глава 13
Может я сплю?
Красное вино - вино, произведенное из тёмных сортов винограда. Его история создания тесно связана с историей белого вина. Самые старые образцы лозы, который были обнаружены, принадлежат к верхнему меловому периоду. От того, где растет виноград, какая там земля и терруар, зависят вкус и качество вина. Из одного и того же сорта, выращенного в разных регионах, получается совершенно разные напитки. Существует три основных этапа в производстве красного вина: выжимка винограда, ферментация, фильтрация и выдержка. После же идёт логическое завершение - вино разливается по бутылкам, отправляется на полки магазинов и уже оттуда - в организм ценителей.
Красное вино всегда было для Феликса чем-то особенным, он любил его немного терпкий вкус, насыщенный цвет и аромат. Ему нравилось то, как оно переливается по стенкам бокала, оставляя за собой след, а после обжигает горло. Он считал это чем-то приятным и до боли родным. На самом деле Феликс не любил часто пить, ведь у него постоянно болела на утро голова даже от маленького количества выпитого алкоголя, но сегодня он не смог сдержаться, да и иногда хотелось чего-то именно такого. После ссоры с Хваном на него накатили эмоции, что одними слезами отделаться было невозможно.
Дорогое красное вино красиво разливалось по стенкам бокала, когда заплаканные глаза мерили их взглядом, а изящные пальцы держали ножку, покачиваясь из стороны в сторону. Феликс не мог понять нравился ли ему вкус напитка, или же по-немногу он начинал его ненавидеть... Определённо внутренний омега по своей природе каждый раз терял голову от малейшего упоминания о терпкой жидкости, но вот разум парня велел ему остановиться и посадить на цепь свою сущность. Ли дико раздражал Хёнджин и то, что он был буквально везде. В каждой комнате этого дома, в голове Феликса, в его сердце... Даже когда младший хотел напиться, его руки тянулись именно к красному вину, которое было прямой ассоциацией с альфой. Настоящая чертовщина.
— Дьявол, как же бесит! - резко выпаливает Феликс и со всей силы бросает бокал на идеально белый паркет.
Его переполняли эмоции, а желание сделать неприятно любимому человеку стало навождением. Ли знал, как Хван тщательно относиться к подбору интерьера, как дорого здесь стоил каждый миллиметр. Идеально, чтобы вывести альфу из себя.
Хотя может быть он думал слишком наивно?
Разве может такая мелочь вывести двадцатисемилетнего состоятельного альфу?
Конечно нет.
Но наш малыш был слишком капризный, и только этот альфа знал на него управу.
Феликс смотрел на алую жидкость, которая проникала вглубь дорогого покрытия, а на его лице застыла победная ухмылка. Но он продолжал проверять каждую секунду телефон в надежде получить извинения, что и было его проигрышем в игре, которую омега сам затеял. Однако, появившийся курьер в проходе, заставил Ликса удивиться и поднять глаза.
— Господин Ли? - поинтересовался молодой парень.
— Да, всё верно. - замечая невероятной красоты букет красных пионовидных роз, отвечает Феликс.
— Что ж, подпишите вот здесь, это вам. - протягивая цветы, произносит курьер.
Феликс расписывается, а парень покидает дом так же быстро, как и зашёл. Ли держит в руках букет, а на лице непроизвольно появляется улыбка. Омега даже не замечает записку рядом, которая буквально потерялась в этих невероятной красоты цветах.
Хёнджин всегда знал, как проложить дорожку в холодному сердцу своего Солнышка.
Но было ли оно настолько холодным?
Скорее всего да, ведь Ли Феликс редко кого подпускал к себе, да так, что не смог завести настоящих друзей, про любовь не было и речи. Встреча с Хваном стала спасением или может быть его наказанием...
Минут пять Ликс любовался красотой цветов, а после заметил небольшую белую открытку. Он сразу понял от кого букет, так что в принципе она ему и не была нужна, если мыслить в пределах имени отправителя. Но зная Хёнджина, который не умеет говорить словами, а только действиями, можно было догадаться, что в записке извинения. Что ж Феликс не упустит возможность получить удовольствие от приятных слов своего мужчины, поэтому он с уверенностью переворачивает картонку.
«Прости за сцену утром. Я погорячился и вспылил. Люблю тебя, моё Солнышко. Дико скучаю.» - гласит записка.
Феликс умиляется от каждого слова, написанного рукой самого Хван Хёнджина, и перечитывает несколько предложений снова и снова, вытирая подступившие слёзы. Без раздумий он забывает о всех обидах, хотя всё ещё не понимает, почему альфа так резко отреагировал, ведь тот не просил чего-то запредельного. Но ссориться Феликс правда не любил, поэтому был достаточно снисходителен, как бы странно это не звучало, ведь тот часто распускал свой «паршивый» язык.
«И кто тут ещё победил? Разве ты, Феликс?» - проносится мимолётно в мыслях омеги, но он покачивает головой, отрицая свой проигрыш.
Да и был ли у него шанс на так называемую победу?
О ней не было и речи. Феликс бы в любом случае принял своё «поражение», попсиховал немного, подулся, но сдался бы в итоге. Да и всё равно пришлось бы простить, Хван никогда в жизни не отпустить этого молодого омегу, как бы тот не старался.
Хотя разве он хотел стараться?
Кажется, его всё устраивало... или не всё?
Ли Феликс не был так прост, ну или умён... Это с какой стороны посмотреть. Но он был интересной личностью, если говорить простыми словами. И конечно же по такому случаю как истинный омега по своему происхождению Феликс был просто обязан проявить свой характер и пообижаться ещё некоторое время, хотя в душе он уже простил. Да, для этого парня было достаточно пару сопливых слов и милый букетик в придачу. Наивный.
Омега в последний раз перечитал записку и с уверенностью повернулся в сторону кухни, чтобы поставить букет в вазу. Глубокий вдох и...
— Блять... - тихо эхом пронеслось по кухне.
Улыбка с лица спала в секунду, когда Ли увидел свои «старания», красное вино уже достаточно хорошо впиталось в паркет, а стекло продолжало валяться на полу. Вот кто его просил разбивать бокал. Ну просто идиот.
