Рождество для поцелуев/Og Buda

Гриша

Нас просят вернуться пораньше с гор для охоты за сокровищами. Когда я возвращаюсь в нашу виллу и обнаруживаю ее пустой, я решаю принять душ и привести себя в порядок. Я был с Егором, пока Есеня ушла с Артёмом.

Я вспоминаю ее прикосновения прошлой ночью, пока принимаю душ. То, как ее рука скользнула под низ моей толстовки и провела по моей груди. Моя тонкая футболка не смогла скрыть жар ее ладони, прожигающий мою кожу.

Я бы никогда не хотел торопить ее, и когда она сказала мне прошлой ночью, что допускает возможность того, что между нами что-то снова произойдет, мне потребовалась вся моя сила воли, чтобы остаться обниматься на диване, вместо того чтобы поднять ее и отнести в постель.

Вчера вечером, когда Артём прервал нас, она быстро отстранилась, и я сразу же заскучал по ней.

Мы встали, она сложила одеяло и позволила Артёму остаться в главном доме, пока мы вернулись в нашу виллу. Но как только мы оказались внутри, любые надежды на то, что все продолжится с того места, где прервалось, были потеряны, потому что она зашла в ванную и закрыла дверь. Я был почти уверен, что она не бреется и не надевает сексуальный наряд. Скорее, она говорила себе, что все идет слишком быстро.

Но это нормально. Я подожду ее. Она того стоит.

Я выключаю душ, сдвигаю стеклянную дверцу в сторону и тянусь за полотенцем, когда слышу, как она поет в комнате за дверью. Эта девочка находит Рождество каждый день, даже в музыке, которую она слушает.

Она поет «All I Want For Christmas is You», и я улыбаюсь, надеясь, как черт, что она думает обо мне.

Я провожу полотенцем по мокрым волосам, стремясь поскорее высохнуть и присоединиться к ней. Дверь в ванную открывается, и мы оба замираем.

Она моргает и выскакивает, захлопывая дверь.

- Мне так жаль, Гриш. Я не слышала тебя.

Я заворачиваюсь в полотенце, выхожу из душа и открываю дверь.

Она держит в ладони свои AirPods.

- Я только что увидела, как подъехала арендованная машина, и подумала, что ты с Егором, а я потерялась в своей музыке и... - ее взгляд падает на мою промежность.

- Не то чтобы ты не видела его раньше, - я выхожу в гостиную, чтобы взять одежду.

- Я знаю, но сейчас все по-другому.

Я усмехаюсь и выбираю одежду.

- Это не так.

- Теперь я его видела, и...

Я усмехаюсь, натягивая трусы, а затем роняю полотенце.

- Думаю, тебе понравилось то, что ты увидела.

Она сглатывает, и ее взгляд снова скользит к моему паху.

- Да ладно, что тут может не понравиться?

- Ценю комплимент.

Она закатывает глаза.

- Я приму душ.

- Я показал тебе свое, а ты не покажешь мне свое? - я ухмыляюсь ей.

Она останавливается на пороге ванной.

- Воспользуйся памятью. - она заходит и начинает закрывать дверь.

- Мне нужно освежить воспоминания, - говорю я, не отрывая от нее глаз.

Ее рука опускается с двери, и она выходит, хватая край своей толстовки. Господи всемогущий, она действительно собирается мне что-то показать?

Сантиметр за сантиметром она поднимает ткань, затем срывает ее, обнажая термобелье. По крайней мере, футболка плотно облегает ее грудь. Я никогда не хотел прикоснуться к чему-либо так сильно, как к ней. Я стону.

- Ты меня убиваешь.

Она хихикает.

- Отсроченное вознаграждение - это хорошо. - дверь закрывается.

- Не когда это так мучительно.

Из-за двери доносится смех, и я слышу, как включается душ. Я продолжаю одеваться, затем плюхаюсь на диван. Я очень надеюсь, что скоро у нас будет больше времени наедине.

Мы заходим в главный дом и видим, что Эйб на лестнице, а Гвен держит ее, чтобы она не шаталась. Он вешает что-то на балку перед камином.

- Что вы делаете? - спрашивает Есения.

- Мы чуть не забыли омелу. Я нашла ее в корзине со всеми припасами для охоты за сокровищами. Теперь, если кто-то окажется под ней, вы должны поцеловаться. - Гвен хитро поднимает брови.

