Лето не прощает.

Голова гудит ещё до момента пробуждения, а под спиной что-то, что мешало моему сну. Я пытаюсь нащупать и убрать причину дискомфорта и сталкиваюсь с теплой мужской рукой. Меня словно прошибло током, а сон сняло как рукой. Оглядываюсь и вижу спящего рядом Лешу.

 Мы одетые, словно увалились спать сразу же после вечеринки. Сердце в тревоге находит точку опоры для успокоения. Но неловкость не заставляет себя ждать. Чувствую, как моя щека соприкасается с мокрой от слюны подушкой. Рукой вытираю следы сладкого сна. Сбоку от меня зашуршал парень, а после болезненно промычал.

— Ты мне руку отлежала...

— А какого черта ты не на ковре спишь? — вспыхнула я, подрываясь с кровати.

— Так это моя постель и моя квартира. — он засмеялся и тут же притих, прижимая руку ко лбу. Похмелье и его не пощадило.

Резкими движениями, показывая свое недовольство, я подхватила чистые вещи из шкафа и побрела в уборную.

Под струями прохладной воды я вспоминаю детали вечера. Но некоторые впечатались в мою память отчетливо. Его руки, властно ведущие танец, касающиеся меня без напора. Пьяное дыхание, опаляющее щеки, шею и уши. Запах его тела и парфюма. Те случайные соприкосновения лбами, ногами и телом. Сердце отчего-то стало биться быстрее. То, как его глаза смотрели, пока пьяная толпа сливалась в движении. Как он предложил мне танец.

Стук в дверь прервал мои фантазии и грезы. Я прикрутила напор воды, чтобы понять, что происходит.

— Я хочу в туалет! Пощади, Мария! — глухо доносится из-под закрытой двери.

— Твою ж... — я выругалась, словно меня прервали во время чего-то интимного. Но это и было так. Потому что тело горело, желало вернуться в момент. — Терпи! — напор воды скрыл дальнейшие претензии, а я вслух громко начала напевать песню, демонстрируя наслаждение ванными процедурами. — А вода бежит, ручьи звенят... Да не смоют боль мою...

Прошла неделя. Вторая неделя в Валенсии. 

Я так же скучаю по Олегу, его объятиям и словам, претензиям. По тому, какой я неправильной была рядом с ним. Ведь сейчас я даже не ощущаю, в каком направлении иду. Белая это полоса или черная. Неопределенность и хаос, которые ушли из моей жизни с его приходом, а с уходом вернулись. Только теперь я не знаю, как их обуздать.

Иногда я ловлю себя на мысли — я уже плыву по бурному потоку, только не захлебываясь, а расправив руки и лежа на спине. Чувство того, что нужно быть начеку — ведь неосторожная волна может дать мне захлебнуться, — не дает расслабиться. В моменты, когда всё настолько хлипко, я желаю закрываться в себе, понять, чего хочу, что чувствую. Но эта нить обрывается быстро и без предупреждения.

Из-за внутренней хандры я решила не ехать с Лешей на работу, а начать утро с разминки. Решила вспомнить, как я занималась йогой.

В этом деле я всегда была новичком, не перешагивая на что-то серьезное. Расстелив коврик, который я без спроса одолжила, села посередине и скрестила ноги. Голова плавно покачивается со стороны в сторону, плечи расправлены и удлиняют шею, а лопатки сжаты. Закрываю глаза, чтобы усмирить рой мыслей. С каждым действием я слушаю свое дыхание, концентрируюсь только на нем.

Постепенно упражнения становятся тяжелее, заставляют мозг чувствовать каждую конкретную мышцу. В позе «собака мордой вниз» я чувствую, как дрожат колени. Копчиком тянусь к потолку, руками удерживая верхнюю часть тела и стараясь поочередно расправлять ноги, которые с усилием держат баланс. Когда помимо носков на ковре уже более уверенно стали пятки, я напрягла шею и руками повела корпус вперед. До тех пор, пока не встала в планку. Не считаю секунды, минуты, просто позволяю трястись рукам, стекать поту по спине и лбу, испытывать ноющую боль в мышцах. Только тело скажет, когда закончить.

Когда дыхание начинает сбиваться, я подтягиваю правую ногу к груди и ставлю ступню между рук. Вместе с руками напрягаю спину и поднимаю корпус вверх, балансируя на широко расставленных ногах. Низ бедра ноет от натяжения, а дыхание постепенно приходит в норму. Чуть заворачиваю ступню левой ноги и расправляю руки в разные стороны.

