последний спокойный сон

сразу хочу извиниться глава вышла очень большая (4820 слова)
идей у меня много а эта глава предпоследняя и скорее всего будет две концовки сначала я сделаю плохую как планировала изначально.

И где-то внутри всё ещё сидел страх.
А вдруг это шутка?
А вдруг жалость?
А вдруг он ошибся?
Ань опустил взгляд.
Пальцы сильнее сжали край рукава.
- А...Ангелина?...
Даня удивлённо моргнул.
- Почему ты вообще спрашиваешь про неё?
- Ну... вы много общались. Я подумал, что вы, может быть... встречаетесь.
Даня тяжело выдохнул.
- Нет, Ань.
Потом усмехнулся.
- Боже, нет.
- А и прости меня за то, что тогда меня не было рядом.
Он немного помолчал.
- Сегодня Ангелина меня поцеловала.
Ань вздрогнул.
- И тогда я понял одну вещь.
- Какую?
- Мне было неприятно.
- Не потому, что это была именно Ангелина.
- А потому что всё это время я думал только о тебе.
Он улыбнулся немного смущённо.
- И, если честно... я уже давно хотел поцеловать именно тебя.
Ань замер.
Сердце билось так сильно, что казалось, его сейчас услышат.
Но внутри всё ещё оставался страх.
- А вдруг... это просто спор?
- Или шутка?
Даня нахмурился.
- Ань, я бы никогда так не шутил.
Несколько секунд они молчали.
Потом Даня осторожно спросил:
- А я тебе нравлюсь?
Ань отвёл взгляд.
- Даня...
- Это ведь шутка, да?
Даня улыбнулся грустно.
Поднялся со скамейки.
- Понятно.
- Значит, это не взаимно.
Он уже хотел уйти.
Но почувствовал, как кто-то осторожно схватил его за рукав.
- Не уходи.
Даня обернулся.
- Пожалуйста.
Ань поднял взгляд.
Щёки слегка покраснели.
- Это взаимно.
На лице Дани сразу появилась улыбка.
Такая искренняя, что Аню даже стало немного легче.
- Господи, Ань...
Он тихо рассмеялся.
- Как же я тебя люблю.
Ань ничего не ответил.
Пока не смог.
Но ему вдруг очень захотелось оказаться ближе.
Как тогда.
Когда они сидели в комнате Дани.
Когда было спокойно.
Когда можно было не бояться.
- Даня...
- М?
- Можно я тебя обниму?
- Конечно.
Ань медленно придвинулся ближе и прижался щекой к его плечу.
Даня сразу обнял его в ответ.
Крепко.
Но осторожно.
Будто боялся сделать больно.
Через некоторое время Даня тихо спросил:
- Пойдём ко мне?
- Я хочу просто полежать с тобой.
Как раньше.
Обниматься.
И если захочешь - расскажешь мне всё.
Ань едва заметно улыбнулся.
- Давай.
Они поднялись.
Даня без слов взял коробку с вещами.
Ань хотел возразить, но промолчал.
Кажется, Даня уже всё понял.
Но не задавал вопросов.
И Ань был ему за это благодарен.
Они шли медленно.
Наслаждаясь редким моментом спокойствия.
Даня время от времени смотрел на Аня.
Тот впервые за долгое время выглядел чуть спокойнее.
Даже уголки губ были немного приподняты.
И почему-то от этого самому Дане становилось легче.
Дома было тихо.
- Похоже, родители ещё на работе, - сказал Даня.
Они сняли обувь и прошли в комнату.
Даня поставил коробку возле кровати.
Потом сел и раскрыл руки.
Будто это уже стало привычным.
Ань сразу подошёл и устроился рядом.
Прижался к нему.
Пальцы снова вцепились в ткань его кофты.
Как будто только так можно было убедиться, что Даня действительно рядом.
- Ань.
- М?
- Ты хочешь рассказать, что произошло?
Ань долго молчал.
Потом тихо начал:
- После того как мы попрощались, я пошёл домой.
- Я оставил ключи в квартире.
Думал, отец не станет закрывать дверь.
У него был выходной.
И... я просто не хотел его будить.
Он сделал глубокий вдох.
- Подошёл к двери.
- А там стояла коробка.
Голос дрогнул.
- И записка.
Слёзы наконец потекли по щекам.
- Отец написал, что я ему больше не сын.
Даня крепче обнял его.
Но ничего не сказал.
Просто ждал.
Потому что понимал: сейчас Аню нужно выговориться.
- Потом пришёл сосед...
- У меня с ним очень плохие воспоминания.
- После этого я сидел в подъезде.
Потом ушёл в торговый центр зарядить телефон.
И снова вернулся.
- И всё.
- Больше мне некуда идти...
Даня сразу покачал головой.
