Глава 5
Три дня. Три дня, как мир рухнул.
Феликс не спал. Он сидел на полу своей комнаты, обняв колени, и смотрел в одну точку. Стены старого общежития давили. Тишина была громче крика. Он не плакал - внутри всё замерло, как будто кто-то выключил звук.
Сегодня ему исполнилось семнадцать.
И сегодня он хоронит родителей.
---
Похоронный зал был маленьким и дешёвым. Таким, какие снимают для бедняков. Пахло лаком и сухими цветами. В центре стояли две фотографии - мама с уставшей улыбкой, отец с серьёзным лицом. Между ними - две урны с прахом. Серые, холодные, безликие.
Феликс стоял на коленях перед ними. На нём - чёрный костюм, который Чанбин притащил из дома старшего брата. Костюм был великоват, рукава закрывали пальцы. Но Феликсу было всё равно. Он уткнулся лбом в холодный пол и тихо завыл.
- Мам... пап... я не просил... зачем вы?..
Слёзы текли по щекам, падали на плитку. Он не вытирал их.
Рядом стоял Чанбин. Он не знал, что делать. Просто положил руку на плечо Феликса и сжал его.
- Феликс... вставай. Ты замёрзнешь.
- Я не хочу вставать, - прошептал блондин. - Они ушли. Мне некуда идти.
- Есть куда, - тихо сказал Чанбин. - Твоя тётя... она приедет. Она сказала, что заберёт тебя.
Феликс поднял голову. Глаза красные, опухшие. Он усмехнулся горько:
- Тётя Хесук? Та, что ненавидит мою мать? Она меня сожрёт заживо.
- Она твоя родня, - неуверенно ответил Чанбин.
- Родня? Она ни разу не позвонила. Ни разу не приехала. И теперь я должен жить у неё, потому что мне некуда деться? - Феликс встал и посмотрел на урны. - Я лучше умру здесь, с ними.
- Не говори глупостей! - Чанбин схватил его за плечи и развернул к себе. - Ты не один. Я с тобой. Мы что-нибудь придумаем.
Феликс оттолкнул его руку и отошёл к стене. Он опёрся о неё спиной и сполз вниз.
- Какой сегодня день, Чанбин? - спросил он шёпотом.
- Тринадцатое. Твой день рождения.
- День рождения, ага. Лучший подарок - две урны и новая родственница-ведьма.
В этот момент дверь зала открылась. Вошла женщина. Высокая, худая, с острыми скулами и тёмными волосами, собранными в тугой пучок. Одета в строгий чёрный костюм, на губах - яркая красная помада. Она окинула зал взглядом, поморщилась от запаха дешёвых цветов и подошла к урнам.
- Феликс, - голос был сухим, без тепла. - Встань. Хватит валяться.
Феликс поднял на неё глаза. Это была тётя Хесук. Он видел её всего пару раз в жизни, и каждый раз она казалась ему ледяной статуей.
- Здравствуйте, тётя, - выдавил он.
- Здравствуй. Я тебя забираю. Собери вещи, - она махнула рукой в сторону выхода. - Жить будешь у меня.
- А если я не хочу? - он встал, выпрямился, хотя колени дрожали.
Тётя сузила глаза и шагнула ближе. От неё пахло дорогими духами и железом.
- Ты не хочешь? А кто тебя спрашивал? У тебя нет денег, нет дома, нет родителей. Или ты хочешь в детдом? - она усмехнулась. - Я - твой единственный шанс.
Чанбин шагнул вперёд:
- Извините, но вы не могли бы говорить с ним помягче? Он только что потерял...
- Молодой человек, вы кто? - она обернулась и окинула его ледяным взглядом.
- Я Чанбин, друг Феликса.
- Друг? - она хмыкнула. - Друзья не спасают от голода. Это делает семья. Так что, Феликс, решение за тобой. Но если ты откажешься - я уйду. И ты останешься на улице. Выбирай.
Феликс стиснул зубы. Он посмотрел на урны. На маму, на папу. Они бы хотели, чтобы он жил. Хотя бы так.
- Я поеду, - тихо сказал он. - Но вы не будете меня ломать.
- О, не волнуйся, - улыбнулась тётя, но улыбка была холодной. - Я тебя только сделаю человеком. Пошли.
Она развернулась и вышла из зала, цокая каблуками.
Феликс обернулся к Чанбину. Тот смотрел на него с болью.
- Прости, Чанбин. Я не могу иначе.
- Я буду приходить, - сказал Чанбин. - Каждый день, если надо. И если она обидит тебя - я заберу тебя к себе. Обещаю.
Феликс слабо улыбнулся:
- Ты же знаешь, у твоей семьи тоже тесно.
- Плевать. Главное - ты жив.
Феликс кивнул. Он подошёл к урнам, коснулся пальцами холодного камня:
- Мама, папа... я справлюсь. Я обещаю.
Он выпрямился, стряхнул пыль с колен, и, шатаясь, побрёл к выходу, где его ждала новая жизнь. Такая же серая, но теперь - под контролем ледяной тёти.
---
Тем временем Хёнджин сидел в своей комнате и листал ленту новостей. На экране высветилось сообщение: «Автокатастрофа на Лисьем перевале унесла 15 жизней».
Он пролистал дальше, даже не заметив.
Судьба уже начала плести свою сеть.