7 часть
Хёнджин сидел за своим столом, уткнувшись взглядом в монитор. Цифры и графики мелькали перед глазами, но он их почти не видел. За спиной, у кофемашины, снова перешёптывались двое из отдела продаж — беты, вечно недовольные своей зарплатой и ищущие, на ком сорвать злость.
?: ...и этот тоже туда же. Спелись, как сиамские близнецы. Омега с омеголюбом, ну дела...
Хёнджин стиснул зубы, но промолчал. Он привык. За два года работы в этой компании он наслушался всего: от «омега в аналитике — позор для профессии» до «наверное, директор его держит за красивые глаза». Единственное, что спасало — его результаты, которые говорили сами за себя. Пока остальные отделы проваливали квартальные планы, Хёнджин закрывал сложнейшие кейсы один, без помощи стажёров и ассистентов.
С: Опять эти? — раздался тихий голос слева.
Хёнджин поднял голову. Сынмин, как всегда незаметно подошедший, стоял рядом с двумя бумажными стаканчиками кофе. Один он протянул Хёнджину — чёрный, без сахара, как тот любил.
Х: Спасибо, — коротко ответил Хёнджин, принимая стаканчик. — Игнорирую. Как всегда.
С: Зря, — Сынмин пожал плечами и сел за свой стол, который теперь стоял вплотную к столу Хёнджина, после успешной сдачи второго совместного проекта Феликс лично распорядился переставить мебель, чтобы «аналитический отдел работал синхронно». — Если ты не ставишь их на место, они начинают думать, что им всё позволено.
Х: А что ты предлагаешь? Устроить драку в офисе? — усмехнулся Хёнджин, делая глоток. Кофе был горячим и крепким, именно таким, каким нужно. Сынмин запомнил с первого раза.
С: Нет. Я предлагаю надрать им задницы на ближайшей презентации. Твой отчёт по логистике за прошлый месяц готов?
Хёнджин кивнул. Он закончил его ещё вчера вечером, задержавшись в офисе до одиннадцати. Файл лежал на рабочем столе — выверенный до последней цифры, с прогнозами на следующий квартал и предложениями по оптимизации складских расходов на пятнадцать процентов.
С: Скинь мне. Я добавлю свою часть по закупкам, — Сынмин уже открыл ноутбук, пальцы быстро забегали по клавишам. — К пяти вечера сдадим Феликсу. У него завтра встреча с советом директоров, и ему нужны цифры.
Х: Знаю, — Хёнджин отправил файл.
День шёл быстро, ребята уже успели перебраться в другое место. Они сидели в прозрачном переговорном кабинете на третьем этаже — стеклянные стены позволяли видеть весь опенспейс, но звукоизоляция была идеальной, что делало это место идеальным для рабочих совещаний без помех. Хёнджин просматривал на планшете отчёт по текущему проекту, когда краем глаза заметил что-то странное. Сынмин, сидевший напротив, уткнувшись в свой ноутбук, вдруг замер, и на его лице — сначала на скулах, потом на шее, даже на кончиках ушей — проступил яркий румянец. Он смущённо кашлянул, поправил воротник рубашки и уставился на экран с таким видом, будто пытался прожечь его взглядом.
Х: Сынмин? — осторожно позвал Хёнджин, отрываясь от планшета.
С: А? Что? — альфа вздрогнул и поднял глаза, всё ещё красный.
Х: Ты в порядке? Лицо как помидор. Перегрелся?
С: Нет-нет, всё нормально, просто... — Сынмин замолчал, провёл рукой по волосам и отвёл взгляд. — Душно что-то.
Хёнджин нахмурился, но не стал давить. Однако в течение следующего часа он заметил ещё несколько таких моментов: Сынмин то краснел, глядя в телефон, то начинал нервно крутить ручку, то бросал быстрые взгляды на дверь, будто ждал кого-то. Хёнджин знал Сынмина достаточно хорошо, чтобы понять: здесь что-то не так. Но он молчал, ждал.
Через два дня они снова оказались вместе — на этот раз в той же переговорной, но уже без официального повода. Хёнджин проверял почту, Сынмин пил кофе и рассеянно смотрел в окно. И снова этот румянец, когда на телефон пришло уведомление. Сынмин схватил его, прочитал сообщение, и на его лице появилась такая смесь радости, смущения и страха, что Хёнджин не выдержал.
Х: Сынмин, — он отложил планшет и сложил руки на столе. — Мы знакомы... ну, не так давно, но я уже научился читать твои эмоции. Что происходит? Ты сам не свой последние дни. Влюбился, что ли?
Сынмин замер с чашкой в руке. Его щёки снова вспыхнули, и он поставил кофе на стол, чтобы случайно не пролить. Он открыл рот, закрыл, снова открыл и наконец выдавил:
С: С чего ты взял?
Х: С того, что ты краснеешь каждые полчаса, смотришь на телефон как на бомбу замедленного действия и улыбаешься своим мыслям, когда думаешь, что никто не видит, — Хёнджин улыбнулся, и в его голосе зазвучали тёплые нотки. — Я не слепой. И не глупый. Рассказывай.
