Глава 34
"Хо Цзун."
Цзян Фэнмянь схватил Хо Цзуна за запястье, его кончики пальцев едва коснулись следов, когда Хо Цзун отстранился.
Он завел руки за спину, видимо, боясь встретиться лицом к лицу с Цзян Фэнмянем, и медленно отступил назад.
"Брат, пожалуйста, не игнорируй меня, хорошо?"
Слезы текли по лицу Цзян Фэнмяня, глаза были полны боли, но, боясь расстроить Хо Цзуна, он осторожно обхватил его запястье.
"Брат, я волнуюсь за тебя." "
Цзян Фэнмянь, пожалуйста, не смотри."
Глаза Хо Цзуна были полузакрыты, ногти глубоко впились в ладони, боясь напугать Цзян Фэнмяня.
"Хо Цзун, разве ты вчера не говорил, что я твой кот? Пусть кот увидит, я просто... жалею тебя."
Убедившись, что эмоциональное состояние Хо Цзуна немного стабилизировалось, Цзян Фэнмянь вытер слезы, затем медленно потянул его за запястье, закрывая глубокие и поверхностные шрамы.
Горячие слезы капали на запястье Хо Цзуна, оставляя следы на выступающих царапинах, которые накапливались годами, делая их на первый взгляд довольно жуткими.
«Хо Цзун, тебе больно?»
Цзян Фэнмянь раньше думала, что у Хо Цзуна сильная тревожность и обсессивно-компульсивное расстройство, но она не понимала, что в укромных местах Хо Цзун бесчисленное количество раз подумывал о том, чтобы сдаться.
«Не больно».
«Больно, Хо Цзун, так больно! Как ты смеешь, как ты смеешь!»
Слезы Цзян Фэнмяня текли без остановки, он плакал так сильно, что едва мог дышать, его ненависть к семье Хо нарастала, он желал убить их всех прямо сейчас.
«Не плачь, не плачь, не больно, правда не больно».
Хо Цзун беспомощно вытер слезы Цзян Фэнмяня, думая, что тот испугается его, подумает, что он психически болен, но оказалось, что он просто волновался за него.
«Котенок, не плачь, хорошо?»
«Вчера, вчера же...»
Цзян Фэнмянь не смог продолжить, гадая, для чего нужны ножницы на прикроватной тумбочке.
Тупые ножницы царапали кожу его запястья; как же это должно было быть больно.
«Брат, как ты мог это сделать? Как ты мог это сделать?»
Цзян Фэнмянь схватился за грудь, мучительная боль ощущалась так, будто невидимая рука разминает и пронзает его, оставляя на запястье дыры и сквозняки.
«Прости».
Хо Цзун отчаянно пытался скрыть следы на запястье. Часы, подаренные Цзян Фэнмянем, все еще были в руке последнего, старый циферблат был полностью разбит, его невозможно было скрыть.
Вся тьма вышла на свет. В голове Хо Цзуна гудели мысли, он бормотал снова и снова: «Прости».
Образ Цзян Фэнмяня в его глазах снова начал расплываться. Он моргнул, страх охватил его, инстинктивно взглянув на нож для фруктов на кофейном столике.
«Хо Цзун, пожалуйста, больше так не делай, хорошо?»
«Я не боюсь, совсем нет. Ты Хо Цзун, тот Хо Цзун, которому я всегда доверял».
«Я просто боюсь, боюсь, что однажды потеряю тебя. Хо Цзун, если тебя не станет, я умру вместе с тобой».
Я умру вместе с тобой.
В голове Хо Цзуна все закружилось. Он инстинктивно пробормотал: «Что?»
«Я сказал, Хо Цзун, я умру вместе с тобой».
Цзян Фэнмянь взял со стола нож для фруктов, прижал рукоятку к запястью и пристально посмотрел на Хо Цзуна. Улыбка застыла в его глазах, голос был мягким и нежным, но слова - решительными.
«Хо Цзун, за каждый порез на твоем запястье я сделаю тебе порез. Я не шучу».
Раздался звон.
Хо Цзун выхватил нож и резко отбросил его. Он крепко обнял Цзян Фэнмяня, дрожа всем телом.
«Это больше не повторится, никогда больше».
