ХОРОШИХ ДЕВОЧЕК НЕ ЗАМЕЧАЮТ ||OG BUDA

Гриша

солнце еще едва пробивалось сквозь плотные шторы, когда я открыл глаза. в комнате было тихо, только слышалось мерное сопение полины и редкое похрюкивание кота, который растянулся прямо поперек одеяла. я осторожно приподнялся на локтях и посмотрел на нее. она спала так крепко, что, казалось, ее не разбудил бы даже пушечный выстрел — за эти дни я уже успел заметить:

спать полина любит через чур, до последнего, пока ее буквально не вытащишь из кровати.
будить ее не хотелось. пусть выспится, после вчерашнего ей это было нужнее всего.

я тихо, стараясь не скрипнуть ни одной половицей, выбрался из постели. нашел на столе какой-то огрызок бумаги и ручку.

постоял пару секунд, подбирая слова, а потом нацарапал размашистым почерком: «соня, спи сладко. я скоро. люблю тебя».

подойдя к кровати, я задержался на
мгновение. она выглядела совсем маленькой в этой большой постели, даже кот рядом с ней казался почти частью ее самой. я аккуратно, почти невесомо коснулся губами ее лба. она лишь что-то сонно пробормотала в ответ и еще глубже зарылась в подушку.

на кухне уже вовсю кипела жизнь. родители пили чай, негромко переговариваясь о чем-то своем. при моем появлении они замолчали, и дмитрий игоревич коротко кивнул мне, как старому знакомому. я не стал надолго задерживаться, чтобы не отвечать на лишние вопросы, которые неизбежно возникли бы при свете дня.

— доброе утро, — сказал я, стараясь, чтобы голос звучал бодро. — полина спит, пусть еще отдыхает. я по делам, надо кое-что утрясти. спасибо за приют.

они проводили меня понимающими взглядами. я вышел на лестничную клетку, вдохнул прохладный подъездный воздух и почувствовал, как внутри снова включается привычный ритм. дела сами себя не сделают, а колян ждать не любит. впереди был новый день, и я знал, что рано или поздно мне придется ответить за свое спокойствие. но сейчас, оставляя за спиной эту квартиру, я точно знал, ради кого я собираюсь со всем этим разобраться.

выйдя из подъезда, я первым делом достал телефон. пальцы сами нашли контакт артема. ждать ответа пришлось недолго — гудки прервались хриплым, спросонья голосом.

— алло... гришань, ты время видел? — пробормотал темыч в трубку. — че ты хочешь в такую рань? я только полчаса как глаза закрыл.

я остановился у края тротуара, вдыхая утреннюю прохладу. город еще только начинал просыпаться, редкие машины проезжали мимо, а в голове уже выстраивался план действий.

— вставай давай, — отрезал я, не давая ему шанса на дальнейшее нытье. — нам к коляну надо, пока не началось.

на том конце провода наступила пауза, слышно было, как артем тяжело вздохнул, явно проклиная этот день, но вопрос «зачем?» задавать не стал. он прекрасно понимал: раз я звоню, значит, откладывать больше нельзя.не люблю быть в долгу.

— понял, — сухо ответил он, уже более собранно. — через сорок минут буду у твоего дома. готовься.

— не у моего, — поправил я его. — я в другом районе. кину геолокацию сейчас, подъезжай туда.

я сбросил вызов и быстро отправил координаты. времени на раскачку не было, и каждый лишний час промедления мог стоить нам слишком дорого. нужно было заканчивать с этим «долгом» и окончательно закрывать вопрос, пока полина не проснулась и не оказалась втянута в это снова.

спустя сорок минут старая машина артема, тихо урча двигателем, притормозила у края тротуара. я сел на пассажирское сиденье, чувствуя, как внутри всё напряглось. темыч выглядел помятым, глаза красные, но смотрел он прямо — без лишних слов, по-мужски серьезно. он знал, что мы идем в самое пекло.

— ну, рассказывай, — тихо сказал он, трогаясь с места и плавно вливаясь в утренний поток машин. — чего он там такого придумал, что мы с самого рассвета подорвались?

— сейчас узнаем, — ответил я, глядя в окно на проплывающие мимо витрины магазинов. — колян по телефону сказал, что вопрос решится сегодня. если всё пройдет гладко — забудем про этот кошмар как про страшный сон. а если нет... ну, сам понимаешь.

