Ты почувствовал облегчение?
Он подошёл к ней тихо, будто не хотел спугнуть момент.
Двор был пуст — тёплый ветер шевелил листья, где-то вдалеке скрипел старый велосипед. Она стояла, облокотившись на перила, задумчивая, глядя куда-то в сторону.
Ричи чуть улыбнулся. Ему всегда нравилось подкрадываться к ней так, чтобы потом услышать её вздох — удивлённый, чуть раздражённый, но всегда настоящий.
Он обнял её со спины, крепко, но бережно. Щёкой коснулся её волос, вдохнул знакомый запах шампуня и чуть слышно сказал:
— Привет, красавица.
А потом поцеловал в шею — быстро, будто боялся, что передумает.
Она резко дёрнулась, словно очнулась:
— Что ты делаешь?!
Он, слегка смущённый, но всё ещё улыбаясь:
— Обнимаю. Целую.
— Зачем? — её голос был настороженным, почти холодным.
Ричи моргнул, будто не понял вопроса.
— Потому что люблю тебя.
Повисла пауза. Долгая, неловкая. Она повернулась к нему, в глазах — непонимание.
— Что? О чём ты вообще? Разве так проявляют любовь к друзьям?
И тут он будто застыл.
— Мы не друзья, — выдохнул он. — Мы уже больше года встречаемся… и дружим ещё дольше.
Она отступила на шаг, будто его слова ударили в самое сердце.
— Ричи, ты что? Мы не встречались и не встречаемся! — голос стал глухим, срывающимся. — Я думаю, мне уже пора.
— В каком смысле? Подожди! — он шагнул к ней, но она отступила.
— Я не хочу продолжать этот разговор! — бросила она, развернулась и ушла.
Мир вокруг начал растворяться. Цвета поблекли, звуки заглохли, воздух стал вязким, как дым.
Ричи стоял, не двигаясь, чувствуя, как внутри всё рушится.
Он открыл рот, хотел что-то сказать, но не смог. Всё расплывалось. Её силуэт исчезал, как отражение в воде.
Он вдохнул резко — и проснулся.
Грудь сдавило, сердце колотилось, будто он пробежал марафон. Пот выступил на лбу, а дыхание сбилось. Несколько секунд он не понимал, где он. Потом взгляд упал на знакомые плакаты на стене — «The Ramones», «Ghostbusters», старая гитара у кровати. Его комната. Дерри.
Он моргнул несколько раз, тяжело дыша, и только потом понял — это был сон.
Но почему так больно?
Всё ещё чувствовалось — прикосновение, запах, её голос, тот испуганный взгляд. Всё внутри сжималось. Он сел, потер лицо ладонями и прошептал сам себе:
— Дерьмо… Что за мозг, Ричи…
На тумбочке стояли часы отсвечивая лучи солнца. Он посмотрел — и сердце снова подпрыгнуло.
— Блин! Я опаздываю!
Ричи вскочил, натянул джинсы, футболку, схватил рубашку и очки. Через минуту уже вылетел за дверь, перепрыгивая через ступени. Его старый велосипед громыхал на каждом камне, когда он мчался к неудачникам. Ветер бил в лицо, но внутри всё ещё оставалась тяжесть от сна.
«Что, если это не просто сон? Что, если…» — мелькнуло в голове, и он тряхнул ею, будто хотел вытряхнуть лишние мысли.
Когда он добрался до места, все уже были там. Смех, болтовня, кто-то что-то рассказывал. Она стояла чуть в стороне — та самая, из сна, из его жизни, настоящая.
Ричи затормозил, спрыгнул с велосипеда, сердце снова заколотилось. Он хотел подбежать, обнять, прижать к себе — убедиться, что она реальна, что не исчезнет. Но в последний момент остановился.
Она заметила его и улыбнулась.
— Опоздал, мусорщик — сказала с привычной теплотой.
Ричи сглотнул, нервно поправил очки.
Но не успел он что-то сказать, как она сама подошла и обняла его.
Тепло. Настоящее. Реальное.
Он выдохнул — будто отпустило всё, что давило изнутри. И шепнул:
— Я тебя люблю.
Она чуть удивлённо отстранилась, глядя ему в глаза.
— Я тоже тебя люблю… Что-то случилось?
Он покачал головой, улыбаясь немного растерянно.
— Мы же не друзья, да?
Она моргнула, недоумённо:
— Мы встречаемся… Ты что, хочешь меня бросить?!
— Что? Нет! — он даже засмеялся, хоть голос дрожал. — Нет, конечно! Просто… странный сон приснился. Очень глупый.
Она фыркнула, улыбнулась и снова прижалась к нему.
— Ну, у тебя всегда странные сны, Тозиер.
Он тихо рассмеялся, обнял крепче, чувствуя, как напряжение растворяется.
Тепло её рук, запах ветра, шум ребят — всё это вдруг стало таким живым, настоящим.
Теперь он точно знал:
Это не сон.
И он никогда не захочет просыпаться от этой реальности.
После того как вы с Ричи подошли к остальным, атмосфера в быстро наполнилась обычным шумом — смех, перекрикивания, спор о том, кто первый полезет на дерево. Билл пытался всех построить, Беверли сидела рядом с тобой, болтая ногами над водой, а Майк принес газировку и пару шоколадных батончиков. Всё было как всегда.
