Глава 6.3. Ритуал Семи.
В самый неподходящий момент.
Резкая вспышка света заставила Лину согнуться пополам словно от удара в живот. Секунду назад перед ней стояла сияющая фонарями Поляна Семи, а в следующую Лина оказалась уже в лесу. Бредя в неизвестном направлении, путаясь в прилеске, отводя от лица частые ветви деревьев, она вдруг с ужасом осознала, что это руки не ее. И тело это не ее.
Напрягшись что есть мочи, чтобы вернуться в реальность, она расслышала звуки музыки и людских голосов, смешанные с частым и тяжелым дыханием.
Но не ее.
Спустя мгновение Лина осознала себя уже сидящей на траве, все на той же Поляне, с которой никуда и не уходила.
А глаза продолжали видеть... происходящее не с ней?..
Она со всей силы сосредоточилась на окружающем: шум праздника, радостные визги, приятные мелодии... жесткая сухая трава под ладонями, свежий ветер и запах грозы...
Мир вокруг стал возвращаться в привычный вид. Лина с облегчением выдохнула.
Иса в неподдельном ужасе охнула и прикрыла рот рукой, когда у нее на глазах Джейк получил удар в живот.
Их было трое на одного, и она просто обязана помочь. Здесь, за сценой, никто из людей и не заметит драки, и как хорошо, что Иса успела проследить за Джейком, следовавшим сюда за тройкой подозрительных типов, и даже позвонить Линдону.
Сама она стояла поодаль, оставаясь незамеченной, и, несомненно, была готова броситься в бой на защиту Джейка. Только для этого ей необходимо собраться с силами. Она никогда не дралась с парнями, не считая того случая в детском саду, когда огрела подушкой назойливого мальчугана, пытавшегося прикарманить себе ее мишку во время тихого часа.
И вот, нахмурив брови и, наконец, решившись броситься наперерез хулиганам, Иса решительно двинулась в сторону побоища, но - вот засада! - ей беспардонно помешали.
- Кажется, я сказал тебе немедленно ступать домой, - сварливо произнес Линдон, остановив Ису на полушаге.
- Но Лин!
На ее протесты брат не обратил никакого внимания, бросив лишь:
- Оставайся здесь.
И сам уверенно двинулся в сторону «зрелища», в котором Джейк занимал честную «ничью». Но это пока что.
Лина моргнула. А затем еще, и еще, вновь обретая контроль над собой. Когда предметы вокруг окончательно встали на свои места, она осторожно поднялась на ноги. Джейк... она хотела последовать за Джейком... Он попал в неприятности...
Медленно, с ещё не до конца утихшим головокружением Лина поплелась за сцену, куда, как она успела увидеть, неприятели увели Джейка. Если бы она решила обойти сцену с правой стороны, то натолкнулась бы на Ису, с затаенным дыханием наблюдающую, как брат присоединяется к побоищу. Но Лина пошла влево, не подозревая, что и сама уже привлекла чье-то внимание, и за ней следуют по пятам...
Застала пятерых дерущихся парней она как раз в тот момент, когда один из них отлетал прочь, как будто им из пушки выстрелили. Лина резко остановилась, оставшись в тени. Благо, это был не Джейк, а один из противников, и отлетел он от удара... Линдона?
Наверное, она почувствовала бы облегчение, увидев, что друг заступился за Джейка, так что тот теперь не один, но все ее внимание забрало другое. То, что сделал Линдон... Какую силу удара надо иметь, чтобы человека отбросило от тебя на пару метров?
Несчастный, испытавший это на себе, очевидно, не хотел снова нарываться и испуганно отполз в сторону. А вот его приятель, за которого уже взялся Линдон, еще готов был побороться. Хаотично размахивая кулаками, от которых ловко уворачивался Линдон, он пропустил подсечку и, кряхтя, рухнул на траву.
Но Лина была готова поклясться, что не видела, как Линдон ударил его по ногам. Как будто противника сбил с ног сам воздух, а Линдону для этого стоило лишь махнуть рукой.
И Джейк не отставал, он остался один на один с Маркусом. И хоть первого успели изрядно потрепать, он бился с каким-то энтузиазмом, как будто драка была для него развлечением. Но вот Джейку прилетел удар в челюсть, и Лина даже с такого расстояния как будто почувствовала проснувшуюся в парне злость.
Он увернулся от нового удара, еще не оправившись от первого. Соперник бросился к нему с кулаком наготове, и тут Джейк резко выпрямился и ловко поймал его кулак в свою ладонь. Тот попытался освободиться от хватки, но Джейк только ухмыльнулся. А потом начало происходить то, отчего сердце Лины пустилось вскачь, а воздух застыл в груди.
Над их сцепленными руками начал подниматься пар. Лицо Маркуса исказилось от боли, а тело задрожало, тогда как усмешка Джейка только ширилась.
- Хватит, Джейк, - Линдон встал рядом. - Ему достаточно.
«Нет, не достаточно», - прочитала Лина в его горящих глазах. Джейк не хотел отпускать.
- Довольно уже, ты иссушишь его, - настаивал Линдон. - Сувенир ты ему уже оставил.
«Сувенир в виде ожога», - поняла Лина. Джейк обжег ему руку одним прикосновением к своей.