артем лишь крепче сжал руль, выдавив из мотора всё, что тот мог дать. мы мчались через просыпающийся город, обгоняя редкие автобусы. каждый поворот приближал нас к
точке, где всё должно было решиться.

никакой музыки, никаких разговоров — только шум шин по асфальту и тяжелое ожидание того, что ждет нас за углом.
минут через двадцать мы свернули на промзону, туда, где город заканчивался серыми заборами и заброшенными складами.

это место всегда внушало какой-то животный страх, но сегодня мне было плевать. я вытащил телефон, еще раз глянул на сообщение с точкой сбора, которую скинул колян.

— тормози здесь, — скомандовал я, заметив у ворот знакомый черный внедорожник.

артем плавно остановил машину. мы переглянулись, молча кивнули друг другу, понимая без слов: сейчас мы либо выходим из этого дела чистыми, либо погрязнем еще глубже. я открыл дверь, выдохнул холодный утренний воздух и вышел навстречу неминуемому. точка сбора была прямо перед нами.

мы вышли из машины и направились к внедорожнику, у которого, прислонившись к капоту, стоял колян. он курил, лениво рассматривая серый бетонный забор, но, заметив нас, сразу выпрямился.

мы подошли вплотную. обстановка была напряженной, но колян первым протянул руку — сначала мне, потом темычу. крепкое рукопожатие, короткий кивок.

— ну что, о чем мы говорили, — колян выпустил клуб дыма и усмехнулся. — я всё порешал. вы и ваши девочки свободны, претензий больше нет. считайте, что списали долги в ноль.

я почувствовал, как с плеч упал тяжелый груз, который не давал нормально дышать последние двое суток. артем рядом со мной едва заметно выдохнул.

— кстати, ляхов там в гараже, — продолжил колян, прищурившись. — мы забрали твой байк. мда, показали мне, конечно, как ты там все узлы закрутил... это было очень интересно. правда, железо твое изрядно потрепалось, поцарапалось всё, пока мы его вытаскивали.

я равнодушно пожал плечами. в тот момент, когда на кону стояла свобода полины и наша нормальная жизнь, царапины на краске казались мне пустяком.

— да хрен с ним, починю, — ответил я, глядя ему прямо в глаза. — железо — это просто железо. раз уж мы свободны, говори, что делать-то надо? ты же просто так меня сюда не позвал.

колян довольно ухмыльнулся, словно только этого и ждал. он выбросил окурок и не спеша начал говорить, а я приготовился слушать, понимая, что за свободу все равно придется заплатить какую-то цену.

колян снова прищурился, глядя на нас поверх капота, и тон его голоса стал более деловым, сухим.

— да ничего сложного, — бросил он, словно речь шла о покупке хлеба. — нужно просто доставить товар из точки «а» в точку «б». маршрут прост, машина будет ждать, всё по-тихому. и всё, после этого вы свободны, как птицы.

артем, который до этого молчал, напрягся. он сделал шаг вперед, сверля коляна взглядом.

— че за товар? — спросил темыч, и в его голосе прозвучало не только любопытство, но и явное опасение. — мы должны понимать, во что ввязываемся.

колян даже не моргнул. он медленно достал новую сигарету, постучал пачкой по пальцам и коротко отрезал:

— вас это уже не касается.

его взгляд стал тяжелым, почти стеклянным.

— либо вы берете этот груз и закрываете вопрос навсегда, либо мы возвращаемся к старым условиям, где вы мне должны по гроб жизни. так что, пацаны, советую не задавать лишних вопросов, а просто делать свою работу.

я молчал, чувствуя, как внутри закипает злость. этот «товар» наверняка был чем-то, за что можно было сесть на долгие годы, но колян загнал нас в угол. я переглянулся с артемом — в его глазах читалось то же самое понимание: мы в ловушке, и другого пути просто нет.

я на секунду замер, глядя на коляна, а потом кивнул.

— хорошо, давай, — сказал я, стараясь, чтобы голос звучал твердо, хотя внутри всё переворачивалось.