— Молодец, Феликс. А теперь выдраивай это языком. - разговаривает сам с собой омега.
Опыта по отмыванию вина с паркета к сожалению у него нет, а вот все остальные составляющие были видны на лицо. Ли начинает гуглить свой вопрос, получая не очень радужный ответ, но выбора у него не было. Нужно было отмыть как получиться.
Колени болят, а розоватое пятно всё ещё остаётся на полу, что раздражает Феликса. За два часа он успел пораниться осколком от бокала, натереть себе колени и просто заебаться. На часах уже было почти восемь вечера, скоро приедет Хван. И в конечном итоге он либо убьет Феликса за паркет, либо ему повезёт. Но а пока что омеге хотелось просто принять горячий душ и смыть с себя всю липкую жидкость.
Если умирать, то красивым.
***
Хлопок двери эхом раздаётся по всему дому, который кажется пустым. Но для владельца в нём были именно все, кто имел право. Хёнджин разувается и проходит вглубь дома, он знает, что Феликс продолжит обижаться, знает его чертовски несносный характер, поэтому совсем не удивлён, что его никто не встретил на пороге. Альфа прошёлся взглядом по каждой комнате на первом этаже, но положительного результата, а именно своего истинного, он так и не нашёл. Только отдаленный шум воды помог ему определить, где же сейчас его обожаемый Феликс. Хван поднимается на второй этаж и заходит в уже их общую спальню. Он снимается с себя всю одежду, оставаясь полностью обнажённым, и тихо открывает дверь в ванную комнату. Его ангел стоит к нему спиной, напевая себе что-то под нос. Ну до чего же милейшее создание.
Хёнджин незаметно проходит вглубь комнаты и бесшумно открывает дверцу душевой кабинки. Его член становится по стойке смирно от одного взгляда на обнаженное омежье тело, а желание овладеть им полностью становится всё сильнее. Мягкие губы опускаются на влажное плечо, обдавая его горячим дыханием. Феликс резко вздрагивает и хочет обернуться, но Хван не даёт ему этого сделать и грубо придавливает к запотевшему стеклу.
— Ты что творишь блять! - вопит Ли, когда чужие губы ловят капельки воды по его телу.
— Ну прости меня, Ликсюш. - мурлычет на ушко Хван.
— Перестань! Я всё ещё не разрешал меня трогать! - продолжает сопротивляться он, но получается уже с трудом.
— Солнышко, ну я же извинился. - не замолкает альфа.
— Плевать. Выйди нахер отсю... - не успевает договорить Ли, когда ощущает чужие пальцы в себе. — Хван, блять... - непроизвольно вырывается из его рта.
— А так? Так прощён? - шепчет Хёнджин на ушко, облизывая и посасывая мочку.
— Нет... - тяжело дыша произносит Феликс.
— Какая жалость. - наигранно расстраивается альфа.
— Дьявол... - выдыхает Ли, когда ощущает пустоту внутри себя.
Хёнджин же поворачивает голову Феликса за подбородок, чтобы тот смотрел прямо на его лицо, а после облизывает мокрые от омежьей смазки пальцы. Ли начинает трясти от этого зрелища. Омега еле держится на ногах, если бы не чужая рука на его талии, которая была опорой и состоянием равновесия, он упал бы на пол. Феликс втягивает воздух, не в силах больше сопротивляться.
— Ну же, Ликсюш, я правда не заслуживаю прощения? - целуя позвоночник, снова спрашивает Хван.
— Да простил я тебя! Простил! Перестань издеваться! - выпаливает на одном дыхании Феликс и прижимается задницей к чужому стояку, он устал сдерживаться.
— Какой послушный мальчик, ты скучал по мне да? - выцеловывая шею, доминирует альфа.
— Да... - тяжело выдыхает Ли, дрожа он чужих прикосновений. — Очень скучал... невероятно скучал... - продолжает омега, принимая полное поражение.
— Умница, я тоже скучал по тебе, Солнышко. - оставляя багровое пятно на молочной шеи, отвечает Хван.
— Хёнджин... - произносит Феликс губами, когда изящные длинные пальцы истинного исследуют его тело.
— Да, скажи мне, что ты хочешь, давай. - чуть задевая маленький сочащийся член, просит альфа.
Феликс вздрагивает от удовольствия, пронизывающие его тело. Кажется, он сейчас кончит от одних только слов, что шептались ему на ухо, от одних только прикосновений... Боже до чего доводит отсутствие секса на протяжении нескольких недель...
— Я хочу, чтобы ты взял меня... - закатывая глаза от удовольствия, тихо шепчет Феликс.
— Нет, не так. Ты же умеешь иначе, скажи, как люблю я. - снова дотрагиваясь до головки, произносит Хёнджин.
— Хван гребаный Хёнджин, я хочу, чтобы ты трахнул меня так, что я не смог встать завтра! - выпаливает Ли и краснеет от своих слов.
— Как грубо... Но ты попал. Значит я должен исполнить твоё желание? - издевается он.
— Блять, меньше слов! - сгорая от желания, бросает Ли.
Хёнджин в ответ впивается в пухлые приоткрытые губки, выбивая короткий стон. Как же он скучал по этому. Кажется, что Феликс никогда не сможет ему надоесть, он был идеален во всём. Его тело, его изящное лицо, его губы, его стоны, которые срывались с этих губ, его феромон - всё было настолько прекрасно, что казалось чем-то нереальным.
Хван грубо кусал любимые губы, запуская язык по самые гланды, как любил. Феликсу не хватало воздуха, но он не собирался отступать, он знал, как нужно сделать, чтобы понравилось его истинному. Хёнджин всегда любил грубо, грязно и быстро. И кажется Ликс тоже... Альфа раскрыл его истинную натуру, чему был невероятно рад, хотя для Феликса это было первое время чем-то очень странным, но потом он принял свои наклонности.
Поэтому они идеально подходили друг другу.
Горячее дыхание обжигает кожу, а от рук, кажется, останутся синяки, но это совсем не важно, когда рядом любимый альфа. Альфа, который оставлял метки на каждом миллиметре фарфоровой кожи, который шептал пошлости на ушко, и от которого так сносило крышу.
