Не твой мальчик

Выйдя из душного зала, Ян поспешил за своим невольным проводником.

Однако уже через пару поворотов гость нахмурился, осознав, что младший Ревенхолл ведет его вовсе не вглубь особняка, где располагалась обещанная галерея, а прямиком к высоким стеклянным дверям, выходящим в сад.

— Куда ты меня ведешь? — ровным тоном поинтересовался мужчина, остановившись у самого выхода.

Блондин резко развернулся. На его губах играла дерзкая усмешка.

— Ты серьезно думал, что я потащу тебя разглядывать скучные картинки? — удивленно вскинул брови юноша.

Старший альфа окинул собеседника долгим, нечитаемым взглядом, а затем спокойно опустил руки в карманы брюк:

— Тогда какова цель этого маршрута?

— Моя цель — покурить. А ты можешь идти куда хочешь, если что-то не нравится, — бросил парень и, больше не уделяя спутнику внимания, толкнул дверь, выходя на залитую лунным светом террасу.

Брюнет тихо, едва заметно вздохнул. Поправив пиджак, он последовал за строптивым бетой.

Прохладный ночной воздух коснулся лица, сразу прогоняя остатки духоты. Парень подошел к кованым перилам, окружавшим ухоженный парк, и оперся на них локтями. Достав из кармана пачку, он щелкнул зажигалкой. Огонек на мгновение выхватил из темноты его красивые черты лица. Затянувшись, юноша повернулся к спутнику и демонстративно протянул ему пачку:

— Будешь?

— Нет, я не курю, — ответил мужчина, остановившись в паре шагов.

— Кто бы сомневался, — хмыкнул блондин, пряча сигареты обратно. Он выпустил из рта густую струю сизого дыма и устремил взор в темноту. — Время идёт, а ты абсолютно не меняешься. Не куришь, не пьешь, матом не ругаешься... Прямо не живой человек, а безупречный музейный экспонат. Не скучно так жить?

Кросс проигнорировал эту колкость. Он встал рядом, строго соблюдая границы личного пространства, и тоже посмотрел на ночной пейзаж. Мужчина погрузился в собственные мысли, внешне оставаясь абсолютно невозмутимым.

Парень искоса взглянул на его идеальный профиль, раздражаясь от этой тишины все сильнее. В конце концов, не выдержав, он резко повернулся всем корпусом к альфе и, сделав очередную глубокую затяжку, прямо спросил:

— Может, объяснишь мне, какого черта происходит?

— Ты о чем? — Ян медленно повернул голову.

— Ну, например, зачем тебе сдался этот фиктивный брак со мной? Особенно после всего того, что было между тобой и Генри.

Мужчина слегка напряг плечи. Он ожидал подобных вопросов, но ответов на них дать сейчас не мог. Альфа лишь тяжело вздохнул.

— Ты любил его? Правда? — наступал блондин, с вызовом заглядывая собеседнику в глаза и выпуская табачный дым.

— Алекс, столько лет прошло... — тихо произнес Ян.

— А, значит, теперь можно просто всё забыть и жениться на родном брате возлюбленного? — перешел на повышенные тона юноша.

— Перестань, — после короткой паузы произнёс Ян. — Я ничего не забыл.

Под этим пристальным, давящим взглядом юноше внезапно стало не по себе. По спине пробежал легкий холодок, уверенность на секунду пошатнулась, и он непроизвольно отвел взор в сторону, уставившись на тлеющий огонек сигареты.

— Вау... Между вами все было настолько серьезно, что ты даже не можешь нормально вспоминать о нем?

— Ты для этого меня сюда позвал? — строго спросил альфа.

— Нет! — Смахнув пепел, парень сделал шаг вперед. — Я хотел убедиться, что мне тогда не показалось. И, кажется, убедился. Меня еще больше злит то, что ты любил его, а теперь так нагло предаешь эту память. Ты ведь даже за столько лет ни разу не женился, а сейчас вцепился в этот союз! Тебе самому не противно от этого?

Мужчина лишь тяжело выдохнул, прикрывая глаза от яростных слов собеседника.

— Тебе бы научиться подбирать выражения перед тем, как что-то говорить, — холодно произнес брюнет.

Парень бросил на него презрительный взгляд:

— Поговори с моим отцом. Скажи ему, чтобы он прекратил этот цирк и наконец выпустил меня из дома.

— А что это изменит? — без малейших колебаний ответил Кросс.

Юноша вопросительно приподнял бровь.

— Я твоему отцу не указ, как и он мне. Вот если бы ты жил у меня... — начал альфа.

— Чего?! — отпрянул парень от такой наглости.