Лина в смятении оглянулась по сторонам, не понимая, свидетелем чему стала. И единственным решением, родившемся в голове, было развернуться и уйти.
И стоило ей обернуться, как перед ней возникла преграда - худая и высокая брюнетка, оказавшаяся здесь явно неслучайно. Ее ореховые с янтарным оттенком глаза блеснули в свете фонаря, и Лина почему-то вспомнила ту дикую рысь, взиравшую на нее так же хищно.
- Куда-то собралась? - осведомилась незнакомка. Она глянула Лине за плечо. - Шоу закончилось?
- Да. Кажется, ты пропустила все веселье, - без особого интереса отозвалась Лина и попыталась обойти девушку, но та не позволила, перехватив ее за руку.
И тут Лину обдало жаром, как если бы по ее венам пустили огонь. Лишь на секунду, но чувство чужой силы окатило ее настолько мощно, что, продлись это всего мигом дольше, эта сила сбила бы ее с ног.
Она подняла на незнакомку глаза, как будто только сейчас по-настоящему заметив ее. И то, что она увидела в ней вкупе с тем, что почувствовала, всерьез встревожило Лину.
А не та ли это, к тому же, девушка, толкнувшая ее у входа? Она преследует ее?
- Как жаль, - вздохнула собеседница. - Наблюдать, как начищают физиономию Джейка - бесценное удовольствие.
- Ты знаешь Джейка?
- Увы, слишком хорошо. Чтобы, например, задаться вопросом, что такого интересного он нашел в тебе. - Она наклонила голову. - Ты Лира, да?
- Лина. А ты одна из его несчастных поклонниц?
Незнакомка коротко рассмеялась.
- Я ожидала увидеть кого-то более смазливого и... примечательного, - призналась она, предпочтя проигнорировать вопрос, - и, будь в тебе хотя бы это, я бы не была так разочарована. Запросы Джейка явно снизились.
- Не будь мне настолько безразлично чье-то мнение, я была бы опечалена, - незамедлительно парировала Лина.
- О-о, да у нас есть характер, - с толикой удивления произнесла девушка.
- А если в тебе есть хоть немного разумности, ты будешь держать свой под контролем. Не играй с огнем. А то он может спалить тебя саму, - предупредила Лина.
И тотчас опомнилась: откуда в голове вообще возникли такие слова? А эта девица явно нарывается на конфликт, и повод не нужен. Только Лина успела подумать о своей печальной дальнейшей судьбе, увидев вспыхнувшее на лице собеседницы негодование, как раздался неразборчивый шум. Наверняка кому-то из парней снова прилетело. Незнакомка отвлеклась на суматоху, а Лина тем временем шустро улизнула.
- Можешь не благодарить, - пробурчал Линдон, потирая ушибленный нос.
Джейк хмыкнул, усаживаясь на траву.
- Да я и не...
- Словами, - перебил Линдон. - Словами не благодари. За все те шишки и оплеухи, которые я получаю из-за тебя, ты задолжал мне уже целое состояние, - пожаловался он.
- Ни одну из этих шишек я не просил тебя за меня получать, - заметил Джейк. - Ты сам всегда влезаешь без спроса.
- Как и ты. Это называется дружбой.
Джейк повернулся к нему, одарив выразительным взглядом.
- В таком случае, я тебе ничего не должен. Дружба ведь штука безвозмездная.
Скривившуюся мину Линдона стоило запечатлеть на камеру, а фото повесить в рамочке на стену. Друг не умел по-настоящему злиться и обижаться, а эти его попытки изображать недовольство Джейка только забавляли.
- Напомни мне в следующий раз первым встать в очередь на набивание твоей морды, - с кислой физиономией парировал Линдон.
- Обязательно, - услужливо отозвался Джейк.
- Л-и-и-н, а выходить уже можно? - донесся откуда-то тоненький голос Исы. - Они ушли?
- Иса? - переспросил Линдон себе под нос, как будто только сейчас вспомнив, что сестра всё ещё здесь. - Я ведь сказал тебе идти домой!
- Я бы не оставила вас одних! - горячо возразила Иса, подходя к ним. И охнула: - Джейк! У тебя кровь! Это серьезно?
- Разбитая губа - это пустяки, - заверил он. - Но от твоего беспокойства мне стало легче.
Даже в этой малоосвещенной части Поляны было видно, как от слов Джейка залилось краской лицо девушки, а от его улыбки она и вовсе смущенно опустила глаза. Линдон закатил глаза.
Всеобщее внимание привлекла Риа, появившаяся из-за угла.
- Вы просто не могли не внести в программу мероприятий фестиваля свое выступление, - сказала она, кинув сидящему Джейку салфетку, а вторую протянула Линдону. - Каждый год одно и то же.
- Вовсе не одно и то же. - Джейк приложил салфетку к губе. - В прошлом году я вообще никого не трогал. Те парни сами на меня набросились.
- Если под «ничего» ты подразумеваешь флирт с их подружкой прямо у них на глазах, то да, ничего, - парировала Риа.
- Если быть точным, одному из них она приходилась сестрой, - внес поправочку Линдон.
- Тем не менее Джейка они лупасили с одинаковым пристрастием.
Все трое прыснули. И только Исе не было весело. Она с волнением уловила тень, приближающуюся к ним из-за сцены.
- Кто-то идёт.
- Лина? - удивился Джейк.