Почти.
Ричи сидел чуть в стороне. Он пытался шутить, кидался веточками в Эдди, что-то язвил в адрес Стэна — но всё это звучало будто натянуто. В его глазах, за солнцезащитными очками, было что-то другое. Не то чтобы грусть… Скорее — растерянность.
Эдди заметил это почти сразу.
Он знал Ричи слишком хорошо — каждый вздох, каждую странную паузу между словами.
После того как вы ушли к дому, он тихо подошёл к другу.
— Эй, что с тобой? — спросил Эдди, скрестив руки. — Ты весь день как не в себе. Даже шутки тупее, чем обычно.
Ричи закатил глаза, но ответил не сразу.
— Да ничего, Эдс. Просто… устал, наверное.
Эдди поднял бровь.
— Устал? Ты? От чего? От того, что язык без остановки работает?
Ричи хмыкнул, но улыбка быстро погасла. Он снял очки, опустил взгляд на землю и тихо сказал:
— Мне сон сегодня приснился.
Эдди фыркнул.
— Ну и что? Тебе, наверное, каждую ночь снятся какие-то идиотские комедии про себя самого.
— Не такой сон, Эдс, — голос Ричи стал серьёзным.
Он вздохнул, уткнулся ладонями в колени. — Там была… она.
Эдди присел рядом, перестав подшучивать.
— Она — это… ну, т/и?
Ричи кивнул.
— Да. Она.
Он замолчал на секунду, собираясь с мыслями. Ветер шевелил траву, где-то жужжала оса, но в их маленьком мире стало неожиданно тихо.
— Короче, я подошёл к ней, — начал он, глядя куда-то в сторону. — Обнял. Поцеловал в шею. Знаешь, как я иногда делаю… просто так. Без повода. А она вдруг оттолкнула меня.
Он чуть усмехнулся, но без радости.
— Смотрит на меня и говорит: «Что ты делаешь?» Я, как идиот, отвечаю: «Обнимаю. Целую».
И вот тогда она говорит: «Зачем?»
— И что ты сказал? — тихо спросил Эдди.
— Что люблю её, — ответил Ричи. — Как будто это само собой разумеется. Он вздохнул, прикрыл глаза.
— А она — будто не понимает, о чём я. Говорит, что мы просто друзья. Что мы никогда не встречались. И… — голос дрогнул, — ушла. Просто так. Без объяснений.
Некоторое время они молчали. Эдди переваривал услышанное, глядя на друга.
Потом, неожиданно для самого себя, спросил:
— И… ты почувствовал облегчение, когда она сказала, что вы не встречаетесь во сне?
Ричи резко поднял голову.
— Что!? Нет! Наоборот! — в голосе прорезалась острая боль, будто Эдди задел живое.
— Облегчение? Ты издеваешься? Я проснулся с ощущением, будто меня вывернули наизнанку! — он говорил быстро, запинаясь. — Это был просто сон, да, но он был чертовски настоящий! Каждое слово, каждый её взгляд — будто по-настоящему.
Он сжал кулаки.
— Знаешь, Эдс, я всегда шучу, болтаю, изображаю клоуна… Но с ней — всё по-другому. Когда она рядом, у меня внутри будто весь этот шум в голове стихает. Как будто… становится тихо. Спокойно.
Он замолчал на секунду, подбирая слова.
— А потом просыпаешься, и первые несколько секунд не понимаешь — сон это был или реальность. И если бы оказалось, что это правда… что она правда ушла… я не знаю, что бы я сделал.
Эдди молчал, глядя на него с каким-то странным выражением — не раздражением, не удивлением, а, скорее, пониманием.
— Ты реально по уши влюбился, Тозиер, — сказал он тихо. — Даже не смешно.
Ричи криво усмехнулся.
— Да я давно в этом болоте, Эдс. Просто раньше думал, что умею держать голову над водой.
Он снова надел очки, пытаясь спрятать глаза, но голос всё равно дрогнул:
— Когда я проснулся и увидел, что всё нормально, что она… что т/и рядом, что мы вместе — у меня будто камень с души свалился. Я реально чуть не рассмеялся, но не смог. Просто сидел и дышал.
— Странный ты, Рич, — сказал Эдди, но уже мягко. — Может, и болтливый идиот, но… я рад, что ты хоть сейчас понял, насколько она для тебя важна.
Ричи фыркнул, глядя в сторону, но на губах появилась кривая, усталая улыбка.
— Я всегда знал. Просто, наверное, только теперь понял, что без неё… весь этот цирк теряет смысл.
Эдди усмехнулся, хлопнул его по плечу.
— Ладно, иди к ней, Ромео. Только в этот раз не целуй без предупреждения, а то опять в сон попадёшь.
Ричи фыркнул, но поднялся.
— Ха-ха, очень смешно. — Он стряхнул с колен пыль и направился к тебе.
А Эдди остался стоять, глядя ему вслед.
И хоть он никогда не признается, внутри у него мелькнула тёплая мысль:
«Пусть болтает сколько хочет. Главное, чтобы она всегда была рядом, чтобы он не потерял её — ни во сне, ни наяву».