НАВЬ: Пока ты дышишь

Ехали часа три безмолвно. От грустных мыслей Саяну отвлекал открывшийся пейзаж. Небольшие чащи сосен и ёлок чередовались с высокими кустами и травой. Когда проезжали кусты, то открывался вид на деревню, шумную широкую реку и соседние сестры-горы. Для шаманки здесь было по-родному уютно. Каждое хвойное деревце заставляло её улыбнуться. Темп лошадей сбавили, шли спокойно. Тропа была в ширину с двух коней, поэтому ехали парами, вели всех Настасья и Кита. Чем выше они поднимались, тем выше становился обрыв вдоль дороги с одной стороны и крупнее торчащие горные камни с другой.

Остальные же путники в отличие от Саяны не разделяли чувств восторга. Все были хмуры и молчаливы. Лишь каждый час вскрикивали Настасья и Кита, пытаясь приглушить боль, которую причиняли магические руны Бранимира.

Тут на четвёртый час дорога разделилась. Главная дорога поднималась дальше ввысь, а вторая была небольшая и извилистая, скрывалась за ветвями деревьев.

– Нам сюда. – Настасья указала на уводящую влево тропу.

– Ты уверена? – Влад не поверил. – Очевидно же, что прямо нам надо. Там будет вершина.

– Это загоркини пытаются запутать. Не будем вестись. – поддержал Настасью Кита. – Мой друг так заплутал, оступился и всё – пропал...

– Загоркини? Кто это? – спросила Саяна.

– Те же самые вилы, что и мать Хмара, да и он сам наполовину. Только загоркини в горах обитают. Хороводы на ёлках устраивают, и по камням прыгают, словно козлики. Впрочем, почему «словно»? Под длинными платьями и скрывают свои козьи ножки... Поговаривают, они более дикие, опасные... Их хороводы сбивают путников с дороги, а ночью они плачут, как новорождённые младенцы... – пояснил Бранимир. – Настасья, Кита, как вы догадались, что эта дорога ложная?

– Кинула прямо перед нами пыльцу, она тут же пропала, – похлопала по мешочку девушка.

– Верно Настасья сказала. Дальше пойдем – в ловушке окажемся! Чую... – сказал боязно Хмара и прижался к отцу.

– Да что они нам сделают? Затанцуют? – Влад усмехнулся и погладил своё тайное оружие под косовороткой. Украденный нож у того тощего, что затоптали Лунь с Каринкой, жаждал проявить себя в деле. А может это долго спящее чувство всемогущества проснулось в нём?

– Волчик, не думаю, что это хорошая идея. Пошли как говорят. Мы не местные, правил не знаем... – Саяна взволновалась.

– Да понимаю я всё. Дальше тогда с лошадей слезть придётся.

Путники слезли с коней и пошли вслед друг за другом. Извилистая тропинка уводила их в хвойный лесок. Первой пошла Настасья.

– Аккуратнее! Здесь скользко и грязно... Видимо, дождь поливал, высохнуть не успело. А ещё корни из земли торчат, не споткнитесь! – обернувшись, скомандовывала девушка.

– Далеко ещё обоо? Я, как помню, что рассказывала мне Саяна, Дьер-ээзи имеет свой обоо в горах, если не несколько. Через него же к ней обращаться будем? – спросил Владислав.

– Не-а. Этих штук в наших горах нет. – Настасья отмахнулась. – Я веду вас к месту силы, где как раз мы сможем его воздвигнуть.

– А так вообще можно? – усомнился Влад.

– Конечно, милый! Все обоо когда-то кто-то создавал. – Шаманка улыбнулась.

– Ай!

Все остановились. Кита упал прямо в грязь. Большая сумка, которую он нёс, упала вместе с ним.

– Ты не ушибся? – подбежала к нему взволнованная девушка.

– Чёрт возьми! Эти корни словно специально меня с ног свалили! Я же смотрел под ноги, когда наступал – корней здесь не было! – Кита испуганно встал и попытался отряхнуться.

– Может, кого-то просто ноги не держат? – съязвил Влад.

