6 часть
Они замолчали. Хёнджин жевал сэндвич и думал о том, как странно сидеть ночью на скамейке с альфой, есть дешёвую еду и чувствовать себя... почти спокойно.
Х: Почему ты согласился работать со мной? — спросил он, не глядя на Сынмина.
Сынмин задумался на мгновение, глядя на отражение луны в луже.
С: Потому что когда я увидел твои расчёты по «Дельте-7», я понял: этот человек — гений, но его загоняют. А я не люблю, когда гениев загоняют. И ещё.....— он повернулся и встретил взгляд Хёнджина, — ты не сдаёшься. Даже когда всё против тебя, ты продолжаешь работать. Это редкость. Таких людей стоит поддерживать.
Хёнджин почувствовал, как к горлу подступает ком. Он отвернулся, сделав вид, что поправляет воротник.
Х: Спасибо, — сказал он тихо.
С: Не за что. — Сынмин встал, отряхнул брюки. — Идём. Доделаем этот отчёт, и я отпущу тебя спать. Завтра новый день.
*
Феликс сидел в своём кабинете, просматривая утреннюю почту. За двадцать пять дней с момента появления Сынмина в компании динамика в отделе изменилась. И эти изменения его... интересовали.
Хёнджин больше не вздрагивал, когда к нему подходили. Он начал отвечать на вопросы коллег — коротко, сухо, но без прежней враждебности. Он реже запирался в кабинете в одиночестве. И главное — его продуктивность взлетела. «Дельта-7» сдана досрочно, «Гамма-3» движется с опережением графика. По всем показателям проект, в который Феликс вложил нового аналитика, окупался.
Феликс открыл ящик стола и достал тонкую папку. Это было личное дело Сынмина, которое он запросил ещё до его прихода. Рекомендации с предыдущих мест работы — блестящие. Ни одного конфликта, ни одного дисциплинарного взыскания. Повышение каждые два года. И нигде не задерживался дольше трёх лет.
Ф: Интересно, — пробормотал Феликс, перелистывая страницы. — Почему ты ушёл из предыдущей компании?
Он набрал номер HR-отдела.
Ф. Подготовьте дополнительную проверку по Ким Сынмину. Мне нужны интервью с его прошлыми руководителями, но без уведомления самого сотрудника.
?: Будет сделано, директор Ли.
Феликс повесил трубку и откинулся в кресле. Он не ревновал. Ревность — это эмоция слабых, тех, кто боится потерять. А Феликс не боялся. Он просто хотел понимать, с кем имеет дело. Сынмин мог быть ценным активом, а мог быть угрозой. И Феликс привык проверять всё лично.
Он встал и подошёл к стеклу, глядя вниз, на кабинет Хёнджина. Сынмин и Хёнджин сидели за одним столом, склонившись над бумагами. Они не касались друг друга, не флиртовали — просто работали. Но в их позах чувствовалась синхронность: когда один тянулся за ручкой, второй подавал её; когда один говорил, второй кивал, уже понимая мысль.
Ф: Хорошая команда, — признал Феликс вслух. — Посмотрим, выдержит ли давление.
Он не стал им мешать. Пока они приносили результат, он мог позволить им работать в их темпе. Но в его планах было постепенно увеличивать нагрузку — посмотреть, как пара поведёт себя под стрессом. Если они выдержат — отлично, он получит супер-команду. Если сломаются — что ж, значит, он был прав, и Хёнджин никогда не сможет работать без надзора.
***
Прошёл месяц. Хёнджин чувствовал, как тяжесть в груди, преследовавшая его годами, начала ослабевать. Не исчезать — он не был настолько наивен, чтобы думать, что один месяц работы с хорошим напарником может вылечить годы боли. Но ослабевать.
Они с Сынмином выработали ритм: утро — планёрка, день — работа, вечер — перекус и обсуждение результатов. Между ними установилось что-то вроде дружбы, хотя ни один из них не называл это вслух. Хёнджин заметил, что в присутствии Сынмина он меньше сжимается, реже кусает губы до крови, не вздрагивает, когда кто-то подходит со спины.
Минхёк, почувствовав, что его провокации перестали действовать, переключился на других сотрудников. Сплетни о «романе» поутихли — когда стало очевидно, что Хёнджин и Сынмин просто работают, не флиртуя и не уединяясь, интерес пропал.
