Первый раз

9 июля 18:30

— Смешно тебе? — Я стояла напротив Майкла в грязных пыльных брюках, мокрыми волосами и раскрасневшимся лицом.

— Ты такая милая, когда злишься, тебе говорили об этом? Словно бельчонок, у которого забрали орешек, — не унимался он, пытаясь не смеяться в открытую.

— Ну и куда ты меня привез? — недовольно спросила я, рассматривая окружающую обстановку.

Мы припарковались у современной виллы, приютившейся на одном из холмов Лос-Анджелеса. Наверное, тут открывался прекрасный вид на Тихий океан. Мое внимание привлек высоченный белокаменный забор, который отгораживал территорию от внешнего мира. Я ни за что не перелезу это элегантное неприступное великолепие – мелькнула у меня мысль, смешанная с легкой тревогой. Майкл, как ни в чём не бывало подошёл к едва заметной панели в стене. Раздался мягкий щелчок, и часть этой каменной монолитной неприступности бесшумно отъехала в сторону, оказавшись тяжеленной, но послушной дверью.

— Идешь? — Обратился он ко мне, жестом приглашая пройти внутрь. Кажется, сейчас у меня в голове за пультом управления эмоциями находится страх. Ноги будто приросли к асфальту. Что я тут забыла, черт возьми? Захотелось резко отмотать все назад, и на вопрос Майкла поеду ли я к его знакомому ответить: «нет».

— Слушай, если бы я хотел что-то с тобой сделать, у меня было для этого предостаточно шансов, так что давай, поздно включать заднюю, — верно интерпретировав эмоции на моем лице сказал Майкл. Оторвав себя с места, я последовала за ним, на территории виллы.

Я шла молча, наблюдая за покачивающимися бедрами Майкла, который уверено вышагивал передо мной. Сама вилла казалась одноэтажной, но это было обманчивое ощущение. Она уступами спускалась по склону, открывая многоуровневые террасы. Где-то внизу должен был мерцать лазурный пояс бассейна, сливающегося с океаном иллюзией бесконечности. Безумная красота. Войдя в стеклянные двери, мы оказались в большой просторной гостиной. Воздух здесь был прохладным и пахнул чем-то неуловимо чистым. Пол был выложен огромными белыми мраморными плитами, а одинокая, но роскошная секция дивана стояла так, что из любого угла открывался вид на огромное панорамное стекло и величественный океан. Майкл, как у себя дома, неспеша разулся, оставив ботинки на аккуратной полке у входа.

— Тут не принято ходить в уличном, — бросил он мне через плечо, уже направляясь куда-то вглубь дома босыми ногами. — И не трогай ничего хрупкого, — можешь напороться на экспонаты искусства, стоящие миллиарды.

— Майкл, чей это дом? — спросила я, но мой голос был поглощён огромным пространством, не оставив эха. Он уже спускался по лестнице на этаж ниже.

— Идём, принцесса! Не заставляй ждать! — донёсся его весёлый голос.

Скинув туфли на ту же полку, где лежала его обувь, я босиком последовала за ним по холодному, идеально гладкому камню. Мы спустились по лестнице, прошли через столовую с длинным столом из эпоксидной смолы, миновали полуоткрытую дверь в какой-то кабинет, где на стене висела абстрактная картина, напоминающая бурю. Майкл изредка оглядывался, сверкая ухмылкой. Ему точно доставляло удовольствие наблюдать за моей внутренней борьбой между восхищением и нарастающей тревогой. Мы минули еще пару комнат, прежде чем вышли на террасу — на этот раз крытую.

И тут я увидела его.

Он сидел спиной к нам на мягком диване и что-то печатал на своем ноутбуке. Высокий, широкоплечий силуэт. На нём были простые тёмные брюки и свитшот с закатанными до локтей рукавами. От него исходила та же абсолютная, незыблемая тишина, что и от всего дома.

Майкл кашлянул.

— Рич, прошу прощения за вторжение. Но я привел решение нашей проблемы.

Ричард медленно обернулся. Свет от встроенных в потолок светильников упал на его лицо, высветив знакомые, идеальные черты и те самые глаза — бездонные и пустые. Его взгляд скользнул по Майклу, а затем остановился на мне. На моих грязных брюках, растрёпанных волосах и, должно быть, выражением полного недоумения на лице.

Так вот чей это дом. Ледяная волна осознания окатила меня с головы до ног. Я стояла босиком на террасе у Ричарда. Хрен пойми как далеко от своего дома. И без малейшего понятия, как вести с ним разговор.

Ричард медленно встал и подошел к нам, отдавая все свое внимание Майклу.

— Ты сейчас говоришь о том, о чем я думаю? — спросил он тихим голосом своего друга.

