34
Из гостиной послышался оглушительный грохот, а в следующее мгновение в ванную ворвался другой человек. Взъерошенный ворон тут же отпустил меня, зато вместо острых когтей руки мне почти тут же сковала чужая крепкая хватка. По комнате разлетелся звон металла, упавшего на кафельный пол.
— Ты больная? Ты что творишь⁈ — с какой-то смесью злости и страха прошипел мне в лицо Чонгук.
— Да это вы оба больные! — возмутилась я в ответ. — Какого демона вы лезете пугать человека с ножом в руке?
— Вот именно, Ли! Какого демона ты делала в ванной с ножом в руке⁈ — вцепившись мне в плечи с силой встряхнул меня парень. — О чем вообще думала?
Тут меня осенило.
— О чем это ты подумал? — неверяще уставилась я на него. — Ладно эта глупая перьевая щетка, но у тебя-то мозгов побольше должно быть! Неужели и правда решил, что после одного позорного проигрыша я пойду самоубиваться?
Честно, слов не хватает объяснить, как я разозлилась на него в этот момент. Кому в здравом уме может прийти в голову такое? За кого он меня принимает?
— А что еще я должен был подумать, застав тебя дерущейся с собственным фамильяром за нож? — выдохнул Гук, немного ослабив хватку. — Особенно после всего случившегося сегодня.
— Что угодно, — зло отозвалась я и, дернув плечами, окончательно избавилась от его рук и отступила на шаг. — Тем более что такого сегодня произошло? Мы всего лишь проиграли. Тэхён меня убеждал, что в этом нет ничего такого страшного, и у нас еще есть надежда на победу.
Я уставилась на Гука — «Ну давай же, расскажи мне теперь, что проигрыш — это пустяки. После того, как ты решил, что я из-за него убиться собралась.»
— Я не про проигрыш, — помрачнел Гук. — Я про... Сейдена. Он... — парень как-то нервно сглотнул, с беспокойством глядя на меня, — что он тебе сделал?
— Так, не знаю, что он там тебя ляпнул, но кроме неудачной драки ничего не произошло. Серьезно, парни, о чем вы думаете? Он, может и псих, но не настолько, чтобы нарываться на уголовщину на глазах у целого стадиона. Что он мог такого ужасного со мной сделать, если нас всех транслировали?
— Погода на арене вносит свои помехи в трансляцию. Шел сильный дождь и было сумрачно, а трансляция не показывает игроков близко... Да и шепот не будет услышан...
— Так, прежде чем твое воображение зайдет слишком далеко, сообщаю — страшного не случилось. Пару раз мне прилетело шестом, пару раз пнули, втолкнули в дерево и отключили — вот и все, — решительно заявила я Чонгуку. — Все в пределах правил, ничего такого уж ужасного.
— Ничего говоришь? — с потемневшим лицом как-то отстранено переспросил Гук. — Три треснувших ребра, сломанные нос, несколько пальцев на руке и запястье, вывих шеи и тяжелое сотрясение. И все это, не считая множества синяков. Я пообщался с целителем, что тебя лечил.
Ох ты ж, не думала, что мне так серьезно досталось. Конечно, было больно, но мне всегда казалось, что перелом — это куда больнее.
— И что, разве ты никогда не заканчивал игру с парой переломов? Или Чимин с Тэхёном умудрились за все время в Лиге не получить ни одного серьезного удара?
— Ты, не мы...
— А что, разве я не часть команды? Почему ко мне должно быть другое отношение? Вот это я имела ввиду, когда говорила, что не хочу портить отношениями нашу команду, — покачала я головой. — А ты ведь меня убеждал, что не будешь предвзят.
— Не обманывайся, Лили, — криво усмехнулся Гук. — Дело вовсе не в личной привязанности. Даже если бы ты была мне безразлична, за то, что он мне сказал и что с тобой сделал, я бы все равно пошел и врезал ему.
— То есть дело в том, что я девушка? — недовольно сложила я руки на груди.
— Да, демоны тебя побери, ты девушка! И есть такое понятие как мужские честь и достоинство, Ли! Которых у Сейдена просто нет. То, что творил на арене этот урод — это уже не просто игра. Если бы он вырубил тебя с одного удара, а он мог это сделать запросто, то как бы это не расстраивало, я бы ничего ему не сказал и не сделал. Но он совершил низость...
— Он как-то нарушил правила?
Чонгук помрачнел.
