Рай во тьме

Как я и говорил, сегодня я приду в цветочный магазин, где теперь работала Джунейд.

И, если быть честным...

Мне очень хотелось прийти именно под конец её рабочего дня.

Совсем немного потрепать ей нервы.

Мои люди успели доложить лишь одно.

Позавчера Джунейд устроила себе небольшую экспедицию по Лондону.

На этом доклад закончился.

Дальше, за пределами Оксфорда, я сам запретил им следить за ней.

Ещё не хватало, чтобы она снова избила их до полусмерти и оставила где-нибудь в тёмном переулке.

После нашей последней встречи из головы никак не выходил один странный момент.

Её запах.

Он был сладким.

Но не приторным.

Спокойным.

Едва уловимым.

Так не пахла ни одна роза в нашем саду.

Так пахли только розы, которые когда-то выращивала моя мать.

Мама очень любила розы.

Особенно винно-красные.

Она могла часами работать в саду совершенно одна, никому не позволяя помогать себе.

Каждый куст она знала почти наизусть.

Каждый цветок.

Каждый лепесток.

Её розами восхищались все, кто хоть раз переступал порог нашего дома.

Их аромат разносился далеко за пределы сада.

Иногда казалось, будто его можно почувствовать ещё задолго до того, как увидишь сами цветы.

Настолько удивительным он был.

Но потом...

Этот запах исчез.

Вместе с ней.

Сколько бы я потом ни пытался вырастить такие же розы...

Сколько бы ни покупал самые дорогие сорта...

Сколько бы ни ухаживал за ними...

Ничего не получалось.

Они были красивыми.

Но уже не теми.

И вот теперь...

Спустя столько лет...

Я снова почувствовал тот самый аромат.

Такой, который невозможно перепутать ни с одним другим.

И хуже всего было то...

Что этот запах исходил от моего врага.

От Джунейд.

Я не должен был обращать на подобное внимание.

Не должен был вообще об этом думать.

Прошлое уже не вернуть.

Но теперь мне предстояло жить с одной крайне неприятной мыслью.

Джунейд пахла розами...

Точно такими же, какие когда-то росли в саду моей матери.

- Любовь подобна розе, - часто говорила моя мама, осторожно проводя пальцами по бархатным лепесткам.

- Она прекрасна.

Нежна.

Хрупка.

Но никогда не бывает беззащитной.

Как и роза, любовь скрывает под своей красотой острые шипы.

Они нужны не для того, чтобы причинять боль.

Они нужны, чтобы защитить её от равнодушия, предательства и тех, кто приходит лишь затем, чтобы сорвать её ради собственной прихоти.

Поэтому никогда не бойся шипов.

Бойся того дня, когда любовь перестанет защищать саму себя.

«Счастье в цветах» работало с девяти утра до восьми вечера.

Поэтому, раз сейчас уже было половина седьмого, я поспешил одеться поприличнее.

Под этим словом я подразумевал только одно.

Костюм.

Чёрный.

С такими же чёрными туфлями.

Даже волосы зачёсал назад.

Сверху накинул серое пальто, а на руки натянул чёрные кожаные перчатки.

Я завёл мотоцикл и, не теряя времени, до упора выкрутил ручку газа.

Не прошло и двадцати минут, как я уже припарковался рядом с цветочным магазином.

Прошло десять минут с начала седьмого вечера.

К моему удовольствию, мои люди сообщили, что за это время в магазин так никто и не вошёл.

Прекрасно.

Именно этого я и хотел.

Своей неизменной походкой я направился ко входу.

Колокольчик тихо звякнул над моей головой.

Джунейд сразу подняла на меня взгляд.

Я заметил, как её глаза мгновенно стали ещё холоднее.

Затем мой взгляд сам собой опустился ниже.

На её светло-мятный фартук.

Я едва удержался, чтобы не рассмеяться.

- Добрый вечер, - любезно произнёс я, осматриваясь вокруг.

Джунейд промолчала.

- Я думал, флорист обязан разговаривать с клиентами, - с насмешкой заметил я, скрестив руки за спиной.

- Не с теми, кто заранее сообщает о своём приходе после закрытия магазина, - ровно ответила она.

