Грани

Ночью снова были кошмары. Но не навеянные призраком, а обычные: Алиса убегала то от окровавленного Олега, то от двух огромных тряпичных кукол с ножами. За всем этим наблюдали бесстрастная Габриэль и громко хохочущая Алекса, а над ними кружила стая ворон.

Глупый сумбурный сон, навеянный вчерашними событиями.

Алиса открыла глаза, бездумно глядя в белый натяжной потолок. За окном светлело, медленно занимался рассвет. Может, всё это действительно просто ужасно глупый сон, вызванный стрессом? Нет никаких призраков, Алекса вчера не приходила, а она сама просто упала и ударилась головой?

«Было бы славно»

Пальцы нащупали тёплый чокер на шее. Нет, точно не сон. Но что теперь делать? Алекса сказала, что с этим оберегом влияния призрака ей больше не страшны. Значит, никаких жутких кошмаров и головных болей? Звучит неплохо. Но верить на слово рыжей девушке Алиса точно не будет – подождёт пару дней, проверит, не появятся ли симптомы снова. А вообще, за ночь у неё наконец появились вопросы. И она готова была их задать.

Умывшись и приняв душ (предварительно тщательно осмотрев ванную комнату и убедившись, что никаких призраков она не видит), Алиса решительно направилась на кухню. Там царил полумрак - Габриэль, как всегда, не включила свет. Она уже сидела на стуле, прижав колени к груди, и пила чай. Соседка была похожа на взъерошенного воробья. В слабом свете рассвета её глаза, казалось, подсвечивались мягким лиловым отсветом. Её зелёные пряди торчали в разные стороны, а под глазами отчётливо проступили синяки бессонницы.

– Доброе... – начала Алиса, но тут заметила слабое сияние на кофеварке. Фиолетовые руны пульсировали вдоль корпуса, словно подчиняясь биению невидимого сердца. – Что это?!

– Улучшение вкуса, ускорение готовки... И вроде что-то для защиты от поломок, – даже не подняла глаз Габриэль. – не я делала. Как сон?

– Как в фильме ужасов категории Б, – буркнула Алиса, опасливо наливая себе чашку кофе. Аромат оказался на удивление насыщенным. – Ты вообще спала?

– Два часа. Мне больше не нужно.

Габриэль наконец повернула к ней лицо. В утреннем свете её черты лица казались ещё более острыми, почти неестественными.

– Эй, принцесса, что, не тянет падать в обморок при виде меня?

Алиса вздрогнула и обернулась. На другом стуле сидел Олег. Девушка заметила, что его тело немного утопало в сидушке.

– Как ни странно, нет, - девушка сделала глоток кофе, ощущая, как сладкий напиток разливается теплом по телу, - но я всё ещё не вполне уверена, что вы не накачали меня какой-то дурью.

– Если бы... Я, знаешь, до своей смерти тоже в призраков и подобную хрень не верил, – вздохнул Олег. Он всё ещё выглядел как обычный парень лет 20-ти. Но Алиса помнила кровавые пятна и перерезанное горло. - Я первые две недели после смерти вообще думал, что это галлюцинация перед окончательным отключкой.

– Кстати, не знаю, вежливо ли о таком спрашивать..., – начала она нерешительно.

– Понятия не имею, – сразу перебил её Олег. – Ни как умер, ни почему так влияю на окружающих, ни почему не могу уйти дальше, если это «дальше» вообще есть.

Габриэль поставила кружку на стол с тихим стуком.

– Олег – особый случай. Обычно призраки помнят момент своей смерти. - Фиолетовые глаза внимательно смотрели на Алису. - Насколько я знаю, среди людей в ходу легенда, что здесь призраков держит какое-то незаконченное дело. Это правда.

Олег скрестил руки на груди, контуры его фигуры слегка дрожали. Иногда его тело в рассветных лучах становилась полупрозрачным. Но затем он снова становился плотным, будто мир на мгновение забывал о его существовании, а потом, спохватившись, добавлял ему чёткости.

– Жертвы убийств хотят мести, - продолжила Габриэль, - а те, кто умер по естественным причинам – передать послание близким, попрощаться или в последний раз увидеть что-то ценное для них. Олег же не знает как умер. Не помнит.

– Поэтому рядом с ним так... плохо? Ну, без оберега?

– Нет. Аура всех призраков так действует на обычных людей.

Она сделала паузу, подбирая слова.