По крайней мере, они дождались, пока Есения станет ко мне теплее, чтобы повесить ее. Было бы мучительно неловко, если бы она отказала мне на глазах у всей ее семьи.

Эйб спускается по лестнице.

- Ты знаешь традицию, дорогая, мы первые целуемся под ней. - он обнимает Гвен и притягивает к своей груди. Она хихикает, пока их губы не встречаются, и они целуются. Это сдержанный поцелуй, слава богу.

Пара за парой к нам присоединяются остальные, одетые и готовые к охоте за сокровищами, Нолан и Дарина в своих колясках. Гвен и Эйб раздают листы бумаги с перечнем того, что нам нужно найти. В списке нет ничего сумасшедшего, и мы должны быть найти все, что спрятано.

- Мы с твоей мамой в этом не участвуем. Первая команда, которая вернется со всем, побеждает. - Эйб садится. - Хотите оставить детей? - он смеется, потому что они все закутаны.

- Ты могла бы сказать мне до того, как я боролась с ней, чтобы надеть комбинезон, - говорит Артём, но отстегивает Дарину и передает ее своему отцу.

Егор поступает так же с Ноланом.

- Это уравнивает шансы.

- О боже, ты заставишь меня бежать? - спрашивает Настя, глядя на Иру так, как будто, им тоже следует остаться.

- Мы должны выиграть хотя бы одно из этих соревнований, - Егор направляется к двери, но Настя оттягивает его назад.

- Омела, - говорит она с улыбкой.

Он тоскливо смотрит на дверь, но наклоняется и целует Настю. Когда он дает ей лишь целомудренный поцелуй, она сжимает его куртку в кулак и удерживает его губы на месте. После того, как проходит неловкое количество времени, пока мы все это наблюдаем, она отпускает его.

- Помни, в конце этого ты идешь в постель со мной.

Егор кивает, и я смеюсь.

- Я никогда не женюсь, - ворчит Артур.

Лера фыркает.

- Это было немного горячо, - продолжает Артур. - Но она держит тебя за яйца.

- Мои яйца вполне целы. Это называется компромисс, - Егор снова поворачивается к Насте. - И позволь мне показать тебе, как ты должен на самом деле целовать свою жену. - он наклоняет ее и целует ее полностью, заставляя меня отвернуться, когда я вижу язык.

- Дети! - кричит Есения.

- А эта расстроена, потому что не получает ничего. - Артур указывает большим пальцем в нашу сторону.

- Как насчет того, чтобы все просто уже начали. - Гвен машет рукой, держа Нолана на коленях.

Мы все выходим на улицу, и я полон решимости взять на себя инициативу в этом. Я сидел сложа руки и позволял Есении возглавлять большинство соревнований, но я очень хочу выиграть это для нас и немного покрасоваться перед ней.

- Пошли, - я направляюсь к тропе, которую видел в ту ночь, когда оставил ее в вилле, когда мне нужно было побыть одному, чтобы снова собраться с мыслями. К счастью, все, что сказала Гвен той ночью, похоже, открыло новую страницу для нас. Я всегда буду благодарен за это.

- Куда мы идем? - спрашивает Есеня, и я беру ее за руку.

- Я знаю тропу, где мы можем найти все. - я оглядываюсь и вижу, что все разошлись в своих направлениях.

- Просто чтобы ты знал, Артём был армейским рейнджером, так что мы, скорее всего, не выиграем, - говорит она.

Я останавливаю нас у начала тропы. Я забыл об этом. Все же...

- Где же мой маленький конкурентный огонек?

Она смеется.

- Устала, и я не очень хороша в этой части. Я знаю свои минусы и где мои братья преуспевают.

Я смотрю на нее долгим взглядом, и она поднимает брови, когда я не сразу что-то говорю.

- Ты не веришь в меня?

- Ну, ты живешь в городе и не выглядишь очень уж любителем природы. Ты все еще используешь лыжи, чтобы спуститься с горы.

Я усмехаюсь и качаю головой.

- Что за ненависть к лыжникам?

- Ничего, но тебе всего тридцать. Пора вставать на доску, приятель. - она ухмыляется мне.

- Позволь мне показать тебе другую свою сторону. - я поднимаюсь на небольшой холмик и поднимаю плоский камень, бросая его в сумку, которую дала нам Гвен. - Первый готов.