Сынмин тяжело вздохнул, откинулся на спинку стула и посмотрел в потолок. Несколько секунд он молчал, собираясь с духом. Потом тихо сказал:
С: Да. Ты прав. Есть один человек. Старый знакомый. Мы раньше учились вместе, потом потеряли связь, а недавно случайно встретились на конференции. И я... не знаю. Он мне очень нравится. Давно, если честно. Ещё тогда, в университете. Но я так и не признался. Боялся испортить дружбу.
Хёнджин слушал, и в его груди разливалось тёплое, почти радостное чувство. Он не ожидал, что Сынмин — такой собранный, уверенный в себе альфа — окажется настолько уязвимым в вопросах сердца. Это делало его ещё более человечным и близким.
Х: И ты до сих пор молчишь? — спросил Хёнджин, подаваясь вперёд. — После стольких лет?
С: А что я скажу? — Сынмин горько усмехнулся. — «Привет, помнишь меня? Я тот парень, который тайно вздыхал по тебе всю учёбу, а теперь хочет пригласить на свидание»? Я же альфа, Хёнджин. Я должен быть уверенным, решительным, а не мямлить как подросток.
Х: Глупости, — отрезал Хёнджин. — Это стереотипы. Омеги тоже не любят, когда им навязывают роли. Мы ценим искренность. И да, решительность — это хорошо, но ещё важнее — честность. Скажи, кто он? — Хёнджин вдруг хитро прищурился. — Я знаю его?
Сынмин дёрнулся и замотал головой чуть быстрее, чем следовало.
С: Нет. То есть, возможно, ты слышал о нём, но... неважно. Я пока не готов называть имя. Прости.
Х: Ладно, не буду давить, — Хёнджин поднял руки в примирительном жесте. — Но раз уж ты признался, что у тебя есть симпатия, я, как опытный омега, могу дать тебе несколько советов.
Сынмин удивлённо поднял бровь, но в его глазах зажглась надежда.
С: Ты серьёзно? Ты поможешь мне?
Х: А почему нет? — Хёнджин пожал плечами и улыбнулся шире. — Мы напарники. И, кажется, друзья. А друзья помогают друг другу в любовных делах.
С: Спасибо, — выдохнул Сынмин, и в его голосе слышалась искренняя благодарность. — Я правда не знаю, с чего начать. Мы общаемся, переписываемся, но я боюсь сделать шаг.
Х: Хорошо, слушай сюда, — Хёнджин деловито загнул первый палец. — Во-первых, забудь про стереотип «альфа должен всё решать сам». Омеги — не беспомощные принцессы, мы тоже умеем делать первый шаг. Но если ты хочешь проявить инициативу, делай это мягко. Например, пригласи его на кофе, но не как официальное свидание, а как «давно не виделись, давай поболтаем». Без давления.
С: А если он откажется?
Х: Тогда узнаешь причину, — Хёнджин наставительно поднял палец. — Но если ты будешь боятся отказа, никогда ничего не получишь. Второе: будь внимателен к мелочам. Омеги это обожают. Запомни, какой кофе он любит, какую музыку, какие фильмы. Это покажет, что ты действительно слушаешь, а не просто делаешь вид.
Сынмин слушал, кивая, и даже достал телефон, чтобы записать. Хёнджин хмыкнул, довольный его серьёзным подходом.
Х: Третье: не бойся комплиментов. Но не дешёвых, а искренних. Скажи, что тебе нравится его улыбка или как он смеётся. Без пошлости, без намёков. Просто — тепло. Омеги чувствуют фальшь.
С: А если он подумает, что я просто пытаюсь затащить его в постель?
Х: Тогда ты не так сказал, — отрезал Хёнджин. — Комплимент должен идти от сердца. Если ты будешь дрожать от искренности, он это поймёт. И поверь, это лучший способ растопить лёд.
Сынмин задумчиво посмотрел на свой телефон.
С: А ты... ты сам как бы хотел, чтобы за тобой ухаживали?
Хёнджин на мгновение замялся. Вопрос был неожиданным и личным. Он вспомнил, как сам мечтал о чём-то подобном, но его прошлые отношения оставили горький осадок. Однако сейчас он говорил не о себе, а о друге.
Х: Я бы хотел, чтобы меня уважали. Чтобы мной не пытались манипулировать, не давили, не решали за меня. И чтобы были эти маленькие знаки внимания. Кофе на столе утром. Сообщение «доброй ночи» просто так. Иногда — молчаливое присутствие, когда ты просто рядом, и ничего не нужно говорить. Это важнее громких слов.
Сынмин смотрел на него с новым выражением — уважительным и немного задумчивым.
С: Ты хорошо понимаешь людей, Хёнджин.
Х: Я омега, — усмехнулся тот. — Мы привыкли слушать и чувствовать. А теперь, — он встал, подошёл к кофемашине и налил себе ещё одну чашку, — иди и напиши этому своему старому знакомому. Прямо сейчас. Пригласи его куда-нибудь. Я лично прослежу.
С: Феликс нас убьёт, если узнает, что мы вместо работы занимаемся сватовством, — хмыкнул Сынмин, но в его тоне звучало согласие. Он взял телефон и начал печатать сообщение.
Х: Феликс сейчас в кабинете с директорами, ему не до нас, — отмахнулся Хёнджин, хотя в этот момент дверь переговорной внезапно открылась, и на пороге появился сам объект их обсуждения.
Продолжение следует....
1418 слов