Глава 8. Грегори
Спустя два дня после происшествия.
Ощущаю себя главным героем голливудского боевика, потому что все происходящее просто не может быть реальным. Мне выдали две сумки с формой. Как мне объяснили: черная сумка предназначена для момента передвижения на чертовом военном самолете, на котором, как мне кажется невозможно остаться незамеченным. Вторая на крайний случай. Какой мне не объяснили, но в случае чего передадут команду по наушнику в моем ухе о необходимости ее сменить. Как мы будем перелетать через границу? Да нас собьют при первой же возможности в воздухе, без шанса на приземление.
Надеваю основную полевую форму в камуфляже, который состоит из зелёных, коричневых и бежевых пятен к которой прилагается фуражка. Но я незаметно убираю ее под сидения с ремнями так, что теперь не придется ее надевать. Поверх формы идет бронежилет с керамическими пластинами, который защитит меня от возможных от пуль и осколков. На него закрепляю разгрузочную систему с подсумками для магазинов и гранат. Гранатами я еще не пользовался. Надеюсь, что и не придется. Иначе мои шансы на выживание значительно снижаются. Боевые ботинки и современный обновленный шлем тоже пошли в ход.
В качестве дополнения надеваю очки ночного видения Anvis 9 и надеваю на лицо камуфляжную маску.
“Веселье-веселье-веселье”. — Скандируют голоса в моей голове и впервые за семь лет перед моими глазами появляются их лица. Черта с два я среагирую. Майкл Гарсия предоставил мне возможность быть командиром отряда и я не могу показывать им, что у меня есть маленькая неприятность с моим воображением.
Думаю о Стесси и о том, как ей может быть тяжело в руках этого ублюдка. Но я быстро выполню задание и приеду, чтобы вызволить ее оттуда, а затем: отвезу домой и больше никуда не отпущу. Никогда. Но перед этим убью мразь, посмевшую прикоснуться к той, кто принадлежит мне. Гарсия пообещал, что отправит человека, который будет следить за ее безопасностью и я почему-то ему верю. В случае чего: откажусь даже от своей блядской жизни с улыбкой и без груза на сердце, если это поможет спасти ее жизнь.
Я должен перестать думать о таких вещах, но в моей голове ее сладкие пухлые губы. И все, что я могу сейчас сделать — лишь представить, как хорошо они будут ощущаться вокруг моего члена, когда мы снова будем вместе.
— Сэр, возьмите. — Солдат протягивает мне кольцо-карабин, которое часто висит на разгрузке у штурмовиков и я молча протягиваю руку, а затем закрепляю его на форме. Киваю в благодарности.
У меня плохое настроение и по какой-то причине его морда меня раздражает, что очень хочется сказать вслух, но к сожалению позволить себе подобную прямоту — я не могу. У меня характер не сахар, но и без причины — я не могу ему нагрубить. Нам ведь еще штурмовать поместье вместе. Вдруг он окажется одним из тех, кто поможет мне не сдохнуть в канаве.
Мне объяснили, что главной нашей целью является Всеволод Романов, чье имя долго крутится на моем языке, но я не могу вспомнить кто это. Как будто я его уже слышал, но я никогда особо не вникал в мафиозные группировки других стран. Поместье должны охранять около десятка человек, но в случае нашего штурма могут вызвать подкрепление, поэтому мы должны быть готовы к любому исходу событий. Если не считать случая в частной клинике Пало-Альто — я еще не связывался с вооруженными людьми.
Звук винтов вертолета режет слух, и каждая вибрация отдается в моих костях, словно я сам — часть этой стальной птицы. Я сижу на краю десантного люка, ноги свисают в пустоту, и ветер хлещет по лицу, пытаясь сорвать маску. Внизу — чернильная тьма, изредка прорезаемая тусклыми огнями поместья. Мы идем на низкой высоте, почти касаясь макушек деревьев. Так нас не засекут раньше времени.
В наушнике раздается стальной голос пилота:
— Тридцать секунд до высадки. Цель — главное здание. Третий этаж. Кабинет Романова. Подтвердите готовность.
Я касаюсь пальцами подбородка, активируя микрофон:
— Готов. Подтверждаю.
Я справлюсь. Ради лисички и того, чтобы мы были вместе. Прожили спокойную жизнь. Возможно даже в другой стране, где мы заведем такую же светлую рыжеволосую девчушку, как Стесси и никто не посмеет нам помешать.
В моей правой руке — штурмовая винтовка М7, которая ощущается знакомой тяжестью. На поясе — запасные магазины, гранаты и дротики со снотворным, которые мы будем использовать в случае малого количества охраны.
Улыбающееся лицо лисички появляется перед глазами, как наяву и исчезает как молния. Я сжимаю цевье так сильно, что ощущаю укол боли в костяшках. Потерпи, милая. Я должен выполнить задание ради твоей свободы.
Это гребанное безумие и одновременно единственный выход.
— Высота пятьдесят метров. Сброс через десять секунд, — голос пилота снова врывается в мои мысли. — Визуальный контакт с охранниками у входа: двое. На крыше — еще двое. У вас будет пятнадцать секунд, чтобы их нейтрализовать до того, как поднимется тревога.
— Понял, — отвечаю я и уже думаю над тем, как бы нам не облажаться. Я не такой опытный стрелок. Мысль о том, что я смогу освободить своего внутреннего демона впервые за долгие годы вызывает у меня смех и все парни пристально смотрят на меня. Шесть лиц, чьи глаза не выражают ничего кроме стального безжизненного взгляда. Никто из них не знает, что я убиваю не ради приказа.
— Четыре, три, две...
Я встаю на ноги, балансируя на краю люка. Ветер бьет в грудь, но я успеваю ухватиться за металл.
— ...одна. Пошёл!
Я прыгаю в пустоту.
Земля летит навстречу. Я приземляюсь, перекатываясь, и в ту же секунду вскидываю винтовку. Мы оказываемся в цветочном саду и бутоны увядают на моих глазах. Перед глазами появляются красные точки благодаря которым я попадаю точно в голову одному из охранников с глухим звуком глушителя. Солдат справа от меня — снимает второго.
Остальные пять солдат бесшумно приземляются следом, будто коты охотящиеся на мышь в ночи.
— Грег?.. Ты... Ты же мертв, блядь! — Раздается знакомый голос за спиной и я резко оборачиваюсь, готовясь к выстрелу.
Передо мной стоит Оуэн, прячущий рыдающую Розалию за спиной и я понимаю откуда слышал фамилию “Романов”, но не понимаю почему меня считают мертвецом...