Призрак

Минхо стоял в тени гаража, припаркованного напротив здания галереи, и смотрел на выходные двери. Прошло три дня с того момента, как он увидел Хёнджина и Феликса вместе, и каждый из этих дней он чувствовал, как внутри него разрастается холодная, липкая решимость. Он не мог просто сидеть и смотреть, как Хёнджина затягивают в трясину. Он должен был действовать. И он знал, с чего начать.

Чонин.

Этот милый, услужливый ассистент с ангельской улыбкой был слишком идеальным. Слишком правильным. Слишком навязчивым в своём желании угодить. Минхо чувствовал это с первой встречи - что-то в этом парне было не так. Его глаза слишком быстро бегали, его улыбка была слишком отточенной, его движения были слишком плавными для обычного ассистента. И слова, которые он сказал Минхо в тот день - «У вас красивые глаза» - теперь звучали в голове Минхо как предупреждение. Это был не комплимент. Это был сигнал.

Минхо ждал. Он знал, что Чонин каждый день уходит из галереи в одно и то же время - около семи вечера, когда заканчивается рабочий день. И он знал, что Чонин не идёт домой. Он куда-то исчезает на час-два, а потом возвращается, как ни в чём не бывало. Сегодня Минхо решил проследить за ним.

В семь десять Чонин вышел из галереи. На нём был серый костюм, идеально выглаженный, с аккуратным галстуком, который он поправлял на ходу. Он оглянулся по сторонам - профессиональный взгляд, который Минхо заметил сразу, - и быстро зашагал вдоль улицы. Минхо завёл двигатель и поехал следом, держась на расстоянии.

Чонин шёл быстро, но без спешки, сворачивая в узкие переулки, которые Минхо знал как свои пять пальцев. Он прошёл мимо нескольких заброшенных зданий, мимо старых складов, и остановился у неприметной железной двери, которая вела в подвал одного из них. Чонин оглянулся ещё раз, потом достал ключ, открыл дверь и исчез внутри.

Минхо припарковал машину в ста метрах, вышел и быстро, но бесшумно двинулся к двери. Он достал набор отмычек, который всегда носил с собой, и через минуту замок щёлкнул. Он толкнул дверь, скользнул внутрь и замер, прислушиваясь.

Подвал был тёмным, сырым, с запахом плесени и старого бетона. Где-то в глубине горел тусклый свет. Минхо двинулся на него, стараясь ступать бесшумно, и остановился за углом, когда увидел Чонина.

Ассистент стоял у стола, на котором лежали приборы, которых Минхо никогда раньше не видел - маленькие коробочки с антеннами, наушники, записывающие устройства. В углу стоял металлический шкаф, запертый на замок. Чонин снял пиджак, повесил его на спинку стула и начал копаться в оборудовании, проверяя что-то на экране маленького ноутбука.

Минхо затаил дыхание. Он смотрел, как Чонин перебирает приборы, как записывает что-то в блокнот, как его лицо становится напряжённым, сосредоточенным. Это был не тот милый, услужливый ассистент, которого знал Хёнджин. Это был оперативник. Профессионал.

Через несколько минут Чонин закончил, закрыл ноутбук, надел пиджак и вышел из подвала, оставляя оборудование на столе. Минхо подождал, пока шаги затихнут, потом вышел из укрытия и подошёл к столу.

Он осмотрел приборы - профессиональная шпионская техника, которую можно купить только на чёрном рынке за большие деньги. Были здесь и маленькие микрофоны, и устройства для прослушки, и химические реагенты в запаянных ампулах, которые пахли горьким миндалём. Минхо взял одну ампулу, поднёс к свету и почувствовал, как по спине пробегает холодок. Яд. Быстрый, смертельный, без следов.

Он перевёл взгляд на шкаф и быстро вскрыл замок, снова используя отмычки. Внутри лежали папки с документами. Он взял одну, открыл - и в груди похолодело. Это было досье на Хёнджина. Все его перемещения, привычки, контакты, расписание. Фотографии. Записи разговоров. Даже список того, что он ест и во что одевается.

Минхо листал папки, чувствуя, как в груди нарастает ярость. Здесь было всё. Абсолютно всё. Феликс знал о Хёнджине больше, чем его собственный отец. Он контролировал каждый его шаг, каждое его слово, каждую мысль. И Чонин был его глазами и ушами внутри галереи.

Минхо закрыл шкаф, восстановил замок, сделал несколько фотографий оборудования на телефон и бесшумно покинул подвал. Он вышел на улицу, сел в машину и долго сидел, сжимая руль, чувствуя, как в груди бушует ураган.

Он знал это. Он знал, что Чонин - это крот. Но теперь у него были доказательства. И они были хуже, чем он представлял.

Он смотрел на экран телефона, где горели снимки оборудования, ядов и досье на Хёнджина. Он мог бы показать это Хёнджину. Но тот бы не поверил. Он бы сказал, что Минхо всё придумал, что Чонин не способен на такое, что это просто совпадение. Или ещё хуже - что Минхо ревнует. Хёнджин был слишком влюблён, чтобы видеть правду.

Минхо убрал телефон и завёл двигатель. Он не выдал себя. Он не оставил следов. Он теперь знал врага в лицо. И это было самым главным. Теперь он мог действовать. Но не сейчас. Сейчас он должен был подождать и придумать план.

А в это время Чонин сидел в своей машине за углом и смотрел, как Минхо уезжает. Он улыбался - холодно, расчётливо, с привкусом победы. Он знал, что за ним следят. Он специально оставил оборудование на видном месте, чтобы Минхо нашёл его. Теперь крот был раскрыт, и это давало ему преимущество.

Он достал телефон и набрал номер Феликса. Трубку взяли после первого гудка.

- Босс, - сказал Чонин, и его голос был ровным, спокойным. - Минхо знает. Он был в подвале. Видел всё.

В трубке повисла тишина. Потом голос Феликса - низкий, бархатный, с металлическими нотками - произнёс:

- Он всё видел?

- Да. Оборудование, яды, досье. Всё.

- И что он сделал?

- Уехал. Ничего не тронул. Но теперь он знает, что я твой человек. И что ты собираешься сделать с Хёнджином.

Феликс засмеялся - тихо, почти беззвучно, но Чонин почувствовал, как по спине пробегают мурашки.

- Отлично, - сказал Феликс. - Пусть знает. Это не имеет значения. Хёнджин уже мой. И никакой Минхо не сможет его спасти. Но ты следи за ним. Если он сделает что-то, что может помешать нашим планам... ты знаешь, что делать.

- Знаю, - ответил Чонин, и в его голосе не было ни капли сомнения.

- Хорошо, - Феликс сбросил звонок.

Чонин убрал телефон, завёл машину и поехал к себе домой, чувствуя, как внутри разливается холодное, ровное спокойствие. Он был идеальным кротом. И он знал, что его работа ещё далека от завершения.

А Минхо сидел в своей квартире, глядя на фотографии в телефоне, и чувствовал, как внутри него нарастает отчаяние. Он знал правду. Он знал, что Феликс - Призрак, что Чонин - его шпион, что Хёнджин - марионетка. Но он не знал, как спасти его. И это было самым страшным.

- Я вытащу тебя, - прошептал он, глядя на фотографию Хёнджина, которая стояла на столе. - Даже если это будет стоить мне жизни.

Он убрал телефон и закрыл глаза. Впереди была долгая ночь. И он знал, что должен принять решение - действовать или наблюдать, пока Хёнджин не рухнет в пропасть. Но он уже знал, что выбора у него нет. Он будет действовать. Даже если это будет его последним шагом.