Хёнджин не любил прелюдия.
Феликс помнил это.
Хёнджин трахал всегда жестко.
Феликс обожал это.
Хван вошёл в сочащуюся дырочку слишком резко, слишком быстро, что у Ли посыпались искры из глаз. Порнографический стон сорвался с омежьих губ, что стало раем для ушей Хёнджина.
— Вот так да, не сдерживайся, Ликсюш, я люблю твой голос. - произносит альфа.
— Заткни... - хочет ответить Ли, но резкий толчок не даёт ему этого сделать, с губ слетает новый стон, еще громче предыдущего.
Альфа трахал грубо, буквально впечатывая хрупкое тело в стекло, и получал от этого запредельное удовольствие. Он двигался быстро и слушал чужие стоны, понимая, под каким углом продолжать. Хван терял голову от ощущений. Он ещё никогда не испытывал столько удовольствия во время секса.
Хёнджин стал зависим.
Зависим от Феликса.
— Нашёл. - тяжело дыша произносит Хван, когда с губ Феликса срывается крик.
Хёнджин нашёл самую чувствительную точку и продолжил двигаться под нужным углом увеличивая темп, чтобы доставить истинному запредельное удовольствие. Феликс уже сорвал голос от многочисленных криков и благодарил своего Дьявола за лучший секс в его жизни. Он был на грани.
— Хёни... боже... я правда... блять.. - стонет омега, выгибая спину ещё сильнее.
— Нет, Солнышко, нельзя. - закрывая уретру большим пальцем, произносит Хёнджин.
— Хван! Блять! Ты что творишь! - из последних сил выпаливает Феликс.
— Я хочу кончить вместе, потерпи. - продолжая таранить уже красный от многочисленных шлепков зад, отвечает альфа.
Омега забыл как существовать, он будто был уже не здесь, погрузился в эйфорию и готов был отдаться ей полностью. Хёнджин перешёл же на бешеный темп и продолжал вгонять свой член по самые яйца, он тоже был на грани.
Как же ахуенно.
— Вот сейчас, можно. - убирая палец, произносит Хван.
Он делает последний толчок и изливается внутрь, когда Феликс кончает и обмякает в его руках. Хёнджин не думает и секунды, он впивается клыками к фарфоровую шею, оставляя там свою метку, из которой начинает сочится кровь. Феликс вздрагивает от боли, но после отдаётся полностью ноткам оргазма, забывая обо всём.
Он простил в душе или может быть в душе?
***
Прошлое - самый темный ящик в его жизни, который он откроет только самому близкому человеку.
Феликс знал многое о Хёнджине: его характер, повадки, эмоции, и даже от чего они зависели. Знал, что он любит, а что терпеть не может. Но омега не знал одного... его прошлого.
Для начала Ли было откровенно плевать в принципе на всё, что было связано с Хваном. Он без сомнений думал, что тот просто является богатым избалованным альфой, который имел отвратительный характер и равнодушно относился ко всему окружающему миру. Омега оставался уверен, что Хёнджин изначально был ужасным человеком, который не способен на любовь и сострадание. Но после того как Феликс подслушал разговор двух альф, в его голову начали закрадываться сомнения. Спросить напрямую он не решался, ведь узнавать личное у человека, которого просто ненавидишь, было очень глупо. Но сейчас...
Кажется, он имеет право.
Глубокий вдох и...
Сейчас или никогда.
— Хёни... - лёжа на чужом плече, тихо произносит Феликс.
— Да, Солнышко, что такое? - поглаживая светлую макушку, спрашивает альфа.
— Ты не хочешь поделиться со мной, что действительно произошло в день смерти твоих родителей? - решает попытать удачу он.
— Ты уверен? Мне не хотелось бы звонить Мину снова. - меняется в лице Хван.
— Всё в порядке, права! Я готов, если ты конечно хочешь мне рассказать об этом? - резко подскакивает Феликс и смотрит в уже родные глаза с сожалением.
— Иди ко мне. - укладывая парня обратно, отвечает Хёнджин.
Потеря родителей была для Хвана сильным ударом, он до сих пор не пришёл в себя. Когда вспоминал тот ужасный зимний день, по телу пробегал холодок, а сердце начинало болеть. Он любил своих родителей, и их потеря оставила глубокий шрам в его сердце. Хван пообещал себе, что никогда не расскажет, как ему больно и тяжело. Но он был готов поделиться со своей любовью. Альфа по-прежнему мечтал, чтобы папа назвал его ласково «Хёни», а отец пожал руку и сказал: «Молодец, сын, я горжусь тобой». Ему правда не хватало родителей...
А Феликс заменил ему всё.
Его ласковое, такое же как у папы, «Хёни», заставляло трепетать сердце. Почему Ли выбрал именно это обращение, Хёнджин правда не знал, но ему было чертовски приятно, хотя он и старался не показывать это.
Как бы больно не было на душе, он был готов раскрыть своё прошлое.
Феликс заслужил.
— Это произошло два года назад, как ты сам прекрасно знаешь... - начал Хван, а Ли замер, боясь пошевелиться.
Дьявол смог открыться только для него.
— Мне было двадцать пять, я занимался открытием казино, которое не поддерживал отец. Он всегда был за «честный» бизнес. Мы в тот день поссорились. Он долго кричал на меня, а я, хлопнув дверью, ушёл. Папа пытался успокоить меня, но я его просто не слушал. Уехал в клуб и решил напиться. А потом... - помедлил он, собираясь с мыслями. — Потом мне сообщили, что они разбились. Отец не справился с управлением. Была сильная метель и гололед. Блять. Это я виноват. Они ехали ко мне домой. Мириться...
— Нет! Хёнджин! Ты не виноват, слышишь? - хватая ладошками чужое лицо, тараторит Феликс.
— Нет, Ликсюш, если бы я тогда не уехал, ничего бы не произошло. - смотря полными печали глазами, отвечает тише Хван.