- Нет.
- Теперь есть.
- Есть моя комната.
- Есть моя семья.
- Есть я.
- И если понадобится, я буду повторять это хоть каждый день, пока ты не поверишь.
- Ты больше не один, Ань.
Даня осторожно погладил его по спине.
- Ты сказал, что сосед тебе неприятен...
Ань напрягся.
- Он что-то сделал?
Молчание.
- Если не хочешь, не рассказывай, - тихо добавил Даня. - Я не буду заставлять.
Ань долго смотрел в пол.
- Это из-за него я попал в психбольницу.
Даня замер.
- Ты не обязан объяснять всё сразу.
- Просто... я хочу понять, почему тебе так страшно.
Ань горько усмехнулся.
- Потому что взрослые решили, что со мной что-то не так.
- И отец согласился.
- Даже не пытался меня защитить.
Даня крепче обнял его.
- Тогда они были не правы.
- Ты не сломанный.
- И тебе больше не придётся проходить через это одному.
Ань прижался ещё крепче к Дане и заплакал
Тихо.
Потому что привык.
Даня так же гладил его по спине.
Аню тяжело и он нужен ему прямо сейчас.
Потом тихие всхлипы почти исчезли.
Ань уснул у Дани на плече.
Даня осторожно переложил его на подушку и укрыл одеялом.
Наверное, он очень устал.
Скорее всего, в подъезде Ань почти не спал.
Сейчас ему просто нужно было выспаться.
Через какое-то время Даня услышал, как в замке повернулся ключ.
Ань сразу напрягся даже во сне.
Даня заметил это и осторожно обнял его за плечи.
Ань почти сразу расслабился.
И почему-то именно это радовало Даню больше всего.
Он доверял ему.
Даня аккуратно встал с кровати, стараясь не разбудить Аня, и вышел в коридор.
- Привет, мам.
- Привет. Ань спит?
- Да. Можно он останется у нас на какое-то время?
- Конечно можно. Что-то случилось?
- Мам... нам нужно поговорить.
Она посмотрела на сына внимательнее.
- Хорошо. Пойдём на кухню.
Они сели за стол.
Даня несколько секунд молчал.
- Мам...
- Мне нравится один человек.
- И это мальчик.
Мама не ответила сразу.
Только спокойно посмотрела на него.
- И кто это?
- Ань.
- Я понял это совсем недавно.
- И, кажется... я его люблю.
Она улыбнулась едва заметно.
- Даня, я не осуждаю тебя.
- Если тебе нравится человек - это нормально.
- Главное, чтобы рядом с ним ты был счастлив.
- Я счастлив, - тихо сказал Даня.
- Тогда всё хорошо.
- Только я переживаю за него.
- Очень сильно.
- И мне кажется, ему сейчас просто нужен дом.
Мама вздохнула.
- Мы поговорим с папой.
- Но пока пусть остаётся.
Даня кивнул и пошел к аню.
Только он открыл дверь Ань подскочил.
- Даня? где ты?
- Ань, я здесь - он подошёл к кровати и погладил Аня по голове.
- Ложись обратно ты очень устал.
- А ты полежишь со мной?
- Конечно
Даня лёг рядом и сразу притянул Аня ближе, будто боялся, что тот снова исчезнет.
- Я рассказал маме о тебе.
- И о том, что ты мне нравишься.
- Она не против.
- Ты... правда рассказал?
- Да.
- Почему?
- Потому что не хочу скрывать тебя.
И впервые за долгое время Ань почувствовал, что нужен кому-то по-настоящему.
Что его не терпят.
Не жалеют.
А просто хотят видеть рядом.
Для Аня это было важно. По-настоящему важно.
Его никогда не слушали, никогда не воспринимали всерьёз.
А здесь... здесь он чувствовал себя как дома.
Как когда-то, когда мама была жива.
Ань во сне прижался ближе, даже не осознавая этого.
Даня аккуратно провёл рукой по его волосам.
Они были мягкие, чуть пушистые - такие, к которым хотелось прикасаться снова и снова.
Но через несколько минут Ань начал беспокойно ворочаться, крепче сжимая кофту Дани.
«Наверное, ему снится что-то плохое», - подумал Даня.
Он обнял его чуть крепче, стараясь удержать рядом, дать ощущение безопасности.
И вдруг Ань тихо всхлипнул.
Даня сразу это заметил.
Он не знал, что делать, но начал говорить - тихо, почти шёпотом, даже не уверенный, что тот слышит:
- Ань... всё хорошо. Я рядом...
Он не успел договорить.
Ань резко вздрогнул и сел, будто вынырнул из сна.
- Ань? Всё нормально? - сразу спросил Даня.
- Прости... мне приснился плохой сон, - тихо ответил он.
