Глава 23. «Слишком близко»
«Зорко одно лишь сердце. Самого главного глазами не увидишь.»
— Антуан де Сент-Экзюпери
Как только дверь гаража за моей спиной с громким скрипом закрылась, я сразу повернулась к Кислову.
— И что это сейчас за выкид был?
Он даже не посмотрел на меня. Засунул руки в карманы куртки и спокойно пошёл вперёд.
— Какой ещё выкид?
— Ну этот. Зачем ты вообще пошел со мной?
Он пожал плечами.
— Ты согласилась Гендосу помочь. Мы идём это делать.
— Я вообще-то могла и с Хэнком сходить.
Кислов тут же недовольно фыркнул. Даже усмехнулся как-то криво.
— Молча иди.
— Очень содержательный ответ.
Он ничего не сказал.
Мы молча шли по тёмной улице, освещённой редкими фонарями. Вечерний холод пробирался под куртку, а я всё сильнее чувствовала, как начинает ныть живот. Каждый шаг отдавался тупой болью, и через пару минут я поняла, что просто не успеваю за Кисловым. Он шёл так быстро, будто вообще не замечал, что я давно осталась позади.
— Кислов...
Он не обернулся.
— Можно хотя бы немного помедленнее?
Только после этого он остановился и развернулся ко мне. Окинул взглядом с головы до ног и вдруг усмехнулся.
— Ты чё?
— В смысле? Я не успеваю за тобой.
Он несколько секунд молча смотрел на меня. Потом неожиданно подошёл почти вплотную.
— Давай сюда.
— Чего?
Я даже понять ничего не успела.
Он взял меня за руку и закинул её себе на плечо, придерживая за запястье. Я тут же попыталась выдернуть руку.
— Кислов, ты чё, конченный?!
Он даже не дрогнул.
— Ты чё делаешь?
— Мы иначе до утра идти будем. Не выёбывайся, Огнева.
— Ты идиот? Меня Вика за эту куртку исколотила, а ты такое вытворяешь! Отпусти меня!
Я снова попыталась освободиться, но он только крепче придержал мою руку.
— Всё нормально будет, Огнева.
— Нихера не нормально!
Я раздражённо выдохнула. Но через пару шагов поняла одну странную вещь. Он всё это время не просто поддерживал меня.
Он держал меня за руку. Будто боялся, что я снова попытаюсь вырваться. Я невольно отвела взгляд в сторону.
Почему-то спорить дальше уже не хотелось.
Да и, если честно... идти действительно стало легче.
Я осторожно опёрлась на него.
— Ладно... пошли.
Краем глаза я заметила, как уголок его губ едва заметно дёрнулся вверх.
Он выглядел... довольным.
И это показалось мне очень странным.
Разве мы не терпеть друг друга должны?
Или только я так думала?
Спустя 25 минут.
Мы дошли до моего дома, и, как назло, именно в этот момент подъехала папина машина.
— Только не сейчас... — тихо пробормотала я себе под нос.
Машина остановилась возле подъезда. Папа заглушил двигатель, вышел и сразу перевел взгляд на нас.
Мы с Кисловым шли слишком близко друг к другу. Стоило мне увидеть папино лицо, я резко убрала руку и сделала шаг в сторону.
Папа медленно подошел ближе.
— Пап... я тебе всё объясню вечером...
— Нет, Ань, — холодно перебил он. — Сейчас объяснишь.
От его тона по спине пробежали мурашки.
Папа перевел тяжелый взгляд на Кислова. Тот, будто вообще не понимал, насколько всё плохо, лишь неловко улыбнулся.
— Здравствуйте...
— Мгм.
Повисла неприятная тишина. Я тихо цокнула языком и, едва повернувшись к Кислову, прошептала:
— Идиот... Жди здесь, сейчас приду.
Он только кивнул.
Мы с папой молча зашли в подъезд. Дверь за нами громко хлопнула, и это почему-то только усилило напряжение.
Наконец я не выдержала.
— Пап...
Он остановился и посмотрел на меня.
— Ань, не говори ничего. Лучше ответь мне на один вопрос. Из всех парней ты решила связаться именно с Кисловым? Серьезно?
Я удивленно нахмурилась.
— Ты его знаешь?
— Конечно знаю. Константин Анатольевич уже рассказывал мне про него.
Он тяжело вздохнул и потер переносицу.
— Ань, он малолетка, а уже наркоту толкает кому попало. Ты вообще понимаешь, с кем связалась?
— Пап... он правда нормальный. Он уже бросил.
Папа усмехнулся без капли веселья.
— Знаю я это «бросил». Все наркоманы всю жизнь бросают.
— Пап!
— Не папкай. Это еще хорошо, что мать ничего не знает.
Я молчала.
— Я же надеюсь, вы не встречаетесь?
На секунду я растерялась от такого вопроса.
— Нет... Мы...
— Вот и хорошо. Значит, чтобы больше я его рядом с тобой не видел.
Мне стало неприятно. Хотелось возразить, но я понимала, что сейчас бесполезно. Мы подошли к двери квартиры.
— Бегом домой.
— Мне потом еще надо будет уйти.
— Дома останешься.
— Ну пап... пожалуйста. Мне надо другу помочь. Правда очень нужно.
Он вопросительно поднял бровь.
— Мгм. Твой друг — это Кислов?
— Нет. Другой.
— Еще хуже, наверное, его шайка наркоманов.
— Пап!
Но он уже не слушал.
Молча открыл дверь квартиры и пропустил меня вперед. Я раздраженно выдохнула и сразу пошла в свою комнату. Сердце стучало так сильно, будто я только что пробежала несколько километров.
Я быстро открыла ящик стола, достала деньги и сунула их в карман. Уже собиралась тихо выскользнуть из квартиры, как в коридоре столкнулась с папой.
Он стоял, скрестив руки на груди.
— И куда собралась?
— Я... ненадолго.
— Аня.
В его голосе было столько недовольства, что я сразу отвела взгляд.
Несколько секунд мы просто смотрели друг на друга. Я поняла, что сейчас спорить бессмысленно.
— Потом всё объясню.
Не дожидаясь ответа, я быстро натянула кроссовки, открыла дверь и почти выбежала из квартиры, насколько это было возможно сейчас.
Во дворе сразу нашла взглядом Кислова.
Он сидел на лавочке, ссутулившись и опустив голову. Локти упирались в колени, а пальцы нервно крутили зажигалку. Я подошла ближе.
— Ты чего такой поникший?
Он поднял глаза, натянул слабую улыбку и почти сразу отвел взгляд.
— Ничего.
— Точно?
— Угу.
Я села рядом, облегченно выдохнув.
— Точно все нормально?
— Да.
Но было видно, что нормально совсем не было. Он резко поднялся с лавочки.
— Пошли.
И, не дожидаясь меня, пошел вперед.
Я несколько секунд смотрела ему вслед. Еще недавно мы шли почти в обнимку, постоянно подкалывали друг друга, он усмехался. Сейчас между нами словно появилась невидимая стена.
Мне хотелось спросить, что случилось, но я промолчала.
Если он сейчас не хочет говорить, значит, не скажет.
Поэтому я просто догнала его и молча пошла рядом.