В тот вечер Хёнджин задержался дольше обычного, доделывая финальные расчёты. Сынмин ушёл на час раньше, сказав, что у него встреча — впервые за месяц он покинул офис до восьми. Хёнджин не стал расспрашивать. Но когда и сам наконец вышел в коридор, то столкнулся с Феликсом у лифта.
Ф: Задерживаешься, — заметил Феликс. Он был в пальто, с портфелем, явно тоже собирался уходить.
Х: Работа, — коротко ответил Хёнджин, нажимая кнопку вызова лифта.
Они стояли рядом в тишине. Хёнджин чувствовал запах Феликса — дорогой парфюм, кофе, бумага. Запах власти. Но в этот раз он не вызвал тошноты. Просто напомнил, кто здесь главный.
Ф: Я доволен вашей работой, — сказал Феликс, когда лифт приехал. — Ты и Сынмин — хорошая пара.
Х: Спасибо.
Феликс вошёл в лифт первым, Хёнджин за ним. Кнопка первого этажа. Двери закрылись.
Ф: У него хорошие рекомендации, — продолжил Феликс, глядя прямо перед собой. — Но я всё равно проверил его прошлое. На всякий случай.
Хёнджин напрягся, но промолчал.
Ф: Знаешь, что я выяснил? — Феликс повернул голову и посмотрел на него. — Он ушёл с предыдущей работы, потому что отказался подставить коллегу. Начальство требовало, чтобы он дал ложные показания по проекту, а он отказался. И уволился, чтобы не участвовать в этом.
Хёнджин моргнул. Он не ожидал такого откровения, тем более от Феликса.
Х: Зачем ты мне это говоришь? — спросил он, сам не заметив, как перешёл на «ты».
Ф: Чтобы ты знал, с кем работаешь. Я не люблю сюрпризов. — Феликс слегка улыбнулся — это не было похоже на угрозу, скорее на деловую вежливость. — И чтобы ты понимал: я не враг вам. Пока вы приносите результат, я на вашей стороне.
Лифт остановился. Двери открылись, и в холл ворвался прохладный вечерний воздух.
Ф: Спокойной ночи, Хван Хёнджин, — сказал Феликс и пошёл к выходу.
Хёнджин остался стоять в холле, глядя ему вслед. Феликс не ревновал. Феликс не угрожал. Он просто наблюдал — и делал свои выводы. Это было не страшно. Это было... почти нормально.
***
Прошло ещё два месяца. Осень вступила в свои права, и офисные окна всё чаще затягивало дождём. «Гамма-3» была сдана с результатом, который превзошёл все ожидания — 104 процента от плановых показателей. Хёнджин и Сынмин получили премию и благодарность от совета директоров.
Хёнджин стоял у своего стеклянного кабинета и смотрел на отражение города в ночных огнях. Сынмин уже надел пальто и стоял у двери, ожидая его.
С: Ты идёшь? — спросил он.
Х: Да. Сейчас.
Хёнджин обернулся и посмотрел на кабинет, в котором провёл столько месяцев. Стеклянные стены, прозрачная клетка — теперь она казалась ему не тюрьмой, а просто местом, где он работал. Он перестал замечать её прозрачность. И перестал бояться чужих взглядов.
Х: Знаешь, — сказал он, выходя за Сынмином, — я, наверное, впервые за три года чувствую, что не хочу разбить что-нибудь об стену.
Сынмин хмыкнул.
С: Это прогресс. А если серьёзно — ты справился. Сам. Я просто был рядом.
Х: Ты был больше, чем рядом. — Хёнджин остановился на пороге и протянул руку. — Спасибо.
Сынмин пожал её — крепко, но без перебора.
С: Всегда пожалуйста. Завтра встречаемся в восемь. Не опаздывай.
Х: Не опоздаю.
Они вышли в ночь, и дождь наконец прекратился. Хёнджин поднял голову к небу — в разрывах облаков виднелись звёзды. Маленькие точки света, которые были видны только тогда, когда городские огни не мешали.
Он глубоко вздохнул, чувствуя, как прохладный воздух наполняет лёгкие.
Стеклянный аквариум остался позади. Но он больше не чувствовал себя рыбой, которую разглядывают. Он чувствовал себя просто человеком. И этого было достаточно.
Продолжение следует....
1139 слов