5 часть
Впервые за долгое время рядом был человек, рядом с которым не нужно было бояться.
Данил замолчал.
Посмотрел на него.
Ань спал.
Даня осторожно поправил плед на его плечах и улыбнулся.
Завтра они разберутся со всеми проблемами.
А сегодня пусть просто поспит.
Ночь прошла спокойно.
Ань во сне сам придвинулся ближе. Наверное, потому что впервые за долгое время чувствовал себя в безопасности.
Последний раз Аня кто-то обнимал очень давно.
Кажется, это была мама.
Перед тем как умерла.
Данил проснулся от громкого будильника.
Он быстро нащупал телефон и выключил звук.
Ань даже не пошевелился.
Он всё ещё спал, прижавшись щекой к плечу Дани и обнимая его за талию.
Данил невольно улыбнулся.
Несколько секунд просто смотрел на него.
Сердце почему-то билось быстрее обычного.
И совсем не хотелось вставать.
Кажется, ему нравился Ань.
От этой мысли Данил смутился.
В этот момент Ань заворочался.
Сначала открыл один глаз.
Потом второй.
Увидел Даню.
И резко сел.
- Сколько времени?
- Семь утра. Через полчаса в школу.
Несколько секунд Ань молчал.
А потом резко побледнел.
- Блять... Я же говорил, что мне домой надо было. Почему ты меня не разбудил?
Данил вздохнул.
- Потому что ты бы всё равно не выспался.
- Это не причина.
- Ань, ты серьёзно собирался ночевать в подъезде?
Ань отвёл взгляд.
- Не знаю.
- Вот именно. Я не мог тебя отпустить. На улице холодно. В подъезде тоже. И я знал, что обратно ко мне ты не вернёшься.
Ань опустил голову.
- Ладно... Прости.
- Тебе не за что извиняться.
Несколько секунд они сидели молча.
Потом Ань тихо сказал:
- Но мне всё равно нужно домой. За вещами.
- Могу свои дать.
- Нет. Это уже совсем странно будет.
Данил нахмурился.
Ему очень не хотелось отпускать его одного.
- Тогда я пойду с тобой.
- Не надо.
- Надо.
Ань посмотрел на него.
Спорить почему-то не хотелось.
- Ладно.
Данил сразу улыбнулся.
- Отлично. Но сначала завтрак.
Живот Аня предательски заурчал.
Он смущённо отвернулся.
Если честно, есть хотелось очень сильно.
И еда тёти Лары ему действительно понравилась.
Когда они вышли на кухню, Лара уже стояла у плиты.
- О, проснулись.
Она посмотрела сначала на Даню, потом на Аня.
- Значит, всё-таки ночевал?
Ань сразу напрягся.
Он не знал, что отвечать.
К счастью, Данил ответил раньше:
- Да. Поздно уже было. Я не хотел отпускать его одного.
Лара лишь кивнула.
- Правильно сделал.
И снова вернулась к плите, будто в этом не было ничего необычного.
Почему-то от этого Аню стало немного легче.
На столе стояли тарелки с ещё тёплыми сырниками, рядом стояли варенье, сгущёнка и чайник.
Ань замер.
Настолько обычная для других картина почему-то показалась ему странной.
Будто он случайно оказался в чьём-то фильме.
- Садитесь завтракать, - улыбнулась Лара.
Данил сразу потянулся за своей тарелкой.
Ань сел осторожно.
Перед ним поставили такую же тарелку, как и перед всеми остальными.
И от этого внутри вдруг стало очень тепло.
Но в то же время и странно: он смотрел на сырники - для него это были какие-то кружочки.
«Наверное, это вкусно», - подумал он.
Ань не пробовал сырники.
Он видел, как мама готовит их для отца и немного для себя.
Когда мама хотела дать ему попробовать сырник, отец начал кричать на неё, и она отказалась от этой идеи.
Потом Ань посмотрел на сгущёнку, которую пробовал один раз - у какой-то подруги мамы в гостях.
Он снова перевёл взгляд на сырники, потом на то, как едят другие.
Вдруг подумают, что он невежда и не умеет правильно есть.
Но, посмотрев, он увидел: Даня ест вилкой, а тётя Лара - руками.
Он не знал, как правильно.
Мама не учила его такому.
Поэтому он просто сидел, думая, что подождёт, пока все доедят, и если не заберут - тогда съест.
Он ждал разрешения.
Потом тётя Лара заметила, что он не ест.
- Ань, ты не хочешь есть?
- А... я хочу. Я просто не проснулся ещё, наверное... Извините.
Он посмотрел на стол рядом с собой.
Лежала вилка - значит, будет есть вилкой.
Он разломал сырник пополам, потом ещё раз пополам.
Откусил немного.
Ему понравилось.
Это было вкусно.
Потом он начал есть быстрее.
Доел.
Ему налили чай - тот самый, что был с вечера.
Он пил его.
Ему нравился чай.
И сырники, и вчерашний ужин ему тоже понравились.
Он хотел бы, чтобы чаще мог есть что-то такое.
