глава 11
Дьявол пал.
Ровно два дня прошло с того самого момента, как не стало Хван Хёнджина. Альфу безбожно убили в том самом блядушнике, который так ненавидел его истинный омега. Два дня с того момента, как Ли Феликс потерял смысл существования. Когда Минхо сообщил ему эту новость, он не поверил. Думал шутит, думал, сейчас Хени выйдет из-за угла и крепко обнимет. Но этого не произошло, как и не произойдет больше никогда. Дьявол пал. Феликс потерял свою любовь, Чанбин брата, а Минхо друга. Кай возглавил «черный» бизнес, хотя ему тоже было тяжело, каким бы безумцем он не был, Хвана уважал и считал почти родственником. Многие мечтали о его смерти, но близким она далась очень сложно. Хёнджин не был хорошим человеком, но он умел быть хорошим с людьми, которыми дорожил. Он не боялся смерти, но и умирать тоже не хотел. Хван полюбил, полюбил чистой любовью, о которой и забыл в свои года. Так почему же любовь не смогла продлиться дольше? Феликс так и не услышал слова о любви и не сказал их своему альфе. Он безумно любит своего мучителя, он не сможет жить без него. Его долго успокаивали Минхо и Чанбин, но всё было слишком напрасно. Они не чувствовали этой боли, не могли её понять. Пока сам Ликс кричал от неё. Это так не справедливо.
День похорон пришёл слишком быстро. Феликс не был готов. Да и можно ли быть к этому готовым? Он хотел лечь рядом, но ему помогали успокоительные, что находились в организме уже несколько часов. Ли не помнил, как он оказался на кладбище, как жил эти два дня. Он забыл, что такое сон и еда. Только бесконечные боль и слёзы.
Молодое тело лежит в идеально черном гробу. Он не дышит, его сердце не бьётся, но так хотелось, чтобы всё было наоборот. На лице Дьявола умиротворение. Глаза закрыты, он бледен как смерть, ведь именно её и встретил. Так рано лишился жизни. В свои двадцать семь он умер от чужой пули. Жестоко и несправедливо.
Феликс на коленях стоял над гробом и ревел битые сутки. Он перестал существовать. Именно сейчас его любовь будет под землёй, а он вместе с ней. Он так и не смог принять ситуацию, не смог понять, как это произошло. Ли потерял не только своего истинного, он потерял самого себя. Он сам был в отвратительном состоянии - ужасно бледный, как полотно самой белоснежной скатерти. Не ел ничего и отказывался разговаривать. У него забрали самое дорогое. В свои двадцать один он познал слишком много.
Ну как сам Хван Хёнджин - человек, не знающий что такое смерть, она словно была ему не подвластна, сейчас лежал в этом чёртовом гробу?
Феликс кричал от боли и спрашивал у небес: «За что?»
Только один силуэт стоял немного поодаль. Он потерял близкого друга и не смел вмешиваться. По щеке Минхо потекла одинокая слеза...
Всё произошло слишком быстро, что не укладывалось в голове. Разве такое действительно возможно? Точно нет. Но теперь уже ничего нельзя сделать. Хвана не вернёшь, остаётся только жить дальше... Хотя теперь Ли Феликс не сможет. Их жизнь разрушена, а эта история не имеет счастливого конца...
Но всё было бы именно так, если бы Минхо в тот день не успел вовремя.
***
Гону был в съемной квартире и ждал Минхо, который должен приехать этим вечером. Он жутко нервничал от предстоящей встречи, собрал все вещи для побега в надежде успеть. Он несколько раз звонил Чону, но тот не брал трубку. Его это дико бесило, но он ведь не знал, что того уже нет в живых, что следующий он. Гону хотел уехать и забыть о существовании своего бывшего хозяина. Он продолжал любить его, но эта любовь не привела ни к чему хорошему, ведь тот натворил слишком много дерьма. Но бета нисколько не жалел, ведь этот Феликс получил по заслугам, его выебали как последнюю шлюху, эта мысль приводила в дикий восторг. Гону думал на эмоциях и рассчитывал на дальнейшую жизнь вместе с хозяином, но к сожалению, понял он обратное уже поздно. Наверное его жизнь не станет лучше, но он хотя бы может забыть обо всём этом. Его вообще не мучила совесть, он считал, что был полностью прав. Да и почему должно быть иначе?
Гону сидел на кухне и пил очередную чашку с растворимым кофе. Его нога ходила ходуном, а мысли были всё дальше от действительности. Когда он услышал звонок домофона, то даже вздрогнул, хотя ожидал его. Гону направился к двери и нажал на кнопку.
