Лëжа со Стэном
День был тёплым, но не жарким. Лёгкий ветер гнал по небу редкие облака, трава колыхалась, пахло солнцем и лесом.
Где-то неподалёку смеялись Ричи и Эдди — шумно, по-детски.
Эдди, покраснев, уже в который раз пытался поймать Ричи, а тот, не умолкая, бежал по поляне, выкрикивая какие-то глупые шутки.
— Ричи! Верни мою куртку, идиот!
— Это трофей, малыш! Учись защищать свою собственность!
И снова смех, крики, звуки шагов.
Беверли с Беном переглянулись и покачали головами, Майк улыбался, а ты сидела чуть в стороне, прислушиваясь к этим знакомым звукам — весёлым, настоящим, будто ничто плохое никогда не происходило в Дерри.
Чуть дальше, у подножия холма, лежал Стэн.
Он лежал на животе, руки под подбородком, глаза устремлены вверх, туда, где между ветвей мелькали силуэты птиц.
Он не смеялся. Не грустил. Просто был — в тишине.
Ты посмотрела на него — что-то в его спокойствии резануло взгляд.
Он выглядел не одиноким, а скорее… отделённым. Как будто между ним и остальными стояла невидимая грань.
Ты поднялась, отряхнула ладонью траву и пошла к нему.
Он даже не заметил, как ты подошла, пока не услышал мягкий звук шагов рядом.
— Чего такой грустный? — спросила ты, опускаясь рядом.
Он чуть повернул голову, моргнул.
— Я не грустный, — тихо ответил он, и на лице мелькнула короткая улыбка. — Просто смотрю.
Ты нахмурилась, но улыбнулась в ответ.
— М-м, ну ладно. Но выглядишь как будто думаешь о чём-то очень тяжёлом.
Он пожал плечами.
— Иногда просто хочется… помолчать.
Несколько секунд вы молчали.
Потом ты легла рядом, тоже на живот. Трава мягко коснулась щёки, воздух был свежим.
— Можно я полежу? — спросила ты, хотя уже легла.
Стэн слегка растерялся, но кивнул.
— Конечно.
Он старался не смотреть на тебя, но взгляд сам скользнул вбок — к твоим волосам, к тому, как солнце играло на них, к тому, как близко ты была.
Сердце будто вздрогнуло, как от неожиданного громкого звука, хотя кругом было тихо.
Когда ты вдруг пододвинулась ближе и обняла его — мягко, небрежно, будто просто хотелось тепла, — он замер.
Мир вокруг будто стал тише.
Даже Ричи с Эдди где-то далеко перестали существовать.
Он чувствовал твоё дыхание на плече, ощущал тепло твоей руки, лёгкое касание пальцев на его рубашке.
И это было самое мучительно-сладкое чувство, которое он знал:
не то чтобы счастье, но нечто близкое к нему.
Такое, где сердце болит, но отказываться от этой боли не хочется.
В голове мелькнула мысль — а ведь она с Ричи…
и тут же пропала.
Он просто закрыл глаза, позволив себе один короткий, почти нереальный миг, где всё просто.
Где он — не «один из неудачников», не «странный парень, который любит птиц».
А просто кто-то, кому позволили быть рядом.
Ты чуть сильнее прижалась, и он тихо выдохнул, стараясь не выдать, как дрожит дыхание.
Для него этот момент длился вечность.
А потом он перевернулся на спину, чувствуя, как трава холодит кожу сквозь рубашку.
Ты не убрала руку, продолжая держать его.
Он вдруг поднял взгляд к ветке над собой.
— Эй, смотри! — сказал он, и голос его прозвучал живее, теплее.
Ты приподнялась, посмотрела туда, куда он указывал.
На ветке сидела птица — маленькая, с рыжевато-серым оперением, блестящими глазами.
— Это горихвостка, — тихо сказал Стэн, не отрывая взгляда. — Видишь хвост? Он у неё рыжий, как пламя.
Они прилетают сюда весной, но к осени почти всегда улетают. Гнёзда строят под крышами, иногда даже под черепицей.
И у них всегда — пара. Они летают вместе.
Ты улыбнулась.
— Красивая.
Он кивнул, а потом тихо добавил:
— Они не любят одиночества. Если одна теряется — вторая почти всегда долго ищет её. Иногда даже не улетает без неё.
Ты посмотрела на него.
В глазах Стэна было что-то очень чистое и тёплое — не грусть, а скорее доброта, которая пряталась за его спокойствием.
— Ты много знаешь о птицах, — сказала ты.
Он улыбнулся, чуть растерянно.
— Просто… люблю их. Они — как свобода, только настоящая. Без страха.
Ты на секунду подумала — что, может, именно это и делает Стэна таким: он видит в мелочах то, мимо чего другие проходят.
А потом просто тихо сказала:
— Я рада, что ты с нами, Стэн.
Он не ответил.
Но внутри него всё будто потеплело.
Мир вокруг стал ярче — трава, небо, даже крики Ричи и Эдди где-то вдали звучали уже не раздражающе, а по-домашнему.
А птица всё ещё сидела на ветке — и, казалось, наблюдала за вами так же внимательно, как Стэн наблюдал за ней минуту назад.