Но для него никто не будет так готовить.
От этого стало грустно.
Тётя Лара такая хорошая. И Владислав Михайлович.
Потом он заметил конфеты на столе.
Те самые, которые хотелось попробовать.
Он решился.
Если не сейчас - когда ещё он сможет попробовать конфету?
Он тихо, почти шёпотом спросил у тёти Лары:
- А можно я возьму одну?
- Конечно, бери сколько хочешь.
Ань медленно протянул руку, но, взяв конфету, резко отдёрнул её обратно.
Страх остался.
Он посмотрел на конфету в своей ладони.
Яркая обёртка.
Наверняка она очень вкусная.
Но Ань решил оставить её на потом.
Если не съест сейчас - сможет съесть позже. Если вдруг снова останется без еды.
Он посмотрел на Даню, который уплетал конфеты, потом на тётю Лару, которая мыла посуду.
И аккуратно засунул конфету в карман шорт.
Он думал, что никто не заметил.
Но Даня украдкой смотрел на него.
Теперь он начал понимать, почему Ань «задумывается», пока ест.
Он заметил это.
Но ничего не сказал.
И заметил он не только это.
Надо было спросить ещё кое-что вчера.
Сейчас атмосфера другая - не получится спросить просто так.
Он заметил, насколько худым было запястье Аня.
Хоть до этого кофта всё закрывала, сейчас она немного задралась, и Дане открылся вид на его руки.
Немного.
Но этого было достаточно.
Пазл потихоньку начинал складываться в голове Дани.
Они поели.
Пошли к Дане в комнату.
Ань уже потянулся к своим грязным вещам - не хотелось их надевать.
Но ничего другого у него не было.
Рубашка высохла, но была грязной. На улице холодно - делать нечего.
Он хотел начать снимать кофту, но вспомнил, что в комнате Даня.
- Ты что, собрался надевать эту рубашку? На улице холодно, так, если ты ещё и в рубашке пойдёшь, так и заболеть недалеко.
«Я уже заболел», - подумал про себя Ань.
Хоть внешне по нему не скажешь, но это было так.
Болело горло, и, кажется, начиналась температура.
Он привык болеть «на ногах»: даже с 38.5 всё равно идти в школу.
Даня кинул ему свою кофту, а потом штаны.
Ань не стал возражать.
Но хотел начать переодеваться и вспомнил про порезы и синяки.
Даня не должен этого видеть.
- А ты выйдешь?
- Ага.
Данил вышел из комнаты и прикрыл дверь.
Через несколько минут Ань переоделся и вышел.
Кофта оказалась ему великовата.
Рукава почти полностью скрывали ладони.
- Ну вот, совсем другое дело, - усмехнулся Данил.
Ань смущённо отвёл взгляд.
В этот момент он потянулся за телефоном.
Рукав сполз вниз.
Данил замер.
На запястье темнел большой синяк.
Рядом виднелась длинная царапина.
Слишком большая для обычного падения.
- Ань...
Тот сразу одёрнул рукав.
Слишком поздно.
Данил уже всё увидел.
- Ты часто падаешь?
- Что?
- Синяк.
- А, ерунда.
- Ань.
- ...
- Это кто-то сделал?
- ...
Ань опустил взгляд.
Пальцы сами собой сжались в карманах.
- ...
- Ладно, - тихо сказал Данил. - Если не хочешь - не говори. Потом поговорим.
Они вышли из подъезда.
Некоторое время шли молча.
Данил шагал чуть быстрее и смотрел куда-то вперёд.
Кажется, о чём-то думал.
Ань шёл позади.
Сердце неприятно сжималось.
Он всё-таки должен был сказать.
- Это отец сделал...
Слова прозвучали совсем тихо.
В этот момент рядом проехала машина.
Данил даже не обернулся.
Ань опустил голову ещё ниже.
Наверное, не услышал.
Или не захотел услышать.
Они прошли ещё несколько метров.
Молчание становилось всё тяжелее.
- Дань?..
Данил не ответил.
Он всё ещё был погружён в свои мысли.
Ань почувствовал, как внутри нарастает тревога.
- Я что-то не так сказал?
Снова тишина.
- Извини...
Данил резко остановился.
- Что?
Ань тоже замер.
- За что?
- Ты... не разговариваешь со мной.
Данил удивлённо моргнул.
И только сейчас понял, что всё это время молчал.
- Ань, я просто задумался.
- А...
- Я не обиделся.
От этих слов почему-то сразу стало легче.
Они шли дальше.
Молча.
Тишина была одновременно спокойной и напряжённой.
Аню было стыдно.
Вскоре они дошли до дома Аня.
Он ввёл пароль.
- Подожди немного, пожалуйста. Я скоро.
Даня лишь кивнул и сел на лавочку.
Ань надеялся, что дверь будет открыта.
Повезло.
Она действительно была открыта.
Он медленно зашёл в квартиру, убедился, что отца нет дома, быстро переоделся, кинул в рюкзак учебники, тетради и ручку.