Он замолчал на секунду, отводя взгляд.
А потом, будто пересилив себя, добавил:
- Я ведь тебе правда нравлюсь?
Даня растерялся.
- Конечно, Ань... я люблю тебя.
- Ладно... давай спать. Я надеюсь, больше не проснусь.
Даня нахмурился.
- Ань... почему ты это спросил? Что тебе приснилось?
Он понял сразу: такие вопросы не появляются просто так.
Ань опустил взгляд.
- Мне приснилось... что когда я сказал, что это взаимно...
к нам подошли одноклассники.
Он сделал паузу, словно собирался с силами.
- Саша начал меня бить.
А Ангелина... поцеловала тебя.
Голос дрогнул.
- А ты... не был против.
Он сжал пальцы в ткани кофты.
- Извини... это просто сон. Я не должен был об этом думать.
Даня сразу покачал головой.
- Тебе не за что извиняться. Всё нормально.
Он чуть сильнее прижал его к себе.
- Я правда тебя люблю, Ань.
И я бы никогда так не поступил. Это не шутка и не спор.
Ань кивнул, но не ответил.
Он просто прижался ближе, пряча лицо у Дани на груди.
Ань не хотел, чтобы тот видел его слёзы.
Не хотел выглядеть слабым.
Но остановить их уже не мог.
Даня почувствовал, как ткань кофты становится влажной.
Он ничего не сказал.
Просто обнял его ещё крепче.
Даня именно этим и нравился Аню - он не давил, не требовал объяснений, просто был рядом.
- Даня... я... - Ань замолчал, будто сомневаясь, стоит ли говорить.
Он сглотнул и тихо продолжил:
- Я... люблю тебя.
Щёки у него мгновенно покраснели, но в темноте комнаты это было почти незаметно - свет уже погас, за окном сгущались сумерки.
Даня на секунду замер.
Он не ожидал, что Ань скажет это так быстро.
- Я тебя тоже люблю, - наконец ответил он.
Пауза.
- Ань... ты будешь со мной встречаться?
- Конечно, да.
Ань слегка отвёл взгляд, пряча смущение.
Хорошо, что темно - Даня не увидит его лица.
- Ладно... тогда спим, - мягко сказал Даня. - Я тоже устал.
Завтра же суббота, никуда не надо. Спокойной ночи, Ань.
- Спокойной ночи...
И они оба быстро уснули.
Утром Ань проснулся первым.
Он уже привык вставать рано - иначе мог разбудить отец, а этого он всегда избегал.
08:23.
Слишком рано для выходного.
Он посмотрел в сторону Дани - тот всё ещё спал.
И в этот момент дверь тихо открылась.
В комнату заглянула тётя Лара.
Её взгляд сразу упал на них двоих: Даня спал, прижавшись к Аню, а тот уже бодрствовал, держа телефон в руках.
- Ань, ты уже не спишь? - тихо спросила она.
- Доброе утро... я просто привык рано вставать.
- Понятно. Если хочешь, можешь помочь мне с завтраком. Я не настаиваю.
- Да, конечно. Я помогу.
Ань аккуратно убрал руки Дани и поднялся с кровати.
На кухне было тепло и спокойно.
- Ань, ты любишь кашу? - спросила тётя Лара, доставая продукты.
- Не знаю... - честно ответил он.
- Тогда сделаем овсянку с фруктами. А для папы Дани - бутерброды, он кашу не любит.
- Хорошо. Что мне делать?
- Нарежь, пожалуйста, сыр и колбасу.
Она дала ему нож и показала, как это делать.
Ань внимательно смотрел, стараясь запомнить каждое движение.
Но когда он попробовал сам, получилось неровно, неуверенно.
Он замер.
- Извините... у меня не очень получилось.
Он опустил взгляд - ему стало неловко.
- Всё нормально, Ань, - мягко сказала тётя Лара. - Это нормально, ты просто учишься.
Она улыбнулась.
- Ты раньше вообще готовил?
- Нет... если честно, никогда.
- Тогда ты молодец уже за то, что попробовал.
Пауза.
Тётя Лара чуть тише добавила:
- Ань... я не хочу давить, но скажи честно. Тебе сейчас есть где жить?
Он замер.
Сердце неприятно сжалось.
- Я... - он запнулся. - Нет.
- Я не собираюсь вызывать опеку, - сразу добавила она мягко. - Не бойся.
- Ты можешь пожить у нас. Я уже поговорила с папой Дани, он не против.
Ань не сразу понял, что услышал.
- Я... могу?
- Да.
- А что... насчёт того, что я нравлюсь Дане?
Тётя Лара спокойно кивнула.
- Он знает. И не против.
- Мы не против тебя, Ань. Если он тебя любит - значит, ты уже часть нашей семьи.