Девушка подошла и присела рядом с ним, игнорируя изучающие ее взгляды.
- Я увидела драку и побежала за аптечкой, - сказала она, смачивая принесенные ватки перекисью водорода. - У одного из прохожих она нашлась в машине. Я подумала, тебе это понадобится. И тебе? - она взглянула на Линдона, неуверенно предлагая ему смоченную вату.
- Да, спасибо, - поколебавшись, отозвался тот. От Лины не укрылась настороженность, мелькнувшая на его лице.
- Как мило, - хмыкнула брюнетка. - О наших мальчиках теперь есть, кому позаботиться.
Лина предпочла проигнорировать едкий комментарий и сосредоточилась на обработке раны. Несомненно, Джейк и сам был в состоянии справиться с кровоточащей губой, но от помощи девушки не отказался, хоть она и застала его врасплох. Лина поймала его удивленно-заинтересованный взгляд, как только опустилась рядом, и он понял, что она вознамерилась поухаживать за ним, невзирая на любопытные взгляды и компанию незнакомых ей людей. Она тут же опустила глаза, но Джейк не увидел тому причиной смущение, к которому обычно приводила девушек его близость. И оттого наблюдать за сидящей перед ним девушкой стало еще занимательнее.
- Лина, - прочистив горло, обратился к ней Линдон, - а как много из того, что здесь произошло, ты видела?
Лина не упустила из виду, как он и Джейк обменялись странными взглядами. Но ответила, как будто не заметив скользнувшего в воздухе напряжения:
- Почти ничего. - Она подняла глаза на Джейка. - Твоя сестра меня отвлекла. А потом я побежала искать аптечку.
- Сестра? Это ты о Рие? - удивленно переспросил он, указывая глазами на нахмурившеюся «сестру».
- Да. У вас... схожий нрав, - уклончиво ответила Лина на невысказанный вопрос, откуда она это узнала.
На самом деле Лина поняла это, стоило девушке коснуться ее. Но никому из них не нужно это знать. Как и то, что она успела увидеть во время драки.
- Это Риа. И ты почти угадала, - сказал Джейк. - Вообще, мы кузены.
- К несчастью для нас обоих, - не преминула вставить та.
Джейк на это усмехнулся. Линдона, казалось, это тоже позабавило, однако напряжение, сковывающее его, ещё не до конца спало.
- Вот вы где.
Все обернулись на женский голос. Невысокая девушка со светлыми забранными в пучок волосами неспешно подошла к ним. В ее голубых глазах осела усталость, которая сквозила и в каждом движении.
Она окинула взглядом всех присутствующих, остановив его на интересной картине того, как какая-то девушка, не стесняясь никого, заботится о ссадинах Джейка. Наверное, так Лина выглядела со стороны.
Как много новых знакомств за один вечер.
- Предки, Сильвия, - со вздохом произнесла Риа. - Скажи мне, что ты выглядишь такой уставшей не потому что утомилась, закапывая чей-то труп.
Все с интересом покосились кто на нее, кто на Рию.
- Сильвия неожиданно начала страдать от вспышек агрессии по отношению к незнакомцам, которые ей чем-то не приглянулись, - пояснила Риа.
- Мне казалось, вспышки агрессии - это твоя фишка, - ухмыльнулся Джейк.
Девушка, которую, кажется, назвали Исой, прыснула в кулак, но тут же потеряла всю веселость, схлопотав испепеляющий взгляд Рии, который та затем метнула и на Джейка.
- Не беспокойся, - с едкой улыбочкой ответила Сильвия подруге, - твой приятель цел и невредим. Я бы даже если захотела, не поджарила бы его заживо. Это не по моей части.
А в отместку Сильвия получила такой выразительный взгляд, что заткнуться захотелось всем.
Лина чувствовала, что, сама того не желая, влезает в чужие дела. Она здесь явно лишняя.
- Если вы двое закончили зализывать раны, то нам всем пора. Время, - обратилась Сильвия к парням, на что вся компания выразила согласие и дружно засобиралась уходить.
Лина нашла их стремление убраться с праздника строго до полуночи по меньшей мере странным.
- А вам родители разрешают гулять только до полуночи? - попыталась пошутить она, обратившись к Джейку.
- А твои родители тебе не говорили, что излишнее любопытство - это некрасиво? - язвительно парировала Риа.
Лина открыла было рот, готовая ответить, но ее перебил поднявшийся вслед за ней Джейк:
- Не обращай внимания. Риа не всегда такая. - И наклонился к ней, чтобы это могла услышать только Лина: - Но я тебя предупреждал.
Лина тут же поймала брошенный в ее сторону взгляд от той самой девушки, которую она впервые увидела на конкурсе с балкой, и взгляд этот был полон ревности. Такие же взгляды метала в нее эта Иса и пока Лина занималась ранами Джейка, но это Лина предпочла не замечать.
- Так и... - неуверенно начала Лина, - куда вы всё-таки идете?
Он остановился перед ней и развернулся. Ребята за его спиной продолжили движение. Только темноволосая на секунду замешкалась, но в конце концов, беспомощно фыркнув, припустила за компанией.
- Ты недавно сказала мне, что если я хочу что-то от тебя скрыть, то мне стоит делать это тщательнее. - Уголки губ Джейка приподнялись в улыбке. - И именно поэтому я не отвечу тебе на этот вопрос.