— Рич, брат, когда было такое, что мои идеи оказывались провальными? – подняв руки в сдающемся жесте, парировал Майкл. И глядя на приподнятую бровь Ричарда, добавил. — История с собаками подрывниками не считается.

— Чего? — не удержалась я, напомнив о своем существовании, и две пары глаз уставились на меня.

— Может, все-таки обсудим в деловой обстановке? — выдохнул Майкл, поворачиваясь к своему другу. Ричард ответил скептическим взглядом, и не говоря больше ни слова, развернулся и направился обратно в дом.

— Ну вот и хорошо, — озвучил свою мысль Майкл, и тронул мой локоть, подталкивая следовать.

Мы прошли через гостиную и оказались во внушительном кабинете. Ричард занял место за массивным письменным столом из тёмного дерева. Майкл непринуждённо опустился в одно из кресел перед ним. Мне оставалось только последовать его примеру, пытаясь не показывать, как дрожат колени.

— Итак, — начал Ричард, уставившись на Майкла, а затем медленно переведя этот пронзительный взгляд на меня. — У вас есть сорок секунд, чтобы заинтересовать меня. Начинайте.

Я посмотрела на Майкла умоляющим взглядом, надеясь, что он возьмет слово, но Майкл, сидя в кресле напротив, делал вид, что в данный момент его интересует только обивка сиденья. Вот зараза. Посмотрев на Ричарда, я собрала все мужество, которое у меня было, и пропищала:

— Мне нужно в Люксембург. — В комнате послышался тихий смех. Смех кого-то татуированного. Прокашлявшись, я вернула твердость голосу и продолжила. — Мне нужно съездить туда на пару дней втайне от своей семьи. Но из-за возраста меня никто не выпустит из этой страны одну. Мне нужны подставные документы. Майкл сказал, что ты можешь помочь. — Еле как выдавила я, находясь под его прокурорским взглядом.

— Зачем тебе туда? — на его лице не дрогнул ни один мускул. Как будто к нему каждый день приходят с такими запросами.

— Там находится Восточный банк, где лежит мое наследство. Я случайно об этом узнала. Николас не хотел мне говорить. Наверное, он считает, что в состоянии сам меня обеспечить. А для меня это важно, вдруг там что-то ценное.

— Как ты его получишь?

— Думаю, это уже не касается моего вопроса, с этим я разберусь самостоятельно. Мне нужно только попасть в Европу. — Сказала я, и затаила дыхание. Получается он мой единственный шанс. И от его решения зависит мое будущее.

— Повторю для ясности, — голос Ричарда был ровным, лишенным эмоциональной окраски. – Ты просишь меня организовать для неё подставные документы и логистику в Люксембург. А в обмен она соглашается выполнить для меня поручение в соседнем городе. Это суть? — Спросил он Майкла, переводя на него взгляд.

— В общих чертах – да, — кивнул Майкл, уже без тени своей обычной клоунады. – Давай посмотрим на детали. У нас есть проблема. Нужна девушка, которую невозможно связать ни с тобой, ни с твоим бизнесом, ни с нашим кругом, даже при самом тщательном расследовании. Она сейчас – идеальная кандидатура. Учитывая наш прошлый опыт, снова нанимать европейку, я бы не советовал.

Пока я хаотично пыталась сообразить, о чем вообще идет речь, и выловить момент, чтобы спросить об этом, Майкл полностью включился в диалог.

— Посмотри на неё, — он жестом указал на меня, и я невольно выпрямилась под этим двойным вниманием. — Она идеальна. У неё нет знакомых среди наших. У нее вообще нет ничего связанного с кем-то из нас. Ты ведешь социальные сети? — спросил меня Майкл, и я отрицательно качнула головой. — Потрясающе, видишь? Она сможет сыграть самую обычную девчонку, потому что она ею и была. Никакой гламурной мишуры, никаких привычек, которые могут выдать ее связь с нами. И главный козырь — продолжал Майкл, понизив голос, — у неё есть свой, личный интерес в этой поездке. Она не будет задавать лишних вопросов о твоём деле, потому что ей нужно, чтобы ты не задавал вопросов о её. Это не наёмная актриса, которую можно купить и которая потом будет болтать. Она мотивирована, Рич. Отчаянно мотивирована. Она будет осторожна. И исполнительна. Не так ли, Поли? — с нажимом спросил меня Майкл, намекая, что все вышеуказанные условия я буду безоговорочно выполнять, если хочу куда-то поехать. Сглотнув, я слегка кивнула головой и снова уставилась на Ричарда.

Я чувствовала себя будто на кастинге на главную роль. Причем брать мою кандидатуру или нет, обсуждали прямо при мне.