— Прошу, не вини себя. Я уверен, что они не хотели бы, чтобы ты так считал. Они желали тебе лучшего. Твои родители гордятся тобой, не убивай себя этими мыслями. - уверенно произносит Феликс.
— Я люблю тебя. - приподнимается альфа и целует пухлые губки.
— Я тоже люблю тебя, больше жизни. - не отводя взгляда, отвечает Ли.
— Знаешь, Солнышко, мне было так херово. Я только недавно пришёл в себя после предательства близкого человека, как мне пришлось столкнуться со смертью. Я так жалею, что не проводил с ними столько времени, сколько нужно... - вновь произносит Хёнджин.
— Время не вернёшь. Ты был лучшим для них, я уверен. Ведь ты лучший для меня. Мне очень жаль, что тебе пришлось столкнуться с таким испытанием. Ты сказал про предательство, кто это был?
— Мой бывший. Это была моя наивная любовь мальчишки. Он изменил мне и даже не сожалел об этом. Я был ужасно разбит. Думал, что никогда не смогу быть настолько счастлив, как во время проведённое с ним. - отвечает Хван, а Феликс меняется в лице.
— Вот же мразь. Как можно было изменить тебе! - выпаливает Ли.
— Можно. Он доказал это.
— Нет! Я бы никогда не смог. Ты правда любил его?
— Думал, что любил. Но когда встретил тебя, понял, что такое настоящая любовь. Можешь не ревновать, он сейчас на своём заслуженном месте. - усмехается альфа.
— Эй! Я и не собирался! А стоит начать? Ты мне что-то не договариваешь? - ударяя по чужому плечу, выпаливает омега.
— Ну я хорош собой, сексуален и богат...
— Я сейчас обижусь, Хван, не провоцируй.
— Помиримся снова? - произносит он, а на лице умопомрачительная улыбка, от который Феликс уже был готов стать лужей.
— Придурок! - снова хочет ударить Ли, но Хван перехватывает его руку.
— Прекрати. - спокойно произносит он.
— Хорошо, только тогда ты объясни мне, почему я не могу продолжить учёбу? - возвращается к утреннему разговору омега.
— Ты опять начинаешь? Я же тебе всё сказал.
— Я просто хочу знать, тебе сложно объяснить? - вырывая руку, бросает Феликс.
— Да блять, потому что ты - моё слабое место. - раздражённо выпаливает Хёнджин.
— Что? - одними губами произносит Ли.
— Феликс, ты не глупый мальчик, знаешь, что у меня много врагов, которые хотят сделать мне больно. Большой бизнес - это не шутки. Ты - моё всё. Я не позволю, чтобы с тобой что-то произошло. Мне хватило уже ситуации с борделем.
— Но я же не могу вечно сидеть в четырёх стенах... Я не пленник всё-таки. - тушуется омега.
— Я знаю, но так лучше для твоей безопасности и моего спокойствия. Хорошо, ладно, ты можешь продолжить обучение удалённо. - сдаётся Хёнджин впервые за несколько лет.
— Ты серьёзно? Спасибо! Спасибо, любимый! - бросаясь в объятия истинного, тараторит Феликс.
— Давай из твоей бывшей комнаты сделаем детскую? - зачем-то произносит Хван, хотя вопрос не был уместен сейчас.
— Что? - не расслышав вопрос, приподнимается Ли.
— Завтра будет важное для меня мероприятие, я хочу, чтобы ты поддержал меня, поэтому поедешь со мной. - отвечает он, будто и не задавал вопрос про детскую.
— Хван! Ну ты бы ещё завтра сказал. Я же совсем не готов! - быстро поднимаясь с постели, ругается омега.
Хёнджин смеётся, пока Феликс бегает по всей комнате в поиске каких-то масочек для лица, что обязательно должны ему помочь. Альфа не понимал, зачем они ему, ведь он и так красивый. Но Ли продолжал носиться из угла в угол и что-то бубнеть себе под нос.
— Успокойся, ты у меня и без всяких масок красивый. - усмехается Хван.
На что ловит неодобрительный взгляд Феликса. А уже через пять минут стоит в ванной вместе с омегой и какой-то черничной маской на лице.
Как он до этого докатился?
Но одно он понял точно: его отец и Джиан были правы, когда хотели свести их двоих...
***
Феликс практически не спал всю ночь, да и как можно было заснуть, когда твой альфа спустя сколько времени решил вывести тебя в свет. У Ли не укладывалось в голове происходящее, казалось ему почудилось, Хёнджин же пошутил, да? Ведь он всегда был против, чтобы тот выходил куда-то, а тут ещё и на публичное мероприятие, и не просто показаться, как делал это неоднократно омега, когда его отец был на вершине своей деятельности, а чтобы поддержать самого альфу. Невообразимо.
Но осознание происходящего пришло утром, когда в комнату буквально ворвались стилисты. А Феликс мог только стоять с открытым ртом.
— Солнышко, мне нужно уехать раньше, встретимся вечером, люблю тебя. - целуя нежные губы, произносит Хёнджин и покидает комнату, кивая стилистам в знак того, что они могут приступать.
Ли успевает только кивнуть головой, а Хвана уже и след простыл.
— Эм... Здравствуйте. - не знает, что говорить омега.
— Здравствуйте, господин Ли. Меня зовут Бао, думаю, мы сработаемся. - произносит один из стилистов.
— Уверен, что так и будет. Можно просто Феликс. - улыбается он в ответ.
— Господин выбрал для вас наряд, так что давайте займёмся причёской и макияжем, мои ребята в этом нам помогут. - произносит Бао и указывает на двух омег рядом с ним.
— Приступайте. - отвечает Ли и усаживается на кресло, что стояло около его нового косметического столика.
***
мой мир в тебе
— Дьявол, это так прекрасно! Бао, у тебя руки от Бога! - восклицает Феликс, смотря на себя в зеркало.
— Брось, не одежда красит человека, а он её. Ты воплощение идеала. Я рад, что смог работать с таким красивым омегой как ты. - хлопая в ладоши от проделанной работы, отвечает он.
— Ты мне льстишь. - отнекивается Ли, и получает неодобрительный взгляд.