Эти слова прозвучали для него слишком громко внутри.
«Часть нашей семьи...»
«Мы не против...»
Глаза Аня резко наполнились слезами.
Он попытался быстро вытереть их, но не получилось.
И в этот момент на кухню зашёл Даня.
- Ань?.. что случилось?
Он сразу подошёл и обнял его.
Ань почти сразу уткнулся ему в плечо.
- Я... извини...
- Мам, что произошло? - Даня посмотрел на тётю Лару.
Она на секунду замялась.
- Я просто сказала, что он теперь часть нашей семьи...
Ань отстранился на пару сантиметров.
- А если... я всё испорчу? - тихо спросил он.
Даня нахмурился.
- Ты ничего не портишь.
- Но...
Он не договорил.
В голове у него всё ещё было: если меня оставили - значит потом заберут обратно.
- Ладно, давайте завтракать. Даня, разбуди, пожалуйста, папу, нам скоро на работу.
Даня нехотя отпустил Аня и пошёл будить отца.
Через пару минут они вернулись вместе.
Перед Анем снова поставили тарелку.
Он машинально посмотрел сначала на порцию Дани.
Потом - на тарелку тёти Лары.
У всех было одинаково.
От этого стало ещё тревожнее.
В последний раз он ел нормально только тогда, когда ночевал у Дани.
Ань долго не решался взять ложку.
Все уже начали есть.
Он осторожно взял ложку и снова посмотрел на всех.
Страшно.
Он ел медленно, постоянно поднимая взгляд.
Вдруг кто-то посмотрит недовольно.
Вдруг скажут, что он слишком много ест.
Вдруг заберут тарелку.
Но через несколько секунд он сам не заметил, как начал есть быстрее.
Если завтра его выгонят...
Может быть, это последний раз, когда он завтракает вот так.
Спокойно.
Не торопясь.
За обычным семейным столом.
Не передать словами, насколько ему это нравилось.
Нормально есть.
Спать спокойно.
Не вздрагивать от каждого шороха.
Не ждать крика.
Когда Ань доел, у остальных в тарелках оставалась почти половина.
Папа Дани поднялся первым.
- Всем пока.
Он убрал тарелку и вышел из квартиры.
Наверное, уже спешил на работу.
Ань остался сидеть.
Он не вставал.
Он помнил слова мамы.
"Пока мы с папой не доедим, из-за стола вставать нельзя."
Она говорила это спокойно.
Даже виновато.
Наверное, сама понимала, что это неправильно.
Но спорить с отцом не могла.
Тётя Лара посмотрела на почти пустую тарелку.
- Ань, хочешь добавки? Понравилась каша?
Он сразу поднял голову.
- А... да... понравилась... Но не надо...
Хотелось сказать "да".
Очень хотелось.
Но это же наглость.
Его приютили.
Накормили.
А он ещё будет просить добавку?
Он почти сразу пожалел о своих словах.
Может, стоило попросить совсем чуть-чуть?
Или нет...
Вдруг подумают, что он жадный?
Из мыслей его вывело то, что тётя Лара забрала тарелку.
Ну всё.
Поздно.
Значит, так и надо было ответить.
Зато не подумают ничего плохого.
Может быть...
Завтра его тоже покормят.
Но уже через несколько секунд перед ним снова появилась тарелка.
Каши было немного меньше, чем в первый раз.
- Спасибо... большое...
- Ешь, Ань. Не надо стесняться просить, если хочешь ещё.
Он молча кивнул.
Ему никогда раньше такого не говорили.
После завтрака тётя Лара сказала:
- Сегодня после работы мы заедем купить тебе кровать.
- Мам, - сразу сказал Даня. - Он со мной спать будет.
Она улыбнулась.
- Это на всякий случай. Вдруг вам станет тесно.
- Не станет, - уверенно ответил Даня. - Но если хотите, пусть будет.
Когда они доели, Ань впервые за долгое время почувствовал насыщение.
Он уже почти забыл, каково это - не чувствовать голод.
Через несколько минут тётя Лара ушла на работу.
Дома остались только они вдвоём.
Они зашли в комнату Дани.
- Ну... чем займёмся? - спросил Даня.
- Не знаю...
- Может, узнаем друг друга получше?
- Это как?
- Просто расскажем что-нибудь о себе.
- Ну... давай.
Ань уже хотел положить голову ему на плечо.
Но Даня вдруг достал телефон.
Ань сразу передумал.
"Наверное... он сейчас не хочет, чтобы я его трогал."
Ничего страшного.
Наверное.
Может, ему просто сейчас не до объятий.
А может...
Ему неприятно именно то, что это Ань хочет быть рядом.
Он тихо выдохнул.
"Нет. Не надо опять себя накручивать."