Лина не нашлась с ответом. Лишь безмолвно проводила парня взглядом, ощущая в воздухе приближающуюся грозу.
Издалека к Дегхельму ползли густые темные тучи. Скоро разразится ливень, а фестиваль в честь Дня Основания подойдет к концу.
И вот тогда начнется его главное действо.
- Ты замерзла? - забеспокоился Айэн, заметив, как Аника поежилась и обняла себя руками. От слабого ветерка ее растрепанные светло-рыжеватые волосы зашевелились, а несколько прядей упали на веснушчатое лицо.
Айэн вызвался проводить ее домой, побоявшись оставить наедине с собой. Девушка была не против. За всю дорогу она и вовсе не произнесла ни слова. Неизбывная тоска, заполнившая ее душу и сердце, камнем давила на ее хрупкие поникшие плечи, не давая вздохнуть полной грудью и отягощая каждый шаг, будто ее ноги заковали в кандалы.
Аника ответила, не поднимая головы:
- Нет. Я только... я не хочу туда идти.
Айэн беспомощно вздохнул:
- Мы ведь уже обсудили это. Если ты не пойдёшь на ритуал, станет хуже...
- Я не о ритуале. Хотя при мысли что... что мне придётся... что я всё это время...
- Не только ты, Аника. Мы все.
- От этого не легче, - с чувством возразила девушка, взглянув на него. - Люди не виноваты. Они не сделали ничего, чтобы с ними так поступать...
Она вновь замолчала, не в силах произнести это вслух. Казалось, если она скажет это, то оно станет реальным, отрастит когти и щупальца, которыми обхватит ее тонкую шею и задушит. Но от чувства вины она задохнется скорее.
- Перво-наперво, в том, что произошло много лет назад, была вина самих людей, - резонно заметил Айэн.
В ее янтарных глазах отразилось непонимание.
- Я никого не оправдываю и не обвиняю, - поспешил объясниться молодой человек. - И ты не осуждай виноватых, как и не делай из кого-либо невинную жертву.
- Не осуждать нас за то, что мы делаем, и также не жалеть людей, потому что они это заслужили? - уточнила девушка, внутренне противясь этому несправедливому суждению.
- Я вовсе не говорю, что они это заслужили. Да, вина лежит не на них, а на их предках, однако расплачиваться приходится им. Как и нам. Ведь мы не выбирали быть Хранителями, но это был выбор наших прародителей. И мы вынуждены следовать по пути, проложенному ими. Остаётся только смириться...
Аника вскинула руку:
- Достаточно.
Сегодня она сполна наслушалась проповедей о важности и неизбежности своего долга, судьбе, которая была предопределена еще до их рождения. Но не имеет значения, с какой серьезностью она будет осознавать эту важность - она не примет этого. Должен быть другой выход... другой способ укреплять столпы, не нанося никому вреда, не вынуждая их, Хранителей, быть... чудовищами.
«Ты не чудовище, - сказала ей Сильвия на том холме. - Со временем... со временем станет легче».
Тогда Сильвия с трудом подбирала слова. Проявление участия - не одна из ее сильных сторон. Аника была искренне благодарна за ее попытки, но ни они, ни поддержка Айэна не могли унять боль от правды, ударившей по ней так внезапно.
А ее мама... Риа, конечно, не могла больше держать это в себе и не преминула открыть глаза Анике. Честно говоря, она была удивлена, что Риа не сделала этого раньше - она-то не станет скрывать что-то от людей, лишь бы не причинить им боль. Значит, кто-то заставил ее молчать. Или же ей настолько все равно, что она и не подумала в один прекрасный день подойти к Анике и выдать ей все и во всех подробностях, как это любила делать Риа, если задумывала раскрыть чьи-то тайны и ранить посильнее.
Но отчасти Аника была ей за это благодарна. От кого еще она смогла бы узнать пусть болезненную, но правду? От отца, всячески стремящегося оградить ее от бед и напастей? От Айэна, который не допустит даже мысли сделать ей больно? Даже Сильвия и та продолжала бы молчать просто потому, что ей жаль девочку, потерявшую свою мать в таком раннем возрасте, что Аника едва помнит ее лицо.
- Я пойду на ритуал. - она смотрела себе под ноги, шаг ее замедлился. - Но это не значит, что я принимаю это.
В этот раз она пойдет. Но к следующему обязательно что-нибудь придумает. Расспросит старших, перероет все архивы и вскроет все источники информации, но найдет другой способ.
Но сегодня у нее уже нет времени.
- Конечно, - тихо кивнул Айэн.
Через несколько минут они ушли достаточно далеко от праздника, чтобы услышать тишину. Миновав центр города с его густонаселенными живыми улочками, пройдя ближе к югу и перейдя мост через реку, будто попадаешь в другой мир. Местные жители называют этот небольшой пограничный район Тихими Прудами, очевидно, за пруд, в который частично переходит река, и отсутствие шума.
Несколько величавых особняков возвышались у южной границы, по ту сторону реки, словно бы отсекающую кусочек города от его остальной части. К ним вела живописная аллея, сейчас освещенная неярким светом фонарей. Один из тех особняков, что ближе всех к озеру, принадлежит Амаринсам, семье Сильвии. Дом Майлинсов расположился на противоположной стороне улицы.
