Ёбнутые

Шэдоу сидел за своим столом и пытался работать. Честно пытался. Перед ним лежал список жалоб, который скопился за время их отсутствия: чей-то кибер-будильник орал не в то время, чей-то робот-повар готовил только борщ, даже если просили омлет, а один клиент жаловался, что его кибер-тапки с искусственным интеллектом влюбились в соседские тапки и отказываются ходить. Шэдоу вчитывался в каждую жалобу с такой серьёзностью, будто от этого зависела судьба человечества. Для него это была не просто работа - это был крестовый поход против хаоса. Каждый звонок, каждая сломанная кофемашина, каждый застрявший в турбине хомяк, всё это было частью великой борьбы порядка и энтропии. И Шэдоу, блять, был на стороне порядка. С трагическим лицом. Со слезой в глазу. Но на стороне порядка.
Соник, разумеется, был на стороне энтропии. Он сидел за соседним столом, закинув ноги в кроссовках прямо на монитор, и последние двадцать минут занимался очень важным делом: кидался в Шэдоу скрепками.

- Ты занят? - спросил он, запуская очередную скрепку. Та приземлилась точно в чашку с кофе.

-Я работаю.-

- А я нет. Мне скучно. Давай поболтаем.-

- Нам не о чем болтать.-

- Ой да ладно! У нас всегда есть о чём болтать! Например, твоя задница. Мы можем поговорить о твоей заднице. У меня есть мысли. Много мыслей.-
Шэдоу даже не поднял глаз. Его ручка продолжала выводить идеально ровные строчки в журнале жалоб. Почерк у него был каллиграфический - единственное, что осталось от воспитания на космической станции.

- У тебя нет мыслей. У тебя есть импульсы. Как у животного.-

- Животные не умеют кидаться скрепками с такой точностью. Я эволюционировал.-

Соник встал со своего места и, не скрывая намерений, направился к столу Шэдоу. Тот напрягся, но продолжал писать. Соник обошёл стол, встал за спиной, наклонился так близко, что его дыхание защекотало иглы на загривке Шэдоу.

- Что ты пишешь? - прошептал он прямо в ухо.

- Жалобу на тебя.-

- О, круто! Дай почитаю! «Сотрудник Соник систематически мешает рабочему процессу, кидается канцелярскими принадлежностями, комментирует задницу коллеги и...» О, это я! Продолжай! Только добавь, что я ещё красивый и от меня хорошо пахнет.-

- От тебя пахнет шавермой.-

- Шаверма - это афродизиак. Ты просто не в курсе.-

Шэдоу резко развернулся на стуле. Их лица оказались в опасной близости. Соник смотрел на него сверху вниз с наглой ухмылкой, засунув руки в карманы. Шэдоу смотрел снизу вверх с выражением лица человека, который вот-вот взорвётся.
- Чего ты хочешь? - процедил Шэдоу.

- Ничего. Просто смотрю. У тебя ресницы длинные. Ты знал?-

- Это побочный эффект генной инженерии. Отойди.-

- Не-а. У тебя тут уютно. Кофе пахнет. Скрепки летают. Ты злишься. Всё как я люблю.-

Соник протянул руку и взял со стола Шэдоу одну из веточек, маленькую, кривую, но тщательно отполированную. Шэдоу замер. Его глаза яростно сузились.

- Положи на место.-

- Ой, а это что за красавица? Особенная? У неё имя есть?-

- Её зовут Кассандра. Она из четвёртого гаража. И если ты её сломаешь, я тебя убью. Медленно. С церемонией.-
Соник аккуратно, почти нежно положил веточку обратно.

- Кассандра, значит. У тебя всё трагичное, даже веточки. Она тоже страдает?-

- Она просто веточка.-

- Нет, Шэд. Для тебя ничто не «просто». Ты даже скрепку не выкинешь, не попрощавшись. Я тебя знаю.-

Шэдоу промолчал. Потому что это была правда. Он действительно не выкидывал скрепки не попрощавшись. Но Сонику об этом знать не обязательно.