Он слишком хорошо знал, к чему приводят такие мысли.
Они копятся.
Потом превращаются в страх.
Потом - в ссору.
А ссориться с Даней нельзя.
Ему больше некуда идти.
Он слишком сильно любит его.
И потерять Данила сейчас означало бы потерять вообще всё.
- Даня?
- А? - он поднял голову от телефона. - Извини, отвлёкся.
Он улыбнулся.
- Давай я начну первым.
- Да... давай
- какую историю ты хочешь услышать весёлую или может грустную?
- давай весёлую лучше
- Ладно, мне лет семь было. Я решил, что наш кот очень грустный и ему обязательно нужен друг.
- И что?
- Поймал на улице голубя.
Ань удивлённо посмотрел на него.
- Принёс домой, закрыл их вдвоём в комнате и пошёл есть.
- И?
- Через пять минут дома был апокалипсис. Голубь летал по всей квартире, кот спрятался под диван, мама кричала, папа пытался поймать голубя полотенцем, а я стоял и не понимал, почему они не подружились.
Ань тихо засмеялся.
- Ты серьёзно?
- Абсолютно.
- Как вообще можно было подумать, что голубь подружится с котом?
- Не знаю... Но почему-то тогда мне казалось, что это отличная идея.
Ань тихо засмеялся.
Потом улыбнулся.
Наверное, впервые за долгое время так искренне.
Даня замолчал.
Он просто смотрел на Аня.
Тот улыбался так тепло, что у Дани на секунду будто остановилось дыхание.
Он никогда раньше не замечал, какая у Аня красивая улыбка.
Ань перевёл взгляд на Даню.
Улыбка сразу исчезла.
- Даня... У меня что-то на лице?
Он тут же опустил глаза.
Наверное, не стоило так улыбаться.
Вдруг выглядит глупо.
- Нет...
Даня улыбнулся.
- Извини. Я просто засмотрелся.
Ань удивлённо посмотрел на него.
- Ты очень красивый, когда улыбаешься.
Он немного смутился и отвёл взгляд.
- Улыбайся почаще... пожалуйста.
Щёки Аня сразу покраснели.
- Спасибо...
Даня не удержался и осторожно потрепал его по волосам.
- Теперь твоя очередь что-нибудь рассказать.
Ань тихо усмехнулся.
- Я бы рассказал... Но у меня, кажется, нет весёлых историй.
- Ничего страшного.
Даня на секунду задумался.
- Тогда... какой у тебя рост?
- Последний раз был сто семьдесят семь. Сейчас не знаю.
- Ха! Я выше.
- И сколько?
- Сто восемьдесят пять.
Ань закатил глаза.
- Подумаешь... восемь сантиметров.
- Это много.
- Ну конечно.
Оба тихо засмеялись.
- Тогда другой вопрос, - сказал Даня. - Какой у тебя любимый цвет?
Ань задумался.
- Не знаю...
- В смысле?
- А должен быть?
Даня усмехнулся.
- Ну... у меня любимый цвет синий.
Он посмотрел на Аня.
- И ещё цвет твоих глаз.
Ань снова покраснел.
- Тогда... наверное, зелёный.
Он немного подумал.
- И голубой.
- Красивое сочетание.
- А какой у тебя любимый предмет?
- Литература.
- Серьёзно?
- Ага. На ней можно спокойно посидеть, послушать. В прошлой школе нас постоянно заставляли учить огромные произведения, а здесь легче.
- А мне нравится физкультура.
- Почему?
- Не знаю...
Ань пожал плечами.
- Там хотя бы думать не надо.
Можно просто бегать.
- Ты каким-нибудь спортом занимался?
Он покачал головой.
- Нет.
Немного помолчал.
- Хотя хотел.
- Чем?
- Футболом.
Физрук говорил, что у меня неплохо получается.
Но денег тогда не было.
Поэтому... не получилось.
Даня кивнул.
- Мне тоже нравится футбол.
Правда, играть я люблю меньше, чем смотреть.
Ань снова улыбнулся.
На этот раз совсем чуть-чуть.
Он всё ещё боялся улыбаться слишком открыто.
Будто это могло кому-то не понравиться.
Через некоторое время Даня встал.
- Я быстро в туалет.
- Хорошо.
Как только дверь закрылась, Ань достал телефон.
Он не хотел забывать всё, что сейчас услышал.
Открыл заметки.
Создал новую запись.
Даня.
Любимый цвет - синий.
Рост - 185.
Любимый предмет - литература.
Любит смотреть футбол.
Любит смешные истории.
Ань понимал, что когда-нибудь запомнит всё это и без заметок.
Но ему всё равно хотелось сохранить каждую мелочь.
Будто она была чем-то очень ценным.
Через пару минут Даня вернулся.
