Связанные

В моей голове звенел настоящий рой вопросов, каждый из которых жалил больнее предыдущего. Как Каспиан допустил, чтобы какой-то проходимец по имени Илиас распоряжался его короной, телом и судьбой королевства? Почему сходство было настолько пугающим, вплоть до мельчайших нюансов мимики? И самое главное - не может быть всё настолько просто. Не может быть, чтобы великое зло, угрожающее Нарнии, решалось за один вечер, а мы, только прибыв сюда, тут же превращались в спасителей мира. Здесь было что-то глубже, какая-то древняя, извращенная игра, в которой нас использовали как пешки.

Фоном ко всему этому шли мысли о сестрах Блайт. Я то и дело бросал на них взгляды, пытаясь осознать увиденное в зале. Картинки того, как они с хирургической точностью разбирались с вооруженными стражниками, не желали покидать мою память. Кто они? Откуда у них эта хладнокровная боевая подготовка? Я решил оставить эти вопросы на потом - сейчас мои пальцы до побеления сжимали рукоять меча, пока мы шли вслед за Илиасом вглубь темниц Кэр-Параваля. Всякий раз, когда он замедлял шаг или оборачивался, я инстинктивно подтягивал клинок, ожидая удара в спину.

Дойдя до нужной темницы, Илиас с каким-то показным изяществом отворил тяжелую, обитую железом дверь. Мы оказались в небольшой комнате, высеченной прямо в скале - странно, что это место называли покоями короля, когда оно больше походило на склеп.

Каспиан сидел на полу, в самом дальнем углу, не шевелясь. Его поза была неестественно поникшей. Мы все зашли, озираясь по сторонам, и Сьюзен, не дожидаясь приглашения, бросилась к нему. Она опустилась на корточки, её пальцы дрожали, когда она бережно коснулась его лица, пытаясь заглянуть в остекленевшие глаза.

- Что с ним? - мой голос прозвучал суше, чем я хотел.

Илиас, стоявший у порога с видом скучающего гостя, лениво полез в карман камзола и извлек горсть сушеных ягод ярианды. Я почувствовал, как внутри закипает ярость.

- Ты напоил его этим?! - Сьюзен вскинулась, и в её глазах вспыхнул такой гнев, что даже Илиас слегка отступил.

- Как видишь, - он пожал плечами, совершенно не заботясь о том, что только что признался в преступлении против короны.

- Но зачем? Объясни, что здесь происходит! - Люси, всегда старавшаяся видеть в людях лучшее, сейчас почти кричала. Она торопливо прижала флакон с целительным бальзамом к губам Каспиана.
Каспиан жадно сделал глоток, его грудь судорожно вздымалась, словно он заново учился дышать. Илиас же, глядя на это, только закатил глаза.

- Да это вообще фоновая мелочь по сравнению с тем, что творится в Нарнии, - произнес он, и этот тон - снисходительный, почти учительский - бесил меня больше всего. - Я просто маг. Мне стало скучно, и я захотел поиграть в короля. Вернул бы я вашего Каспиана, когда доиграл бы... рано или поздно.

Я вскинул брови, чувствуя, как реальность начинает крениться. Он говорил о захвате власти так, словно обсуждал партию в карты.

- Для тебя всё это шутки?! - Питер шагнул к нему, его кулаки были сжаты до хруста костяшек.

- А чем еще заниматься в этом прогнившем месте? - Илиас криво усмехнулся. - В Нарнии уже давно поселилось проклятие. Все словно с цепи сорвались. Взгляните на подданных - им плевать, кто на троне, им плевать, что их мир распадается на части. Они жаждут только крови и разрушения.

Я переглянулся с Питером, чувствуя, как холод просачивается под кожу.

- Что за проклятие? - спросил я, стараясь сохранять голос ровным.

- Тень Некроса, - Илиас произнес это название с какой-то извращенной любовью. - Оно очерняет души нарнийцев, выжигает из них свет, оставляя лишь злобу. Черная Ведьма вернулась, пусть и в иной форме. Она вплела это проклятие в саму почву Нарнии. Никто не знает, где она скрывается, и, честное слово, никто не знает, как остановить этот процесс гниения.

- И ты решил добавить бед, не так ли? - голос Лили прорезал тишину, как бритва. Она стояла чуть поодаль, скрестив руки на груди, и смотрела на мага с таким презрением, что он на секунду отвел взгляд.

- Почему бы и нет? - ядовито ответил он, а затем, словно вспомнив что-то забавное, перевел взгляд на Сьюзен. - Кстати, дорогая. Ты целуешься совсем не так плохо, как мне рассказывали.

Сьюзен взглянула на него так, будто готова была испепелить его на месте одним лишь взглядом. В этой комнате воздух казался наэлектризованным от ненависти.

- Только не говорите мне, что теперь мы будем спасать этот мир? - София, которая всё это время стояла в тени, наконец подала голос. Её тон был наполнен усталостью и скепсисом, который идеально описывал моё собственное состояние.

- Именно так, - ответил я, не сводя глаз с Илиаса.

- Илиас... - едва слышно прошептал Каспиан. Он начал подниматься, цепляясь за плечо Сьюзен, и мы все тут же обернулись к нему. - Не стой здесь в моем образе, придурок.

Я почувствовал, как удивление накрыло нас с головой.

- Вы знакомы? - Сьюзен смотрела то на одного, то на другого.

- Еще бы, - Каспиан поморщился, приходя в себя. - Этот придурок - мой старый друг. Вот только в голове у него вечно сквозняк.

Каспиан повернулся к магу, его лицо отражало смесь искренней привязанности и желания придушить его прямо здесь.

- И убери гипноз с остальных подданных. Больше я ни капли не выпью из твоих рук, клянусь Асланом.

- Как скажешь, - Илиас расплылся в широкой, совершенно безобидной улыбке.

Он пожал плечами, достал из кармана несколько синих ягод и разом проглотил их. Его тело внезапно дернулось, окуталось густым дымом, который на секунду заполнил всю темницу, а когда дым рассеялся, перед нами стоял совершенно другой человек. Темноволосый, с острыми чертами лица и яркими, почти светящимися зелеными глазами.

- С ума сойти... - прошептала София, не отрывая от него взгляда.

- Да, признаю, я чертовски хорош собой, - хмыкнул Илиас, расправляя плечи.

София закатила глаза, окончательно потеряв к нему интерес.

- Я про эту дымку, гений, - бросила она.

Питер, не желая больше тратить время на светские беседы, шагнул вперед.

- Каспиан. Что ты знаешь об этом проклятии? Мы не можем просто сидеть здесь.

Каспиан дотянулся до стоявшего на тумбочке кувшина с водой, сделал несколько жадных глотков и, подняв на нас усталые, но решительные глаза, произнес:

- Я провел в библиотеке долгие месяцы, когда почувствовал, что что-то не так. Я перечитал множество забытых книг. И, кажется, я знаю, кто единственный может нам помочь.