колян усмехнулся, полез во внутренний карман куртки и небрежно бросил на капот небольшое прозрачное нечто. пакетик был плотно набит белым порошком. свет утреннего солнца неприятно отразился от полиэтилена, и от одного этого вида у меня пересохло в горле. я протянул руку и забрал его, спрятав в карман худи.

колян посмотрел на нас, и в его глазах исчезло всё дружелюбие, которое он изображал минуту назад.

— если потеряете или себе прикорманите... — он сделал паузу, многозначительно поигрывая ключами от машины, — сами знаете, че будет. я не шучу, пацаны. второй раз искать вас по городу мне будет лень, я сразу приеду к кому-нибудь из ваших близких.

мы с артемом переглянулись. в его взгляде читался такой же холод, как и у меня внутри. ситуация стала предельно понятной: это был не просто «товар», это была удавка на нашей шее. темыч, стараясь сохранить остатки спокойствия, спросил, кивнув на мои карманы:

— куда хоть везти-то? адрес какой?
колян даже не пошевелился. он развернулся к своей машине, достал телефон и начал что-то быстро печатать.

— я вам напишу, — бросил он через плечо, не удостоив нас даже взглядом. — сидите в машине, ждите уведомления. и смотрите мне, не вздумайте «пропасть» с радаров.

он захлопнул дверь внедорожника, мотор утробно взревел, и машина сорвалась с места, оставляя нас в облаке дорожной пыли наедине с этим грузом и гнетущим чувством безысходности.

мы молча подошли к машине темыча. я открыл пассажирскую дверь и тяжело опустился на сиденье, чувствуя, как этот пакетик в кармане худи давит на бедро, словно кусок раскаленного металла. артём сел за руль, пару секунд смотрел в лобовое стекло, а потом ударил кулаком по рулю.

— бля, грих... это ж вообще пиздец, — процедил он сквозь зубы, глядя на меня полными отчаяния глазами. — мы же теперь под вышкой ходим. если примут с этим — нас даже родители не вытащат, понимаешь? это не в драке поучаствовать.

я выдохнул, пытаясь унять дрожь в руках, и постарался придать голосу как можно больше уверенности, хотя внутри всё сжималось от страха за полину.

— я понимаю, темыч. всё я понимаю, — ответил я, глядя на уведомления в телефоне, ожидая сообщение от коляна. — но деваться нам некуда. назад дороги нет, ты сам слышал, что он про наших девчонок сказал.

я на секунду замолчал, прокручивая в голове маршрут.

— ну, а че такого сложного-то? — я попытался улыбнуться, хотя вышло криво. — главное — не тупить. ехать по правилам, не привлекать внимания, ментам не попасться. просто довезти из точки а в точку б. это просто работа, темыч. один раз доставим — и всё, мы свободны. главное — сейчас не паниковать.
темыч посмотрел на меня, тяжело вздохнул и завел мотор. машина мелко задрожала.

— «просто работа», — горько усмехнулся он. — ну, давай, «работник». жди, пока этот урод пришлет адрес.

телефон в кармане тихо звякнул, извещая о пришедшем сообщении. мы оба замерли, глядя на экран. это было оно.

телефон в кармане вибрировал несколько раз подряд. я достал его и открыл сообщение от коляна. на экране, без приветствий и лишних слов, высветились координаты и короткий текст:

«точка заброшка на промке. просто оставь внутри и уезжай.»

я прочитал это дважды, чувствуя, как внутри холодеет.

— ну че? — темыч заглянул мне через плечо, его пальцы нервно сжимали руль. — куда везти-то хоть?

— на заброшку, — буркнул я, не сводя глаз с экрана. — пишет: «просто нужно оставить и уехать».

я перечитал сообщение ещё раз. никакой конкретики, никакой встречи. просто оставить товар в какой-то дыре. это не выглядело как обычная закладка — это было что-то другое, более опасное, будто нас просто использовали как расходный материал, чтобы разыграть какой-то сценарий, в котором мы могли стать главными подозреваемыми.

— заброшка... — артем нервно хмыкнул, включая передачу. — грих, ты понимаешь, что если нас там накроют, мы даже объяснить ничего не успеем? это же подстава в чистом виде.

— я знаю, — отрезал я, убирая телефон. — поехали. если мы не сделаем то, что он сказал, он найдет нас в любом другом месте. давай, жми.