- Что делаешь?
Ань быстро заблокировал телефон.
- Ничего.
- Слушай.
Мне видео попалось.
Давай попробуем нарисовать друг друга.
Ань тихо рассмеялся.
- Давай.
Но сразу предупреждаю.
Я ужасно рисую.
- Отлично.
Я тоже.
Они сели друг напротив друга.
Минут десять оба сосредоточенно что-то выводили на листах.
Иногда украдкой смотрели друг на друга.
Иногда смеялись.
Наконец Даня положил карандаш.
- Всё.
Меняемся?
- Давай.
Они одновременно показали рисунки.
Даня посмотрел на свой портрет...
И громко рассмеялся.
- Это я?
- Ну... примерно.
- Ань, ты сделал мне голову размером с арбуз!
Ань тихо засмеялся.
- Зато похож.
- Очень смешно.
Он перевёл взгляд на рисунок Аня.
- Ты меня красивее нарисовал, чем я есть.
- Просто... так и получилось.
Даня улыбнулся.
- Тогда и ты получился красивее.
Ань снова улыбнулся.
Теперь уже не пряча её.
К вечеру они почти ничего не делали.
Болтали.
Лежали в телефонах.
Иногда просто обнимались, не говоря ни слова.
Вечером с работы вернулись родители Дани.
Владислав Михайлович сразу начал собирать кровать, которую они купили для Аня.
Потом положили матрас.
Тётя Лара принесла постельное бельё.
- Ну всё, теперь осталось только заправить, - сказала она с улыбкой.
Ань молча кивнул.
Он никогда раньше не застилал кровать так, как это делают остальные.
Всегда делал по-своему.
Как умел.
Он надел пододеяльник на матрас, думая, что это простыня.
Саму простыню аккуратно сложил сверху.
Получилось что-то совсем непонятное.
Через несколько минут в комнату зашёл Даня.
- Ну что, заправил?
Ань кивнул.
- Кажется...
Даня посмотрел на кровать.
Потом тихо улыбнулся.
- Ты немного перепутал.
Ань сразу опустил голову.
- Прости...
- Я... не знаю, как правильно.
- Всегда так делал...
Ему было ужасно стыдно.
Он даже не понимал, чем вообще отличаются все эти ткани.
Даня подошёл ближе.
- Ань.
Он осторожно коснулся его плеча.
- Не извиняйся.
- Это вообще не страшно.
Он быстро снял бельё и начал показывать.
- Вот это простыня.
- Она надевается на матрас.
А это пододеяльник.
В него заправляют одеяло.
- Вот так.
- Спасибо...
- Теперь буду знать.
- Ночью всё-таки бывает холодно.
Хоть ты и будешь спать со мной, лучше всё равно заправить одеяло.
- Хорошо...
Ответил Ань.
Но внутри всё сжалось.
"Я не умею..."
У него никогда не было настоящего одеяла.
Поэтому и пододеяльником он никогда не пользовался.
Когда Даня вышел, Ань долго смотрел на кровать.
Потом осторожно положил одеяло.
А сверху - пододеяльник.
"Наверное... и так нормально."
Главное, чтобы никто не проверял.
Всё равно он будет спать рядом с Даней.
Через несколько минут их позвали ужинать.
На столе уже стояли тарелки.
Рис.
Мясо с подливой.
Когда-то мама тоже готовила что-то похожее.
Но попробовать тогда так и не получилось.
Ему просто не осталось.
Пришлось доедать вчерашний хлеб.
Или яблоко.
Иногда вообще ничего.
Ань привычно посмотрел на чужие тарелки.
У всех одинаковые порции.
От этого стало чуть спокойнее.
Но, подняв взгляд, он случайно встретился глазами с Владиславом Михайловичем.
Тот смотрел совершенно спокойно.
Никакого недовольства.
Но Аню всё равно показалось, что во взгляде есть осуждение.
Наверное...
Не стоило смотреть.
И вообще садиться за стол.
Теперь уже поздно уходить.
Он опустил голову.
Лучше вообще не есть.
Вдруг решат, что ему мало.
Что он хочет ещё.
И тогда...
Его выгонят.
Но запах еды был слишком вкусным.
Желудок болезненно сжался.
Когда все отвлеклись на разговор, Ань медленно потянулся к вилке.
Очень осторожно.
Будто боялся, что даже звук металла услышат.
Он подцепил самый маленький кусочек мяса.
Такой, чтобы никто не заметил.
Медленно положил его в рот.
Очень вкусно.
Хотелось ещё.
Но нельзя.
Если он будет есть слишком много...
Они могут подумать, что он жадный.
- Ань?
Он вздрогнул.
- Почему ты не ешь? Не понравилось? - спросила тётя Лара.
- Я...
Он быстро опустил взгляд.