— Фер попытался надавить на тот факт, что Сейден проигнорировал флаг, чтобы избить тебя... Но тот заявил, что не тянул с дракой специально. Из-за погоды он не разглядел флаг сразу, поэтому и пошел на сражение с тобой — решил, что ты его спрятала с помощью магии как-то. Сначала прощупывал, какой ты противник. Ну а после, когда разобрался, все же вырубил...
Примерно так я и подумала. В правилах игры ничего не сказано, что нельзя издеваться над заведомо слабыми игроками, а значит все было в пределах нормы. Денверс получил свою победу. А мы...свое наказание.
— Что решили по поводу тебя? Я про драку, — затаив дыхание уточнила я. Хоть бы Тэхён был прав...
— Отстранили на одну игру.
Я выдохнула с облегчением — просто отстранили. Да еще и всего на одну игру. Впрочем, если мы ее продуем, о кубке можно уже будет не мечтать.
— И что, оно того стоило? — с горечью посмотрела я на Гука. — Врезать ему пару раз, стоило возможности выиграть кубок?
— Стоило, — уверено заявил Гук, прямо глядя мне в глаза. — Кроме того, мы еще ничего не проиграли. Я вполне уверен, что вы справитесь и без меня.
— Даже после сегодняшнего проигрыша?
— Даже после него.
Я лишь устало покачала головой в ответ.
— Ты как всегда непробиваемо уверен. Но если мы все-таки проиграем, что тогда?
— Значит, проиграем, — процедил Гук. — Не конец света или жизни, случаются вещи и похуже. Это будет полностью моя вина и тогда я постараюсь компенсировать вам все потери.
— Эх ты сама скромность, — взбесилась теперь и я. — Сказать-то просто, но ты так уверен, что сможешь нам компенсировать все в случае провала? У тебя чувство собственной важности не лопнет? Не знаю, конечно, какие там грандиозные планы у Тэ с Чимином, что ты позволяешь себе такое заявлять, но у меня от этой победы зависит место в университете! Сегодня я проиграла и это полностью моя вина, я не отрицаю. Но следующая игра еще даже не началась, а ты уже нас подставил, сорвавшись из-за чьих-то глупых слов. Как капитан ты прежде всего должен был думать о том, как будет лучше для команды!
— Лили! — неожиданно рявкнул на меня Чонгук, заставив вздрогнуть. — Я не буду с тобой обсуждать драку с этим ничтожеством. Можешь не одобрять, ругаться, осуждать, но я свое мнение не поменяю. И за последствия отвечу в полной мере! Если тебя лишат стипендии, значит, оплачу тебе учебу. Все, на этом закрыли вопрос. Я вообще не понимаю, зачем мы обсуждаем сейчас то, чего не случилось, да и не случится вовсе. Денверс самые сильные противники в этом сезоне и нам не повезло сразу же столкнуться с ними. Да, мы проиграли, но теперь мы знаем, чего от них ждать и к финалу подготовимся лучше. А с остальными вы вполне способны справится и втроем! Так что перестань переживать о пустом!
Да он просто непробиваемый идиот!
— Ты с ума сошел... Оплатит он мне...
— Не тебе мне тыкать в сумасшествие! Какого демона ты делала с этим ножом, объясни в конце концов? — раздраженно пнул он лезвие все еще валявшееся на полу.
— Собиралась отрезать волосы.
Чонгук уставился на меня так, словно я призналась, что правда самоубиваться хотела.
— Что, прости?
— Я хотела отрезать эти проклятые косы! — дернула я себя за лежащую на плече косу. — Потому что из-за них я потеряла время, которого нам возможно не хватило до победы! Из-за дурацкого желания выглядеть красивее. Этот урод зацепил меня за волосы и дергал словно собачку на поводке! Если бы не они...
— То есть, из всего сегодняшнего единственный вывод, что ты сделала — во все виноваты волосы? — с каменным лицом смотрел на меня Гук. — Мне кажется, тебе голову не залечили до конца...
— Иди свою пролечи!
— Лучше бы ты подумала, как он обошел твою магию! Причем здесь вообще твоя прическа? Если бы твои ловушки сработали как надо, до драки вообще бы не дошло.
— Я уже знаю, что он сделал. Я просто не понимаю, как он это сделал... — выдохнув, спрятала я лицо в ладони. — И с этим я ничего не могу сделать. В отличии от своих волос.
— Забудь на время про эту бредовую мысль, — отмахнулся он. — Лучше давай спокойно подумаем.
Уверено взяв за руку, Гук вытащил меня из ванной, словно опасаясь оставлять рядом с уже обезвреженным ножом, и усадил на диван в гостиной, не обратив внимания на грязь на нашей форме.
