глава 7
Гриша
Во всем виноват Джордж Майкл. Если бы он никогда не написал песню «Last Christmas» и его группа Wham! не исполнила бы ее, я бы не услышал ее из динамиков в аэропортовском магазине как раз перед тем, как Есения наткнулась на меня.
Что такого в праздниках, что заставляет тебя переживать жизненные решения заново?
Это казалось судьбой, что она оказалась там сразу после того, как я сказал себе, что, как только вернусь с праздников, разыщу ее и попытаюсь с ней связаться.
Я возвращаюсь к выходу на посадку, все еще не веря, что она обменялась со мной номерами телефонов. Это должно быть хорошим знаком. Знаком, который предполагает, что она чувствует то же, что и я - что наше время вместе, возможно, еще не закончилось.
Я так погружен в свои мысли, что требуется мгновение, чтобы осознать, что мой кузен и его жена, кажется, спорят. Желание развернуться и вернуться в магазин к Есении нарастает, но это было бы уже слишком. Я не хочу давить на нее слишком сильно и слишком быстро.
- Эй, - говорю я, мой взгляд падает на чемодан, стоящий напротив них. Я бы поклялся, что это чемодан Есении, но... - Откуда это взялось?
Егор смотрит на меня.
- Он принадлежит той женщине, о которой я тебе говорил.
- Женщине? - Он ничего не говорил мне о какой-то женщине.
- Ты не потрудился рассказать ему? Ты вообще когда-нибудь слушаешь меня? - Настя достает плачущего Нолана из коляски и уходит, укачивая его.
- Говорил. - он проводит рукой по волосам. - Почему это всегда моя вина?
- Не то чтобы я занимал чью-то сторону, но ты мне не рассказывал. - обычно я не стал бы задавать вопросы о чемодане или приставать к Егору, когда он явно расстроен, но он выглядит в точности как тот, что Есения катила по коридору отеля прошлой ночью.
Он разводит руками.
- Это сестра мужа лучшей подруги Насти. Она летит с нами.
- То есть она присоединится к нам на праздники? - мое сердце не должно взлетать при мысли, что, возможно, это Есеня.
Егор долго и пристально смотрит на меня, его выражение лица намекает, что он хочет ударить меня по лицу, если я задам еще один вопрос.
- Раз она семья Артнма, то да.
- Артём - это муж лучшей подруги Насти? - спрашиваю я, садясь рядом с чемоданом. Если это чемодан Есении, я буду ждать ее прямо здесь.
- Хочешь, чтобы я нарисовал генеалогическое древо? - его взгляд следует за Настей, которая, как я полагаю, где-то позади меня. - Да, он ее муж.
- Она живет в Нью-Йорке?
Взгляд Егора переключается на меня, но лишь на секунду, прежде чем возвращается к Насте.
- У нее плачущий ребенок, чувак. Не думаю, что кто-то попытается увести ее у тебя.
Теперь я заслуживаю его по-настоящему злой взгляд. Тот, что, как я думал, он оставлял только для меня, когда я обыгрывал его в «Морском бое».
- Ну? - спрашиваю я.
- Что? - он отрывает взгляд от жены и хмуро смотрит на меня.
- Она живет в Нью-Йорке?
Он качает головой. - Вот все детали, чтобы ты отстал от меня по этому поводу. Она была здесь на собеседовании. - он замолкает, и мое сердце начинает биться чаще. Неужели это правда?
- Интересно...
- Так что она полетит с нами в одном самолете, мы подвезем ее к горным шале, где мы остановились, и там она воссоединится со своими братьями, племянницей, невесткой и родителями. Достаточно информации? - он встает, чтобы подойти к Насте, полагаю.
- Как ее зовут?
Его плечи опускаются, и он смотрит на меня сверху вниз.
- Есения.
Он направляется к Насте, и хорошо, потому что я теряю дар речи. Я тянусь к бирке на брошенном багаже и переворачиваю ее, чтобы увидеть написанное там имя «Есения Рассел» с адресом в Портленде.
Вот же блять. Этого просто не может быть.
- Ладно, кого ты знаешь в авиакомпаниях? - раздается голос Есени, я поворачиваюсь и вижу, что она стоит с книгой в сгибе руки, пакетом Skittles, пачкой жвачки и бутылкой воды. - И не трогай чужие чемоданы.
Она обходит меня, подталкивает свой чемодан ногой и садится на одно сиденье дальше от меня. Выбрав сесть рядом с каким-то случайным парнем, который поглощает бургер, словно его неделю морили голодом в клетке.
