«Цербер»

От лица Чонгука

Ночь снова опустилась на остров.

После нападения база не спала.

Повсюду горели прожекторы.

Солдаты восстанавливали оборону.

Кто-то чинил поврежденные стены.

Кто-то молча убирал последствия боя.

Я шел вдоль периметра.

Каждый встречный солдат мгновенно выпрямлялся.

- Командир.

Я коротко кивал и продолжал идти.

Пока не остановился возле северной стены.

Именно отсюда нападавшие прорвались первыми.

Я опустился на корточки.

На земле остались следы тяжелых ботинок.

Они знали маршрут.

Знали расположение постов.

Знали время смены караула.

Это не случайность.

Кто-то рассказал им всё.

Я поднялся.

- Усилить охрану.

Каждый пост проверять дважды.

Никому не доверять.

- Есть, командир.

---

Вернувшись в штаб, я молча положил на стол карту острова.

Красным карандашом отметил место прорыва.

Потом еще одно.

И еще.

Все они складывались в одну линию.

Слишком точно.

Слишком профессионально.

Так мог действовать только человек, который когда-то сам обучал меня.

Я крепче сжал карандаш.

Перед глазами вспыхнуло воспоминание.

---

- Ошибка стоит жизни.

Жесткий голос.

- Поднимайся.

Я снова встал.

Мне было семнадцать.

Передо мной стоял высокий мужчина в черной форме.

На его лице не было ни капли сожаления.

Он смотрел на меня так же, как смотрят на оружие.

- Еще раз.

Я снова бросился вперед.

Через секунду оказался на земле.

- Слабо.

Он протянул руку.

- Пока ты чувствуешь боль...

Ты проигрываешь.

---

Я резко открыл глаза.

Воспоминание исчезло.

Но голос остался.

Я слышал его слишком хорошо.

Будто он стоял рядом.

- Ты стал сильным...

Но недостаточно.

Я медленно выдохнул.

Нет.

Это невозможно.

Он не мог...

---

В дверь постучали.

- Войдите.

В кабинет вошел молодой солдат.

- Командир.

Мы нашли это возле северного периметра.

Он положил на стол небольшой металлический жетон.

Я посмотрел на него.

И застыл.

На жетоне был выгравирован волк.

Старый символ подразделения.

Которого больше не существовало.

Только один человек продолжал использовать этот знак.

Мои пальцы невольно сжали жетон.

Так сильно, что побелели костяшки.

Солдат осторожно спросил:

- Вам знаком этот символ?

Я несколько секунд молчал.

Потом тихо ответил:

- Очень хорошо.

- Есть предположения, кто это?

Я поднял глаза.

В них впервые за долгое время появилась не холодность.

А настоящая злость.

- Да.

И если я прав...

Значит, это только начало.

---

Тем временем...

В женском бараке.

Лиса сидела у окна.

Дождь тихо стучал по крыше.

Она смотрела на темный лес за колючей проволокой.

Что-то изменилось.

После нападения.

После того, как Чонгук вывел пленников под огнем.

После того, как сам получил ранение.

Она всё еще ненавидела его.

Но теперь не могла понять одного.

Если он настолько жесток...

Почему в тот момент первым делом спас не своих офицеров...

А безоружных пленников?

Она не знала ответа.

И не подозревала, что в эту самую ночь прошлое Чонгука уже снова начало охоту на него.

А человек, которого он когда-то называл дядей, сделал первый шаг к тому, чтобы закончить историю, начавшуюся много лет назад.

---

От лица Лисы

После нападения прошло три дня.

База снова начала жить по привычному расписанию.

Солдаты восстанавливали разрушенные посты.

Повсюду стоял звук молотков и работающих генераторов.

Казалось, будто нападения никогда и не было.

Но это было лишь снаружи.

Внутри каждый понимал - они еще вернутся.

---

- Лалиса!

Я подняла голову.

Возле барака стоял солдат.

- Командир вызывает.

По спине пробежал холодок.

- Зачем?

- Он не обязан объяснять.

Я тяжело выдохнула.

- Конечно...

---

Штаб встретил привычной тишиной.

Я осторожно постучала.

- Войдите.