Цзян Фэнмянь осторожно пробил дыру в высокой стене, которую Хо Цзун воздвиг в своем сердце. Он впустил Цзян Фэнмяня, а затем запечатал отверстие. Оказавшись внутри, пути назад не было.
«Цзян Фэнмянь, ты сказал, что умрешь со мной».
«Да, я сказал, что умру с тобой».
Держа Цзян Фэнмяня, Хо Цзун постепенно утих. Он положил подбородок на шею Цзян Фэнмяня, слегка наклонил голову и прижал мочку уха к мочке уха Цзян Фэнмяня, едва сдерживаясь, чтобы не поцеловать его.
«Котенок, не плачь, хорошо? Только ты это видел, только ты знаешь».
«Цзян Фэнмянь, я все тебе рассказал».
«Хорошо, я больше не буду плакать».
Цзян Фэнмянь изо всех сил старался сдержать слезы. Он вырвался из объятий Хо Цзуна, достал из кармана часы и, прежде чем застегнуть их, провел кончиками пальцев по царапинам, ненадолго закрыв глаза.
Глубина каждой царапины, нанесенной Хо Цзуном, точно соответствовала критической точке, предвещающей смерть. Раньше Цзян Фэнмянь не понимал, почему аптечка так хорошо укомплектована лекарствами, но теперь он знал. Хо Цзун патологически наслаждался смертью.
Он даже мог представить себе состояние Хо Цзуна: кровь текла из его тела, Хо Цзун холодно наблюдал, как капли крови стекают вниз, пока не нарастало предсмертное наслаждение, и только потом медленно и тщательно зашивал и перевязывал раны.
Его выражение лица было насмешливым, презрительным, словно он был оторван от жизни и смерти, доволен жизнью и безразличен к смерти.
«Цзян Фэнмянь, разве это не ужасно?»
«Нет, совсем не ужасно».
Обсессивно-компульсивное расстройство в крайней степени: даже следы на его коже были тщательно выверены, каждый надрез был слегка смещен от центра, следующий начинался снова с середины.
Сумасшедший, Хо Цзун действительно сумасшедший. -
подумал Цзян Фэнмянь, - вот какой сумасшедший ему нравился.
Цзян Фэнмянь невольно поднял запястье Хо Цзуна и наклонился, чтобы поцеловать следы.
Серия легких поцелуев, лишенных всякой похоти, поцелуев нежности.
«Цзян Фэнмянь», - пробормотал Хо Цзун.
Кожа на его запястье словно горела огнём, словно стремясь обвить Цзян Фэнмяня, запереть его перед собой и вот так, нежно поцеловать.
«Не нужно этого делать».
«Брат, я не думаю, что это уродливо, это прекрасно».
Это как произведение искусства, только тот, кто его создавал, выбрал не то место.
Кончики пальцев Цзян Фэнмяня снова скользнули по отметине, прежде чем осторожно застегнуть часы для Хо Цзуна.
«Брат, часы твои». «
Цзян Фэнмянь тоже твой».
Ремешок часов идеально скрывал отметины, и Цзян Фэнмянь улыбнулся, его глаза были красными и опухшими. «Хо Цзун, хочешь взять малыша на прогулку в День защиты детей? Малыш хочет гулять».
«Да, хочу. Мы можем пойти куда захотим».
Цзян Фэнмянь вернулся в ванную, чтобы снова умыться. Он приложил к глазам пакет со льдом, чтобы уменьшить боль, и долго тренировал улыбку перед зеркалом.
Спустившись вниз, они молча избегали разговора о предыдущей теме, но ножи, которые валялись повсюду, теперь исчезли.
Поскольку был День защиты детей, Хо Цзун просто отвел Цзян Фэнмяня в парк развлечений.
В будний день туристов было немного, и на многие аттракционы не нужно было стоять в очереди.
«Цзян Фэнмянь, ты боишься высоты?»
Аттракционов было так много, что Хо Цзун боялся, что Цзян Фэнмянь не справится.
«Нет, я не боюсь высоты».
Оказавшись на американских горках, Цзян Фэнмянь широко раскрыл свои круглые глаза, беспомощно вцепившись в пальцы Хо Цзуна. Его рот был слегка приоткрыт, но он не издавал ни звука.
Ветер развевал его волосы. Цзян Фэнмянь повернулся, чтобы посмотреть на Хо Цзуна, и встретился с его нежным взглядом. Его взгляд не отрывался от него.