– Скажем, сейчас Олег уже не принадлежит этому физическому миру – на него не действуют его законы. И вокруг него есть особое... ну пусть будет поле, вступая в контакт с которым обычный человек начинает испытывать панику, физическое недомогание, безотчётный страх. И желает скорее оказаться подальше от неприятного места. Зайди ты в комнату Олега без оберега – обмороком бы не отделалась. Хотя, ты более устойчива к его воздействию. Это странно. Предыдущие уже на вторую неделю бились в истериках и уезжали не прожив и месяца.

– Я уже после первого предлагал удалить это дурацкое объявление о сдаче жилья, – проворчал Олег, – чувствую себя жутким монстром. Я же не виноват, что теперь так влияю на живых.

Габриэль повернулась к нему, и в её обычно бесстрастном взгляде мелькнуло что-то похожее на сочувствие.

– Я раз двадцать тебе говорила: в квартире должны быть живые. Иначе потеряешь себя и станешь полтергейстом. Живые напоминают о том, что ты тоже когда-то был таким же. А я не подхожу.

Заметив испуганное выражение лица Алисы, Габриэль тут же пояснила:

– Моя энергия... другая. Её не хватит для Олега. Это всё равно как вампира кормить фруктовым соком вместо крови.

– А вампиры тоже существуют? – Алиса поежилась. Олег заинтересованно подлетел над стулом.

– Я не встречала.

Алиса пыталась переварить новую информацию. Крепкий кофе с тремя ложками сахара очень ей в этом помогал. Она сделала большой глоток, ощущая, как сладкий напиток обжигает язык.

– Ты же могла дать такие обереги и другим жильцам... Почему не дала?

Вместо Габриэль ответил Олег:

– Во-первых, их создание очень долгий и трудный процесс, насколько я знаю. Алекса дала его тебе лишь потому что была должна Габ. Теперь они в расчёте. Ну и одной до тебя всё же попытались дать. – Парень поморщился.-  Второй по счёту. Габриэль дала ей свой. Но она так орала... Называла нас отродьями Дьявола, что нас всех нужно изгнать и осветить тут всё святой водой. Собиралась бежать в церковь... В общем, пришлось снять с неё оберег, а память почистить... С оберегом ты начинаешь видеть вокруг себя много нового. Не каждый выдержит.

– Люди не хотят верить. Им интересно читать про призраков или демонов. Но жить с ними в одной квартире желающих нет,  – подытожила Габриэль. – Решили больше не рисковать. Корректировка памяти стоит дорого. Поэтому обходимся временными подпитками.

Алиса переводила взгляд с Олега на Габриэль и обратно.

– А почему нельзя просто оставить его одного? – Выражение лица Олега не поддавалось описанию в этот момент. - Да, звучит не очень... Но разве тогда он не исчезнет?

– Добрая девочка..., – фыркнул Олег. – И вообще, я как бы тоже тут. Может, я и мёртв, но всё ещё вас слышу! Как сказала Габриэль, без подпитки энергией живых я одичаю, озлоблюсь и стану полтергейстом – призраком, которым движет лишь желание причинить боль. Таким уже плевать на незавершённое дело. Они просто хотят, чтобы все живые стали не живыми. И не бесили их. Мы медленно сходим с ума. Сначала просто раздражает каждый ваш вздох, каждый стук сердца. Потом появляется мысль — а что если заставить вас замолчать? Навсегда. Я тоже иногда ощущаю это раздражение. Но убивать вас желания нет. Пока что. Хотя твой музыкальный вкус иногда меняет моё мнение.

Алиса увидела, что Олег неловко улыбается, явно пытаясь пошутить, и поддержала шутку немного нервным смехом. Она обхватила руками теплую кружку, чувствуя, как пальцы слегка дрожат.

– У меня ещё вопросы, – девушка повернулась к Габриэль.

Соседка обняла колени руками и посмотрела на Алису.

– Задавай.

– Кто ты? Ну... точнее, чем ты занимаешься?

– В данный момент – отвечаю на твои вопросы, – невозмутимо ответила Габриэль, но заметив выражение лица Алисы, вздохнула и нехотя продолжила, – я... Ну, наверное, проще будет сказать, что я помогаю людям в этом городе защититься от сверхъестественных сущностей. А иногда помогаю этим самым сущностям вернуться домой.

– Домой? То есть в Ад? Чистилище? Или куда они вообще... 

– Ты пересмотрела фильмов, принцесса, – фыркнул Олег, но его смешок прозвучал натянуто. Его полупрозрачные пальцы барабанили по столу, не издавая ни звука.  