Я открыла дверь.

Чонгук стоял возле большой карты острова.

Даже не посмотрел в мою сторону.

- Закрой дверь.

Я молча выполнила приказ.

В кабинете воцарилась тишина.

Он продолжал что-то отмечать на карте.

Прошла почти минута.

Я не выдержала.

- Ты вызвал меня только для того, чтобы я постояла здесь?

Чонгук наконец поднял голову.

- Терпения у тебя по-прежнему нет.

- А у тебя привычка молчать.

Он спокойно положил карандаш на стол.

- Сядь.

Я нахмурилась.

- Я постою.

- Это был не вопрос.

Мне пришлось сесть.

---

Чонгук открыл папку.

- Ты говоришь на английском.

- Да.

- На тайском.

- Да.

- Корейский свободно.

- Да.

Он закрыл папку.

- Завтра прибудет груз.

Среди сопровождающих будут иностранцы.

Мне нужен переводчик.

Я удивленно посмотрела на него.

- Ты хочешь, чтобы я помогала тебе?

- Нет.

Я хочу, чтобы ты переводила.

Это разные вещи.

- А если я откажусь?

Он посмотрел прямо мне в глаза.

- Не откажешься.

- Почему ты так уверен?

- Потому что тогда остальные пленники останутся без дополнительной еды в этом месяце.

Я резко поднялась.

- Это шантаж.

- Это выбор.

- Нет.

Это подлость.

Несколько секунд они просто смотрели друг на друга.

Первым заговорил Чонгук.

- Ты постоянно говоришь о справедливости.

Скажи.

Если один человек может помочь двадцати...

Почему он должен отказаться?

Я стиснула зубы.

- Потому что ты используешь людей.

- Нет.

Я использую возможности.

- Для тебя есть разница?

- Огромная.

---

Я медленно подошла к столу.

- Ответь мне честно.

Хотя бы один раз.

Он молчал.

- Почему ты вообще спасаешь нас?

Во время нападения ты мог оставить нас в бараке.

Никто бы не узнал.

Никто бы тебя не обвинил.

Почему?

Чонгук долго не отвечал.

Потом спокойно произнес:

- Потому что это моя ответственность.

Я усмехнулась.

- Не верю.

- Мне всё равно.

Веришь ты или нет.

- Нет.

Не всё равно.

Если бы было всё равно...

Ты бы не стал отвечать.

На мгновение его взгляд изменился.

Будто мои слова задели его.

Но лишь на секунду.

- Закончила?

- Нет.

Я хочу понять...

Кто ты такой.

В кабинете стало тихо.

Чонгук медленно подошел ко мне.

Остановился совсем близко.

Настолько, что я почувствовала запах пороха, въевшийся в его форму.

- Это самая большая ошибка, которую ты можешь совершить.

- Почему?

- Потому что люди вроде меня...

Не становятся такими без причины.

И чем больше ты узнаешь...

Тем сильнее пожалеешь.

Я не отвела взгляд.

- Тогда, может быть, пора перестать прятаться за своими приказами?

Его челюсть напряглась.

- Осторожнее с тем, что говоришь.

- Это угроза?

- Нет.

Совет.

---

В дверь неожиданно постучали.

- Командир.

Разрешите войти.

- Входи.

Солдат быстро вошел в кабинет.

- Доклад с северного поста.

Мы нашли это.

Он положил на стол конверт.

Чонгук открыл его.

Внутри лежала одна фотография.

Лицо Чонгука изменилось впервые за всё время.

Он резко сжал снимок.

Так сильно, что бумага смялась в его ладони.

- Кто это принес?

Голос стал холоднее обычного.

- Никто не видел, командир.

Конверт просто лежал возле ворот.

Чонгук молча смотрел на фотографию.

Я успела заметить лишь один уголок снимка.

На нем был мужчина в черной форме.

И знакомый серебряный жетон с изображением волка.

Чонгук медленно произнес всего одну фразу:

- Он нашел меня...

Я никогда раньше не слышала, чтобы в его голосе было столько... напряжения.

Не страха.

Нет.

Скорее воспоминания о человеке, которого он надеялся больше никогда не встретить.

И впервые я поняла...