«Цзян Фэнмянь, если тебе страшно, просто крикни».
Американские горки достигли своей наивысшей точки и внезапно остановились. Сердце Цзян Фэнмяня тоже замерло. Хо Цзун, казалось, сжал его руку, затем наклонился ближе, его губы почти коснулись губ Цзян Фэнмяня, после чего он небрежно отвел взгляд.
В следующую секунду американские горки начали стремительное падение, и слова Хо Цзуна разнеслись по ветру.
Он сказал: «Цзян Фэнмянь, ты подарил мне часы; есть ли в этом какой-то другой смысл?»
Что-то еще?
Цзян Фэнмянь неосознанно изогнул губы в улыбке, произнося имя Хо Цзуна.
В этом и смысл; выгравированное на часах имя символизирует его намерение.
Сойдя с американских горок, Цзян Фэнмянь ослабел, и он прислонился к груди Хо Цзуна. Он полузакрыл глаза, молча молясь, чтобы Хо Цзун больше не поднимал эту тему.
«Цзян Фэнмянь, хочешь еще раз прокатиться на чем-нибудь таком захватывающем?»
«Нет, нет».
Цзян Фэнмянь: Спасибо, но я откажусь.
У него кружилась голова, и ноги так ослабли, что он не мог идти.
«Котенок, ты еще можешь идти? Иначе я тебя понесу».
Цзян Фэнмянь немного поколебался, затем кивнул. Отсюда до входа было около десяти минут ходьбы, и даже негде было присесть и отдохнуть. Под палящим солнцем было действительно неудобно. Цзян Фэнмянь
вцепился в спину Хо Цзуна, крепко обнял его за шею и пробормотал: «Брат, я не боюсь, я просто немного устал».
«Хм, мой маленький котенок самый храбрый, не бойся».
В глазах Хо Цзуна мелькнула торжествующая улыбка. Он медленно шел, нежно поддерживая округлую грудь Цзян Фэнмяня.
Хм, Цзян Фэнмянь прикусил губу, застенчиво пощипал мочку уха и задумался. Он смутно помнил, как в прошлый раз Хо Цзун нес его за ноги.
Если бы это продолжалось, он боялся, что прямо здесь начнет вести себя как извращенец.
Как только эти мысли возникли, Хо Цзун осторожно усадил его на скамейку, затем сел рядом и медленно очистил для него апельсиновую конфету.
«Цзян Фэнмянь, я скучный?»
Он был настолько серьезен, что даже в парке развлечений не мог расслабиться и не знал, как «играть».
В его прошлой жизни этого слова не существовало; он учился и работал по рутине, редко находя себе развлечения. В отличие от Су Яньчу, он встречал бесчисленное количество людей с неопределенными отношениями во всех развлекательных местах столицы, и каждый раз ему удавалось добиться больших успехов.
«Это весело! С тобой все весело».
Просто почувствовав ветерок и съев конфету, Цзян Фэнмянь, находясь рядом с Хо Цзуном, находил все это веселым.
Проницательный взгляд Хо Цзуна упал на нос Цзян Фэнмяня. Он вспомнил, что, согласно полученной информации, у Цзян Фэнмяня не было этой родинки на носу.
«Брат, я хочу пообедать горячим супом, это нормально?»
- «Конечно, я знаю одно хорошее место неподалеку».
Отдохнув, Цзян Фэнмянь, опираясь на ладонь Хо Цзуна, поднялся, обхватил его палец и наклонился вперед.
«Брат, смотри, это же Хо Цилин?»
На углу улицы Хо Цилин вошел в кофейню с портфелем.
«Пойдем, посмотрим».
Кофейня была разделена перегородками на отдельные зоны. Воспользовавшись толпой, Хо Цзун провел Цзян Фэнмяня по извилистым улочкам и сел на стул позади Хо Цилиня у стены.
Хо Цзун постучал по меню, небрежно заказал два напитка и жестом успокаивал Цзян Фэнмяня.
«Молодой господин Хо, вы все обдумали?»
Цзян Фэнцю проклинал в сердце предков Хо Цилиня. После возвращения из ночного клуба «Небо и Земля» у него поднялась температура.
«Я много раз ходил вдоль реки, но впервые промочил обувь». Цзян Фэнцю хотел дважды ударить Хо Цилиня.