машина тронулась с места, и мы медленно покатили в сторону промзоны, стараясь не привлекать лишнего внимания к нашей старой развалюхе. я чувствовал, как каждый километр пути отматывает последние шансы на нормальную жизнь. «просто оставь и уезжай» — звучало слишком легко, чтобы быть правдой.

машина плавно затормозила у покосившегося кирпичного здания, которое когда-то было цехом какого-то завода. сейчас это был лишь остов — выбитые окна, горы мусора и гнетущая тишина, от которой звенело в ушах. артем заглушил двигатель, но руки с руля не убрал. он нервно огляделся по сторонам и повернулся ко мне.

— слушай, грих... давай ты пойдешь? — сказал он, стараясь не смотреть мне в глаза.

я нахмурился, чувствуя, как внутри закипает глухое раздражение.

— а че я? почему сразу я?

— ну у тебя пакет, — он кивнул на карман моей худи. — а я тут посижу, на стреме постою. если вдруг какая засада, я сигналю, и ты сразу назад. так безопаснее, понял?
я вздохнул, понимая, что спорить сейчас — только время терять. темыч был напуган, и я, честно говоря, не был уверен, что сам чувствую себя иначе.

— ладно, — отрезал я, проверяя телефон. — если че, звони сразу. не вздумай просто уехать, понял?

— не ссы, — буркнул он, пододвигаясь ближе к окну.

я открыл дверь, и в нос ударил запах сырости, плесени и пыли. выйдя из машины, я на мгновение обернулся. артем смотрел на меня через стекло, его лицо было бледным. он коротко кивнул, подбадривая — или прощаясь. я развернулся к черному проему входа, который напоминал пасть зверя.

заброшка встретила меня абсолютной тишиной. я сделал шаг внутрь, и подошвы захрустели по битому стеклу. сердце колотилось где-то в горле, каждый шорох казался выстрелом. я шел медленно, оглядываясь по сторонам, вглядываясь в темные углы, где тени переплетались с грязными разводами на стенах. воздух здесь был тяжелым, пропитанным безнадежностью, и я отчетливо понимал: если кто-то решит закрыть нас здесь навсегда, никто даже не узнает, где нас искать.

это оказалась не просто заброшка, а какая-то проклятая многоэтажка, полуразрушенная, с выбитыми окнами, которые пялились на меня, как пустые глазницы. я стоял у входа, чувствуя, как этот сраный пакетик в кармане жжет бедро, словно кусок раскаленного угля.

куда его сунуть? в какую щель? тут везде горы строительного мусора, битое стекло и шприцы, будь они неладны. я натянул капюшон на голову по самые брови, чтобы хоть немного спрятаться от этой гребаной серости, и двинул внутрь.

подъезд встретил меня вонью такой, что глаза заслезились — смесь мочи, гнили и какого-то химического дерьма. я начал подниматься по старой бетонной лестнице, каждый шаг отдавался гулким эхом по всему дому. тишина тут стояла мертвая, лишь где-то сверху скреблись крысы. в голове пульсировало:

«вдруг подстава? вдруг сейчас из-за угла вылетят мусора или прихвостни этого ублюдка коляна и примут меня на горячем?».

я вытащил телефон, пальцы дрожали, пришлось дважды вводить пароль. написал коляну: «на месте, где оставить?».

ответ прилетел моментально, словно он сидел и пялился в экран: «третий этаж в комнату слева третья по счету». я ничего не ответил, просто сунул телефон обратно в карман. внутри всё сжалось от предвкушения какого-то дерьма.

поднялся на третий этаж. тут было еще темнее, чем внизу. я шел медленно, почти на цыпочках, оглядываясь каждые две секунды. мало ли, вдруг это ловушка? каждая открытая дверь казалась мне дулом пистолета. сердце колотилось где-то в горле, а дыхание сбилось в хриплый ритм. вот она — третья дверь слева. приоткрыта, как будто приглашает зайти в ад.
я толкнул её плечом, готовый ко всему, вплоть до того, что сейчас получу пулю в лоб.

