Ты — мой кислород

(Это продолжение прошлой главы)
________________________________
— Сегодня мы будем ловить детей, — объявил Юн с серьёзнейшим лицом.

Лира уставилась на него с выражением полного шока.

— Что?! Ты с ума сошёл? Зачем ловить детей?

— Затем! — Юн выглядел абсолютно серьёзным. — Ты же говорила, что хочешь завести детей. Вот мы и заведём. Прямо сейчас. Выберем самых шустрых и поймаем.

— Это называется похищение, идиот! — зашипела Лира, оглядываясь по сторонам. — Нас посадят!

— Не посадят, если мы будем ловить только тех, кто сам хочет быть пойманным. Смотри, вон тот мальчишка с воздушным шариком — он явно ищет приключений. А вон та девочка с косичками — она смотрит на нас с любопытством. Пошли!

И прежде чем Лира успела возразить, Юн уже рванул вперёд с пакетом наготове. Он подбежал к мальчишке лет пяти, который сосредоточенно ковырял палкой землю, и ловко накрыл его пакетом сверху — как сачком.

— Попался! — радостно завопил Юн. — Ты теперь наш!

Мальчишка сначала опешил, а потом захихикал и закричал:

— Ещё! Ещё лови!

Лира стояла как вкопанная, но когда рядом с ней пробежала та самая девочка с косичками, она, сама не понимая зачем, машинально набросила на неё свой пакет. Девочка завизжала от восторга и повисла на пакете.

— Вы меня поймали! — закричала она. — Теперь я ваша!

Через десять минут они уже бегали по парку с пакетами, а за ними носилась целая стая детей — человек шесть или семь. Все хотели быть пойманными. Родители, сидевшие на лавочках, смотрели на это с лёгким недоумением, но, видя, что дети счастливы, лишь пожимали плечами.

— Нам нужно выбрать только четверых, — тяжело дыша, сказал Юн, остановившись. — А то квартира не резиновая.

— А я хочу всех! — заявила девочка с косичками, которая уже успела прилепиться к Лире. — Ты классная, у тебя волосы фиолетовые, как у русалки!

Лира почувствовала, что её колючее сердце начинает таять. Она посмотрела на Юна — он стоял, облепленный тремя пацанами, и улыбался во весь рот.

— Ладно, — сдалась она. — Выбираем четверых. Самых наглых.

Так они и сделали. Отобрали четверых: девочку с косичками (её звали Аня), мальчишку с шариком (Вася), ещё одного серьёзного мальчика в очках (Миша) и самую маленькую девчушку с хвостиками (Катя). Остальных с сожалением отпустили, пообещав вернуться завтра.

— А теперь — домой! — скомандовал Юн, и они двинулись в сторону выхода из парка. Дети, держась за руки, шли за ними как утята за уткой.

Дома начался хаос. Антуанетта, увидев четырёх детей, забилась под диван и не выходила оттуда до вечера. Пельмень на подоконнике смотрел на всё это с высоты своего величия и периодически возмущённо ворковал.

— Мы будем их кормить, — сказал Юн, открывая холодильник. — Чем у нас есть?

— Пельменями, — вздохнула Лира. — Только пельменями.

Дети с радостью съели по десять штук каждый. Потом Лира, стараясь быть строгой, но на самом деле уже растаявшая, уложила их на диване и на матрасе (её матрас, на котором она спала, пришлось отдать детям, а сама она села на пол).

— Расскажите нам о себе, — попросил Юн, присаживаясь на корточки.

— А мы сбежали из детдома, — жизнерадостно сообщил Вася. — Там скучно. А вы весёлые.

Лира и Юн переглянулись. Вот это поворот.

— Значит, вы без родителей? — осторожно спросила Лира.

— Ну да, — пожала плечами Аня. — А вы будете нашими?

Юн посмотрел на Лиру. В её глазах стояли слёзы — слёзы умиления и одновременно боли. Она видела себя в этих детях. Таких же потерянных.

— Конечно, — сказала она, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Будем.

Дети радостно завизжали и бросились обниматься. Лира оказалась в центре детской кучи-малы, а Юн стоял рядом и улыбался, чуть не плача от счастья.

Вечером, когда дети уснули, они сидели на кухне, пили чай и слушали, как в комнате посапывают четверо новых членов семьи.

— Мы реально завели детей, — сказал Юн шёпотом.

— Реально, — согласилась Лира. — Причём не котят, а настоящих.

— И что нам делать дальше?

— Воспитывать, — пожала плечами Лира. — Учить, кормить пельменями. И, может быть, не ловить их больше пакетами.

Они посмотрели друг на друга и одновременно рассмеялись.

— Знаешь, — сказала Лира, — я думала, что моя жизнь будет серой и одинокой. А теперь у меня есть ты, четверо детей, рыжая кошка и дурацкий голубь на подоконнике.

— И пианино, — добавил Юн.

— И пианино, — кивнула она. — Спасибо, что врезался в меня тогда с пельменями.

— Спасибо, что не убила меня за это.

Она улыбнулась и поцеловала его в щёку.

— Ладно, иди спать. Завтра нам предстоит купить им одежду, зубные щётки и ещё много всего.

— А ещё — научить их ловить бабочек, — мечтательно сказал Юн.

— Детей в пакеты? — усмехнулась Лира.

— И бабочек тоже.

Они обнялись, чувствуя, что их жизнь изменилась навсегда — и это было прекрасно.