Ричард откинулся в кресле, его пальцы сложились домиком перед лицом. Он смотрел куда-то в пространство между ними, взвешивая. Я даже побоялась спрашивать о каком таком деле, где им нужна простая девчонка, идет речь. Тишина длилась так долго, что я уже начала думать, что он откажет.

— Кёльн, — наконец произнёс он в тишине комнаты. Его взгляд сфокусировался на мне. — Задание простое. Тебе нужно будет приехать в офис одного человека под видом студентки-практикантки из провинциального техникума, чтобы собрать материал для курсовой работы о логистике малого бизнеса. Я дам тебе предмет, который ты должна будешь оставить там, в кабинете начальника фирмы. Ты справишься с этим?

Подавив ком в горле, я кивнула.

— Справлюсь.

— Хорошо, — Ричард опустил руки на стол. Решение было принято. — Я займусь твоими документами и билетами. Подробные детали расскажу позже. Мы вылетим вместе.

Его слова прозвучали так же ровно и спокойно, как всё, что он говорил. Но мой мозг, уже празднующий успех и смирившийся, что надо будет оказать услугу Ричарду, внезапно споткнулся об один слог.

«Мы».

— У нас будет неделя, — продолжил он, не обращая внимания на моё застывшее лицо. — В начале отправимся в Люксембург, потом в Кёльн. Всё, что...

— Погодите, — мой голос прозвучал через-чур резко, перебивая его. Это было непроизвольно, на грани паники. — Что значит «мы»? Я... я думала, я поеду одна. С Майклом, или... или просто одна.

Ричард медленно поднял глаза и встретился со мной взглядом. В его чёрных глазах не было ничего, кроме холодной, непоколебимой уверенности.

— Ты думала неправильно, — констатировал он. — Тебе семнадцать лет. Ты несовершеннолетняя, путешествующая по поддельным документам. — Он сделал паузу, и саркастически подметил. — Что же это я за парень такой, если позволю тебе отправиться в такое... Приключение в одиночку?

Меня охватил холодный, тошнотворный шок. Лететь с Майклом — это одно. Это хотя бы понятный, пусть и несносный, хаос в татуировках. Но Ричард... Быть запертой на неделю с этим человеком? Его ледяным молчанием и всевидящим взглядом? В голове пролетели все наши последние встречи.

— Всё, что увидишь и услышишь в Кёльне, останется в Кёльне, – повторил он своё условие, уже глядя на меня так, будто ждал подтверждения, что я осознала новый, гораздо более пугающий расклад. — Все ясно?

Я попыталась сглотнуть, но горло было пересохшим. Кивок получился каким-то неестественным. «Мы». Это слово теперь висело надо мной, как дамоклов меч. Моя авантюра только что превратилась из увлекательного побега в тюремное заключение с самым пугающим надзирателем на свете. И выбора не было. Совсем. Еще раз взглянув на Ричарда, я поняла, что Мэри о деталях рассказывать не стоит. По крайней мере пока.

Вернувшись домой на такси, у меня была целая ночь чтобы все обдумать. И так, что мы имеем?

Через пару дней я лечу с Ричардом в Европу. Николасу скажу, что мы с Мэри едем отдохнуть в соседний штат к ее бабушке. Для пущего эффекта, она приедет и заберет меня с чемоданом на машине. У меня было пару минут вечером, чтобы позвонить ей и ошарашить новостью, что все получилось, и теперь нужно придумать легенду для Николаса. Я еще раз убедилась в том, как важно иметь хороших друзей, и как важно делиться с ними проблемами. Одна я бы точно такое не провернула. Главное теперь, чтобы мистер Уилсон отпустил. Хотя чего ему боятся? Я же спокойно таскаюсь по этому городу без охраны. Как будто и в соседний штат с подружкой могу съездить.

Так, вернемся к планированию моего путешествия. Мэри я сообщила что еду одна, и что это Майкл помог с подставным паспортом. Отчасти это правда. Если все закончится успешно, расскажу, что летала с Ричардом. Возможно. Не хотелось бы обманывать подругу, которой я и так уже достаточно наплела. Ведь вся история моей жизни здесь – ложь.

Я снова сидела перед открытым блокнотом, и смотрела на страницу, где я нарисовала парня из воспоминания. Мне нужно проверить социальные сети. Снова. По возвращению из Европы займусь этим вопросом основательно. Решено. В начале деньги отца, потом поиски златовласого парня на просторах мировой сети под названием интернет.

Разложив мысли по полочкам в голове, я наконец сомкнула глаза. О Ричарде думать не буду. Просто деловая поездка. Ничего страшного. Переживу его компанию.