когда я вошел и понял, что там, я чуть не обосрался от страха — в прямом смысле. на старом, засраном в хлам матрасе, брошенном прямо на бетонный пол, лежал какой-то мужик. бомж, судя по одежде — лохмотья, вонь, грязная борода. он спал мертвецким сном, сука, даже не дернулся, когда я вошел.
я выдохнул так, будто пробежал марафон. ну, слава богу, не засада. просто какой-то бродяга устроил себе ночлег в этом склепе. я подошел к нему на полусогнутых, стараясь не шуметь.

мужик храпел так, что стены дрожали. я аккуратно, стараясь не коснуться этого дерьма, приподнял край матраса — там под ним было полно пыли и какой-то трухи — и быстро запихнул пакетик поглубже, в саму дыру, чтобы не было видно.

сердце в груди вытворяло джаз. я отпрянул назад, будто матрас был раскаленным. «всё, дело сделано», — пронеслось в голове. я не стал задерживаться ни на секунду, чтобы проверить, не проснулся ли этот алкаш.

развернулся и рванул на выход. ноги сами несли меня вниз по лестнице, я перепрыгивал через ступеньки, боясь, что сейчас какой-то шум привлечет внимание — то ли этого бомжа, то ли кого-то еще.

когда я выскочил на улицу, на свежий, хоть и пыльный воздух, мне показалось, что я заново родился. темыч сидел в машине, вцепившись в руль до белых костяшек. увидев меня, он дернулся, как от удара. я прыгнул в салон, захлопнул дверь и выдохнул:

— гони отсюда. быстро.

артем даже не стал расспрашивать. он вдавил педаль в пол так, что резина взвизгнула по асфальту. мы летели прочь от этой проклятой многоэтажки, и только тогда я позволил себе расслабиться, откинувшись на сиденье.

это был самый длинный и самый паршивый час в моей жизни. колян теперь должен был отвалить. он обещал. «мы свободны», — крутилось в башке, как заело. я смотрел в окно на проносящиеся мимо серые здания и думал о полине. она, наверное, только просыпается, тянется в постели, и понятия не имеет, в какое дерьмо её парень влез ради того, чтобы мы могли просто жить дальше.
я достал телефон, посмотрел на экран. пусто.

никаких сообщений, никаких звонков. пока что всё тихо. я надеялся, что этот пакетик так и останется лежать под тем бомжом, пока его не сгноит время. это был мой билет на волю, мой выход из этого ада, где каждый шаг мог стать последним. темыч что-то бурчал под нос, чертыхаясь, а я просто молчал, глядя, как город постепенно оживает. самое сложное было позади, или я просто хотел в это верить.

но где-то глубоко внутри, в самой глубине души, я понимал: такие люди, как колян, никогда не отпускают просто так. но сейчас мне было наплевать. главное — мы живы, и мы уезжаем оттуда, где смерть дышала в спину. пускай этот мужик спит дальше, пускай этот город живет своей жизнью, а у нас... у нас теперь был шанс всё исправить. и я сделаю всё, чтобы этот шанс не был последним.

как раз в тот момент, когда мы выезжали из промзоны на нормальную дорогу, телефон в моем кармане завибрировал. я выдохнул, почувствовав, как внутри всё сжалось, и, поколебавшись секунду, поднял трубку.

— да, — ответил я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

— все сделано? — голос коляна звучал сухо, как будто он не сомневался в ответе.

— все сделано, — подтвердил я, глядя в боковое зеркало на удаляющуюся заброшку.

на том конце провода послышался короткий, неприятный смешок.

— ну все, значит. считай, мы в расчете с вами. было приятно иметь дело, пацаны.

я стиснул телефон так, что побелели костяшки, и сквозь зубы процедил:

— не могу сказать того же.

я сбросил вызов, не дожидаясь ответа, и швырнул телефон на торпеду. темыч покосился на меня, в его глазах читался немой вопрос.

— всё? — тихо спросил он.

— всё, — ответил я, откидываясь на спинку сиденья и закрывая глаза. — мы в расчете. больше никаких дел с этим ублюдком. по крайней мере, я на это надеюсь.
машина катилась по утренним улицам, город уже вовсю просыпался, и впервые за последние дни этот шум казался мне музыкой. мы были свободны. по крайней мере, на сегодня.
————————————————————————
ставьте ваши звёздочки и пишите свои коментарии буду рада их почитать!!