Разговор, который ждали
Я перечитываю отчет снова и снова, в голове не укладывается, что Вероника и Левченко. Та самая Вероника, которая сегодня везла меня в отель, обещала круассаны и смотрела с такой надеждой.
Телефон снова пиликает, на этот раз дважды.
Первое сообщение от Сережи:
– Марина Викторовна, вы там как? Молчите. Я волнуюсь.
И следом, с другого номера, от Ники:
– Мне не спится, я сижу в офисе, смотрю на твой отель из окна. У тебя свет в номере горит. Тоже не спишь?
Веронике я решила не отвечать, а вот Сереже… Тут придется ответить, волнуется же парень.
– Все в порядке, читаю наводку. Ты сам, что скажешь на это все?
Сережа отвечает почти мгновенно – видимо, сидел и ждал.
– Скажу, что вам надо быть осторожнее. Левченко, это не просто конкурент, вы сами знаете, кто он. Если ваша Вероника с ним в доле, то ее интерес к вам может быть не только романтическим. Я не хочу вас пугать, но... проверьте, зачем вы ей сейчас. Может, пять лет это достаточный срок, чтобы превратиться в совершенно другого человека. Я продолжу копать и завтра скину вторую часть.
– Сереженька, а ты сегодня сможешь?
– Марина Викторовна, у меня девочки не уложены еще, а данные по личным счетам, это не из открытых источников, нужно время. Но для вас, все что угодно. Дайте мне три часа. В три ночи по Сиднею у вас будет вторая часть. Только пообещайте, что не будете ничего предпринимать до того, как я все соберу. Если она действительно с Левченко, то она опасна. А если нет, то я зря на нее наговариваю, и вы мне этого не простите.
– Спасибо дорогой, я поняла. Значит жду отчет от тебя, а ей не пишу и не отвечаю, – написала я ответ Сереже и отложила телефон.
После закрыла шторы через пульт управления, выключила основной свет и включила ночник в отеле, не закрывая ноутбук стала перечитывать первую наводку, что скинул Сережа. Телефон снова пиликает, короткое “Принято. Работаю” от Сережи, и экран гаснет, оставляя меня одну в мягком свете ночника и включенного экрана ноутбука. Я перечитываю отчет, и строчки о Pacific Trade Co. и А.Л. Групп расплываются перед глазами, то ли от усталости, то ли от напряжения.
Где-то за шторой, в здании в двух кварталах отсюда, все еще горит свет в окне ее офиса, но мой номер теперь темен, и Вероника не знает, сплю я или просто не хочешь отвечать. А на дне твоей косметички лежит выцветшая фотография.
– Так, еще раз, соберись Марина, тебе надо понять. – сказала я сама себе шепотом, потерла лицо руками и снова стала перечитывать.
Сколько бы раз я не перечитывала, все никак не могла найти хоть одну зацепку. Время на часах показывали двенадцать, я снова и снова пыталась перечитать последний абзац, но строчки текста начали плыть перед глазами. Что-то в этом отчете мне не давало покоя, какая-то деталь, которую я упускаю, но она вертится где-то на краю сознания.
– Скотина, что же это такое то, – сказала я в тишину комнаты и захлопнула крышку ноутбука. Встала с пола и пошла в ванную.
Из крана текла прохладная вода, она не только успокаивала, но и давала прийти в себя. После умывания, я взяла полотенце и взглянула в зеркало. В зеркале была уставшая девушка с темными кругами под глазами. Та самая Марина, которая пять лет назад пообещала никогда не снимать кольцо. И не сняла. Даже сейчас, когда узнала, что Вероника, возможно, работает с Левченко, человеком, который мог бы уничтожить меня одним звонком.
Я вытерла лицо полотенцем и вдруг замечаю, что кольцо на пальце чуть потускнело или это просто свет в ванной такой.
Телефон все те же лежит в комнате на полу и снова пиликает. На часах полпервого ночи. Либо Сережа прислал вторую часть, либо Вероника снова написала.
– Если Сережа, надо прочитать, – сказала я в пустоту, прислонившись лбом к косяку двери.
Я стою прижавшись лбом к прохладному косяку, и даю себе еще минуту тишины. Телефон в комнате затихает, но я знаю, что меня там ждет сообщение, от которого зависит, как я посмотрю утром на Веронику.
Сделав глубокий вдох, я отлипаю от косяка и возвращаюсь в комнату.