— Кто? - спокойно спрашивает он, хотя голос дрогнул.
— Открывай, это Минхо. - слышится в ответ.
Гону хорошо знал голос Минхо, поэтому спокойно открыл подъезд. Он стоял в коридоре в ожидании звонка в дверь, а когда тот раздался - выдохнул с облегчением. Вот оно - спасение. Гону даже не посмотрел в глазок, да и нужно было ему это делать? Ведь тот на все сто знал, кто за ней находиться. Он открывает дверь, но перед ним стоит точно не Хо, а никто иной как Со Чанбин.
— Чанбин? Какими судьбами? Тебя хозяин прислал? Хочет вернуть? - закидывает вопросами Гону, пытаясь не выдать себя.
— И тебе привет. - с вызовом отвечает ему альфа.
— Слушай, ты немного не вовремя, ко мне должны прийти.
— Ты о Минхо? - ухмыляется Бин, всё ещё стоя в проходе.
— Но откуда ты его знаешь? - тушуется Гону.
— Ты так глуп. Думал украл человека, а тебе это сойдет с рук? Так был уверен, что Хван не найдет тебя? Да ты полный идиот.
— Какого человека, ты о чем?
— Не коси под тупого, ты прекрасно всё знаешь.
— Что ты сделал с Минхо? - начинает нервничать Гону и искать пути отступления.
— Ты об этом Минхо? - спрашивает Со и включает голосовую.
Глаза Гону расширяются, когда он слышит то самое: «Открывай, это Минхо», которое было всего пару минут назад. Чёрт, он дико влип. Хо был заодно с ними, а тот даже не понял. Он правда идиот, а то и хуже. Нужно было бежать. Срочно. Но как это сделать, когда перед тобой стоит альфа? Оставалось только бежать через него, как бы это не звучало. Он резко бросается в сторону двери, но это была слишком провальная затея. Чанбин хватает его и отбрасывает в стену. Гону ударяется головой, но продолжает стоять на ногах. Со делает шаг в его сторону.
— Бедный Гону, ну куда же ты собрался? - издевается Бин, хватая того за горло и впечатывая в стену.
— Чанбин, прошу, не надо! Давай договоримся! - хрипит Гону, пытаясь вырваться из хватки.
— О чём нам договариваться? Да за то, что ты сделал, я бы тебя лично убил, но, к сожалению, обещал тебя отдать Хвану. - грубо бросает Чанбин, удерживая того на месте.
— Прошу, не надо, умоляю! - вырывается он, но ничего не выходит.
— Слишком ты резвый, пора поспать. - выдаёт Со и достаёт платок из кармана.
Ткань пропитана хлороформом, что помогает усыпить бету в считанные секунды. Тело мгновенно расслабляется, а веки невозможно держать открытыми. Чанбин подхватывает Гону и выносит того на улицу. Он почти закончил, осталось только отвезти его домой к брату. Жаль Со сам не смог убить эту мразь, но он понимал своего брата, ведь именно у него Гону забрал Феликса и заставил пойти на эти мучения. Таким людям даже в аду нет места. И они отомстят за бедного омегу. Тело погружается в багажник, который отдаёт звонким хлопком. Альфа садиться за руль и вдавливает педаль газа, набирая контакт в телефоне.
— Мне нужны самые обдолбанные альфы. - произносит Чанбин и бросает трубку. Его итак поняли на другом конце.
***
Хёнджин держал пистолет ровно, он был готов убить каждого, кто встанет у него на пути. Ему было плевать на людей и их жизни, он давно потерял в этом смысл. Может быть Феликс не поймёт его за это, но иного пути нет. Он уже стал убийцей, так почему стоило что-то менять? Конечно Хван не собирался прогибаться под омегу. Да, альфа любил Феликса, но он также не мог измениться полностью. Да и должен был, если стоял сейчас здесь ради него? Он вышел из кабинета и совершил новый выстрел, парень, который целился в охрану альфы, упал мёртвым телом. У Хвана не дрогнул ни один мускул на лице, оно всё также было невозмутимо и желало мести. Глаза чёрные, вызывающие страх. Сам Дьявол.