Я усмехнулся.

- А ты не меняешься, Джунейд.

Она снова ничего не сказала.

- В этом нет необходимости, когда ты остаёшься в том же виде, - отчеканила она.

Я перевёл взгляд на стеллаж с вазами позади неё.

Мои глаза вновь остановились на винно-красных розах.

Улыбнувшись, я посмотрел на Джунейд.

- Сделаешь мне букет?

Я прекрасно знал, что выбора у неё всё равно нет.

Не говоря ни слова, Джунейд подняла руки к винно-красным розам.

- Предпочтёшь в завёрнутом виде? - спросила она через плечо.

Я снова посмотрел на её нелепый, по моему мнению, мятный фартук поверх траурно-чёрной одежды.

Не выдержав, тихо прыснул в кулак.

- Да, если не сложно.

Она сразу приступила к работе.

И только сейчас я понял одну странную вещь.

Она даже не спросила, для чего мне нужны цветы.

Для какого события.

Для кого.

Она просто начала работать.

Я внимательно наблюдал за каждым её движением.

Ни одного лишнего.

Она уверенно сняла со стеллажа девятнадцать винно-красных роз.

Подрезала стебли.

Поправила листья.

Сняла несколько внешних лепестков.

Затем развернула плотную матово-чёрную крафтовую бумагу.

Розы легли в её руки так естественно, словно она собирала букеты всю свою жизнь.

Одним точным движением она завернула цветы.

Без лишних украшений.

Без дешёвого блеска.

Только глубокий чёрный цвет бумаги, подчёркивавший насыщенный винный оттенок роз.

В завершение она перевязала букет широкой бархатной лентой тёмно-бордового цвета.

Получилось удивительно.

Строго.

Сдержанно.

Дорого.

Этот букет не пытался выглядеть роскошным.

Он был роскошным.

Я несколько секунд молча смотрел на него.

Потом всё-таки спросил:

- Почему девятнадцать?

- Твой возраст, - без запинки ответила она, сразу поняв, о чём я.

Откуда она, чёрт возьми, знает мой возраст?

Ладно.

Следующий вопрос.

- Почему ты даже не спросила, для чего мне нужны эти розы?

- А какой в этом смысл? - спокойно спросила она.

Я удивлённо посмотрел на неё.

- У тебя нет девушки. Да и человека, которому ты мог бы подарить их, тоже нет. Сэдрику ты вряд ли станешь дарить цветы. Так же, как и Стефани.

Она произнесла это так спокойно, словно перечисляла очевидные факты.

- Давай мы оба признаем, что ты пришёл сюда лишь затем, чтобы, как ты сам думал, поиграть на моих нервах.

Она кивнула на букет.

- Розы - твои любимые цветы. Раз уж нет человека, которому можно их подарить, почему бы не взять их себе?

Она сейчас насмехается надо мной?

Хотя...

В её голосе не было ни тени насмешки.

- А теперь будь любезен оплатить покупку и уходи.

- И что вы все о себе возомнили... - тихо произнёс я, опуская взгляд.

Джунейд молчала.

- И это всё, на что ты способна, Джунейд?

- Это всё, чего ты достоин, - ровно и холодно произнесла она.

Меня словно ударили кнутом.

Что только что сказала эта девчонка?

Она сейчас имела в виду, что кроме постоянного «уходи» я ничего не заслуживаю?

Даже чувствуя, как внутри начинает закипать злость, я сделал то, что умел лучше всего.

Улыбнулся.

- Ах... просто признай, что не можешь устоять перед моей очаровательностью, - насмешливо сказал я.

- Все очаровательные люди испорчены.

В этом и заключается секрет их привлекательности, - отчеканила она.

Второй удар.

Достаточно.

- Ладно, Джунейд. Хватит бросаться красивыми словами. Лучше назови цену.

Она спокойно назвала сумму.

Я расплатился.

Подходя к двери, повернулся к ней.

- Ещё увидимся.

И подмигнул.

Она даже не шелохнулась.

Как только дверь магазина закрылась за моей спиной, моя улыбка медленно исчезла.

На её месте остался лишь холодный оскал.