— Я говорю это к тому, что на моей территории твой отец не имеет власти.

— Ты мне что, предлагаешь переехать к тебе?! — опешил блондин.

— Я предлагаю тебе укрытие. Ты ведь сам только что сказал, что хочешь выбраться из-под контроля отца.

— Да иди ты к черту! — возмутился юноша, едва не задыхаясь от негодования.

Он вплотную подошел к мужчине, снизу вверх глядя на него со смесью ярости и презрения:

— Я никогда не буду жить с тобой. Запомни это навсегда.

Парень тяжело, судорожно выдохнул и отступил на шаг назад, понимая, что этот разговор бессмыслен:

— И как у тебя язык поворачивается предлагать подобное?

— Я не сказал ничего предосудительного, — ровным тоном ответил старший.

— Нет, сейчас ты как раз сказал всё, и я наконец-то увидел твое истинное лицо.

Юноша круто развернулся и быстрым, размашистым шагом направился обратно в особняк, с грохотом захлопнув за собой стеклянную дверь.

Мужчина остался стоять на террасе в полном одиночестве. На его губах появилась едва заметная, горькая ухмылка. Он опустил взгляд на запястья, коснулся пальцами дорогой запонки на манжете и слегка покрутил ее вокруг оси. Посмотрев на темное небо, усыпанное холодными звездами, Ян негромко произнес в пустоту:

— Моего настоящего лица ты всё равно никогда не увидишь...

После этого напряжённого разговора в саду Кросс и Джейк удалились в рабочий кабинет. Им требовалось в спокойной обстановке детально обсудить пункты брачного договора.

Младший Ревенхолл к тому моменту уже успел забаррикадироваться в собственной спальне. Заперев дверь на замок, он в бессильной ярости мерил шагами комнату. Чужие слова намертво засели в его голове, выжигая все изнутри.

— Какая же он холодная, расчетливая сволочь! — прорычал парень.

Он подлетел к кровати, схватил тяжелую декоративную подушку и со всей силы швырнул ее в стену:

— И они действительно хотят связать меня с этим человеком? Это просто какой-то абсурд! Настоящий дурдом!

В изнеможении упав на постель, юноша уставился в потолок. Почему после этого разговора стало только хуже? Почему этот мужчина бесил его больше всех... и одновременно никак не выходил из головы?

В этот самый момент тишину комнаты прорезал звонок мобильного. На экране высветилось имя лучшего друга. Смахнув подступившую влагу с ресниц, парень нажал кнопку ответа:

— Да, Марк.

— Привет, будущий женатик! — тут же раздался в динамике веселый, подкалывающий голос. — Как поживает наш примерный семьянин?

— Иди к черту, ладно? — устало огрызнулся блондин.

Из динамика донесся громкий смех:

— Ха-ха! Ну ладно тебе, не кипятись! Когда свадьба-то? Меня хоть пригласить не забудешь, или строгое семейство запретит общаться со старыми друзьями?

— Тебе мало быть посланным один раз? — сквозь зубы переспросил юноша, чувствуя, как закипает. — Если звонишь только ради этого, я бросаю трубку.

— Ну ладно, сдаюсь! — примирительно воскликнул Марк, хотя в его тоне все еще бурлила безудержная радость. — У меня просто действительно потрясающее настроение!

— И с чего бы это? — без особого интереса буркнул парень.

— Отец наконец-то купил мне ту самую яхту, о которой я мечтал целый год! Поэтому я планирую обкатать ее палубы с самыми крепкими и дорогими напитками. Мы собираемся всей компанией, и я очень жду тебя. Ты просто обязан быть!

Юноша внезапно замолчал. В груди разлилась горячая волна обиды. Все его друзья сейчас жили так, будто весь мир принадлежал им: веселились, покупали яхты и наслаждались своей свободой. А он, как преступник, заперт в четырех стенах собственного дома, пока родители и этот надменный Кросс решают его судьбу.

Вся злость, копившаяся неделями, в одно мгновение достигла точки кипения. Парень резко сел на кровати, сжав телефон.

— Я буду, — твердо отрезал он. — Но мне понадобится твоя помощь. Сбрось точное время и координаты.

Не дожидаясь ответа, блондин нажал кнопку отбоя. Экран мигнул и тут же отозвался входящим уведомлением. Марк прислал сообщение буквально в ту же секунду:

«Отлично! Тогда во вторник, на набережной Джент-Сити. Не опаздывай!»

Отбросив смартфон на подушку, юноша запустил пальцы в волосы, лихорадочно соображая.

Вторник. Теперь перед ним стояла главная и самая сложная задача: придумать идеальный, надежный план, как незаметно смыться из этого охраняемого плена.