Он отвлёкся на Феликса и в секунду потерял бдительность, что ухудшило его положение. Буквально через пару минут в его голову был направлен пистолет. Они думают, что так просто могут убить самого Хвана? Какая наивность. Он открыто делает вид, будто сдаётся, хотя боковым зрением видит Минхо. Хо забегает внутрь и бросает взгляд на Хёнджина, в которого открыто целиться бесстрашный парень. Кто-то из охраны бросает Ли пистолет, и он быстро наводит его на, так называемого, противника.
— Стреляй, ну же. - произносит Хван с усмешкой, смотря в глаза парню, хотя слова адресованы были Хо.
И в секунду происходит выстрел. Бездыханное тело падает на пол, а лужа алой крови растекается по полу. Хо попадает прямо в голову. Идеально. Годы тренировок не прошли зря.
— Я думал, ты не успеешь. - спокойно бросает Хёнджин.
— Думал, брошу тебя тут? Друзей не предают. - ухмыляется Минхо и подходит к Хвану.
— Как Феликс? - интересуется он быстро, делая новый выстрел в моменте.
— Посадил в машину, он едет домой. - стоя спиной к Хвану, отвечает ему Ли.
— Спасибо. А теперь сожжем тут всё до тла? - с улыбкой произносит Хёнджин.
— Буду только за! - с блеском в глазах отзывается Хо.
Им требуется примерно десять минут, чтобы закончить с чужой охраной. В заведении находилось куча трупов, что обычным людям было бы страшно смотреть, но точно не этим двоим. Они были довольны проделанной работой. Хотя звучит это как полное безумие. Минхо отправляется за канистрой с бензином, а вместе с ним идут ещё несколько человек. Хван стоит в середине зала и смотрит по сторонам. Почему он сделал это? Почему пошёл на такое ради омеги? Если бы ему несколько месяцев назад сказали, что он разнесет бордель к чертям за омегу, то он бы посмеялся им в лицо. Такого нельзя было даже вообразить. Но сейчас приходилось принимать суровую реальность. Он не мог позволить, чтобы с Феликсом что-то произошло. Он не мог оставить его здесь. Этот омега чист, и именно он имеет право носить законную метку самого Дьявола. Даже если Феликс будет против, Хван пойдет на другие меры. Он сделает его полностью своим, только вернётся домой. Безжалостно и эгоистично, но он не мог поступить иначе. А если быть точнее, то просто не хотел.
Минхо возвращается и подмигивает Хёнджину. Он начинает поливать всё помещение бензином, а за ним повторяли их люди, которые остались в живых. Зрелище красивое, хотя многим может не понравится. Хван покидает здание и последний раз смотрит на него с холодным выражением лица. Свои эмоции он никогда не показывал на людях, только перед Солнышком, которое мирно ждало его дома. Ещё немного и они будут вместе.
— Зажигалка есть? - выходя следом, интересуется Хо.
— Обижаешь. - отвечает Хван, достав фирменную зажигалку из кармана.
— Тогда вперёд. Я займусь тем, чтобы люди посчитали это несчастным случаем. - кладя руку на чужое плечо, произносит Минхо.
— Спасибо, друг. - отвечает ему Хёнджин и зажигает пламя.
Зажигалка летит ко входу в здание, которое в секунду загорается. Слишком красиво. Именно так чувствуется вкус победы. Когда ты стоишь и смотришь на выполненный план без потерь и страданий. Они сделали всё идеально. Теперь только оставалось решить дела с полицией, хотя можно считать Хван только что стоял с этой полицией и поджигал здание. Дело закрыто. Каждый получил то, что заслуживал. Переходить дорогу самому Дьяволу - херовая затея. Теперь в этом убедились ещё несколько человек, которые больше не увидят этот свет. Жалел ли Хван? Точно нет. Может быть Минхо? Нет, его это только забавляло. Они отвратительные люди. Но таких слишком полно в нашем мире.
***
Феликс сидел на полу и не мог пошевелиться, резкая боль в сердце, что так внезапно появилась очень напугала его. Он переживал за Хёнджина слишком сильно и не мог иначе. Ликс сидел на этом злосчастном ковре и смотрел в панорамное окно. Он ждал, ждал как самый покорный пёс. Сейчас хотелось только одного - возвращения своего альфы. Хотя был ли он его альфой? Может быть вернее было сказать насильником или хозяином? Он не знал. Не знал чувств Хвана, да и были ли они у него вообще. Переживал дико, будто между ними была огромная любовь, но ведь это вовсе не так. Этой самой любви, что теплилась в душе Феликса, не хватит на них двоих... Но как же жить дальше? Ликс даже и рассчитать не мог, что Хван может когда-то полюбить его, что он вообще умеет что-то чувствовать. Поэтому омега быстро смирился со своей любовью. Он не хотел признаваться альфе, но после последних событий, что перевернули его жизнь, хотелось высказать всё, что он думает и думал. Оставалось только ждать. Но это удавалось с огромным трудом.