- Ладно- Соник выпрямился и хлопнул в ладоши. -Я пришёл с предложением. После работы идём к Гену. У него сегодня акция - две шавермы по цене одной. Я плачу. Ты ешь. Мы болтаем о всякой фигне. Как вчера. Только без похмелья и Селин Дион.

Шэдоу поднял бровь.
- Ты зовёшь меня на ужин?-

- Я зову тебя жрать шаверму. Это не ужин. Это тактический приём пищи. Для выживания.-

- Звучит как ужин.-

- Звучит как шаверма. Ты идёшь или нет?-
Шэдоу посмотрел на него долгим взглядом. Красные глаза сканировали синего ежа, пытаясь найти подвох. Но подвоха не было. Был только Соник с его вечной ухмылкой, руками в карманах и странной, почти незаметной искренностью, которая просачивалась сквозь всю его наглость как вода сквозь треснувший бетон.

- Посмотрим- сказал Шэдоу.

- Опять «посмотрим»! Да сколько можно! Скажи «да»! Это всего три буквы! Д и А! Даже ты справишься!-

- Я подумаю.-

- Ты подумаешь! Ты всегда думаешь! Перестань думать, Шэд! Думать вредно! Посмотри на меня - я никогда не думаю, и у меня всё отлично!-

- Это заметно.-

- Вот именно! Так что? После работы? Ген? Шаверма? Ты, я, и никакой Селин Дион?) -
Шэдоу вздохнул. Отложил ручку. Посмотрел на Кассандру, веточка молчала, но как бы одобряла. Посмотрел на список жалоб, тот никуда не денется. Посмотрел на Соника, тот стоял с таким видом, будто от ответа зависело его настроение на весь оставшийся день.

- Хорошо. После работы. У Гена. Но без твоих грязных комментариев.-

- Без грязных комментариев?! Шэд, ты просишь невозможного! Мои комментарии - это пятьдесят процентов моего обаяния!-

- Тогда я не иду.-

- Ладно, ладно! Буду сдерживаться! Но ты должен знать, каждая невысказанная грязная шутка причиняет мне физическую боль. Я страдаю. Прямо сейчас. Смотри.-
Он схватился за сердце и изобразил муку. Шэдоу закатил глаза и отвернулся к монитору.

- Ты.... Невыносим-.

- Уже было. Придумай новое.-

- Ты катастрофа.-

- О! Это новое! Мне нравится! «Катастрофа»! Запишу в свой блакнотик) .-
Соник, насвистывая, вернулся на своё место. Скрепки больше не летели. Но он всё равно поглядывал на Шэдоу с той самой ухмылкой, которая обещала, что рабочий день будет долгим, а вечер - ещё дольше.
Шэдоу поймал его взгляд. Соник подмигнул. Шэдоу показал ему средний палец. Соник послал воздушный поцелуй.
Руж, проходя мимо с папкой документов, остановилась и посмотрела на них.
- Вы двое... - начала она.

- Да- хором ответили они. Соник с ухмылкой. Шэдоу с обречённым стоном.

- Я ничего не говорила.) -

- Ты думала- сказал Соник. -Мы знаем, что ты думала. И ответ - да. Всегда да).-
Руж улыбнулась своей самой хитрой улыбкой и пошла дальше. Шэдоу уткнулся в монитор и сделал вид, что очень занят. Соник закинул ноги обратно на стол и начал насвистывает грустную мелодию из «Титаника».

- Соник.-

- М?

- Если ты не перестанешь свистеть, я вылью твой кофе в вентиляцию.

- В ту самую, где ты застрял?

Шэдоу замер. Потом вздохнул.

- В ту самую.

- Тогда свищу громче. У меня там друг застрял когда-то. Хорошие воспоминания).-

Шэдоу зарычал, схватил со стола журнал и замахнулся, чтобы запустить им в синего придурка. Но промахнулся - журнал пролетел мимо и шлёпнулся на пол. Шэдоу с досадой выдохнул и со всего маху уронил голову обратно на стол.

Прямо на Кассандру.

ХРУСТЬ.