- Просто не голодный.
В разговор сразу вмешался Даня.
- Ань.
- Ты после завтрака вообще ничего не ел.
- Поешь, пожалуйста.
- Я...
Он сжал вилку.
- Ладно...Извини...
"Опять всё испортил..."
Наверное, теперь Даня думает, что он специально привлекает внимание.
Или капризничает.
Ань начал быстро есть.
Очень быстро.
Будто боялся не успеть.
Но остальные уже заканчивали.
Когда у него оставалась ещё почти половина, Владислав Михайлович спокойно сказал:
- Не торопись.
Никто у тебя еду не заберёт.
Ань поднял глаза.
Потом стал есть чуть медленнее.
После ужина всем налили чай.
На стол поставили печенье и конфеты.
Конфеты были уже другие.
"Жаль... те я так и не попробовал."
Ань немного подумал.
Потом осторожно поднял руку.
- Тётя Лара...
Можно я возьму одну конфету?
Она удивлённо улыбнулась.
- Конечно.Ты вообще можешь не спрашивать.
Ань тихо кивнул.
Взял одну конфету.
Долго держал её в ладони.
А потом, убедившись, что никто не смотрит, быстро спрятал её в карман."Если завтра меня выгонят..."
"Хотя бы будет что поесть."
Через несколько минут Даня сказал:
- Иди пока один в комнату.
Мне нужно поговорить с папой.
Я потом приду.
- Хорошо.
Ань быстро поднялся.
Это был хороший шанс спрятать конфету.
Оказавшись в комнате, он сразу начал искать место.
Под кроватью?
Нет.
В тумбочке?
Тоже нет.
В итоге он осторожно засунул конфету в наволочку.
"Здесь точно никто искать не будет."
Потом сел на кровать.
Так, чтобы не было видно, что одеяло он так и не заправил.
Достал телефон.
Но почти не смотрел в экран.
Через несколько минут вернулся Даня.
- Ну что?
Заправил одеяло?
- Да...
Ответ получился слишком тихим.
- Покажешь?
Ань замер.
Сердце забилось быстрее.
"Всё..."
"Сейчас он увидит."
""Поймёт, что я соврал".
"И перестанет мне доверять".
Ань понимал, что врёт не потому, что хочет кого-то обмануть.
Ему просто было слишком стыдно признаться, что он не умеет делать самые обычные вещи.
И именно этого он боялся больше всего.
Ань медленно встал с кровати.
Даня поднял одеяло и пододеяльник.
Ань сразу опустил голову.
Было одновременно страшно и стыдно.
— Ань, зачем ты сказал, что заправил?
— Я... прости, пожалуйста...
В глазах уже появились слёзы.
— Зачем ты мне соврал? Ты мог просто сказать, что не умеешь.
— Извини... Мне было стыдно... Я не умею делать даже такие обычные вещи... Прости... Я больше не буду врать...
Слёзы покатились по щекам.
Но Даня лишь подошёл ближе и обнял его.
Прижал голову Аня к своей груди и медленно погладил по спине.
— Ань, всё хорошо. Не переживай из-за этого.
— В следующий раз просто скажи мне, ладно?
Ань кивнул и сел на кровать, поджав ноги и опустив голову.
За десять минут до этого.
Даня разговаривал с отцом всего пару минут, а потом направился обратно в комнату.
Но заходить сразу не стал.
Дверь была слегка приоткрыта, и через щель было видно почти всё.
Ань ходил по комнате с чем-то в руках.
Открывал шкаф.
Выдвигал ящики.
Сначала Даня подумал, что он что-то ищет.
Потом мелькнула неприятная мысль — вдруг хочет что-то взять без спроса.
Но все мысли исчезли в тот момент, когда он увидел конфету.
Ту самую конфету, которую Ань попросил за ужином.
Ань долго смотрел на неё, потом осторожно поднял подушку и спрятал конфету внутрь наволочки.
Даня замер.
И вдруг понял, что это совсем не про жадность.
Это про страх.
Страх, что завтра еды уже не будет.
Страх, что его могут попросить уйти.
Страх остаться одному.
Даня тяжело вздохнул и только после этого вошёл в комнату.
Сейчас.
— Ань, пошли ко мне на кровать.
Ему всё ещё было стыдно.
Он осторожно подошёл и сел на самый край.
— Эй, может, ближе?
Ань пересел, но трогать Даню всё равно боялся.
"Я сильно провинился".
"Наверное, он больше не захочет меня обнимать".
"Надо вести себя правильно".
"Надо научиться делать всё, что он просит".
"Тогда, может быть, Даня снова меня похвалит".
"И скажет, что любит".
Из мыслей его вывела рука Дани, которая легла ему на плечо.
— Даня?..
— М?