Габриэль ещё раз вздохнула. Лицо её ничего не выражало, но Алиса прям чувствовала, что ей совершенно не хочется объяснять настолько очевидные для неё самой вещи.

– Что ты знаешь о параллельных мирах? – спросила она.

– Ну... Видела пару фильмов про мультивселенные. «Доктор Стрэндж», «Всё везде и сразу»..., – наморщила лоб Алиса.

Теперь, после разговоров о призраках и магии, концепция других миров не казалась ей такой уж безумной.

– Сойдёт. Представь, что наш мир – лишь один шарик в огромной чаше, наполненной ещё тысячами таких же шариков. Каждый шарик – отдельная вселенная со своими законами. Физика, химия, даже сама материя могут радикально отличаться. Чаще всего эти шарики никак не взаимодействуют друг с другом, но иногда, не спрашивай как и почему – этого я не знаю. Так вот, иногда они могут соприкоснуться, образуя Грань – границу между двумя реальностями. Через неё могут пройти... гости. Некоторые приходят целенаправленно. Других затягивает случайно. Но почти все они опасны – либо из-за своей природы, либо просто потому, что наш мир для них ядовит, а они – для нас. Ну и чаще всего их единственная цель – пожирать или убивать всех вокруг.

– Ну, вроде понятно... А какова твоя роль? Ты вроде воина света с мечом и щитом, ограждающего нас от зла? – хмыкнула Алиса.

«Это вряд ли»

Габриэль поморщилась, а затем снова уставилась в пустое пространство и продолжила:

– Нет. Я не герой и не защитник. Я... наверное, можно сказать, что я - наёмник. Исправляю чужие ошибки. Если мне за это платят. Или если эти «гости» начинают мешать моей жизни. Ну и иногда я занимаюсь «местными» проблемами – призраками, духами и прочей нечистью.

– Ясно... Так вот куда ты исчезаешь по ночам, — протянула Алиса, вращая в руках кружку. — Наш личный экзорцист-фрилансер.

Новый мир был интересен. Пока что она воспринимала всё просто как ещё один сериал про сверхъестественное или книгу. В конце концов – сама в серьезной опасности она ещё ни разу не была. Так чего пугаться? Просто сказка на ночь. Обморок и головная боль не считаются.

Девушка провела пальцами по ободку кружки. Вопросов становилось всё больше и нужно успеть задать их все, пока Габриэль готова отвечать.

– А клиенты сами тебя находят? — поинтересовалась она, наклоняясь вперед. — Или ты развешиваешь объявления: «Изгоню любую нечисть, недорого, гарантия результата»?

– Обычно находят. Через Алексу, через других... осведомлённых. Мои услуги стоят дорого. Особенно для обычных людей. Большинство предпочитают не замечать странности. Могут годами жить с сущностью в подвале, списывая всё на сквозняк или грызунов. Человеческий разум — мастер самообмана.

Габриэль встала и пошла к раковине ополоснуть кружку. Алиса вновь уловила аромат жасмина от её напитка.

– Люди предпочитают ничего не видеть, пока не станет слишком поздно. Даже когда что-то спит у них в кровати или ест из их холодильника. Человеческий мозг умеет... рационализировать. Ты сейчас видишь это только благодаря оберегу. Обычно люди...

– Не верят своим глазам, — закончила за неё Алиса. Она задумалась, её пальцы сами собой потянулись к чокеру на шее. В памяти всплыли детские страхи — тени в углу спальни, шёпот из пустого шкафа, которые родители называли «бурной фантазией»...

Габриэль молча кивнула, вытирая руки.

 – Хватит на сегодня. У меня много дел. А ты всё равно скоро уедешь, – Габриэль направилась к своей комнате.

Алиса вздохнула, взяла с тарелочки печенье и пошла к себе. Сегодня воскресенье, надо сделать домашку, постирать, списаться с Верой... Они хотели вместе посмотреть сериал в среду – нужно было выбрать парочку вариантов. Призраки, духи и магия – это, конечно, интересно, но обычную жизнь никто не отменял. Призрак не сдаст за неё сессию.

– Эй, принцесса!

«Чего он привязался?»

– Я могу зайти к тебе в комнату? Есть разговор.

Алиса быстро осмотрелась вокруг: вроде ничего неприличного на видных местах нет. Пусть он и призрак, но всё же парень. Ещё и симпатичный.

– Ну... заходи. Не думала, что тебе нужно разрешение.