— Не смеши. Ты идеален. Машина уже ждёт тебя внизу. Лети к своему альфе. - улыбается Бао.
Феликс ещё раз благодарит парня и кидает взгляд в зеркало. Он определённо был хорош. Идеально белый костюм подчеркивал всю красоту омежьего тела. Кружевная рубашка, что выглядывала из под белого пиджака, добавляла изящества и статуса. Сколько стоил этот костюм, Ли боялся представить, но ему слишком нравилось. Светлые волосы аккуратно были заплетены в две косы, что соединялись сзади, а тонкие длинные пряди лежали на плечах. На лице лёгкий макияж, который подчеркивал карамельные глаза.
Феликс был воплощением самого Ангела, который нашёл своего Дьявола.
Как Ли доехал до места, где проходило мероприятие, он не помнил. Но отчётливо помнил вспышки камер и
бесчисленные вопросы, почему он здесь. Феликс же молча шёл вперёд, не обращая внимания. Пусть для них он остался Ли Феликсом, отец которого проиграл всё своё состояние, для себя он стал омегой самого Хван Хёнджина. Зайдя внутрь, он пробежался глазами по помещению и был приятно удивлён. Это было не то что хорошо, это было слишком пафосно и идеально. Что здесь может проходить вообще?
Феликс надеялся, что Хван встретит его, но к сожалению того не оказалось рядом. Но омега быстро заметил фигуру Чанбина, который стоял с каким-то парнем и мило беседовал. Не то что Ли хотел прерывать их разговор, ему просто некуда было больше идти. Он здесь ничего не знал и был словно чужим, хотя не раз посещал подобные места. Заметив омегу, Чанбин улыбнулся ему.
— Феликс, рад тебя видеть!
— Ох, Чанбин, мне жаль, что я прерываю вашу беседу, но мне правда больше некуда идти. - произносит Ли в ответ.
— Конечно. Кстати, знакомься. Мой истинный - Ян Чонин. - указывая на парня рядом, произносит Бин.
— Приятно познакомиться, Феликс? - переспрашивает Ян, боясь ошибиться, и протягивает руку.
— Да, всё верно, мне тоже приятно. - мило отвечает он рукопожатием, действительно радуясь новому знакомству.
— Чанбин про тебя рассказывал, мне жаль, что тебе пришлось пережить всё то... ну в общем ты понял. - замялся Чонин.
— Всё в порядке, сейчас со мной всё хорошо, не без помощи твоего альфы.
— Да меня Хёнджин чуть не прибил, как я мог не помочь, носился как бешеная курица. - выпаливает Чанбин, на что получает толчок от Яна.
— Со, не преувеличивай. Хёнджин серьёзный человек. - отвечает ему Чонин.
— Он серьёзный только на публике с Феликсом же ведёт себя как котёнок.
— Правда что ли? По нему и не скажешь... - задумывается на минуту Ян.
— Личные тайны нельзя раскрывать, Чанбин. - произносит Феликс, хотя внутри разливается тепло от упоминания о Хване.
— Ладно, молчу. - снова улыбается он.
— Нет, Феликс, скажи, это правда? Я не могу в это поверить. - опять вмешивается Ян.
— Ну... отчасти... - задумчиво отвечает Ли.
— Боже, я правда в шоке. Бин, почему ты скрывал это, я ведь его боялся.
— А какое мне дело до отношений своего брата?
— Ты прав. - отвечает ему Чонин. — Знаешь, Феликс, я представлял тебя совсем иначе, ты правда очень красивый. - продолжает он, обращаясь к Ли.
— Ты мне льстишь, ну правда. - произносит он.
— Хёнджину повезло, что он встретил тебя. Вы хорошо смотритесь вместе. - подытожил Ян.
— Вы тоже прекрасная пара! - отвечает Феликс, но не успевает он договорить, как слышит знакомый голос.
— Ликсюш, мальчик мой!
— Папа? - обескураженно спрашивает омега, замечая Джиана, что шёл прямо к нему.
— Я так рад тебя видеть, сколько времени прошло с нашей последней встречи? Два месяца? Три? Ты так похудел... Хван тебя не кормит? Ты хорошо живёшь? Ни в чем не нуждаешься? - засыпает вопросами родитель.
— Пап, ну что ты? Всё в порядке. Ты лучше скажи, какими судьбами здесь? - останавливая Джиана, произносит Феликс.
— Мне кажется нам пора идти. - тихо произносит Чонин и тянет Чанбина в сторону. Тот же молча соглашается. Семье мешать нельзя.
— Хван пригласил меня, попросил, чтобы я был с тобой. - отвечает Джиан.
— Даже так... странно всё это. Хотя мне правда здесь скучно одному.
— Я знаю тебя слишком хорошо, мой мальчик, ты не любишь таскаться среди сливок общества, поэтому я и здесь. - поглаживая светлые волосы, с теплотой в голосе произносит он.
— Ты прав. Как ты, папа? - интересуется Феликс.
— У меня всё хорошо, если у моего сына всё замечательно. Скажи, мой хороший, ты счастлив с ним? - с родительским беспокойством спрашивает Джиан.
— Я ещё никогда не был так счастлив! Он чудесный, правда. Я люблю его, пап! И он, наверное, меня тоже..
— Я рад за тебя, Ликсюш. Но если что, я всегда готов принять тебя. Ты мой единственный сын, мне важно, чтобы ты был в порядке.
— Не волнуйся за меня. Я... - не успевает договорить Феликс, как ощущает чужие руки на своей талии и дыхание возле своего уха.
— Скучал? - глубоким голосом произносит Хван, а у Ли подкашиваются ноги.
Феликс резко разворачивается и встречается со взглядом своего альфы. Он невероятно скучал, что хотелось наброситься на Хёнджина и зацеловать до смерти, а после скрыться в какой-нибудь подсобке, но тут папа, да и они на официальном мероприятии всё-таки. Пожалуй, он вспомнит об этих мыслях дома. А пока что он просто постоит рядом, желательно спиной, иначе правда сорвётся.
И когда он стал таким...
— Господин Ли, рад вас видеть. - произносит Хёнджин, продолжая держать руку на талии своего истинного.