«Посмотри на мое предложение, сравни его с идеями твоей компании».
Губы Хо Цзуна изогнулись в насмешливой улыбке. Это предложение было специально подготовлено для Хо Цилиня; он мог использовать его немедленно, без каких-либо недостатков.
«Идеи молодого господина Хо действительно намного сложнее наших. Интересно, господин Хо участвует в этом один или с командой? Знаешь, группе Цзяна было нелегко получить этот пропуск; у них не хватает персонала и средств».
Упоминание денег напомнило Хо Цилиню о миллионе юаней, которые он все еще должен «Небу и Земле».
«Цзян Фэнцю, давай разделим стоимость напитков с прошлого раза, и номер тоже. Презервативы нам не нужны». «
Что?»
Возможно, от шока голос Цзян Фэнцю повысился на несколько децибел.
Черт, я никогда не видел такого бесстыдника. Он переспал с кем-то и все равно хочет разделить стоимость номера и напитков.
И у него даже хватило наглости упомянуть презервативы, хотя он все равно не собирался их использовать.
У Цзян Фэнмяня было такое выражение лица, будто он только что проглотил большой кусок сочной сплетни. Хо Цилин был поистине бесстыдником до крайности. Если использовать тот интернет-мем, он начал с нуля.
«Брат... э-э».
Зная, что Цзян Фэнмянь собирается сказать, Хо Цзун быстро прикрыл рот рукой, наклонился к его уху и сказал тоном, который могли услышать только они двое: «Это не то, что должен слышать ребенок».
Цзян Фэнцю усмехнулся, сжимая в руке чашку кофе и, потеряв дар речи, глядя на Хо Цилиня. «Госпожа Хо, вы же не шутите?» -
«Зачем шутить? Напитки стоили 347 000, я округлю в меньшую сторону, вы получите 340 000. Одежда - мой подарок, разве это не щедро?» - «
Какая щедрость!
» - «Госпожа Хо, вы заказали напитки, а одежду порвали. Честно говоря, я и представить не мог, что этот драгоценный господин Хо переспит с кем-то, а потом присвоит деньги».
Лицо Хо Цилиня побагровело. Что ему делать? Старик не перевел деньги в этом месяце, а ночной клуб «Небо и Земля» уже дважды звонил. Смысл слов управляющего был ясен: если он не получит деньги в течение трех дней, он вернется в старый особняк и потребует их у старика.
Он не мог позволить этому испортить тот хороший имидж, который он поддерживал со стариком.
«Хорошо, я согласен. Молодой господин Хо, вы действительно щедры». Что это за сотрудничество? У него уже есть план; ему не нужен Хо Цилин, это бремя.
«Отсканировать мой QR-код или перевести деньги?»
Цзян Фэнцю едва сдержался, чтобы не перевернуть стол. Он злобно усмехнулся и, стиснув зубы, сказал: «Я переведу деньги».
«Молодой господин Хо, если ничего другого нет, я уйду».
«Да, вы уже видели план. А что насчет сотрудничества?»
Цзян Фэнцю небрежно бросил телефон на стол, скрестил руки и уставился на Хо Цилиня с оттенком отвращения в глазах.
«Господь Хо, честно говоря, у вас всего один план, а семья Цзян позаботится обо всех дальнейших действиях. Даже с таким уровнем детализации наша компания справится. В этом нет ничего беспрецедентного».
«Или я предложу вам дружелюбную цену - 347 000. Если вы будете щедры, я округлю до 340 000».
Хе-хе.
Цзян Фэнмянь широко улыбнулся. Эта драма о «сыновьях-сынах» была действительно занимательной; ему хотелось бы, чтобы её было больше.
«Цзян Фэнцю, вы меня оскорбляете?»
«Господь Хо, вы оскорбили меня первыми. В тот день нас обоих накачали наркотиками, это был несчастный случай, но что вы пытаетесь сделать сегодня? Разве это не оскорбление?»
«Господь Хо, мы все люди, не заходите слишком далеко».
Каждый мужчина, с которым он спал, был страстным и жаждал денег. Только этот идиот Хо Цилин мог попытаться украсть его деньги; должно быть, он сошёл с ума, раз так на него смотрит.