– Может я и мёртв, но воспитание никуда не делось! А постучать, сама понимаешь, я не могу, – тело Олега прошло сквозь деревянную дверь. Алиса заметила, что при соприкосновении с физическими объектами, призрак словно превращался в облако пыли с контурами человека. Преодолев препятствие он снова становился собой.

Олег оказался в комнате и с любопытством огляделся. Кажется, он действительно сюда не заглядывал без разрешения.

– Миленько, – усмехнулся он, рассматривая розовый пушистый халат на кровати. Алиса покраснела. – Слушай... а ты не хотела бы остаться тут? В смысле – продолжать снимать жильё и всё такое. До университета близко, цена небольшая, а проблема с кошмарами решилась сама по себе.

Олег сложил руки в умоляющем жесте:

– Ну правда, я не переживу, как бы это не звучало, ещё одну загубленную по моей вине психику. Да, девушки через некоторое время восстанавливаются – Габриэль мне так сказала, но всё же видеть каждый раз как они становятся всё слабее, испуганнее... Это неприятно. А ты даже без оберега держалась дольше всех. Пожалуйста, останься, а? Не зря же Габриэль попросила дать тебе оберег.

– Ты с ума сошел?! Я сама чуть не стала одной из этих истеричек! Меня кошмары мучили! Да я в обморок упала!

– А другие с приступами падали! Задыхались, кричали! Пытались выпрыгнуть из окна! – Олег тоже повысил голос.

Воздух вокруг него задрожал, Алиса почувствовала запах, который бывает перед грозой. Краем глаза она заметила, что ручка на её письменном столе как будто бы откатилась на пару сантиметров. Олег внезапно шумно выдохнул, успокаиваясь

– Короче, ты подумай. Я не прошу тебя сразу соглашаться, но и не отказывай прямо сейчас, пожалуйста. Я не хотел умирать. И я не просил, чтобы вокруг меня страдали люди. Ты первая, кто держался так долго без оберега. И твоей жизненной силы вполне хватает, чтобы я не сходил с ума.

Олег исчез, а Алиса повалилась на кровать, обняв подушку. Немного полежав и посмотрев в пустоту, анализируя всё произошедшее, девушка достала ноутбук и начала искать информацию по разным сайтам. Про призраков, про ведьм, про другие миры. Разумеется, нашлись только теории заговоров, фэнтези-книги, сериалы и несколько статей на конспирологических сайтах, совершенно не сходящихся с тем, что рассказывала Габриэль. Ладно, зачем забивать себе этим голову? В конце концов, вряд ли её жизнь сильно изменится от того, что её соседка занимается по ночам чем-то странным. Её саму это никак не касается.

«Может, расскажешь кому-нибудь?»

Ага, чтобы её снова обвинили в чересчур живом воображении. Нет уж! Одного раза хватило. Урок усвоен. Телефон завибрировал – Алиса на выходных всегда ставила на беззвучный режим. На экране высветилась фотография красивой светловолосой женщины с карими глазами и очень заразительной улыбкой. «Мама». Пару секунд Алиса удивлённо смотрела на телефон. Со всей этой магией и призраками она ненадолго выпала из реальности. Опомнившись, девушка схватила светящийся прямоугольник и включила видеосвязь.

– Мамуль, привет! Ты чего так рано? У вас же сейчас..., – Алиса сверилась с часами на телефоне, – пять утра!

– О, дорогая, мне как-то не спалось, – мама ласково улыбнулась, внимательно разглядывая дочь, подмечая появившиеся синяки под глазами, растрёпанные волосы и беспорядок на заднем фоне, – у тебя всё хорошо? Выглядишь уставшей... Может...

– Мам, я не вернусь, – твёрдо прервала женщину Алиса. – У меня всё хорошо. Просто привыкаю к новой обстановке. Правда. Всё прекрасно! А знаешь, я тут в магазине...

Как и многие дети, Алиса прекрасно знала, что нужно сказать родителям, чтобы те поверили в любую ложь. Вот и сейчас, активно изображая воодушевление и веселье, девушка забалтывала маму, рассказывая о новых покупках, одежде, университете, однокурсниках, заставляя забыть о тревогах и волнениях.

Проболтав с мамой ещё часа два, Алиса, наконец, принялась за учёбу, параллельно переписываясь с Верой, обсуждая сериалы, задания от преподавателей и разные глупости. За всей этой рутиной утренние события отошли на второй план.

Лишь вечером, когда Алиса, ужиная на кухне, увидела как Габриэль куда-то собирается, она снова вспомнила про разговор и про заново открывшийся ей мир.