— Могу ответить взаимностью. Только скажи честно, ты не обижаешь моего сына? - отвечает ему Джиан.
— Пап! Я же тебе сказал, всё в порядке. - выпаливает Феликс.
— Что пап? - улыбается он.
— Кто кого ещё обижает, господин Ли. - усмехается Хёнджин, на что получает удар под рёбра.
— Хван! Вы что сговорились что ли? - злиться Феликс, когда папа и Хёнджин начинают смеяться.
И когда они успели найти общий язык...
— Что ж, я посетил вас ненадолго, мне нужно идти на вручение.
— Хёнджин, стой, какое вручение? - всё ещё не понимает Ликс.
— Скоро узнаешь, Солнышко, подойди ближе к сцене. - шепчет он на ушко и, оставляя лёгкий поцелуй на мочке, уходит.
— Пап, ты знаешь, про что он говорил?
— Скоро узнаешь, Ликсюш. - спокойно отвечает он.
— Да вы издеваетесь!?
Ответа на вопрос Феликс так и не получил, но послушно направился в сторону сцены, как и сказал ему Хёнджин. Людей было слишком много, что ему стало не по себе, но он продолжал гордо стоять рядом с папой. Обещал же быть поддержкой.
Хотя зачем поддержка самому Хван Хёнджину?
Бред какой-то.
На сцену выходит ведущий и толкает какую-то слишком скучную речь, что Феликс решает опрокинуть бокальчик шампанского, чтобы хоть как-то скрасить этот вечер. Часто переговариваясь с папой, омега не замечал, что говорили люди, которые сменялись на сцене. Ему было всё равно, а Хёнджина так и не было...
— И победителем тендера по постройке нового здания становиться... становиться... - тянет время ведущий, чтобы поддержать интригу, но сам победитель уже давно готов выходить на сцену, ведь именно он был организатором этого мероприятия. — Хван Хёнджин! Поздравляем и просим подняться на сцену.
Кажется, на этом моменте челюсть Феликса упала на пол.
Победитель?
Тендера?
Хёнджин?
Что?
— Добрый вечер. Для начала хотелось бы сказать спасибо всем тем, кто верил в меня и оценил мою работу по достоинству. Я усердно работал, чтобы получить наилучший результат и рад, что у меня все получилось. Надеюсь, что вы не разочаруетесь в моей работе после того, как мы осуществим все наши планы. Этот тендер был очень значим для меня. Благодарю за поддержку. Ну и хотелось бы сказать напоследок. Я бы не смог добиться победы, если бы не человек, который является для меня всем. Он моя самая главная поддержка и опора. Тот, ради кого я готов идти дальше, ради кого я не чувствую усталость и работаю усердней. Данное мероприятие я посвящаю ему. Феликс, пожалуйста, поднимись на сцену. - произносит Хван, а у Ли будто ноги приросли к полу.
Джиан толкает сына в спину, когда все взгляды прикованы к нему. На трясущихся ногах Феликс идёт к своему альфе, а на глазах наворачиваются слёзы. Он не может поверить в происходящее. Разве такое действительно бывает? Сам Дьявол перед всеми объявил об их отношениях, хотя скрывал всё это время омегу от чужих глаз. Это не сон?
Кажется, ничего лучше быть не может.
— Феликс, я невероятно счастлив, что судьба свела меня с тобой. Я хочу, чтобы каждый человек знал, кто ты. Но не в статусе Ли Феликс, а в другом. До тебя я не знал, что такое истинность, и что я могу быть таким, каким я бываю с тобой. Ты - мой мир. И я хочу, чтобы так было всю нашу жизнь. Ли Феликс, ты выйдешь за меня? - вставая на одно колено, спрашивает Хван и достаёт синюю бархатную коробочку с невероятно изящным и чертовски дорогим кольцом.
Феликс потерял дар речи...
Он несколько секунд смотрел на Хёнджина перед собой, не веря в происходящее. А после только и смог кивнуть несколько раз в знак согласия, пока слезы стекали по белоснежным веснушчатым щекам. Громкие аплодисменты заполнили зал, но Ли было плевать, перед ним была любовь всей его жизни. Хван достал кольцо и одел на изящный маленький пальчик, а после жадно впился в солёные от слёз губы.
И пусть весь мир подождёт.
И только одна фигура в конце зала, ухмыляясь, поднимает свой бокал, тем самым поздравляя друзей. Минхо не очень любил шумные места.
***
Дорогой тонированный автомобиль двигался по центру города, обгоняя другие машины. За рулём мужчина в костюме, который молча выполняет свою работу. У него хороший стаж и полное доверие от владельца за спиной. Он давно понял для себя: «не слушай, о чем говорят; не разговаривай лишний раз». Именно такое требование было к каждому сотруднику самого Хвана. Он не любил некомпетентных людей, поэтому относился к выбору персонала слишком тщательно, особенно к тем, кто ответственен за его жизнь. Так Хван Хёнджин вместе со своим истинным омегой ехали в ресторан. Сегодня он взял выходной, чтобы провести день с Феликсом, которому слишком не хватало его внимания, будто ребёнку, который ждал своего папу с работы, а тот, поцеловав в лоб, ложился спать от усталости. Но Хёнджин не хотел отдаляться от Ли, поэтому дал всем подчинённым установку «не беспокоить» и забронировал столик в лучшем ресторане этого серого города.
— Хёни. - тихо произносит Феликс.
— Да, Солнышко? - отвечает ему Хван, пока его рука привычно покоиться на чужом бедре.
— Мне кажется, я сплю, и это всё происходит не со мной... - задумчиво продолжает Ли.
— Не глупи, какой сон? Мы в самой настоящей реальности. Хочешь докажу?
— Хван, блять, больно! - восклицает омега, когда альфа кусает его белоснежную шею.
— Ну я предупредил.
— Засунь своё предупреждение в задницу. - цедит Ли.
— Феликс, не переходи черту. Иначе... - но не успевает он договорить, как надоедливый телефон начинает вибрировать. Какой раз за день?
— Иначе? - пытается узнать Ли, но Хван снимает трубку.