Тц, Хо Цилин, похоже, наслаждался оскорблениями, поглаживая подбородок и улыбаясь.
«Цзян Фэнцю, скажите ещё несколько оскорблений».
«Пытаетесь привлечь мое внимание, да? Ваши методы устарели на столетия, но это неважно, я на самом деле восприимчив к подобным вещам».
*Бах.*
Цзян Фэнцю плеснул кофе на лицо Хо Цилиня, который сердито выругался: «Бесстыдник!»
Хо Цилин усмехнулся, вытирая лицо и заинтересованно мурлыкая.
«Мне действительно нравятся такие. Цзян Фэнцю, садись, давай поговорим о сотрудничестве».
Да ну нафиг.
«Молодой господин Хо, говорить нечего. Сколько заработает проект Бюро культуры и туризма, пока неизвестно. Я не могу дать вам большую прибыль только потому, что вы предоставили предложение, и это при условии, что мы выиграем тендер».
«Я продам вам предложение за 700 000, и больше не буду вмешиваться, как насчет этого?»
Цзян Фэнцю замялся. Семья Цзян была сборищем некомпетентных дураков; Люди, которых они завербовали, даже приличного предложения составить не смогли. Если бы у него были хоть какие-то способности, он бы давно дал пощёчину Хо Цилиню.
«Слова ничего не значат. Как я могу быть уверен, что ты больше не будешь меня беспокоить?»
«Контракт уже составлен, посмотри».
Хо Цилин подготовился. Он знал, что Цзян Фэнцю не принесёт ему большой прибыли; 700 000 - это то, что он запланировал давно, как раз достаточно, чтобы заполнить пустоту в Небесах на Земле. «
Если семья Хо использует тот же план, то это не его дело. Всё будет зависеть от того, кто сможет перехватить инициативу». «Хорошо, но я не могу отдать тебе все деньги сразу. Мне нужно будет связаться с тобой ещё раз, если в плане будут какие-то улучшения».
«Хорошо, сначала дай мне 500 000». Обманув Хо Цилиня на 700 000, используя план Хо Цзуна, Хо Цилин почувствовал некоторое отвращение. Если бы тот старик просто дал ему деньги, он бы не подвергся такому унижению.
«Черт возьми, на что вы все смотрите?»
Волосы Хо Цилиня были спутанными. Он вытер их влажной салфеткой и пнул все стулья, которые ему не нравились.
«Сэр, подождите минутку, сэр, вы еще не заплатили за кофе».
34,7 - это была сумма, оставшаяся после того, как Цзян Фэнцю заплатил, и это тоже было оскорблением для него.
Хо Цилин заплатил и злобно сказал: «Убирайтесь».
«Брат, можно мне теперь говорить?»
Ладонь Хо Цзуна все еще закрывала рот Цзян Фэнмяня; этот небольшой участок кожи был облизан языком Цзян Фэнмяня, и от него чесалось.
«Хм».
«Хо Цилин действительно глуп, и глуп, и злой».
Не думайте, что он не знает; это явно был план Хо Цзуна.
«Всё в порядке. Важные конфиденциальные документы компании пропали. Чэнь Чэнь уже сообщил об этом в полицию. А когда они узнают, как они узнают и что делать, когда узнают, это дело Хо Цилиня».
До окончания торгов ещё есть время. Как только все эскизы персонажей от Дунли будут готовы, можно будет начинать моделирование игры.
В компании Хо работает множество отделов, которые тесно взаимодействуют друг с другом. Как только эскизы персонажей будут доработаны, игру можно будет закончить всего за месяц.
Каким бы хорошим ни был украденный проект, у Хо Цзуна есть множество способов заставить их потерять всё.
Часть контента в предложении проекта просто выходит за рамки возможностей компании такого размера, как компания Цзяна. Что им остаётся делать? Им приходится воровать, копировать и грабить.
Хо Цзун постучал по столу, его настроение было необычайно весёлым.
«Брат, вот, возьми. Это так горько».
Хо Цзун перевернул чашку с кофе, поставив её прямо рядом с той, из которой пил Цзян Фэнмянь.
Он прищурился и прошептал: «Довольно сладкий».
Цзян Фэнмянь почувствовал, как ему стало жарко под взглядом Хо Цзуна, и неловко отвёл взгляд, посмеиваясь про себя и проводя пальцами по растрёпанным волосам.