– Должен прилететь ворон. Зовут Грач. Он принесёт свёрток. Забери. Отдай в замен это. Не корми его. Даже если сильно будет клянчить.

Габриэль вновь вернулась к своей обычной манере разговора: чётко, по делу, без лишних слов. Она положила на стол перед Алисой дешёвый браслетик с кучей разноцветных страз. В свете лампы они переливались всеми цветами радуги.

– Ладно... А ты куда?

– Работать. На набережной уже несколько вечеров люди замечают движущуюся слизь. Пока без жертв. Око устало подчищать им память. Я ушла.

Не дожидаясь потока новых вопросов, Габриэль вышла из квартиры. В двери повернулись два замка, оставляя Алису одну. Ну, почти одну. Девушке стало как-то неуютно.

За окном уже стемнело, было тихо, даже соседская собака решила, что сегодняшним вечером она не будет изображать одинокого волка, воя на луну, прохожих, звуки, хозяев и вообще на всё, что заметят её глаза. В окно застучали тяжёлые капли холодного осеннего дождя.

– М-м-м... Олег? – неуверенно позвала Алиса.

Никакого ответа. Девушка повысила голос:

– Олег!

– Да что?! Боги, принцесса, ты и мёртвого достанешь!

Парень появился из стены, раздражённо ворча.

– Как будто у тебя есть какие-то дела. Ты же призрак. Или, хочешь сказать, что ты был занят?

– Ой, всё! – парень закатил глаза. – Я уже даже жалею, что тебе дали оберег. Обычные люди так на призраков не реагируют, ты в курсе? Я бы точно не стал спокойно сидеть, а тем более звать его или дерзить. Ты же понимаешь, что я жуткая сверхъестественная сущность? Хорроры не смотрела что ли?

«Угу, ужас на крыльях ночи»

– Ага, страшно, прям жуть, – Алиса рассмеялась, – я с детства не боюсь монстров под кроватью. Чем меня только не пугали... Но мне всегда казалось, что бабайка в шкафу очень дружелюбный, особенно если дать ему пару конфет.

– Странная ты, – вздохнул Олег. – Зачем звала?

Алиса и сама не знала – зачем. Просто стало неуютно одной сидеть на кухне и ждать почтового ворона. Об этом даже думать странно, а уж произнести вслух...

– Ты же знаешь, что Габриэль ушла? — спросила Алиса, отодвигая тарелку.

– Да, и что?

– А... она часто так уходит? Надолго?

– Иногда на пару часов, иногда до утра. Зависит от того, с чем имеет дело. Ты же сама видела – всю прошлую неделю где-то шаталась.

– И... ты не волнуешься?

– Я мёртвый. Мне уже поздно волноваться, – легкомысленно улыбнулся Олег, взлетая к потолку, а затем вернувшись обратно и «усевшись» на стул. - Да и вообще, Габриэль — не тот человек, о котором нужно беспокоиться.

Тишина повисла между ними. Алиса вдруг осознала, насколько одиноким он стал теперь.

– Ладно, хватит грустить, — Олег резко изменил тему, его голос снова стал насмешливым. — Ты же хотела узнать что-то интересное?

– Да! — Алиса оживилась. — Например, что это за знаки на дверях и окнах?

– Смотря какие. Те, что на входной двери и окнах - защитные от всякой пакости. Внутри квартиры – для усиления потока жизненной энергии. Ну, чтобы мне хватало и оберегало от превращения в монстра. А вообще, об этом лучше спросить Габриэль или Алексу – они вместе это всё вырезали. Или того странного парня... Останешься здесь дольше – точно с ним познакомишься.

– А расскажи мне что-нибудь о себе.

– Обо мне? — Олег задумался. — Ну... я умер. Вот и вся история.

– Очень информативно, спасибо, — Алиса закатила глаза. — Ладно, может, тогда расскажешь, как ты познакомился с Габриэль?

Тело Олега замерцало, на секунду Алисе показалось, что он сейчас растворится в воздухе, так и не ответив на вопрос. Но всё же через несколько мгновений парень посмотрел ей в глаза и тихо начал:

– Я умер два года назад. В этой квартире. Просто в какой-то момент я осознал, что смотрю на своё тело, лежащее в крови в моей комнате, а надо мной люди в форме. Что-то фоткают, кому-то звонят. Слов в тот момент я разобрать не мог. В принципе ничего не понимал. Просто смотрел. Себя я осознал только когда услышал крики матери. Её не пустили к моему телу, не хотели, чтобы она видела этот кровавый кошмар.