Кита будто хотел что-то ответить, но промолчал.
В лесу было душно. Воздуха на всех стало не хватать. Капельки пота стекали по лбам путников, словно роса с травинок.

– Вот здесь... Сейчас... – шептала себе под нос Настасья.

Пройдя ещё какое-то время, перед ними предстало гигантское чудо. Четыре огромных камня, вросших друг в друга, возвышались над ними. Чтобы увидеть их в полный рост, нужно было отойти подальше, дабы не сломать себе голову.

– Что это за место такое? – Саяна была ошарашена. – Я чувствую, это место не простое...

– Всё верно! Это скала – «Четыре братца». По легенде это сыновья Хозяйки Медной горы, то есть этой горы. Дети предали её, хотели свергнуть мать и править горой сами. Верные загоркини прознали про это, нашептали ей об их коварных планах. Разозлилась та и превратила их в скалу огромную с четырьмя головами. Отныне не сдвинуться им с места, да только в разные стороны света смотреть и мечтать о свободе... – Настасья поведала прерывисто.

– Откуда ты знаешь про эту легенду? – Бранимир удивился. – Сколько здесь живем, а я про это место ни слухом ни духом...

– А вот, может, загоркини сами и нашептали? – Настасья заговорщески переглянулась с Китой.

– Да, это место особенное. Часто мы здесь с Настасьей прятались от глаз любопытных. Поэтому, можем здесь привал небольшой сделать, передохнуть. Дальше дорога опаснее будет, сложнее. – Кита кинул на травку сумку и присел на валяющееся бревно.

– Да, я устал! Хочу здесь привал! – поддержал их идею Хмара.

Лошади принялись кушать траву, которая росла возле деревьев, Кита и Настасья ушли собирать хворост, Саяна разбирала еду из большой сумки, а Бранимир, Влад и Хмара разглядывали «Четырёх братцев».

– Вот это да... Ни разу в жизни такого не видал... – Владислав удивлённо задрал голову.

– Чуднóе место! Интересно, получится ли здесь руну скал сделать? – размышлял Бранимир.

– Щас как долечу до верхушки! – крикнул Хмара и неожиданно поднялся в воздух, весело смеясь.

– Стой! Сынок! Высоко же!

Но Хмара уже не слышал. Протянув руку ввысь, он летел к своей цели. Оторвавшись от земли уже на высоту целого дома, искры вокруг мальчика начали мерцать всё хуже и хуже, пока... не погасли! Когда он увидел последнюю погасшую искру, дыхание у него перехватило. Его рот открылся, но воздуха набрать совершенно не мог. Мальчик еле успел схватиться за выступ камня. Он повис над стоящими внизу отцом и Владом, руки предательски соскальзывали, ведь камень был ещё мокрым, как и земля после дождя.

– Ааа! – кричал Хмара, уцепившись из последних сил.

– Держись! Сейчас заберусь за тобой! – всполошился Влад и побежал лезть на камень.

– Стой! Вот! Держи! – Бранимир кинул ему мешочек. – Осыпь себя!

Парень ничего не поняв, послушался и осыпал себя пыльцой. Через мгновение Влад подлетел в воздух. Его органы внутри словно поднялись к горлу. В горле перекрылся поступающий кислород.

– Волчик! – Саяна подбежала к Бранимиру.

Не ответив любимой, Влад пытался успокоиться и как-то по наитию плыть в невесомости к мальчику. Было сложно держать равновесие, но парень отчаянно бился руками и ногами, дабы скорее долететь до Хмара. Он не любил высоты, поэтому вниз старался не смотреть, но нервы подсдавали.

Вот он за считанные мгновения долетел до мальчика и уже хотел схватить его за ногу. Пальцы парня почти коснулись штанины мальчика, как вдруг... Рука Хмара соскользнула и он полетел вниз. Владислав не успел его поймать. Он только услышал обрывистое: «Ааа!!!» – которое быстро стихло. Вопреки своему страху парень посмотрел вниз...
На земле столпились все вокруг Хмара. Он лежал на руках Киты. «Поймал его?» – подумалось Владу. И необычайно осторожно, держась за скалу, он начал спускаться вниз.