— Да. Я просил не трогать меня. Что, это так сложно понять блять? Я провожу время с семьёй, или вы не знаете, что это за слово? - произносит Хёнджин грубо. — Так срочно? Хорошо, блять, скоро буду. - после недолгого молчания продолжает он, а после сбрасывает трубку. — В казино. - кидает альфа мужчине за рулём и облокачивается на кресло, прикрыв глаза ладонью.
— Что-то случилось? - аккуратно спрашивает Феликс, зная характер своего мужчины.
— Случилось блять, к сожалению. - грубо отвечает он.
— Хван, я тут ни при чем, не повышай на меня голос.
— Извини, я просто устал. Ничего не могут без меня, безмозглые бляди.
— Всё в порядке, успокойся, поедим позже, я могу подождать. - успокаивает его Ли, опуская ладонь на чужое плечо.
— Спасибо, Солнышко, извини ещё раз.
— Я же сказал, что всё в порядке. - отвечает омега и оставляет короткий поцелуй на губах альфы, а тот просто бесконечно благодарен ему за всё.
***
Машина подъезжает к изящному зданию с огромным заголовком. Звук колёс по асфальту раздается в округе, а охрана навостряет уши. Хозяин приехал. Дела плохи.
— Ликсюш, посиди в машине, я скоро вернусь.
— Да, конечно. Не задерживайся сильно, иначе я уеду есть один.
— Ну уж нет, тогда я точно приду раньше. - улыбается Хёнджин и выходит из автомобиля.
Хван направляется внутрь здания и проклинает бездарей, что работают на него. У самого входа на него буквально налетает парень, который встречает хозяина заведения. Хёнджин бросает на него холодный взгляд в ожидании объяснений.
— Господин, мы правда пытались выставить его за дверь, но он просто не в какую. Уже час орет и возмущается, чтобы мы позвали вас. - тараторит парень.
— Я нахера плачу вам, если вы не можете выкинуть как-то мужика? - грубо бросает Хван, направляясь в сторону подвала.
— Мы не хотели лишнего шума, а он крайне не хотел нас слушать. - не успевая за хозяином, бежал он.
— Бездари. Уволить бы вас всех по-хорошему. Он же там? - завуалировано спрашивает альфа.
— Да, господин.
Хёнджин буквально выбивает дверь рукой и врывается в помещение с тусклым освещением. Двое его парней держат главного суетолога, которого можно было выгнать одним пинком, но тот имел херовый статус, который сдерживал Хвана. Иначе он бы правда пристрелил его на месте. Слишком много хлопот от одного человека.
— Ли Давон, какими судьбами ты снова посетил моё заведение и оторвал меня от важных дел. - проходя внутрь, безразлично спрашивает Хёнджин.
— Ты ублюдок, из-за тебя я потерял мужа и сына! Тебе гореть в аду! - пытаясь вырваться из хватки охраны, выплевывает слова Давон.
— Ох, нет, ты сам всё потерял и ещё смеешь открывать пасть в мою сторону и сторону моей семьи?
— Семьи? С каких пор грязная шлюха стала для тебя семьёй? Он же блядская дырка, которую стоит пустить по кругу, напел своему папаше, чтобы тот киданул меня и забрал всё имущество!
— Не смей говорить так о нем... - грубо произносит Хёнджин и уже замахивается, как его останавливают слова мужчины.
— Ах, а вот и он. Сынок, как тебе быть продажной шлюхой? Посмотри, до чего ты довёл своего обожаемого отца. - смотря прямо за спину Хвана, произносит Давон.
Хёнджин оборачивается и замечает Феликса, который должен сидеть в машине. Каким боком его сюда занесло?
***
Феликс сидел в салоне и листал ленту новостей в телефоне. Он не знал, зачем они приехали сюда, но решил, что узнает потом.
Что могло такого произойти, раз Хёнджин развернул машину?
Мысли крутились в голове, а ответов пока что не было. Прошло уже десять минут, а Хван так и не возвращался. Обещал же быстро...
— Проведи меня в уборную. - обращаясь к водителю, произносит Феликс.
Мужчина кивает, а после они оба выходят из машины. Охрана, что стояла на входе, пропускает их даже не думая. Недавние события перевернули Сеул с ног на голову, теперь каждая душа знала, кто этот красивый омега. Все боялись его, как огня...
Спустя пару минут размышлений перед зеркалом, пока Ли мыл руки, он всё-таки решил найти своего альфу и узнать причину его негодования. Выйдя из уборной, он увидел первого попавшегося человека и решил спросить у него. И ему повезло, ведь это был тот самый парень, что несколько минут назад семенил перед Хваном.
— Где Хёнджин? Проведи меня к нему. - обращаясь к парню, произносит Ли.
— Конечно, господин, но не стоит ли предупредить хозяина?
— Я тебе хозяин, веди давай. - гордо бросает Феликс.
— Извините, конечно, пройдемте за мной. - отвечает парень и ведёт за собой.
Через несколько шагов Феликс слышит знакомый голос и понимает, почему же его Хёни пришлось посетить своё заведение. Отец снова добавляет хлопот в их жизнь. Но омега не собирался быть слабым, не в его стиле, особенно, когда у него теперь новый статус.
Ли проходит внутрь комнаты практически бесшумно, но отец его всё-таки замечает, что не сказать о Хёнджине. От альфы исходит не особо хорошая аура. А Феликс каждой клеточкой своей души чувствует ярость истинного, и он готов поставить своего отца на место. Да и был ли он отцом всё-таки?
— Знаешь, отец. А ведь когда-то я считал тебя своим примером для подражания. Но ты опустился ниже, чем когда-либо, потеряв всё, что имеешь. Я бы мог проклинать тебя, но именно ты помог мне стать «продажной шлюхой». Люди готовы склонить передо мной головы, а ты стоишь здесь и только и можешь как обвинять своего родного сына. Так что кто тут теперь проиграл? - с полным безразличием в голосе, произносит Феликс.
— Ах ты дрянь! - выпаливает Давон и, вырываясь, бьёт пощёчину сыну. — Да если бы не я, тебя бы даже не было! Как ты смеешь так со мной разговаривать!