Олег отвернулся. Алиса уже пожалела о том, что начала этот разговор. Голос парня дрогнул. Девушка увидела слезу, блестящую, катящуюся по прозрачной щеке. Когда капля достигла подбородка, она испарилась, оставив после себя лишь лёгкое сияние.

«Ну, теперь тебе не скучно? Не тревожно?»

Алиса тихо вздохнула. Хотя, кажется, Олег полностью погрузился в воспоминания и не заметил бы даже парочку танцующих индийских слонов.

– А потом меня увезли. А мама отмывала пол. Она уже не плакала. Потратила на оттирание пятен часа три. А дальше, кажется, она престала жить: просто делала что-то на автомате: готовила есть, убиралась, говорила родственникам, что приезжать не нужно. И помогать не нужно. А затем моя аура начала на неё действовать: кошмары, нервные срывы, панические атаки... Она продержалась два месяца. Габриэль потом сказала, что это потому что я ещё не полностью осознал тогда, что мёртв. Мама выставила квартиру на продажу, но все, кто её смотрел, не перезванивали. Кроме Габриэль. Я помню как наши глаза встретились. Она тут же заявила, что готова купить квартиру прямо сейчас. За наличные. Мама не думала ни секунды. Вечером Габриэль уже перевозила вещи.

Дождь за окном усилился, превратившись в глухой барабанный бой по подоконнику. Ветер ударил по стеклу веткой, заставив Алису вздрогнуть. Тишина повисла между ними, густая и неловкая. Алиса вдруг почувствовала странный импульс — обнять его. Но она уже знала, что это бесполезно.

Внезапно раздался резкий и громкий стук. Оба вздрогнули. На подоконнике, стуча клювом по стеклу, сидел огромный ворон. Его перья блестели от дождя, он сливался с чернотой ночного неба.

Алиса выбежала на балкон и открыла окно – ворон быстро, разбрасывая вокруг себя мокрые холодные капли, залетел внутрь и устремился на кухню.

Нахохлившись, он сел на стол с самым недовольным видом и принялся клювом стаскивать с лапы привязанный к ней небольшой свёрток.

– Грач? – неуверенно спросила Алиса.

Птица посмотрела на неё. Девушке показалось, что если бы ворон мог, он бы закатил глаза.

«Ну это и правда был тупой вопрос»

– Габриэль попросила дать тебе это, – девушка протянула браслет. Ворон внимательно осмотрел его, пару раз клюнул, а затем схватил и попытался с помощью лапы и клюва натянуть его себе на шею.

Это выглядело так нелепо, что Алиса не удержалась от смеха.

– Кар-р! – хриплый голос ворона звучал обижено.

– Ну прости-прости, – всё ещё посмеиваясь сказала Алиса, – тебе помочь?

Ворон, всё еще недовольно каркая, пропрыгал по столу поближе к девушке. Алиса надела ему браслет на шею и уже собралась выгонять странного гостя, но погода снаружи ничуть не улучшилась: дождь лил плотной стеной, ветер выл, путаясь среди тесных улиц. Девушка непроизвольно поёжилась. Сама бы она не хотела оказаться в такую погоду на улице.

– Эм... Тебе есть где погреться? Хочешь остаться тут?

Ворон задумчиво посмотрел на неё, а затем медленно кивнул.

– Не думаешь, что Габ будет против? – неуверенно протянул Олег, рассматривая небольшие лужи воды, оставленные Грачом.

– Габриэль здесь сейчас нет, а я не настолько бессердечная, чтобы выгонять бедную птицу в такую погоду! – решительно ответила Алиса. – К тому же, он останется в моей комнате и никому не помешает!

Алиса соорудила большое гнездо из нескольких махровых полотенец, а также принесла мисочку с водой.

– Прости, Габриэль сказала не кормить тебя. Но вот воды я принесла. А теперь давай спать. Утром выпущу. Всё равно на пары вставать.

Засыпая, девушка смотрела как птица копошится в своём «гнезде» на письменном столе, устраиваясь поудобнее. В свете фонарей из окна браслет на его шее переливался сказочным волшебным светом.

Среди ночи Алиса ненадолго проснулась, услышав как открывается входная дверь. Тёмная полоска под дверью в её комнату на секунду засветилась слабым зелёным отсветом, она услышала голос Габриэль и чей-то ещё, булькающий и возмущённый, а затем девушка снова погрузилась в сон.