Ли слышит звук открывающийся двери и несётся в коридор. На пороге стоит измученный Хван, он порядком устал от всех событий, ведь буквально не спал двое суток. Феликс налетает на альфу с объятиями, чуть не сбивая с ног. Он слишком крепко держит Хёнджина в своих руках, боясь, что это всё глупый сон. Но Хван обнимает его в ответ самыми тёплыми прикосновениями в своей жизни. Он скучал.
— Хёни, боже, я сплю, я правда сплю?! - восторженно произносит Феликс в чужую шею.
— Нет, моё Солнышко, ты не спишь. - спокойно отвечает ему Хёнджин.
— Я люблю тебя, Хёни, очень сильно люблю! - смотря в чужие глаза, выпаливает Ли.
— Солнышко... - не теряя зрительного контакта, выдыхает Хван.
— Нет, Хёни, я не шлюха! Не верь им! Прошу! Не выбрасывай меня, я чист! - догадывается Феликс.
— Нет, Солнышко, ты не понял. Я знаю, что ты не шлюха, и я знаю, что тебя никто не трогал. Я про другое.
— Извини... Я слишком эмоционален. - тушуется Ликс.
— Мне нравятся твои эмоции. Ликсюш, я хотел сказать... Мне правда тяжело... Я как школьник... - выдыхает Хёнджин, поправляя родные светлые волосы.
— Я всё пойму, ты можешь сказать мне, ну же. - улыбается Феликс, пытаясь поддержать альфу.
— Я люблю тебя, моё Солнышко... - произносит наконец Хёнджин.
— Хёни, ты серьёзно? Боже мой, я самый счастливый омега! - снова крепко обнимая, выпаливает Феликс.
Хёнджин отстраняется и нежно целует родные губы. Он вкладывает в этот поцелуй всю свою любовь и душу, показывая себя настоящего. Феликс очень благодарен ему за всё. Это было что-то за гранью реальности. В такое разве можно поверить?
— Солнышко, ты очень устал, тебе нужно поспать. - разрывая поцелуй, произносит Хёнджин.
— Ты прав... - соглашается Ликс.
— Тогда пойдём. - отвечает ему Хван и берёт на руки своего уже любимого омегу.
Хёнджин заносит Феликса в спальню и кладёт на кровать, тот уже был в своей милой белой пижаме, но не мог заснуть без своего альфы. Это звучит достаточно глупо, но для Ли Феликса это суровая реальность, которую он принял. Омега был чертовски зависим от своего альфы, что не мог и секунды прожить без него. Мог ли он поверить в это несколько месяцев назад? Точно нет. Он ненавидел этого человека тогда. А сейчас... Сейчас любил всей своей израненной душой. Это пугало что ли. Хван же хотел уйти в душ, но Ли схватил того за рукав.
— Солнышко? - интересуется он.
— Останься со мной. - тихо просит Феликс.
— Но ты же видишь в чём я. - показывая на свою одежду, отвечает ему Хван.
— Мне плевать, просто будь рядом, прошу...
Альфа кивает и ложиться рядом, перед этим снимая пиджак. Феликс быстро ложиться на чужую грудь, и маленькие пальчики начинают вырисовывать узоры на почти белой рубашке. Хёнджин гладит родные светлые волосы и шепчет на ушко нежности. Феликс его внимательно слушает и медленно погружается в сон. В самый сладкий сон. Он счастлив.
***
Хван лежал на своей кровати, а под боком у него сопел самый прекрасный мальчик. Как судьба свела именно их? Но наверное так было суждено. Любовь делает нас слабыми, но также она даёт нам безграничное счастье. Хёнджин был рад, что он нашёл своего истинного. Альфа вдыхал полной грудью феромон Ли, который был слишком слаб, стресс повлиял на него невероятно сильно. Но скоро он обязан восстановиться, Хван сделает всё для этого. Он был готов положить весь мир к ногам своего мальчика, что было крайне безумно и не свойственно для него. Но та самая любовь погубила или же наоборот восстановила его душу. Он не знал, что можно чувствовать что-то запредельное к обычным омегам. Последние несколько лет он жил с некой установкой, которая так быстро потеряла своё значение. Нет, Хёнджин не стал относиться лучше к другим людям, но он понял, что Феликс для него самое лучшее, что могло произойти в этой жизни. Конечно, он не станет для него идеальным альфой, но он будет просто его, целиком и полностью. Хван действительно готов на это. Дьявол пал? Или же он просто нашёл себе своего ангела?