Она, должно быть, не знает, кем я прихожусь Егору, и это вызывает у меня довольную ухмылку, ведь именно мне выпадет честь сообщить ей об этом.
- Почему ты сидишь у моего выхода на посадку, Гриша? - спрашивает она, кладя сумочку на сиденье между нами и открывая свой Skittles.
- Вообще-то, это забавная история. - я поворачиваюсь к ней лицом.
Ее темные брови взлетают, но она выглядит скучающей от игры, в которую я хочу с ней сыграть.
- Что? Ты летишь в Юту? - она закатывает глаза, словно эта идея абсурдна.
- Собственно, да.
Она с слишком большой силой разрывает пакет, и Skittles рассыпаются по полу.
- Прости, что?
Все дети поблизости опускаются на колени, собирая конфеты. Их родители говорят им остановиться, но один малыш успевает засунуть пригоршню в рот, и я содрогаюсь, наблюдая, как он улыбается, пока мама поднимает его с пола.
- О боже, мне так жаль. - Есения бросает свой полупустой пакет со Skittles и наклоняется, чтобы собрать рассыпавшиеся разноцветные кусочки.
Я присоединяюсь к ней, мы оба стоим на коленях на полу, тщательно выискивая все конфеты. Надеюсь, она понимает, что я делаю это только ради нее.
Она смотрит на меня снизу вверх глазами, полными шока и настороженности.
- О, отлично, вы познакомились. А почему вы оба на полу собираете Skittles? - говорит Настя у меня за спиной.
Я встаю, зажав в руке свою горсть Skittles. Есения делает то же самое.
- Я явно что-то упустила, - говорит Есеня, прежде чем подойти к мусорному баку и выбросить Skittles внутрь.
Я тоже выбрасываю свои, а Настя достает влажные салфетки из сумки с детскими принадлежностями и протягивает их нам. Мы оба вытираем руки.
- Есь, это кузен Егора, Гриша. Он присоединяется к нам в поездке, - говорит Настя.
Есения смотрит на меня с укором.
- Он что? Я ничего об этом не знала.
Егор, который теперь держит Нолана, присоединяется к нам, наклоняясь ближе к Насте.
- Значит, я не единственный, кто забывает рассказывать людям о таких вещах.
Она сужает глаза и игнорирует его. Егор садится на свое прежнее место.
- О, отлично... - начинает Есения, прежде чем кто-либо успевает что-то сказать. - Итак, сначала моя семья выиграла меня в голосовании и решила, что мы будем проводить Рождество в каком-то горном городке вместо родного дома, потом я сталкиваюсь со своим мимолетным романом из Лондона, выясняю, что он мой конкурент на работу мечты, и теперь мне придется провести праздники с этим самым мимолетным романом, - она разводит руками. - Плюс, мои Skittles... - она с тоской смотрит в сторону мусорного бака.
- Мимолетный роман? - переспрашивает Настя. Она поворачивается к Егору. - Ты знал, что они знакомы?
- С чего бы я это знал? - говорит он.
Неужели ребенок приносит с собой такую раздражительность друг к другу?
Егор и Настя смотрят на нас, как и тот парень, поедающий бургер, и почти все остальные вокруг. Мой взгляд перескакивает на Есению. Сколько она хочет им рассказать?
- Мы начинаем посадку сейчас... - объявляет один из сотрудников авиакомпании у выхода на посадку.
- Наверстаем упущенное в самолете. - Настя поворачивается к Егору, который уже накидывает сумку с детскими принадлежностями на плечо.
Егор передает Нолана Насте и складывает коляску. Они работают, как одно целое, и не в первый раз в жизни я впечатлен своим кузеном.
- Ты поймешь, когда будут свои дети, - говорит Егор, проходя мимо меня.
Они вдвоем направляются к выходу на посадку, чтобы пройти первыми, поскольку у них ребенок, оставляя Есению и меня наедине.
- Не могу в это поверить, - она убирает книгу в сумочку и хватает ручку своей ручной клади. - Похоже, эти праздники станут для меня худшими в жизни.
- Думаю, возможно, это знак. Мы можем использовать это время, чтобы восстановить связь. - я беру свою небольшую ручную кладь и перекидываю ее через плечо.
- Мы не будем восстанавливать связь. - она проносится мимо меня.
Парень с бургером бросает на меня взгляд, который говорит: «Жаль, чувак, но она не заинтересована».
И, возможно, она и нет, но я не могу не думать, что это мой шанс. Сколько раз в жизни выпадает второй шанс исправить ошибку?
У нас больше нет проблемы с университетом и тем, что я был ее наставником. Конечно, мы претендуем на одну и ту же работу, но это проблема на потом.