Феликс машинально кладёт ладонь на щеку, которую начинает жечь от сильного удара. А Хёнджин выхватывает пистолет у охраны, желая прямо сейчас выстрелить чётко в голову, и не важно, что это всё-таки отец омеги.
— Хёнджин. - только и произносит Феликс, смотря прямо в глаза Хвану и вгзлядом говоря не надо.
Альфа опускает оружие, но бдительности не теряет. Этот ублюдок посмел поднять руку на его истинного, за такое Хван не прощает и не даёт пощады. Но пусть омега скажет всё, что хочет. Разберётся с ним позже.
— Ты мне не отец больше, Ли Давон. Я правда пытался видеть в тебе хоть что-то хорошее, но ты разрушил всё, что только можно было. Я не желаю тебя больше видеть. Твоё место в аду. - выплевывает слова Феликс, будто это был яд, что оказался у него на губах.
— Шлюхам слово не давали, молчал бы. Хван тебя классно оттрахал, что ты смелым стал? Думаешь, он любит тебя? Наивный. Он же бросит тебя, когда твоя задница станет слишком дырявой. Не сын, а позорище.
Буквально в два шага Ли оказывается рядом с отцом и со всей силы ударяет его прямо в челюсть, что у того запрокидывается голова. Он не имел право так говорить. Не смел.
— Я ненавижу тебя. - цедит Феликс и разворачивается, чтобы уйти. — Можешь убить его, мне плевать. - бросает он напоследок Хёнджину и покидает помещение.
За омегой закрывается дверь, но он отчётливо слышит вопли своего отца, а после выстрел и грохот мертвого тела об пол.
Первая смерть на руках Ли Феликса.
Хёнджин выходит почти сразу же, его рубашка в чужой крови, что разлетелась от выстрела, но его это нисколько не смущает. Он подходит со спины к Ли и опускает голову на родное плечо.
— Ты в порядке? - интересуется Хван, хотя это глупый вопрос.
— Он заслужил. - только и отвечает Ликс. — Ужин всё ещё в силе? - продолжает омега, пытаясь отвлечься.
Хёнджин кивает, хотя не ожидал такой жестокости от своего истинного. Переплетая пальцы рук, они поднимаются по лестнице в холл.
***
Они шли рядом. И не один мускул не дрогнул на изящных лицах. Все вокруг забыли, что такое дышать, и только звонкий стук ботинок раздавался по мраморной плитке. Теперь каждый в этом гребаном мире знал: Дьявол нашёл себе Ангела. Но этот ангел, не был таковым. Они идеально смотрелись вместе и были также идеальны друг для друга. Под их ногами оказался весь мир. Хван не верил в судьбу и считал себя выше неё, но когда он встретил самого Ли Феликса, его убеждениям пришёл конец. Он стал для него всем миром, без которого невозможно жить. Омега, что изначально казался обычной шлюхой, был точной копией самого Хвана. И Хёнджин был готов преклонить колени только перед ним. Мир знал, кто они.
Дьявол создал своё подобие.
Пара вышла в холл, когда Феликс замечает своего папу, что входит в здание. Омега не понимает, почему он здесь, неужели узнал о Давоне? Но тут Джиан задает слишком странный вопрос, который выбивает Феликса из колеи.
— Ликсюш, обед готов. Ты спишь что ли?
— Ты о чем? - не понимает Ликс.
— Пора вставать, давай. - продолжает Джиан.
Феликс переводит удивленный взгляд на Хвана, а после... Просыпается.
Он открывает глаза, а перед ним стоит папа. Омега осматривает комнату, где находился и не верит сам себе. Он дома! Дома не у Хвана, а в своей комнате. Что за бред? Почему он здесь? Где его Хёнджин?
— Ликсюш, тебе кошмар приснился? Что с тобой? - начинает переживать родитель.
— Где Хёнджин? И почему я дома? - всё ещё не понимает он.
— Какой Хёнджин? Феликс, ты приехал из университета и лег спать. У тебя появился молодой человек? Или тебе что-то приснилось? Я не понимаю. Ладно, давай вставай, а то обед остынет. - произносит Джиан и выходит из комнаты.
— Ахуеть... Это был сон? Но почему он такой реалистичный? - задает вопросы в пустоту Фел, а сам до конца не понимает, что произошло.
Сердце наполняет тоска и боль, когда до омеги доходит всё до последней капли. Он действительно был дома, сейчас то самое число, в которое он тогда вернулся домой и с мыслями о Хване лег спать. Его воображение действительно нарисовало такой реалистичный сон... Ничего более. Никакого Хёнджина, похищения, изнасилования, абьюза и любви... И никакой метки, её просто нет! Да и была ли она вообще когда-то? Но почему? Почему это так? Он как идиот полюбил во сне, в глупом и незамысловатом сне...
Феликс выходит из комнаты и нехотя принимается за трапезу. Джиан обеспокоен состоянием сына, но ссылается на страшный сон, что мог тому присниться. Иначе с чего бы вдруг он спрашивал про Хёнджина из семьи Хван, которую тот так хорошо знал когда-то. Но их размышления прерывает звонок в дверь.
— Я открою. - произнес Джиан незамедлительно.
У Феликса снова расширяются глаза, а сердце начинается биться с невероятной скоростью. Он быстро подскакивает со стула и пулей летит в сторону входной двери. Ноги подкашиваются, когда он видит Хвана, своего альфу, который совсем недавно только ему снился, или может был это всё-таки был не сон? Но надежды на обратное рушатся, когда Хёнджин произносит те самые слова, который Ликс знал наизусть.
— Я за вашим сыном.
— Но Феликс не говорил, что у него кто-то есть. - в ответ дрожащий голос папы.
— Твой муж не рассказал, что проиграл его мне?
Хван его не узнает, действительно видит в первый раз. Так неужели ему приснился вещий сон? Который вот-вот воплотиться въявь? Но теперь глубоко в душе Феликса теплилась самая чистая и настоящая любовь.
И он заставит альфу полюбить его вновь.
Сон начинает сбываться.
конец.
мой тгк: arlixyc