Уроки притяжения

Школа «Колизей» не была похожа ни на одну обычную школу. Её жёлтые стены словно светились изнутри, а в коридорах вместо обычных звонков играла странная карусельная музыка. Директор Кейн уверял, что это «повышает продуктивность», но на деле это просто сводило всех с ума.

Помни стояла у входа, сжимая рюкзак. Ей сказали, что здесь она начнёт новую жизнь. Но глядя на табличку «Добро пожаловать в шоу!» над дверью, она чувствовала только холодный страх.

— Ты новенькая? — раздался голос за спиной.

Помни обернулась. Перед ней стояла аккуратная девушка с рыжими косичками и серьёзными глазами. На её груди висел бейдж «Совет школы».

— Я Рагата, староста. Провожу тебя к директору. Держись рядом, здесь легко потеряться.

Они пошли по коридору. Мимо них с грохотом пронеслась Зубл — высокая, мускулистая, с разноцветными волосами, которые торчали во все стороны. Она тащила тяжелый ящик с инструментами и злобно шипела на учеников, которые недостаточно быстро уступали дорогу.

— Это учитель труда, — шепнула Рагата. — Не смотри ей в глаза, если не хочешь остаться после уроков перебирать гайки.

— А что она делает с этим ящиком? — испуганно спросила Помни.

— Обычно — чинит стулья. Иногда — ломает их. Зависит от настроения.

Они подошли к кабинету директора. Дверь была украшена мигающими огоньками и табличкой «Здесь сбываются мечты (или не сбываются)». Кейн встретил их, раскинув руки, словно артист на сцене. Его ярко-синий костюм и огромные искусственные зубы сияли в неоновом свете.

— Помни! — провозгласил он. — Добро пожаловать в «Колизей»! Здесь каждый день — приключение! Если, конечно, ты не боишься приключений. А ты боишься?

— Н-нет, — соврала Помни.

— Отлично! — Кейн хлопнул в ладоши, отчего со стола слетела стопка бумаг. — Тогда слушай правила: не опаздывай на уроки, не разговаривай на переменах с незнакомцами и никогда, слышишь, никогда не заходи в старый актовый зал после шести вечера. Там… ну, там просто темно. И скучно. А мы не любим скуку, правда?

Рагата напряжённо улыбнулась и кивнула Помни, чтобы та соглашалась.

— Первый урок — история. Кабинет в подвале, двести двадцать седьмой. Спросишь у Королёра, он тебе покажет.

Кейн выдал Помни расписание, разрисованное улыбающимися зубами, и выпроводил их.

В подвале пахло сыростью и старыми картами. За столом сидел Королёр — мужчина лет пятидесяти в картонной короне, украшенной наклейками с жуками. Он полировал свою указку и бормотал что-то о «нашествии термитов».

— А, новая жертва! — воскликнул он, увидев Помни. — Садись, садись! Сегодня мы изучаем падение Римской империи. Знаешь, почему она пала? Потому что все думали, что они бессмертны. Как я! — он гордо поправил корону.

Помни села за первую парту. И тут же услышала сзади насмешливый голос:

— О-о, смотрите, свежее мясо.

Она обернулась. На задней парте, закинув ноги на стол, сидел парень с фиолетовыми волосами и дерзкой улыбкой. Его рваная кожаная куртка была вся в нашивках, а взгляд — хищным и изучающим.

— Джекс, — представился он, даже не протянув руки. — Местный король хаоса. А ты, значит, та самая новенькая, которую Кейн уже успел запугать до полусмерти?

— Я не боюсь, — сказала Помни, хотя голос дрожал.

— Конечно, не боишься. Все так говорят. А потом бегут в туалет реветь. — Джекс кинул в неё бумажным комком. — Расслабься, я не кусаюсь. Просто люблю наблюдать, как люди ломаются.

— Отстань от неё, Джекс! — вмешалась с соседнего ряда Генгл. Девочка с чёрной чёлкой, закрывающей глаза, и бледной кожей. На её футболке был нарисован плачущий смайлик. — У неё и так первый день.

— О, Генгл, ты опять плачешь? — усмехнулся Джекс. — Кто тебя обидел? Опять мир не понял твою боль?

— Заткнись, — буркнула Генгл, вытирая слезу. — Помни, не слушай его. Он просто придурок.

— Я не придурок, я — художник по жизни! — фыркнул Джекс.

Королёр стукнул указкой по столу и потребовал тишины. Остаток урока Помни сидела, не в силах сосредоточиться. Она то и дело ловила на себе взгляд Джекса, который не сводил с неё глаз, словно изучал. Рядом Генгл рисовала в тетради мрачные картинки — люди, растворяющиеся в лужах, а Рагата сидела с идеально ровной осанкой и записывала каждое слово Королёра.

Когда прозвенел звонок, Джекс подошёл к Помни и наклонился к её уху:

— Слушай, новенькая. Если хочешь выжить здесь, запомни: Кейн — безумный кукловод, Зубл — его молот, Королёр — просто ненормальный старик, Рагата делает вид, что всё под контролем, а Генгл… ну, Генгл слишком много плачет, чтобы быть опасной. Но я — другое дело. Я тот, кто видит всё. Поэтому если хочешь знать, что на самом деле происходит в этом цирке, — ищи меня. Но только если не боишься узнать правду.

Он улыбнулся и ушёл, оставив Помни в полном смятении.

Рагата подошла и мягко коснулась её плеча:

— Не обращай внимания. Джекс просто хочет казаться крутым. На самом деле он такой же потерянный, как мы все. Иди на обед, я покажу тебе столовую.

В столовой было шумно. За длинным столом сидела Зубл, которая грызла бутерброд с такой яростью, будто мстила ему за что-то. Рядом Королёр пытался насадить свою корону на вилку. Генгл ела в одиночестве, уткнувшись в свой мрачный блокнот. Джекс сидел в углу и кидал соломинки в проходящих мимо учеников.

Помни села рядом с Рагатой и тихо спросила:

— Почему здесь все такие… странные?

Рагата грустно улыбнулась:

— Потому что мы все здесь не просто так. В «Колизей» попадают те, кто потерял что-то важное. Или кого потеряли. Но если мы держимся вместе, то можем не сойти с ума. Ну, хотя бы не окончательно.

Помни посмотрела на каждого из них: Кейн, Зубл, Королёр, Рагата, Джекс, Генгл. Семь человек, семь масок. Она ещё не знала, что скоро ей предстоит заглянуть под каждую из них. Но интуиция подсказывала — ни одна из масок не будет приятной.

Зазвенел звонок на следующий урок. Помни встала, чувствуя, что этот день — только начало чего-то гораздо большего.

Писать продолжение?