Позади раздается шум, я успеваю только повернуть голову и вижу Лешу, который бежит на меня. Стоит мне моргнуть, как он накидывается и валит меня вместе с собой на пол. Он принимает на себя весь удар, а я оказываюсь сверху. Голова у его груди, я чувствую и слышу, как он смеется, зажимает меня в объятиях.

— Я была в позе «воина»! Почти закончила! — пытаюсь выбраться из его хватки, но тщетно.

— Что ты за воин, если так медленно реагируешь при нападении? — смех становится всё громче, а руки лишь на секунду дают слабину.

Я неуклюже выбираюсь из объятий и нарочно давлю ему на живот и грудь. Парень измученно мычит и переворачивает меня, прижимая лопатками к ковру. Усаживается на меня сверху и удерживает за плечи.

— Ты не одолеешь меня! Меня никто не может одолеть. Признай же свою слабость, и я могу пощадить тебя! — театрально говорит Алексей, сдерживая смех.

Я почувствовала себя уязвимой и слабой. Азарт внутри желает доказать обратное. Разгоряченное тело после тренировки чувствует, что способно на всё. Рывком поднимаюсь и кусаю того за плечо. Пока он растерян, я занимаю позицию сверху, на его животе. Коленями прижимаю его руки к полу.

— Может, ты и силен, но я шустрее и умнее. — не могу скрыть победной улыбки и наклоняюсь, чтобы взглянуть тому в глаза.

В них я не вижу поражения, лишь игривое любопытство. Это вынуждает меня замешкаться в поисках причины. Я оглядываю майку, грудь — всё на месте. На плечи падают пряди из взлохмаченной прически. По виску стекает капелька пота, а свободные шорты чуть задраны от резкого перемещения.

Тень догадки проскальзывает по библиотеке разума, отчего щеки невольно краснеют. Парень подо мной доволен своему поражению, его грудь вздымается, натягивая тонкую рубашку на грудь. Серебряная цепочка, блестящая от солнечных лучей, затерялась на крепкой шее, едва обвивая кадык. Его дыхание опаляет мои губы, а в глазах сверкает заинтересованность.

Я вмиг будто разучилась двигаться и говорить, чтобы вернуть себя в своё тело, понадобилось сделать пару глубоких вдохов. Освободив Лешу, я встала и направилась в уборную. Тревога ударила меня в спину, вынуждая сказать что-то напоследок.

— Продолжать борьбу с беззащитным лежачим — ниже моего достоинства.

В ответ лишь ухмылка, которая значит, что эта война между нами не завершена.

Ночь оказалась тяжелой для сна. Я ворочаюсь уже который час, но веки так и не желают налиться свинцом. На улице ветви деревьев колышет ветер, сильнее прежнего, прохладнее. Электронные часы на кроватной тумбе показывают 03:15.

Беру телефон, глаза неприятно щиплет от яркого света. Палец открывает галерею, и перед глазами одна из первых совместных фотографий с Олегом. Мы стоим у кафе, в котором я работала, чтобы оплатить комнату в общаге. У меня слегка грязный и растертый макияж после долгого рабочего дня. Олег же, как и вплоть до последних наших дней, — приглаженные волосы, выглаженная белая футболка и накинутая сверху рубашка, подобранная по цвету.

Тогда он осмелился позвать меня на прогулку, после того как несколько месяцев заходил в кафе с другом «ради чая». Следующая фотография — первое наше свидание. Я стою в тире и старательно пытаюсь выиграть нам плюшевого медведя. К несчастью, оружие было не лучшего качества, и Олег пошел домой с маленькой игрушкой в виде мартышки.

Не знаю, сколько десятков минут я листала фотографии, не в силах остановиться. Но в какой-то момент выдерживать наплыв чувств стало невыносимо.

Через мрак комнаты я подхожу к окну и приоткрываю его, впуская ветер, который охлаждает моё тело. Футболка, прилипшая от пота к спине. Волосы, что немного влажные у лба и висков. Захотелось полностью ощутить это, а не через преграды стен и окна.

Тихими шагами я стремлюсь к выходу. Чем ближе иду, тем ярче чувствую запах сигарет и вижу свет настольной лампы у бассейна. Силуэт сидит, спустив ноги в бассейн, а в руках тлеющий огонек. Легкое освещение подсвечивает его сзади, показывая, как колышутся волосы от нежного, но напористого ветра.

Скрестив руки, я иду заявить о себе и узнать причину, почему мой сосед не спит. Босыми ногами ступаю на газон и открываюсь уличной прохладе. Она забирается под длинную футболку, касается ног, а травинки щекочут ступни.