— Давай, рассказывай, только попроще, что он сделал и мы попытаемся догадаться, как он это провернул, — потребовал мигом проснувшийся в капитане Зануда и требовательно уставился на меня.
— Как бы сказать... — растерялась немного я — в голове и правда все еще словно желе какое-то вместо мозгов, а потому думалось тяжело, зато места для сожалений и самоуничижений почти не осталось. — В общем, в основе каждого пентаграммного рисунка лежат определенные условия и делятся они на два типа. Первый, те, при которых она должна срабатывать — у меня это физическое нарушение границ или источник магии, непосредственно над ней. И второй тип правил, это исключения, при которых она не должна сработать, даже при исполнении первых. Этакая защита от случайного срабатывания — рисунок не должен реагировать на меня, моих сокомандников, на падение какой-то там случайной ветки или камня, на животных и птиц, ну и всякое, в зависимости от того, на что изначально рассчитано заложенное заклинание. И Сейден... — я поджала губы, сожалея, что приходится признавать этот провал, — я не знаю, как, но он сумел заставить мои заклинания считать себя исключением. Может, придумал, как замаскировать свою ауру под неживой объект или под животное, я не представляю... Но, когда я убрала из рисунка условия исключения, она тут же сработала. Правда, к сожалению, догадалась я слишком поздно...
— Так, погоди, — оборвал мои сожаления Чонгук, серьезно задумавшись. — Скажи, ты знаешь пентаграмму, которая могла бы такое сделать? Ну замаскировать ауру?
Я отрицательно покачала головой.
— Ну а сейчас, если бы задалась такой целью, было бы очень сложно такое рассчитать?
Вот тут я задумалась.
— Сложно, даже очень. Нужно внимательно изучать подраздел ментальной магии и разбираться в способах считывания ауры и прочем.
— То есть, это не дело двух недель, даже для специалиста?
— Нет. Хотя я не исключаю, что где-то в теневых кругах такое уже продумали. Есть же ловкачи, которые умеет вскрывать защитные плетения.
Гук вновь погрузился в молчаливые размышления.
— Нет, — наконец заявил он спустя пару минут, покачав головой. — Это слишком сложно. Мы думаем слишком глубоко. Для того, чтобы заняться поиском такого рисунка или его разработкой, нужно вообще представлять, что такое можно сделать. А Сейден никогда не проявлял знаний в магии пентаграмм. Зато, он очень хорошо манипулирует людьми. Поэтому нужно искать с этой точки зрения.
— Я не понимаю, — честно призналась ему.
— Смотри, наверняка он искал информацию по твоим предыдущим играм. Он разузнал заранее, что ты специализируешься на пентаграммах — это не так уж сложно, всего-то и обратиться в твою академию. Кто-нибудь там мог ему рассказать, как обойти их?
— Нет, — без сомнений покачала я головой. — Моя команда не предатели! Тем более, что там все за вас всегда болели.
— Если им предложили достаточно внушительную сумму... — с сочувствием посмотрел на меня Гук.
— То все равно бы они ничего не сказали, — отмела я этот вариант. — Хотя бы просто по тому, что они все равно не представляли, как это сделать. Я просто ставила им свою печать, как и вам, так что им не приходилось придумывать или узнавать, как обойти мою магию.
— А они знают рисунок твоей печати? — тут же ухватился за ниточку Гук.
— А ты его знаешь? — скептически посмотрела на него. — Я уже с десяток раз ставила его на тебя и на парней, но сомневаюсь, что вы разглядывали его. Тем более, рисунок там сложен, с одного взгляда точно не запомнишь и не повторишь, и виден он только в магическом зрении, а в моей старой команде у большинства с ним плохо было.
— Ладно, а есть кто-то еще, кто его знает?
— Ну...папа знает, он помогал мне его рассчитывать. Розэ тоже, правда вряд ли помнит...
— Лили...твой бывший знал рисунок?
Вот этот вопрос действительно выбил меня из колеи и заставил зависнуть. Потому что...знал. Я ведь при нем все это разрабатывала! Мы постоянно вместе сидели в библиотеках, он не раз видел, как я черчу его, высчитывая лучший вариант! Вот только...неужели?
— Нет, погоди, — покачала я головой, пытаясь взять себя в руки. — Даже если он и знал, не думаю, что он пошел бы продавать кому-то эти знания. Скорее приберег бы для своей игры против нас. Я поэтому уже и думала, что на игру с ними возьму любое другое направление — мои пентаграммы он знает слишком хорошо, но вряд ли предположит, что я теперь уверена и в другой магии. Но ему не выгодно делиться...