Хёнджин гладил светлые волосы, когда в дверь комнаты раздался стук.
— Брат, можно? - приоткрывая дверь, спрашивает Чанбин шёпотом.
— Входи. - также тихо отвечает ему Хван.
— Я привёз его. Он внизу. - завуалировано произносит Бин, чтобы не травмировать Феликса ещё больше. Хотя тот и спал, но осторожность никто не отменял. И Хван был очень благодарен ему за это.
— Сейчас я приду. Ты же выполнил мою маленькую причуду?
— Обижаешь, конечно. Теперь он ждёт только тебя.
***
Чанбин бросает Гону в подвал на бетонный пол. Бета открывает глаза и хрипит. Он ничего не понимает, но вскоре до него начинает доходить. Голова на плечах всё-таки была. Бин смотрит на парня с неким вызовом, на его лице ухмылка. Он ликует. Гону был последней мразью, которая действительно заслуживала смерти. Хотя на самом деле никто не заслуживает её, но разве можно было остановить самого Хвана, когда он решил убивать? В данной ситуации точно нет. Хёнджина было просто невозможно остановить. Он убил много людей, и на каждого не было и капли сострадания и пощады. Страшное дело, но такова жизнь в этом грязном мире.
— Где я? - хрипит Гону, в горле жутко пересохло, а голова трещала от боли.
— Ну что ты, думаешь я скажу? - ухмыляется Бин.
— Что ты хочешь от меня!? - срывается на крик бета.
— Чтобы ты ощутил на себе то, что хотел для Феликса. Я подготовил для тебя отличную партию. Самые обдолбанные альфы к твоим услугам. - разводя руками, подытожил Со.
— Нет, прошу! Чанбин! Давай договоримся! - начинает умолять Гону.
— О чём? Входите, дорогие друзья. - бросает он в сторону.
В комнату входят человек пять. Их глаза затуманены и полны желания. Наркотики - отвратительная вещь. Но именно сейчас они были очень кстати. Гону пятиться к стене, но слишком поздно. Его пустят по кругу. Безжалостно и грязно. Как он и заслуживал в принципе.
Чанбин направляется к Хвану.
***
— Благодарю, Бин, радуешь меня. - похлопывая по плечу, произносит Хван.
— Ну а как иначе. - улыбается Чанбин.
— Хёни? - слышится тихий голос Феликса.
Хёнджин быстро возвращается в комнату и садиться рядом с омегой. Он хотел бы остаться с ним, но должен закончить свою месть красиво. Зря он что ли не разрешил Чанбину убить эту паршивую мразь?
— Что случилось, Солнышко? Тебе плохо? Что-то болит? - закидывает вопросами Хван.
— Нет, всё в порядке. Ты почему ушёл?
— Мне нужно немного отлучиться по делам, я скоро вернусь. Ложись обратно, ты устал. - укладывая омегу назад, отвечает Хёнджин.
— Хорошо, ты правда скоро?
— Да, мой хороший, спи. - целуя в лоб, произносит он и выходит из комнаты.
Братья направляются вниз, чтобы закончить свой план, который они когда-то рассказали Минхо и который так тщательно продумывали два дня. Тяжёлая дверь открывается, Хван заходит первый и видит голое тело, что сидит в углу. Гону сломан морально. Именно этого они и добивались. Звук чужого каблука заставляет бету поднять голову. В глазах всё тот же страх, он не хочет умирать, но смерть неизбежна.
— Гону, Гону, Гону. А я ведь говорил тебе не трогать Феликса. - начинает Хван.
— Почему ты так вцепился в него? - спрашивает бета.
— Я бы мог сказать тебе, но кажется это глупые слова. Тебе понравился мой подарок?
— Ты ублюдок. - выплевывает слова Гону.
Но тут же в его живот прилетает удар острым кончиком туфли. Хван приходит в ярость, которая застилает его глаза. Он видел перед собой только жалкое животное, больше никого. От такого Хёнджина стоило только бежать. Альфа безумен.
— Что ты сказал? - произносит Хван и бьёт снова. — Повтори! - грубо продолжает он.