— Почему не спишь, Алексей? — голос тихий, будто запрограммирован не быть громче в ночное время.

— Мне показалось, что будет непростительно не составить компанию такой приятной ночи. — он делает затяжку, а клубы дыма стремятся куда-то в сторону, их уносит ветер. — Чистое и звездное небо, летняя прохлада... — парень смакует слова и ложится на газон, затягиваясь вновь. — А почему не спишь ты?

— Не могу уснуть, да и не хочется вовсе. — рука тянется и достает бутылку вина из мини-бара. Невесомыми движениями я преодолеваю расстояние между нами и умещаюсь рядом. На газоне.

— А ты быстро учишься. — Леша одобрительно кивает на бутылку в моей руке.

— Я не для наслаждения, не переоценивай меня. — говорю это неосознанно грустно, броня дала трещину.

— Вот в чем дело, переживания. — поворачивается ко мне, а на его лицо падает легкое освещение лампы неподалеку. Я делаю глоток фруктово-цветочного напитка, сдерживая желание скривиться. — Если думаешь, что я такой легкомысленный, что не пойму хотя бы малую часть, — это ошибка. Рассказывай, Маша-каша.

— Нам не по четырнадцать лет, чтобы ты так снова меня называл! — негодование приглушаю следующим глотком. Прочистив горло, я нахожу в его взгляде понимание. Чувствую, я могу сказать. — Понимаешь... ой, да ладно. Ты же помнишь моих родителей?

— Они были невыносимы. — он выхватывает бутылку из моих рук.

— После выпуска из школы я не поступила и осталась жить с ними. Жизнь стала только сложнее, пока не дошло до крайней точки. Тогда в моей жизни появился Олег. — воспоминания вызвали легкую, почти незаметную улыбку. — Я с ним чувствовала то, чего не было с родителями. Безусловное понимание и поддержку. Я стала зависима от него, а он это видел и лишь желал спасти. Мы переехали. Ну, а дальше он помогал мне изучать взрослую жизнь. Ответственность, работу, помогал становиться сильнее. Я была так благодарна, так сильно, что, кажется, перепутала эти чувства с любовью. — я немного осеклась и сразу решила исправить формулировку. — Я определенно имела к нему чувства. Но чем дальше, тем более чужой себе я становилась. А потом поняла, что то, что он чувствует ко мне, не найдет в моем сердце ответа.

Неожиданная слеза скатилась по щеке, но Леша не перебивал меня, а внимательно слушал, и я позволила себе продолжить.

— Та благодарность к нему душила. Тем, что не могу дать ему такую же любовь. Не могу влиться в его мир и быть счастливой. Не могу больше продолжать жить так несчастно. А больнее всего, что он это видел и был так же несчастен со мной. Леша, он хотел мне всего лучшего, понимаешь? — поток слез уже нельзя было остановить, во рту образовалась горечь, и даже не от вина.

— Маша... — я взглянула на него, но поток изливаний заблокированных чувств прилил с новой силой.

Он с необычной серьезностью поднялся и протянул руки в приглашении, для объятий. Я лишь закрыла лицо, убирая от посторонних глаз свои рыдания.

— Маша, всё в порядке. — он подсел ближе и ненавязчиво приобнял. — Такое бывает в отношениях. Никто от этого не застрахован. Сколько бы он для тебя ни сделал, после этого лучшее для него — твоя честность. Ты показала это не через слова, а поступки. Он понял и принял верное решение — отпустить тебя. — я поднимаю взгляд и всматриваюсь в его лицо через пелену слез. — Ты не должна винить себя за то, что не чувствуешь взаимности даже после огромной отдачи.

Аккуратным движением Леша поправляет прядь волос за ухо и пальцем вытирает мокрую дорожку на щеке. Я на момент всмотрелась в его глаза, внимательные и искренние. Аккуратно отстранилась, ведь чувство стыда и неловкости дошли до предела.

— Дай мне сигарету.

Он протянул мне открытую пачку, я нащупала нужную и обхватила губами. Он щелкнул зажигалкой, а я втянула дым. Кашель резко и грубо поразил горло, глаза заслезились. Неприятный привкус во рту вызвал желание плеваться. Я жадно отпила вина, всё ещё держа сигарету меж пальцев. Леша аккуратно выхватил её и закурил сам.

— Мария, ты как и раньше. Когда хочется разрядить обстановку — делаешь что-то глупое.

— Неправда. — я пихнула его в плечо и, не сдержавшись, засмеялась вместе с ним, вытирая следы от слез.