Чонгук тоже от кого-то бежит.

---

От лица Чонгука

Дверь кабинета закрылась.

Лиса молча вышла вместе с солдатом.

Я остался один.

Несколько секунд смотрел на фотографию.

Черная форма.

Серебряный жетон с волком.

Легкая ухмылка.

Прошло почти пятнадцать лет.

А он совсем не изменился.

Я медленно сел за стол.

Пальцы сами собой сжали фотографию.

Перед глазами вспыхнуло прошлое.

---

- Поднимайся.

Грубый удар армейским ботинком в бок.

Мне тогда было шестнадцать.

Все тело болело после очередной тренировки.

Я поднялся.

Передо мной стоял он.

Кан Доюн.

Старший брат моего отца.

Человек, которого я тогда называл дядей.

- Еще раз.

Я тяжело дышал.

- Я больше не могу.

Он молча подошел ближе.

Схватил меня за воротник.

- На поле боя никто не спросит, можешь ты или нет.

- ...

- Пока ты дышишь...

Ты обязан сражаться.

Он отпустил меня.

- Еще раз.

И я снова поднялся.

---

Я резко открыл глаза.

Тишина.

Только часы на стене отсчитывали секунды.

- Значит...

Ты решил выйти из тени...

Тихо произнес я.

---

В дверь постучали.

- Командир.

- Входи.

В кабинет вошел Намджун.

Он сразу заметил фотографию.

- Это он?

Я молча кивнул.

- Значит, слухи были правдой.

- Он здесь.

Намджун подошел ближе.

- Что будем делать?

Я поднялся.

Подошел к карте острова.

- Усилить все посты.

- Уже сделали.

- Этого мало.

- Думаешь, нападение повторится?

Я посмотрел ему прямо в глаза.

- Нет.

Я уверен.

---

Намджун несколько секунд молчал.

Потом спокойно спросил:

- Он ведь не остановится?

- Нет.

- Почему?

Я долго не отвечал.

Затем тихо произнес:

- Потому что он никогда не оставляет свидетелей.

---

В кабинете снова повисла тишина.

Намджун нарушил ее первым.

- Ты никогда не рассказывал...

Что между вами произошло.

Я усмехнулся.

Но улыбки в ней не было.

- Потому что это уже не имеет значения.

- Для тебя - нет.

Для остальных - имеет.

Я подошел к окну.

Во дворе солдаты продолжали восстанавливать укрепления.

Они ничего не знали.

И не должны были знать.

- Он научил меня стрелять.

Научил выживать.

Научил командовать людьми.

Намджун внимательно слушал.

- А потом...

Он научил меня главному.

- Чему?

Я горько усмехнулся.

- Что доверять нельзя никому.

---

В этот момент за окном послышался шум.

Я выглянул.

Во дворе снова спорили.

Джексон.

Конечно.

Он стоял напротив охранника.

- Мы требуем нормальной еды!

- Назад!

- Мы такие же люди!

Я молча наблюдал.

Потом вышел из штаба.

---

- Командир!

Солдаты сразу расступились.

Джексон посмотрел на меня с ненавистью.

- Ты долго собирался?

Я спокойно остановился напротив него.

- Закончил?

- Нет.

Пока ты держишь нас здесь...

Я не закончу.

Я несколько секунд молчал.

- Высказался?

- Нет.

Ты трус.

Если бы не оружие...

Я бы...

Не успел он договорить.

Я сделал шаг вперед.

Настолько близко, что между нами осталось меньше полуметра.

- Если хочешь что-то сказать...

Говори до конца.

Джексон сжал кулаки.

Но промолчал.

Я перевел взгляд на остальных пленников.

Лиса тоже стояла среди них.

Она внимательно наблюдала за происходящим.

- Запомните.

Спокойно произнес я.

- Пока вы на этой базе...

Я отвечаю за ваши жизни.

Но не испытывайте мое терпение.

Потому что однажды оно закончится.

Я развернулся и уже собирался уйти.

И вдруг...

С вышки раздался отчаянный крик:

- Командир!

Неизвестные на восточном периметре!

Их... слишком много!

Я мгновенно поднял голову.

