногам, алкоголь из стаканчиков плескался во время бесед. Я укуталась в полотенце и налила себе холодного пива. По-прежнему мир вокруг меня кажется чужеродным, или я просто никак не могу расслабиться.

Сколько бы Лёша ни тянул меня в поток, меня из него выбрасывает желание быть наблюдателем, а не участником. Просто смотреть, как другие заливаются смехом от очередных историй, шуток. Как дистанция между некоторыми испаряется с удивительной скоростью.

Дистанция Таисии и Алексея сокращалась медленно, но стремительно. Сперва у неё развязался купальник, а мой кудрявый друг не смог не помочь. После он сам придвинулся к ней чуть ближе, когда они активно болтали в толпе.

Сама того не желая, я бросаю взгляд на двоих и тут же отворачиваюсь. Девушка явно настроена серьёзно. Она показывает свои намерения словами, касаниями, движениями. Чего стоит её взгляд, слегка нахмуренные брови, налитые возбуждением зрачки и ресницы, что игриво и неумело пытаются это скрыть. Лёша принимает, но не спешит. Он дразнит. В голове всплывает вопрос: «Таисию или меня?» Хотя при чём здесь я? Это лишь игры пьяного разума.

Через стыд я продолжаю искоса наблюдать. Не понимая, что так вынуждает меня смотреть, думать... Когда разум кричит отвернуться. Я всё ещё слежу за руками парня. Так небрежно и лениво, но крепко Лёша касается её лица, убирает пряди волос. Обнимает за талию, пока её пальцы выводят на его груди узоры.

Моё тело напряглось, а ветер обдул табун мурашек. Это неправильно. Всё это ощущается ловушкой, гипнотизирующей паутиной.

Я кидаю стакан в мусорку и порывистыми шагами стремлюсь к машине.

К раздражающему подтверждению собственных убеждений дверцы не заблокированы. А думать о речи, в которой я бы могла надавить на Алексея за безответственность, не было желания. Открыв себе путь, я повалилась на заднее сиденье, ладонями закрывая глаза. Хмель пива одарил меня головокружением, и я пожалела о своей драматичности.

— Чёрт... Что происходит, Маш? Что ты творишь? — вопросы в тишину, а в груди неприятно ноет от картин объятий тех двоих.

Рука касается моего бедра и скользит к самому купальнику. Я бросаю вызов серым глазам, но не оказываюсь победителем. Тот азарт, желание, восхищение в глазах Алексея покрывают мои щёки красным. Немного влажная ткань на груди стала дискомфортом в контрасте с горячим телом. Колено парня умещается на сиденье между моих ног, рубашка, едва прикрывавшая тело, лёгким движением отлетает куда-то позади, на песок.

Он закрывает дверь машины и нависает надо мной. В очертаниях лунного света я вижу ухмылку, блеск опьянённых страстью глаз и понимаю: он знает, что победил.

На миг я закрываю глаза, чтобы восстановить дыхание, избавиться от кружащего голову желания. Но тело не поддаётся разуму. Нужно остановиться, прекратить то, о чём я буду жалеть. От чего мне будет тоскливее? От касаний, которые я так и не получу? Или от того, что поглотит меня в омут запретного удовольствия?

— Я хочу тебя... — тихий, но рычащий под внешним спокойствием шёпот, от которого мне хочется убежать так же сильно, как оказаться под властью его рук.

Крепкая рука касается внутренней стороны моего бедра и ведёт вверх. Ещё миг — и я не смогу это остановить.