Именно в его направлении Аника даже смотреть не желала. Тетушка Сафира, конечно, читает своему брату очередные нотации о том, как следует воспитывать дочь и вообще жить, в то время как отец и бабушка с ума сходят от волнения, ведь девушка, едва дослушав отца, открывшего ей правду, сбежала из дома и до сих пор не вернулась.
Что делать, придется побороть нежелание видеться с кем-либо из них. В ночь ритуала ты обязан находиться рядом со своей семьей.
- Аника. - Айэн поймал ее руку, когда девушка уже подошла к мосту. - Дальше я не пойду, - напомнил он.
Она повернулась к нему, виновато потупив глаза.
- Да, прости. Я... сама не своя.
В этом месте, у моста, они всегда прощались, не рискуя подходить ближе к дому Майлинсов, где их могли заметить. Под ветвями этой ивы случился их первый поцелуй, происходили их прощания и обещания увидеться как можно скорее.
Айэн нежно провел большим пальцем по ее руке, которую держал в своей. А затем потянул ее за собой и отвел к дереву, совсем как в тот вечер, когда подарил ей свой первый поцелуй под сенью листвы. Тогда сердце Аники забилось сильно-сильно, никак не желая успокаиваться, как только она разгадала намерения Айэна. Она прислонилась спиной к стройному стволу и посмотрела в его изумрудные глаза, завороженная их блеском. Она забыла обо всем. О правилах, запретах и сложностях - ей хотелось только, чтобы этот момент больше никогда не заканчивался.
Их пальцы сплелись, а раскидистые ветви ивы затрепетали, подобно их сердцам, шепча о любви, и его губы нежно коснулись её.
И теперь Аника прислонилась к дереву, но скорее от давящей на нее тяжести. Айэн остановился напротив, не отпуская ее руки.
- Я хотел подарить тебе кое-что, когда приеду, - негромко сказал он и достал что-то из кармана. Аника увидела маленькую голубую коробочку с бантиком. - Но теперь не уверен, уместно ли это. Но все же...
Айэн открыл ее, чтобы достать нечто тонкое и красивое, блеснувшее в свете фонаря. Затем приподнял руку девушки и надел на худенькое запястье серебряный браслет. Аника коснулась пальцами подвески в виде цветка.
- Роза, - произнес Айэн, с теплотой смотря в глаза Аники, - нежная и изящная, но умеющая постоять за себя, потому что у нее есть шипы. Как и ты, - добавил он и поднес ее пальцы к своим губам, оставляя на бархатной коже легкий поцелуй.
Бледная улыбка коснулась ее губ. Аника прикрыла глаза, благодаря за чудесный подарок, и Айэн улыбнулся в ответ.
- Ну и, ты удовлетворила свое любопытство? - поинтересовалась Сильвия у Рии.
Они пятеро двигались вдоль крайней жилой улицы Дегхельма. Сильвия и Риа шли чуть впереди, Линдон, Джейк и Иса - сзади.
- Ты об этой Лине? - уточнила Риа. - Да, вполне. Надолго в ее компании Джейк не задержится, вот увидишь, - самоуверенно заключила она, даже не заботясь, что кузен может ее услышать.
Впрочем, Джейк был слишком занят разговором с Линдоном, чтобы прислушиваться. Кажется, они обсуждали какую-то научную ерунду.
- Меня больше волнует, как долго здесь задержится Кристиан, - парировала Сильвия.
От Рии не укрылось скользнувшее в её голосе раздражение. Она вздохнула. Ну вот опять.
- Он остановился в «Лисьей норе», - поделилась Риа. - Пока на неделю. Если ему здесь понравится, то останется ещё.
По лицу Сильвии было видно, что она готова сделать всё, лишь бы ему здесь не понравилось. Подорвать систему водоснабжения гостиницы, в которой он поселился, к примеру. Устроила ведь она когда-то такое дома. За потоп, учинённый Сильвией в комнате, спасибо мамочке, которая никогда не стеснялась говорить ей всё, что о ней думает. Но в тот раз Ирида Амаринс перешла все границы, и тогда Сильвия едва не утопила их обоих.
- И это все, о чем тебе удалось узнать? - с тенью недовольства поинтересовалась Сильвия. - Вы столько мило болтали, и он успел рассказать тебе только это?
- Не так уж и долго. Как только пришел Линдон и я услышала о Джейке, то сразу же пошла за ним.
И не прошло и пары минут после ухода Рии, как Сильвия потеряла Кристиана из виду. Он просто исчез в толпе.
- В основном он рассказывал мне о своих романах, - поведала Риа, нарочно изображая довольство, которое непременно раздразит Сильвию ещё больше. - Я даже взяла себе несколько на заметку.
- Ты же терпеть не можешь любовные романы, - буркнула собеседница.
- Кто знает, может мне стоит пересмотреть свои вкусы.
- В таком случае мне придется пересмотреть свои вкусы в друзьях, - беззастенчиво заявила Сильвия. - Если и ты начнёшь пускать слюни по смазливым парням и день и ночь промывать мне уши о своих любовных приключениях, то я лучше умру от одиночества, чем всё это время буду рядом.
А в ответ ей раздался игривый и такой бесстыдный смех, что Сильвию накрыло возмущение. Она резко повернулась к Рие, верно, получавшей неимоверное удовольствие от настроения подруги.
