15
Ночная дорога тянулась бесконечной тёмной лентой. Фонари редкими вспышками проносились мимо, оставляя за собой оранжевые разводы на мокром асфальте. Снег перестал идти, но небо было низким и тяжёлым, без единой звезды.
Ангелина сидела на пассажирском сиденье, откинувшись на спинку. В салоне играла тихая музыка — что-то меланхоличное, с глубоким басом и тягучим голосом певца. Она не знала, что это за трек, но он идеально вписывался в атмосферу: ночь, дорога, тишина между ними.
Глеб вёл машину одной рукой, второй лежа на её колене. Его ладонь была тёплой и тяжёлой, пальцы слегка поглаживали её ногу через тонкую ткань джинсов. Это прикосновение было лёгким, почти невесомым, но она чувствовала каждое движение его пальцев, каждый миллиметр его кожи на своей.
Она смотрела на него. Профиль Глеба чётко вырисовывался в свете приборной панели — острые скулы, прямой нос, светлые волосы, слегка растрёпанные ветром из приоткрытого окна. Он был сосредоточен на дороге, но в его позе чувствовалось расслабление, которого она раньше не видела.
— Что ты слушаешь? — спросила она тихо, чтобы не нарушать тишину.
Глеб повернул голову и посмотрел на неё. Уголки его губ дрогнули в лёгкой улыбке.
— Не знаю, — ответил он. — Просто плейлист. Случайный.
— Красиво, — сказала она, закрывая глаза и вслушиваясь в музыку. — Это напоминает мне о чём-то... о чём-то далёком. О том, что было до всего этого.
— До того, как ты встретила меня? — спросил он с лёгкой насмешкой в голосе.
Она открыла глаза и посмотрела на него. В её серых глазах мелькнула улыбка.
— До того, как моя жизнь изменилась, — ответила она.
Глеб усмехнулся и сжал её колено чуть крепче.
— Ты жалеешь?
Ангелина покачала головой.
— Нет, — сказала она твёрдо. — Ни капли. Да, было страшно. Да, было больно. Но если бы не всё это, я бы не оказалась здесь. С тобой.
Он ничего не ответил, но его пальцы чуть сильнее сжали её колено, и это было красноречивее любых слов.
Машина въехала в небольшой городок. Огни домов редкими точками мелькали за окном. Глеб сбавил скорость, и музыка стала тише, как будто сама ночь прислушивалась к их дыханию.
— Мы скоро приедем, — сказал он. — Я снял дом на окраине. Там тихо, нас никто не найдёт. Можно будет отдохнуть.
— Хорошо, — сказала она.
Она положила свою руку поверх его, переплетая их пальцы. Он не отдёрнул руку, не напрягся. Наоборот, он сжал её ладонь в ответ, и это простое движение заставило её сердце биться быстрее.
— Глеб, — сказала она тихо.
— М?
— Я рада, что ты есть, — сказала она. — Я рада, что ты нашёл меня тогда, в моём доме. Даже если всё началось так страшно. Я рада, что ты не отпустил меня.
Глеб повернул голову и посмотрел на неё. В его зелёных глазах отражался свет приборной панели, и в них было что-то тёплое, что она не видела раньше.
— Я не отпущу тебя, — сказал он. — Никогда.
Она улыбнулась и сжала его руку.
Дорога продолжалась, и музыка играла, и его рука лежала на её колене, согревая её.
Она чувствовала себя спокойной. Впервые за долгое время она чувствовала, что всё будет хорошо.
И это было лучшее чувство в мире.