Потом достал из рюкзака ту самую конфету.
Быстро огляделся, думая, где её можно спрятать.
В его комнате было всего несколько мест.
Поэтому он положил конфету в одну из футболок, а сверху набросал ещё каких-то вещей.
Отец не рылся в коробках с одеждой.
Он знал, где сын хранит вещи, которые ему дороги.
Именно они его и интересовали.
Потом Ань быстро вышел из комнаты и взял запасной ключ.
Теперь он сможет попасть домой.
Дверь он решил не закрывать.
Кто знает, вдруг отец не сможет попасть в квартиру?
Это будет очень плохо.
Кроме Аня, закрывать дверь всё равно было некому.
Поэтому он поспешно вышел в подъезд.
Спустился вниз.
Даня всё так же сидел на лавочке.
Увидев его, он сразу поднялся.
Они молча пошли в сторону школы.
Через некоторое время кто-то из них всё-таки завёл разговор ни о чём.
Они вошли в школу.
Что-то было не так с самого начала.
Люди смотрели.
Оборачивались.
Шептались.
Стоило Аню поднять взгляд, как несколько человек тут же отвели глаза и начали тихо смеяться.
Сердце неприятно сжалось.
Ань опустил голову и ускорил шаг.
Данил, кажется, ничего не замечал.
Или просто не обращал внимания.
Они только сели за парту, как рядом остановился Парадеев.
На его лице уже играла довольная ухмылка.
- Ну привет, педики.
Ань вздрогнул.
Данил поднял взгляд.
- Чего тебе?
- Да ничего. Просто решил проверить, как у вас дела.
- У кого «у вас»?
- У вас двоих.
Парадеев усмехнулся и обвёл взглядом класс.
- Ты ещё не рассказал ему?
- Что именно? - спокойно спросил Данил.
- Что про вас уже вся школа говорит.
В классе кто-то тихо хихикнул.
Ань почувствовал, как начинают гореть щёки.
- Какой бред, - ответил Данил.
- Бред?
Парадеев усмехнулся ещё шире.
- Тогда почему вы всё время вместе ходите?
- Потому что хотим.
- Ну-ну.
Урок прошёл тяжело.
Аню было страшно.
В классе были те, кто явно относился к нему плохо.
И те, кто только ждал возможности поиздеваться.
После урока Даня спросил:
- Пошли в столовую сходим?
Ань решил отказаться.
- А, прости. Я плохо себя чувствую. Может, один сходишь?
- Ладно. Тебе купить что-нибудь?
- Нет, не надо.
Даня ушёл.
Но идти без Аня ему не хотелось.
Было какое-то плохое предчувствие.
Как только Данил скрылся за дверью, в класс зашёл Парадеев.
Подошёл прямо к Аню.
- Ну что, пойдём? Твоего парня рядом нет.
- Куда? - тихо спросил Ань.
«Блять. Лучше бы пошёл с Даней».
- Не пойдёшь сейчас в туалет на этом этаже - будет хуже. Ты уже знаешь это.
Ань медленно поднялся.
Пошёл за Парадеевым.
Голова опущена.
Руки дрожат.
В висках неприятно пульсирует боль.
Вокруг кто-то смеётся, разговаривает, показывает на него пальцем.
Но выбора нет.
Они дошли до туалета.
Как только дверь закрылась, Ань понял:
Помощи не будет.
Никто не зайдёт.
Никто не остановит их.
Только Парадеев и трое его друзей.
- Ну что, где твой защитник? - усмехнулся Саша.
Ань промолчал.
Удар прилетел неожиданно.
Воздух выбило из лёгких.
Он согнулся, пытаясь вдохнуть.
Следующий удар пришёлся в колено.
Ноги подкосились.
Плитка оказалась холодной.
Щека больно ударилась об пол.
Кто-то засмеялся.
Кто-то что-то сказал.
Но слова уже сливались в один сплошной шум.
Ань только сильнее сжался.
Он знал:
Если закрыть голову руками, будет не так больно.
Так его научила мама.
Удары сыпались один за другим.
По спине.
По рёбрам.
По ногам.
Он уже не понимал, кто именно бьёт.
Да и какая разница?
Главное - переждать.
Как дома.
Как всегда.
Парадеев что-то говорил сверху.
Смеялся.
Но Ань почти не слышал.
В ушах стоял гул.
Он думал только о том, чтобы всё закончилось быстрее.
Урок уже начался.
Учитель что-то рассказывал у доски.
Данил не слушал.
Место рядом пустовало.
Сначала он решил, что Ань просто задержался.
Потом прошло пять минут.
Потом десять.
Аня всё ещё не было.
Внутри начало появляться знакомое неприятное чувство.
Он достал телефон.
Сообщение не прочитано.
Звонок сброшен.
Данил поднял взгляд на дверь.
Пусто.
Слишком долго.
Слишком странно.
Он вспомнил Парадеева.
Вспомнил его ухмылку.
Вспомнил, как Ань боялся даже смотреть в его сторону.
Сердце неприятно сжалось.
Что-то случилось.