- Рианна Фредерри искренне смеётся, - донеслось до них сзади наигранно-удивленное, - кажется, Земля сошла с орбиты!
Риа развернулась к Джейку, идя спиной вперёд.
- Хочешь, я и тебя столкну с твоей орбиты? - щедро предложила девушка, с вызовом посмотрев на кузена.
- Побереги силы до следующего раза, - посоветовал Джейк.
Хмыкнув, Риа отвернулась. Она продолжила о чем-то говорить с Сильвией.
- Так ты решил проблему с профессором Роуди? - спросил Линдон у Джейка. - Вылететь из универа на четвертом курсе из-за него одного будет обидно.
Не то чтобы у Джейка имелись проблемы только с одним не закрытым предметом, но этот Роуди был самым упрямым, а к тому же испытывал к Джейку личную неприязнь. Из-за придирчивого профессора парню даже грозило отчисление.
- Да, решил, - ответил он. - Старик больше не будет вставлять палки в колёса.
- И что-то мне подсказывает, это не потому, что его кошелек потолстел на пару купюр, - многозначительно произнес Линдон, зная, что помимо дотошности профессор славился своей неподкупностью.
- Не потому, - просто ответил Джейк, но что-то такое Линдон уловил в его интонации, что его насторожило. - Я просто дал ему дополнительную мотивацию, чтобы он закрыл мне экзамен.
- Эта мотивация включала в себя что-то незаконное? Например, шантаж?
- Ну и к чему тебе это знать?
- Я волнуюсь, как бы твои выходки не довели тебя до скамьи подсудимых, - признался Линдон.
- Я слишком хорош для тюрьмы. - Джейк самодовольно пригладил волосы, демонстрируя идеальную укладку.
Линдон лишь беспомощно покачал головой.
- Иса, не отставай, - бросил он через плечо сестре, слишком занятой в своем телефоне, чтобы поспевать за всеми.
- Да иду я, иду, - пробормотала та в ответ.
Вскоре их пути разошлись: распрощавшись со всеми, Линдон и Иса пошли дальше вперёд, а остальные свернули направо. А, дойдя до поворота в сторону Тихих Прудов, и Сильвия пошла своей дорогой.
Риа и Джейк молча приближались к особняку Фредерри.
- Ты и вправду собиралась рискнуть и уехать вместе с Риком? - вдруг спросил Джейк.
Если Риа и была удивлена этим вопросом, то не подала виду.
- Дядя Киан никогда бы мне этого не позволил. Да и сами обстоятельства...
- Дядя бы не достал тебя за пределами Дегхельма, ты же знаешь. Ничто не помешало бы тебе сбежать.
- Поэтому ты и отпугнул его от меня? Боялся, что я могу решиться?
- Это была не моя инициатива, - признался Джейк. - Так велел дядя.
Пораженная, Риа замедлила шаг.
Так вот значит, как... Меньше злиться на Джейка от этой новости она, однако, не стала.
- Дяденькин сынок, - проворчала девушка и возобновила движение.
Джейк всегда был самым послушным племянником, каких только свет видывал. Наверное, поэтому дядя любил его больше. А своевольная непокорная Риа у него вызывала только скрип зубов да головную боль, когда тому приходилось выслушивать нелестные комментарии учителей и разбираться с недовольными родителями, с отпрысками которых у Рии не заладилось.
- Скоро и ты застрянешь здесь подобно дяде, - нарочно напомнила ему девушка, желая задеть посильнее. - Как планируешь провести последние три года свободы?
Но Джейк не Сильвия, и до его слабых мест так просто не добраться.
- Как и предыдущие двадцать два, - беспечно ответил он, смотря прямо перед собой. - Весело и беззаботно.
Риа не поверила ему. Он вел себя так, как будто его это не заботит, как будто он смирился. Но Джейкос Фредерри не станет мириться с тем, что его не устраивает. В этом они с Рией одинаковы.
Такие они, Фредерри.
Переступив порог особняка Майлинсов, Аника первым делом увидела отца.
Колен Уайлен - худой невысокий мужчина с темными волосами, беззвучной походкой и бледным лицом, изборожденным морщинами - сидел на лестнице, свесив руки с колен. Анике стало больно от его поникшего изможденного вида, ведь волнение за нее - тому причина.
Увидев дочь, Колен оживленно подскочил. Аника заметила его отросшую темную щетину с проблесками седины. Он часто забывал бриться. Да и вообще ее отца не назовешь человеком собранным и внимательным: по пять раз на дню он мог потерять ключи от машины, порой надевал разные носки и никак не мог запомнить, что, чтобы открыть балкон в гостиной на втором этаже, нужно потянуть за верхнюю и нижнюю ручки одновременно, а не только за одну.
- Что случилось с тобой? - взволнованно спросил отец, разглядывая дочь, ее изорванное платье и перепачканные волосы.
Она не нашла в себе сил посмотреть ему в глаза. Ей всё ещё было больно за себя, от которой предпочли скрыть правду, и за отца, которого заставила переживать.
- Я не хочу об этом говорить, - тихо произнесла девушка. - Дай мне пять минут, чтобы переодеться, и мы можем идти.
Его узкие плечи поникли. Колен хотел было что-то сказать, но лишь беспомощно смотрел дочери вслед, так и не подобрав слов.