Вдалеке, за линией деревьев, один за другим вспыхнули красные сигнальные огни.

Не один.

Не два.

Десятки.

Я тихо произнес:

- Началось...

И впервые за долгие годы понял...

На этот раз Доюн пришел не проверить мою оборону.

Он пришел закончить то, что начал много лет назад.

---

От лица Чонгука

Сирена разорвала ночную тишину.

Одна.

Вторая.

Третья.

Красные огни вспыхнули по всему периметру базы.

Солдаты мгновенно сорвались с мест.

- Боевая тревога!

- Все по местам!

- Закрыть северные ворота!

Я быстрым шагом направился к плацу.

- Намджун!

- Здесь.

- Второе и третье отделения - на восточный сектор. Снайперов - на вышки. Не подпускать противника к складам.

- Есть.

- Четвертое отделение - со мной.

Никто не задавал вопросов.

Все уже понимали: это не обычное нападение.

---

Из-за деревьев раздались первые выстрелы.

Пули ударили по бетонной стене.

- Контакт!

- Справа!

- В укрытие!

Несколько моих бойцов открыли ответный огонь.

В темноте мелькали силуэты.

Противник двигался быстро и слаженно.

Слишком быстро.

Слишком слаженно.

Я видел этот почерк раньше.

- Они снова пытаются прорваться через восточный сектор...

Тихо сказал я.

---

Рация зашипела.

- Командир!

Это отвлекающий маневр!

Главный удар идет с юга!

Я резко повернулся.

- Всем подразделениям!

Перестроиться!

Южный сектор удержать любой ценой!

---

В бараке.

От лица Лисы.

Мы слышали всё.

Сирены.

Взрывы.

Крики.

Джексон ходил по комнате.

- Они опять здесь.

Бан Чан выглянул в маленькое окно.

- На этот раз их больше.

- Может, это спасатели?

Тихо спросила одна из девушек.

Джексон лишь горько усмехнулся.

- Если бы это были спасатели...

Они бы не стреляли из гранатометов.

---

Внезапно возле барака прогремел взрыв.

Стена содрогнулась.

Посыпалась штукатурка.

Кто-то вскрикнул.

Еще один удар.

На этот раз совсем рядом.

Мы услышали, как снаружи рухнула наблюдательная вышка.

- Они уже внутри...

Прошептал Бан Чан.

---

От лица Чонгука.

- Командир!

Один из бойцов подбежал ко мне.

- Они прорвались к баракам!

Я резко поднял голову.

- Каким?

- Где находятся пленники.

На секунду время будто остановилось.

Если противник доберется до них...

Начнется хаос.

И этим обязательно воспользуются.

- За мной!

Я первым сорвался с места.

Позади уже бежали мои люди.

---

Мы почти добрались до бараков, когда из-за угла выскочили трое вооруженных нападавших.

- Контакт!

Раздалась короткая перестрелка.

Один противник упал.

Второй успел скрыться за бетонной стеной.

Третий бросил дымовую гранату.

Всё вокруг заволокло густым дымом.

---

- Не дать им пройти!

Крикнул я.

Из дыма послышался чужой голос.

Спокойный.

Насмешливый.

- Ты совсем не изменился...

Чонгук.

Я застыл.

Этот голос...

Я узнал бы его из тысячи.

Он был слишком знаком.

Слишком хорошо въелся в память.

Из серого дыма медленно вышел высокий мужчина в темной форме.

Лица почти не было видно.

Только серебряный жетон с волком блеснул на груди.

Он улыбнулся.

- Давно не виделись...

Племянник.

Я молча поднял автомат.

Он даже не шелохнулся.

- Не стреляй.

Еще успеешь.

У нас впереди... очень долгий разговор.

Он сделал шаг назад.

И снова исчез в дыму.

Я не бросился за ним.

Это было бы именно то, чего он хотел.

Вместо этого я резко повернулся к своим бойцам.

- Проверить бараки!

Никого не выпускать!

Каждый угол базы прочесать!

Он был здесь.

Совсем рядом.

И впервые за долгие годы я понял:

Это уже не война за остров.

Это личная война, которую мой дядя начал много лет назад и теперь решил закончить.