– Хмара, ну что ж ты так! Ты же знаешь, что долго летать не можешь! – громко отчитывал сына Бранимир.

Настасья и Кита удивленно переглядывались. Они впервые слышали как глава ругает своего сына.

– Тебе спасибо, Кита. Вовремя подлетел... И тебе спасибо, Владислав! – выдохнув, обратился он к парню, когда тот спустился.

– Ты поймал его? – Влад обратился к Ките.

– Да... Ты, кстати, здорово летал для второго раза, – похвалил он парня. – Ты высоты боишься? Было видно. Тут главное не смотреть вниз, иначе штаны обделать можно. Бывало... Бранимир Вилич отправил Хмара готовить обед. Тот очень грустный поплёлся выполнять поручение.

– Влад, ты как? Всё хорошо? Дивно же ты летал! – Саяна подбежала к любимому и крепко обняла. – Я очень переживала! – Она легонько ударила его по плечу. – Аккуратней будь!!

– Всё хорошо, Птичка. Вот, спустился к тебе с небес! – Парень лаского погладил девушку по голове.

– Так может ты не Волчик, а тоже Птичка?

– Не-а! Волчик-волчик. Летающий!

Глава деревни подошёл к паре и протянул руку Владиславу.

– Симуран? – Он пошутил, затем добавил: – Спасибо тебе. Быстро же ты сообразил, как с пыльцой справляться.

Они пожали руки.

– Сам Семаргл! – Парень хмыкнул. – Да, не за что. Всё таки... Кита спас. – У него неожиданно дернулся глаз. – Вот держите. – И протянул мешочек с пыльцой.

– Оставь себе. Думаю, вам она ещё пригодится в вашем приключении. – Бранимир загадочно улыбнулся, будто знал, что за приключение их ждет.

Парень хотел было поблагодарить его, но глава деревни уже пошёл командовать сыном, чтобы сварить вкусный обед.

Настасья и Кита собрали хвороста, но ветки и бревна были влажные, поэтому Настасьиным кресалом было сложно разжечь их.

– Чёрт! Давай! Тьфу ты!.. – ругалась девушка, в который раз стукая огниво об кремень.

– Саяна, мне интересно, как ты такие ветки разжечь можешь? – Бранимир спросил с любопытством у шаманки. – Есть ли у тебя способ какой-нибудь?

– Вообще, костёр у нас всегда Влад разводил... Ну, а я тоже огнивом справлялась.

– Разве у тебя нет варианта на такой вот случай?

– Если я буду просить у духов огня хоть пару искр – завтра точно сможем поесть. – Саяна посмеялась.

– Тогда смотри внимательно, что я тебе сейчас покажу...

Бранимир сел на корточки и раздвинул ветки, образуя в центре круг. Затем, он достал из своей сумки кусок бересты и писáл, начертил что-то на ней и кинул в центр хвороста. Тут же вспыхнуло большое пламя!

– Настасья! Кита! Подбросьте ещё брёвен! – скомандовал глава.

Ребята послушались. Хмара, Влад и Саяна удивленно смотрели на пылающий огонь.

– Много за сегодня дива-дивного... – не отрываясь от огня, произнёс Владислав.

Саяну снова внутри кольнуло что-то. Ей хотелось улыбнуться, но она не могла. Лишь один уголок рта смогла натянуть чуть выше. «Что ж это я, совсем бесполезна что ли?» – ныло её нутро.

– Это руна Крадо. Она всегда безотказно работает и даёт огоньку, – пояснил Бранимир.

– Раз у нас теперь есть огонь, давайте готовить? – попыталась перевести тему Саяна.

– Да! Хмара, ну как там у тебя? Получилось нарезать? – Вилич не заметил негодования шаманки и обратился к сыну.

– Да, тут только упало немного...

Владислав, увидел, как грустно стало его любимой. Он подошёл к ней, погладил по плечу и на ухо прошептал: «Ты у меня всё равно самая сильная...»