Мы продолжаем подниматься по тропе, и после того, как я нашел наш четвертый предмет, она наконец начинает увлекаться поисками.

- Фу, мох, но это "что-то мягкое", - она поднимает его, и я кладу в сумку.

- Видишь, разве это не весело? - я обнимаю ее за плечи.

- Признаю, я не думала, что ты такой наблюдательный, но ты нашел почти все. - она прижимает губы к моей шее. - Спасибо.

Проходит еще час, и когда у нас есть все, мы спускаемся по тропе к дому, но я замечаю, что Артём и Ира приближаются с другой стороны.

- Готова бежать? - спрашиваю я Есению.

- Конечно.

Мы увеличиваем скорость, стараясь не дать Артёму и Ире увидеть нас, ведь они тоже побегут, если увидят.

- Черт!

Я оглядываюсь и вижу Есению на земле, лицом в сугроб снега. Она поднимает голову, и она красная от температуры льда.

- Ни за что, победа моя, - кричит Артём и хватает Иру за руку.

Есения встает, но снова поскальзывается на льду. Я наклоняюсь и поднимаю ее, перекидывая через плечо. Ни за что я не позволю Артёму победить нас. Мои глаза прикованы к нему, сужаясь, пока я преодолеваю расстояние, перепрыгивая через небольшой куст.

- Боже, я могу бежать. Опусти меня, - кричит Есения. Артём практически тащит Иру.

- Эй, я работаю в пекарне. Я не бегаю на беговой дорожке, украшая кексы. Помедленнее, - огрызается Ира на своего мужа, который выглядит так же решительно, как и я.

Мы все в нескольких футах от двери и увеличиваем темп. Я достигаю двери прямо перед ним, кладу руку на дверную ручку, и Есения почти соскальзывает с моего плеча.

- Черт, - говорит Артём.

Я открываю дверь и врываюсь внутрь, где Гвен и Эйб смотрят на нас.

- Оба человека должны войти в дверь, чтобы иметь право на победу, - говорит Артём.

- Я могла бы, если бы кто-то опустил меня, - ворчит Есеня.

Я опускаю ноги Есени на пол и бросаю нашу сумку перед Гвен и Эйбом.

- Вы, ребята, были быстры. - Эйб кивает нам обоим. - Впечатляет, Гриша. Мы думали, это победа будет за Артёмом.

- Так и было, если бы вы сказали, что Есения должна была войти сама. Он нес ее последнюю четверть мили. - Артём скрещивает руки.

- Мои ноги не совсем все время были на земле. - Ира смотрит с укором на своего мужа и забирает Дарину у Эйба, который сидит с ней в кресле.

Артём тяжело вздыхает.

- Похоже, все здесь. Вы, ребята, победители, - говорит Гвен.

Я хватаю Есению и обнимаю ее. Мы немного пританцовываем, затем Эйб прочищает горло. Мы останавливаемся и смотрим на него, а он смотрит наверх.

Вот черт.

- Омела для победителей, - говорит Артём фальшиво-восторженным голосом.

Ира качает головой, но ничего не говорит.

Грудь Есении поднимается и опускается, когда она встречает мой взгляд. Я смотрю на маленький пучок зелени с красной лентой, обмотанной вокруг него, затем обратно на Есению. Я смотрю на нее с вопросом, спрашивая разрешения, и она кивает.

Я наклоняю голову, но чем ближе я становлюсь, тем больше я не хочу целовать ее впервые снова здесь, перед ее семьей. Я хочу, чтобы это были только мы, так что в последнюю секунду я сворачиваю и целую ее в щеку.

- Дрянь, - говорит Артём. - Они не должны побеждать, потому что не умеют целоваться.

- Хватит, Артём, - говорит Ира.

Что бы ни было в ее тоне, заставляет меня пристальнее посмотреть на Есению. Я почти уверен, что на ее прекрасном лице - разочарование. Дверь открывается, и Егор стонет, сгибаясь и тяжело дыша.

- Черт.

- Ну, это было не очень весело. - Настя следует за ним. - Артур и Лера в своей вилле. Они сдались примерно через пять минут.

Со всей этой суматохой я продолжаю смотреть на Есению. Она выглядит расстроенной, что я не поцеловал ее, но ей просто нужно быть терпеливой. У меня есть планы на нас.