— Если бы его спросили и заплатили, он бы рассказал? — оборвал мое лепетание Гук.
— Для того, чтобы спросить, нужно знать, что спрашивать стоит именно у Дже Вона. А он не афишировал наши отношения. Не после того, как стал частью команды!
— Лили вы на приеме разговаривали наедине...
— И ты сказал, что прикрыл нас от подслушивания!
— Да, вас никто не слышал кроме меня. Но то, как вы вместе удалились на балкон видеть мог любой. В том числе и Сейден. И уж прости, дураку понятно, что с незнакомым человеком ты бы не пошла говорить наедине, тем более с противником, — спокойно, но с явным сочувствием в голосе объяснял мне очевидное Гук.
А я все равно не могла поверить. Пусть мы расстались, пусть я заняла место, о котором он мечтал сам, но... Проклятье, мы столько лет встречались, и он же первый меня бросил, так неужели....
— Он меня продал, — все же признала я в слух. — А я, такая дура, даже не подумала об этой возможности! Просто решила не играть против него знакомыми методами и на этом успокоилась, хотя давно стоило поменять печать. Как только я в Лигу перешла, нужно было это сделать!
Чувствуя неимоверный стыд и раскаянье, что так подвела свою команду, я снова спрятала лицо в ладонях, боясь даже смотреть в лицо Чонгуку. И я еще его обвиняла в самомнении! А сама разве далеко от него ушла! Так была уверена, что никто не может скопировать мой фирменный знак, что даже не озаботилась его сменой, даже узнав, что Дже Вон тоже в Лиге. Ну разве я не непроходимая дура?
— Спокойнее, Ли, — пересев ко мне, приобнял меня за плечи Гук. — Я понимаю, почему ты не задумалась об этом — поверить в предательство близких всегда сложно.
— Я же уже знала, что он на это способен, — горько возразила я в ответ. — Но...
— Но такой вариант предательства даже не пришел тебе в голову, — лишь крепче прижал меня к себе Гук. — Бывают в жизни разочарования, Ли. В следующий раз, будешь осторожнее. Зато теперь мы хотя бы знаем, как Сейден это провернул и больше такой ошибки не совершим.
— Второй раз и не надо, первого хватило с лихвой...
— Ли, перестань. В конце концов, это твой первый год игры в Лиге. И мы за все это время ни разу не проиграли. Когда-то же должен был быть первый проигрыш. И даже к лучшему, что он случился сейчас, а не в самой последней игре. Зато теперь ты знаешь свою слабость и как от нее избавиться.
— Даже две слабости, — мрачно отозвалась я.
Отстранившись, Гук бросил на меня скептический взгляд.
— Ты опять про волосы?
— Ты сам мне напомнил — кто предал один раз, может сделать это и второй, — мрачно заметила ему.
— То есть волосы тебя предали? — с явной издевкой вскинул он вопросительно бровь.
— Не делай вид, что не понял меня, — раздраженно заметила ему, окончательно выбравшись из его объятий решительно поднялась я на ноги. — Зацепили за них один раз, зацепят и второй. Я умею учиться на своих ошибках.
— Уверена, что не пожалеешь? — ухватил он меня за запястье, останавливая. — Вы девушки иногда такие не постоянные...
— Уверена.
— Ладно, завтра отвезу тебя в город...
— Нет, — решительно оборвала я. — Сейчас. Здесь. Видеть их не могу. Сразу вспоминается, как он меня...
— Тогда давай я сам, — решительно поднялся Чонгук. — Прости, но у меня теперь психическая травма от вида тебя с ножом в руке посреди ванной. Думаю, воздушным лезвием я отрежу их быстрее и ровнее.
— Ладно. Надеюсь, у тебя хороший глазомер, — ухватив его раз руку, сама повела в ванну. — Сам будешь виноват, если я стану лысой. И Розэ тебя за это тоже шевелюры лишит.
— Может подружку твою попросим тогда отрезать?
— Нет. Она упрется и уговорит меня передумать. Сейчас.
— Боги, какие вы девушки сложные создания, — вздохнул Гук, все же покорно следуя за мной. — Никогда не думал, что мне придется кого-то стричь. А в следующий раз что, попросишь макияж сделать?
— Скажи спасибо, что я тебя помочь с расчесыванием не просила. И теперь уже не попрошу.