Когда носы путников уловили долгожданный запах готовой еды, все уселись у костра и начали обедать. Приготовили они бобовый суп. Сварили так много, что даже лошадям по порции дали.

– Лучок крупно нарезан! Хмара-Хмара... Я же тебя учил! – В шутку сетовал Бранимир. – А как же ты нарезать ингредиенты в лекарства будешь, когда вырастешь?

– Хорошо буду нарезать! Лучше всех! – обиделся мальчик.

– Хмара, не переживай! Я, когда лекарства и отвары делаю, всё крупно нарезаю! Даже иногда лучше получается. – Шаманка поддержала его.

Хмара тут же повеселел.

– Насчёт отваров... – начала, немного стесняясь, Настасья, – не знаешь, может, есть такой, чтобы волосы в чёрный красил цвет?

– Смотрю, уже баловалась?

– Да, есть такое. Ну, чего?

– Можно приготовить хороший, но это надо настоять кору морёного дуба. Редкость! А тебе зачем? Смотрю, у тебя прекрасный русый на макушке. Говорят же сейчас, что самые красивые девушки – златовласые...

– Нет! Ужасный цвет! – внезапно крикнула Настасья. – Не хочу красавицей быть! Сдалось мне это!

Девушка кинула на землю тарелку с супом и ушла в лес.

– Настасьюшка, стой! – позвал Кита, но его проигнорировали.

– Можно я схожу? – спросила у него разрешение Саяна. Тот кивнул.

Поставив свою тарелку на пенёк, девушка отправилась за ней. Далеко та не ушла, шаманка нашла её возле лошадей. Она присела на землю, облокотившись о сосну, и поглаживала свою кобылку. Её лицо было печальным и уставшим.

– Присяду? – спросила шаманка.

– Как хочешь. – Настасья небрежно кинула.

Саяна подсела рядом на влажную траву. Учуяв хозяйку, Лунь отошёл от вкусного обеда, подошёл к ней и прилег рядом. Девушка, улыбаясь, начала его гладить.

– Хорошие у вас отношения, я смотрю, – подметила Настасья.

– Да... Мой второй защитник...

Лунь обиженно фыркнул.

– Ох, ну что ты! Не дуйся! – Шаманка похлопала того по шее.

Настасья косо наблюдала за ними. Её кобылка мирно спала и похрапывала.

– Так чего убежала? Извини, я не хотела тебя обидеть... – начала Саяна. – Я правда считаю, что твой русый цвет красивый. Сама всегда мечтала о таком цвете! Вот и подумала, странно, что ты хочешь спрятать его.

Настасья удивленно посмотрела на шаманку.

– Ты хотела этот цвет волос? Не поверю... У тебя красивые волосы, сама бы такие хотела... – голос девушки немного задрожал.

С виду она сидела спокойно, но если присмотреться – всё её тело безжалостно выдавало всю боль и ярость. Оно то дрожало, то полностью каменело.

С нарастающим гневом она продолжила:

– Ненавижу свои волосы! А знаешь почему? – Минуту помешкав, продолжила: – У нас на селе выбирали себе в жены по цвету волос, представляешь?! Как кобыл! Выбрал меня один барин-урод, только из-за этого цвета... Так издевался потом – хоть плачь, хоть не плачь... Убежала, а там и Кита меня нашёл...

Саяну словно снова ударили по голове. От понимания, что произошло в жизни девушки, у неё закружилась голова. Жалость встала на глазах, а комок в горле было нечем пробить.

– Ещё раз прости... – лишь смогла выдавить она.

– Ничего, всё в прошлом. – Настасья махнула рукой.

– Я найду морëный дуб и сделаю тебе такой отвар, что твои волосы станут темнее самой Тьмы Великой! – Саяна посмотрела на девушку с полной решимостью. – И даже если дорога разведёт нас, я найду способ отдать тебе его.

Настасья не поверила своим ушам.

– И это после того, что мы сделали с твоим любимым?.. – уколола она.

– За это я вас не прощаю и буду продолжать тихо презирать. Но с волосами я помогу. Другая эта боль. Другая.