Неужели Хо Цзун хоть немного в него влюблён?
«Цзян Фэнмянь, давай поедим твой любимый горячий суп».
«Хорошо».
Пока суп закипал, Цзян Фэнмянь достал телефон и написал Хо Цзуну.
[Цзян Фэнмянь: Кот переворачивается.jpg]
[Цзян Фэнмянь: Брат, у меня такой мягкий животик, хочешь потрогать?]
[Хо Цзун: Потрогать, когда вернёмся домой.]
[Цзян Фэнмянь: Хм, брат, я так устал, и глаза так болят, мне нужен поцелуй, чтобы стало лучше.]
Другой пользователь удалил сообщение.
[Цзян Фэнмянь: Хм, брат, я так устал, и глаза так болят, мне нужно, чтобы ты подул на них, чтобы стало лучше.]
Хо Цзун замер, держа телефон. Поцелуй?
Это что, логика глупого кота?
«Цзян Фэнмянь, мясо приготовлено. Не смотри в телефон».
«Хорошо».
Цзян Фэнмянь получил ещё две куклы на День защиты детей, на этот раз выигранные Хо Цзуном, лопнув воздушные шарики.
К тому времени, как они вернулись на виллу, уже стемнело.
Цзян Фэнмянь молча последовал за Хо Цзуном наверх, щелканье дверей необъяснимо нервировало его.
По пути Хо Цзун остановился. Цзян Фэнмянь поднял глаза и понял, что уже стоит в спальне Хо Цзуна.
Дверь захлопнулась.
Хо Цзун прижал Цзян Фэнмяня к двери, одной рукой надавливая на него, а другой скользнув под одежду Цзян Фэнмяня, чтобы коснуться его мягкого живота. На
его лице читались тревога, паника и осторожность.
Сердце Цзян Фэнмяня внезапно успокоилось, словно вход в это место был негласным соглашением, невысказанным, но одновременно исполненным.
«Брат, разве он не мягкий и приятный на ощупь?»
«Ммм».
Кончики пальцев Хо Цзуна скользнули по коже под одеждой, гладкая текстура на мгновение очаровала его. Он обожал этот контакт кожа к коже.
Спустя долгое время Хо Цзун неохотно убрал кончики пальцев с V-образной линии Цзян Фэнмяня. Он откашлялся: «Цзян Фэнмянь, хочешь посмотреть на звезды?»
«Да».
В спальне Хо Цзуна был установлен профессиональный астрономический телескоп. Хо Цзун обнял Цзян Фэнмяня за спину и направил телескоп.
«Цзян Фэнмянь, вокруг него вращаются звезды в форме сердца, и только одна, в самом центре, - это она».
«Это звезда Цзян Фэнмяня».
Звезда, которая никогда не сможет ускользнуть, будучи окруженной сердцем Хо Цзуна.
Цзян Фэнмянь пробормотал: «Звёзды такие красивые, спасибо, брат, они мне очень-очень нравятся».
«Хорошо, что они тебе нравятся».
Хо Цзун слегка отступил назад, пристально глядя на Цзян Фэнмяня, не моргая.
Его пальцы потрескивали, когда он сжимал кулаки, странное напряжение распространялось по всему его телу. Он опустил взгляд и, увидев покрасневшие мочки ушей Цзян Фэнмяня, принял решение. *Щебетание.* Поцелуй коснулся века Цзян Фэнмяня, мимолетный и короткий.
Поцелуй, который случайно попал ему на веко, когда Цзян Фэнмянь внезапно обернулся.
Рот Цзян Фэнмяня слегка приоткрылся, и под спокойным взглядом Хо Цзуна он невольно поднял руку, чтобы коснуться горящего века.
Это была случайность или...?
Он был уверен, что Хо Цзун видел его сообщение.
Значит, возможно, Хо Цзун намеренно создал случайность.
«Брат».
«Только что... мы же это сделали?»
Боже мой, котенок вдруг стал действовать более решительно; никакого «этого» не было. Это можно было расценить только как преднамеренно спланированный случайный поцелуй.
«Цзян Фэнмянь, это была случайность».
Губы Цзян Фэнмяня изогнулись в улыбке. «Хорошо».
Хе-хе, было бы лучше, если бы такие случайности случались три раза в день, нет, десять раз!