Удар за ударом приходится в живот Гону, который начинает харкать кровью. Кажется Хёнджина было не остановить... Он заносит ногу снова, но резко останавливается. В дверях альфа видит Феликса. Чёрт.
— Хёни? Что ты делаешь? - спокойно, даже безжизненно, спрашивает Феликс.
— Ликсюш, ты чего? Иди наверх, я скоро вернусь. - меняется в лице Хван.
— Хёни... - произносит он снова, переводя взгляд на лежачего Гону. Тот начинает кашлять кровью.
— Чёрт, Ликсюш, иди наверх, прошу тебя. - замечая взгляд омеги, отвечает ему Хёнджин.
Феликс начинает мотать головой, к нему подступает новая истерика. Его нервы сдали окончательно. Он увидел гнев и желание убить в глазах своего любимого. Он увидел в нём монстра. Ли начинает трясти. По щекам бегут слезы, а голос срывается на крик. Феликс уже увидел один труп за сегодня, второго он бы точно не перенёс. Конечно омега знал, что Хван не святой человек и на его руках много смертей, но верить в это просто не хотелось, а видеть так тем более. Когда он заметил взгляд альфы, то по телу прошёл табун мурашек, а в голову ударил страх. Он правда испугался своего Хёни, который только недавно признался в любви и не причинил бы ему вреда. Но психика, которая изрядно пошатнулась, считала иначе. Он сходил с ума.
— Хван, нет! Не будь убийцей! Ты же правда убьёшь его! - кричит Феликс.
— Чанбин! - только и произносит Хёнджин.
Бин понимает без слов и начинает уводить омегу из комнаты, тот продолжает вырываться, громко крича. Но Чанбин сильнее, он выводит его из подвала. А буквально через минуту они оказываются снова в комнате. Феликса садят на кровать и закрывают дверь снаружи. Ему дико плохо...
***
— Совсем поплыл твой Феликс, как же так? - издевается Гону.
— Я бы так не радовался. Он продолжит жить в отличии от тебя. - цедит Хван.
— Ты думаешь я боюсь? Убей давай! - с отчаянием выкрикивает Гону.
— Ну.. нет.. так скучно. - вздыхает он.
В этот же момент в комнату заходит Минхо. В руках привычная канистра с бензином. А на лице улыбка. У них фетишь на огонь. Ну или же просто они хорошо знали о понятии «самая худшая смерть». Если вы ещё не поняли, то это сжигание заживо. Эта безумная мысль посетила Хёнджина слишком внезапно, но именно она закрепилась у него в голове. Хотелось сделать всё красиво и эффектно, как он сам любил. Гону садят на стул и привязывают к нему, когда Минхо начинает поливать его с ног до головы. Бета даёт заднюю и умоляет прекратить, но разве кто-то будет слушать какой-то мусор?
Чанбин возвращается вовремя. Они были как троя жнецов, что распоряжались чужими жизнями. Они были целой командой. Хван кидает взгляд вначале на Хо, а затем на Бина, и под кивок обоих кидает зажигалку. В миг разгорается красное пламя, а крики Гону, как самая прекрасная песня для их ушей. Они все безумцы.
План завершён.
***
Хёнджин возвращается в комнату, открывая дверь, что была закрыта на ключ. Он теплит надежду на то, что Феликс спит, но к сожалению, это не так. Ликс сидит на кровати и покачивается из стороны в сторону. Его глаза пустые, не выражающие буквально ничего. Взгляд будто в пустоту. Он не реагирует на звук двери, продолжая сидеть на месте. Омега окончательно сломан. Когда-то папа Феликса сказал Хвану, что тот невероятно ранимый, но разве мог в это поверить альфа? На тот момент нет, но сейчас он полностью убедился в этом. Его сердце делает кульбит, а страх подкатывает к горлу за своего омегу. Почему именно сейчас? Именно в данную секунду они снова сталкиваются с трудностями, когда казалось, что всё уже позади... Но жизнь не так проста, как может показаться изначально. К сожалению, они поняли это слишком в короткий срок. Двадцатиоднолетний Феликс пережил слишком много, что его психика дала заднюю. Он просто закрылся в себе, потеряв любую возможность для существования. Что делать?
— Солнышко? - подходя к омеге, произносит Хван.
В ответ тишина. Он даже не смотрит на альфу. Просто не реагирует, будто не живой. Хёнджин начинает нервничать. Он пытается докричаться до Ли, но всё просто безуспешно. Его руки дрожат и не попадают по телефону. Альфа звонит личному врачу.
Что с ним?
мой тгк: arlixyc