— Почему ты меня обнимаешь?
Даня удивлённо посмотрел на него.
— А я не могу тебя обнимать?
— Но я же ничего ещё не сделал...
— В смысле?
— Ну... Я соврал тебе... Разве я не должен сначала исправиться?
Даня замолчал на секунду.
А потом крепче обнял его.
— Ань, ты не должен что-то делать, чтобы заслужить объятия.
— Я обнимаю тебя потому, что люблю.
— Но я же соврал...
— Ты объяснил, почему это сделал.
— Ты не хотел меня обмануть.
— Тебе просто было стыдно.
— И даже если ты ошибёшься ещё сто раз, я всё равно не перестану тебя любить.
— Ты ведь мой парень.
Ань молчал.
А Даня осторожно продолжил:
— И извини меня, если этот вопрос неприятный...
— Ты прячешь еду?
У Аня внутри всё похолодело.
"Он заметил".
"Я даже конфету нормально спрятать не смог".
"Теперь он подумает, что я жадный".
"Что мне мало еды".
"Что я неблагодарный".
"И тогда меня точно попросят уйти".
Ань опустил голову ещё ниже.
— Да...
— Прости...
— Я верну её на место...
— Я больше не буду ничего прятать...
— Ань, зачем ты это делаешь?
Он долго молчал.
Потом всё-таки ответил:
— Я просто подумал...
— Что если однажды я вам надоем...
— Или вы поймёте, что со мной слишком сложно...
— И выгоните меня...
— Тогда у меня хотя бы будет что поесть...
— Извини...
— Даня, пожалуйста...
— Я исправлюсь...
— Я научусь всему...
— Я больше не буду прятать еду...
— И врать тоже не буду...
— Прости...
Слова начали путаться.
Слёзы текли всё сильнее.
Его трясло.
Дышать становилось трудно.
Он пытался говорить дальше, но уже задыхался.
Даня сразу понял, что происходит.
— Тише.
Он взял Аня за руки.
— Посмотри на меня.
— Дыши.
— Глубокий вдох.
Хорошо.
— Теперь медленный выдох.
— Вот так.
— Ещё раз.
Ань продолжал плакать, но дыхание постепенно выровнялось.
— Ань.
— Прекрати извиняться.
Тот замолчал.
Но слёзы всё равно продолжали течь.
— Ты делаешь это не потому, что жадный.
— Ты делаешь это потому, что боишься.
— И это нормально.
— Но тебе больше не нужно бояться.
— Еду не надо прятать.
— Если захочешь есть ночью — просто иди на кухню.
— Если страшно идти одному, позови меня.
— Я пойду с тобой.
— И никто тебя не выгонит.
— Ты не игрушка, которую можно выбросить.
— Ты человек.
— И ты заслуживаешь заботы.
— И ещё раз.
— Я люблю тебя.
— И буду говорить это столько раз, сколько понадобится.
— Я люблю тебя любым.
— И никуда тебя не отпущу.
— Поэтому, пожалуйста, перестань плакать.
— Этот день и так был слишком тяжёлым.
Ань всхлипнул.
— Даня...
— Всё равно прости...
— Я уберу конфету обратно и пойду спать к себе.
— Ты можешь отдыхать без меня.
— Оставь её.
— Завтра съешь.
— Или послезавтра.
— Или через неделю.
— Конфеты здесь никуда не денутся.
— И ты будешь спать со мной.
— Ты не злишься?
— Нет.
— Совсем нет.
— Но конфету из подушки лучше достать.
— А то растает.
Ань кивнул.
— Хорошо...
— И...
— Изв...
Он резко закрыл рот ладонью.
Даня тихо рассмеялся.
— Вот и молодец.
Ань подошёл к своей кровати, достал конфету и положил её на стол.
"Так и не получилось попробовать".
"Жаль".
"Может быть, завтра получится".
Он осторожно лёг на край кровати Дани.
Будто всё ещё ждал, что его попросят уйти.
Но вместо этого Даня обнял его за талию и притянул к себе.
Прижался грудью к его спине.
Ань вздрогнул.
Сердце снова забилось быстрее.
От неожиданности.
От страха.
И от того, насколько это было приятно.
— Ань.
— Я люблю тебя.
— Сладких снов.
— Я тоже люблю тебя...
— Спокойной ночи.
Ань так и не решился повернуться и обнять Даню в ответ.
Было всё ещё страшно.
Этот день оказался слишком странным.
Тяжёлым.
Тёплым.
Почти счастливым.
И поэтому где-то глубоко внутри появилась мысль:
"А вдруг это всё сон?"
"А вдруг я проснусь... и снова окажусь один?"
Под утро перед глазами начало плыть. Возможно это сон.
И если это так.
То для Аня это последний спокойный сон.