Мало кто знает, но Дегхельм ещё называют «городом на семи столпах». Однако лишь те, кто знает его истинную тайну.
Город и вправду окружают семь столпов, каждый из которых связан с силой одной из Семей и завещан ей на хранение. Расположенные на границе Дегхельма, столпы защищают от таящегося внутри зла внешний мир, не давая ему вырваться наружу.
Лишь избранным дано знать, где находится каждый из столпов, простому же смертному это никогда не будет известно. Но не оттого, что каждый столп тщательно скрыт от посторонних глаз, а потому лишь, что распознать его никому не удастся.
Склеп на окраине кладбища. Старый дуб, внутри которого спрятан металлический ящик, наглухо запечатанный со всех сторон. Мраморная беседка. Подземная пещера. Заброшенная оранжерея. Развалины старинного поместья. И сундук на дне реки, хранящий в себе тайный предмет.
Семь особенных мест, связанных между собой незримой нитью, и Семь Семей, разделивших одну судьбу.
Фамильный склеп Фредерри осветили факелы, зажегшиеся по велению нынешнего главы семейства. Вслед за Кианом в склеп вошли его племянники. В полном молчании Фредерри спустились по осклизлым ступенькам. Затхлый воздух заполнил легкие, повеяло могильным холодом. И без того неприветливое место в темноте ночи превращалось словно бы в дремлющего зверя, разбудить которого достаточно одним неверным движением.
Это странное сравнение пришло на ум маленькой Рие, когда ее привели сюда в первый раз. Она едва понимала, что происходит, и была слишком мала, чтобы осознать объяснения. Как только у носителя силы начинают проявляться способности, его приобщают к ритуалу независимо от возраста. Кажется, Рие было семь. А Джейку и тому едва исполнилось пять, когда пробудилась его сила.
В это время, когда отец, дедушка, тетя Лерисса, дядя Киан, а вскоре и Джейк куда-то уходили, непременно происходило что-то. Что-то тревожное и волнующее, необъяснимое и загадочное. Риа чувствовала его приближение каждый год в эту самую ночь. Тогда она с головой зарывалась под одеяло и с замершим сердцем ждала, пока странное, пронизывающее каждую ее клеточку будоражащее чувство пройдет. Безотчетная паника накрывала ее, и даже мысль, что мама спит в соседней комнате, не могли успокоить ее. Ни разу за те ночи Рие не удалось уснуть, пока все не вернутся домой в поздний час.
В ту ночь, когда пришло и ее время, Риа не хотела идти с ними. От одной мысли выйти из своей комнаты этим страшным вечером ее маленькое сердце в испуге забилось, а глаза наполнились ужасом. Тогда отец присел рядом с ней, погладил ее по волосам и, смотря на нее как на самое ценное, что у него есть, не спеша объяснил ей все, что она могла бы понять. В конце концов Риа, мужественно кивнув, позволила отцу отвести себя в эту обитель молчания и скорби, где уже ждали остальные. Всю дорогу она не отпускала его руки, а, войдя с ним в склеп, вцепилась в нее своими обеими.
Тогда отец наказал ей не бояться и быть стойкой. И Риа взяла себя в руки. Они все делали это каждый год, и ни с кем из них ничего не случилось, не случится и с ней.
Риа помнит, как впервые с затаенным трепетом разглядывала таблички с именами, а вокруг стояла мертвенная тишина, и только треск огня факелов нарушал ее. Отец окликнул ее и подозвал к себе, когда все было готово. Он пообещал, что будет неприятно всего несколько секунд, а потом она почувствует лишь силу и забудет обо всем остальном. И все же ей было страшно. От неизвестности, от тайны этой ночи.
И с тех пор, как ей довелось стать частью этого, Риа больше не боялась. Это место больше не вызывало потаенного ужаса и благоговейного страха - она бы предпочла, чтобы оно не вызывало никаких эмоций вовсе, но вот глаза невольно наткнулись на имена родителей на табличке: «Арев и Эстелла Фредерри», и ее грудь заполнила пустота. А рядом - «Лерисса Фредерри и Триар Эрнбард», родители Джейка.
«Будь стойкой», - напомнила она себе и заставила себя отвернуться.
Дядя Киан уже закончил все приготовления: из ниши в стене он достал черный ящик, предварительно окропив место хранения каплей своей крови. Ящик так же открывался посредством кровной магии. Таким образом, никто, кроме Фредерри, не сможет заполучить хранящийся там кинжал.
Такие же шесть кинжалов сейчас достали из своих тайных мест главы остальных Семейств: Райосы - из-под плиты у подножия колонны мраморной беседки, Амаринсы - из сундука, вытащенного со дна реки, Вудлейвы - из земли заброшенной оранжереи, Рахлейвы - из старого дуба, Майлинсы - из подземной пещеры и Тронан - из подвала старинного поместья.
Каждый окропит кинжал каплей своей крови, каждый почувствует толчок силы, ударивший по ногам из самой земли, как только главы семейств вонзят кинжалы в землю, чтобы ритуал начался.
Лина пригубила лимонад из пластикового стакана. Она сидела на траве поодаль, с любопытством наблюдая за происходящим. Ее окружали смех и веселье: кто-то хохотал, болтая со старыми друзьями, а кто-то только заводил знакомства. В основном люди толпились у сцены, с которой доносилась приятная музыка. Недавно начавшийся концерт будет заключительным мероприятием фестиваля, но Лина собиралась уйти раньше, чем он закончится.