Тихий, но отчётливый звук, который эхом разнёсся по всему офису. Шэдоу замер. Соник перестал свистеть. Даже Руж со стороны куллера подняла голову.
Шэдоу медленно, очень медленно приподнял голову. Его глаза уставились на стол. Там, где только что лежала Кассандра - кривая, прекрасная, прошедшая через ветра и бурю - теперь лежали два аккуратных кусочка.

- Нет... - прошептал Шэдоу. Его голос дрогнул. - Нет... нет... нет...
Он взял обломки дрожащими руками. Его дыхание стало частым, поверхностным. Глаза наполнились влагой. Соник, который только что ржал как конь, мгновенно стёр улыбку с лица.
- Шэд... - начал он, но Шэдоу его не слышал.

-Кассандра... - прошептал он, и его голос сорвался. -Ты... ты пережила ураган... Ты пережила засуху... Ты лежала в четвёртом гараже, я нашёл тебя у помойки, и я сказал тебе, что ты особенная... А теперь... теперь...-
И он заплакал. Не так, как на сцене, громко, театрально, с рыданиями на весь зал. А Тихо. Скупо. Слёзы катились по его щекам, капали на обломки веточки, и он даже не пытался их вытирать.

- Я убил её... - прошептал он. -Я... я собственным лбом... уничтожил... самое чистое... самое...- он всхлипнул

-Шэд- Соник уже стоял рядом. Его голос был непривычно серьёзным. -Это веточка. Мы найдём новую. Ещё лучше. Ещё кривее. Я лично обыщу все парки в радиусе ста километров. Я...-
- Ты не понимаешь! - Шэдоу резко вскинул голову, и Соник увидел его лицо - мокрое, красное, искажённое горем. -Она была не «просто веточка»! Она была... она была моей! Я её выбрал! Я за ней ухаживал! Я ей рассказывал про Марию! А теперь... теперь её нет... и это Я виноват... 💔😭-

Соник стоял и не знал, что делать. В его арсенале было много инструментов: шутки, сарказм, грязные комментарии, пошлые жесты. Но ни один из них не подходил для этого момента. Шэдоу, который рыдал над веточкой, сломанной собственным лбом, был не смешным. Он был... Таким уязвимым. Как тогда в вентиляции. Но сейчас он сидел.. И плакал.. Реально плакал... Его вид резал по сердцу..

- Шэд- Соник присел на корточки рядом с ним. -Я не понимаю веточки. Я не понимаю, как можно плакать над куском дерева. Но я понимаю, что тебе сейчас хуёво. И я... я рядом, окей?-
Шэдоу посмотрел на него сквозь слёзы. Красные глаза встретились с зелёными. Он ничего не сказал. Просто кивнул. И продолжил держать обломки в ладонях, как будто это было последнее, что осталось от целого мира.
- Мы её похороним- твёрдо сказал Соник. -По-нормальному. С церемонией. Со свечкой. С речью. Я всё организую. Обещаю.-
- Ты серьёзно?-
- Я серьёзен как никогда, Шэд. Кассандра заслуживает лучших похорон в истории веточек. И она их получит. Даже если мне придётся украсть анальную свечку у Эггмана из кабинета.-

Шэдоу шмыгнул носом. Это было всё ещё ужасно. Это было всё ещё больно. Но где-то внутри, под слоями скорби и самобичевания, мелькнуло что-то похожее на... благодарность.
- Ты... ты мудак- прошептал он. -Но спасибо... -

-О, это новый уровень! «Мудак, но спасибо»! Я расту в твоих глазах, Шэд! Я реально расту!) -

- Заткнись.-

- Не затыкается. Но ради Кассандры - помолчу минуту.-

И он действительно замолчал. Стоял рядом, положив руку на плечо Шэдоу, пока тот держал обломки веточки и тихо, почти беззвучно, плакал. А в офисе стало очень тихо. Руж не снимала. Наклз, проходивший мимо с коробкой пиццы, остановился, посмотрел и молча пошёл дальше.

1558 слов. Продолжение следует...
Похороны Кассандры. Церемония. Анальная свеча Эггмана. И речь Соника.