Она поймала себя на мысли, что не знает никого из присутствующих, и это при том, что провела в Дегхельме все лето. Заводить новые знакомства явно не было одним из ее умений.
Всеобщим непринужденности и радости от праздника, казалось, не помешает и приближающаяся гроза. Не дождь, что слегка смочит землю и быстро успокоится, а именно гроза, Лина это знала. Поэтому ей пора бы уже возвращаться домой.
Стеклянный взгляд Аники сосредоточился на воткнутом в землю кинжале, перед которым она сидела. По его зачарованному лезвию уже стекала капля свежей крови. Бабушка Зара, сидящая напротив, приложила к своему пальцу ватку, и на той тут же появились красные пятна.
Аника взяла в руки иголку. Теперь ее очередь.
Она нарочно медлила. Ей казалось, что ещё чуть-чуть, и она сбежит отсюда, крича и визжа, что не согласна, что никто не заставит ее сделать это. Но было уже поздно.
Нет, ещё не поздно.
Она всё ещё может отказаться. Завязать спор, прибегнуть к мольбам, отговоркам, доводам совести - но кто станет ее слушать? Что тогда изменится?
Бабушка велела поторопиться.
Аника нервно сминала в руке светло-голубую ткань кофты, беспомощно бродя глазами по земле и чувствуя, как ее начинает затапливать безысходность.
- Аника? - требовательно произнесла бабушка.
Девушка закусила губу. И, прикрыв глаза, одним решительным движением проткнула палец иголкой, а затем поднесла руку к кинжалу, чтобы выступившая капля крови упала на его железную рукоятку.
- Я готова, - сквозь сдавленное горло произнесла девушка.
Бабушка Зара, коротко кивнув, взялась за рукоятку. Аника последовала ее примеру. Прикосновение к холодному железу обожгло, вскипятило кровь и взбудоражило рассудок. Она зажмурилась, приготовившись к удару силы.
Раскат грома заставил Лину содрогнуться. Она взглянула на ползущие к Дегхельму тучи, осознавая, как внутри начинает зарождаться нехорошее чувство.
Музыка и непринужденное пение продолжались, но в один конкретный миг они перестали иметь значение.
И по земле прошла вибрация. Один толчок, второй. Сперва слабый. И сильнее. Все набирая мощь. Бесшумная волна, прошедшая будто сквозь Лину. И тишина заполнила сознание. Девушка поднялась на ноги и тут же согнулась пополам от невыносимого звона, словно бы расколовшего голову надвое.
- У вас всё хорошо? - донесся до тонущего словно в вязком болоте сознания чей-то голос.
- Вы не чувствуете? - Лина вдавливала пальцы в виски, тщетно стараясь унять боль. - Землетрясение...
- Землетрясение? Нет, нет, это просто гроза.
Тогда отчего её трясёт, будто бы гроза бушует внутри нее самой?
А оттого, что ритуал по укреплению столпов начал свое действо. Каждый, кто сейчас прикасался к ритуальному кинжалу, чувствовал эту тряску, мощные, накатывающие при каждом вдохе волны. Как отовсюду к кинжалу стекаются сгустки жизненной энергии, а он сам наполняется силой. Силой такой мощной, что сотряслась бы земля, будь та сила осязаемой. Но сотряслась она от режущих глаза молний, от грома, разверзающего небосвод, от поднявшегося ветра - холодного и свирепого. Как будто все вокруг сошло с ума, сорвалось с цепи и сам мир обратился в один большой свирепый ураган.
И вот в небо ударил столб света, берущий свое начало где-то в лесу. Появился второй, третий - все семь загорелись по очереди вокруг Дегхельма, соединяясь в одной точке на небосводе и образуя над городом купол из защитной силы.
И волны под ногами из бесшумных и едва различимых обратились в сбивающий с ног шторм, а по земле продолжала уже не идти, а скакать вибрация...
Однако этого не заметил никто.
Лишь гроза. Глухие раскаты грома. Вой ветра.
И только одна девушка посреди фестиваля понимала, что только что произошло нечто нехорошее.
Лина оглянулась вокруг себя. Смех и улыбки казались противоестественными, до ужасного неуместными.
Никто ничего не почувствовал?
Внезапно наступившая тишина показалась оглушающей.
И новый порыв ветра принес с собой крики. Охи и ахи, какое-то движение в толпе.
Лина, как оглушенная, ощущая трепет во всем теле, медленно подошла к столпотворению. Ее рука, все еще чудом удерживающая стакан, задрожала, а дыхание остановилось. И она увидела человека, бьющегося в судорогах на земле.
Смутная тревога скрутила ей мышцы.
«В этот день всегда кто-то умирает».
Возможно, и этот человек вот-вот умрет.
И тут мысль, еще не обретшая очертания, заставляет сердце Лины споткнуться, а затем зайтись в бешеном скаче.
Стакан выпадает из её руки. Мысль обретает ясность, превращаясь в ужасное опасение, ударяя по разуму раскаленным мечом, догоняя ее на бегу, когда Лина уже несётся по улицам Дегхельма в сторону дома тети Лесмы.