Пролог
Отец и дочь сражались на ринге друг против друга, нанося молниеносные удары. Каждый из них был искусен по-своему.
Девочка была сильной, но ещё недостаточно опытной, чтобы полностью противостоять своему отцу. Тем не менее, мужчина сражался с ней как с равным, смягчая силу ударов, но не скрывая мастерства.
Они бились молча, каждый обдумывая следующий шаг, каждый ставил на карту победу. Девочка была проворнее - она пригнула отца на пол и стала бить его быстрыми сериями. Он сделал блок локтями, с ловкостью защищая лицо, и вскоре поднялся, отбрасывая дочь.
Но она не медлила. Замахнувшись левой ногой, она попыталась ударить его в повороте, но отец мгновенно поймал её ногу и оттолкнул.
Девочка окинула взглядом свою позицию и положение отца, и в её голове начал созревать план. Она подкралась к нему короткими, резкими прыжками и нанесла хитрый удар ногой сверху, оставив открытыми его ноги. В следующий момент она рывком выбила землю из-под его ног, и мужчина с глухим стуком рухнул на пол.
Не теряя ни секунды, девочка подскочила, схватила его за шею обеими руками, пытаясь задушить.
Но отец быстро сдался - три давления на руку, и он признал её победу.
Девочка отпустила его, дыхание участилось, но гордость переполняла её: она выиграла самого сильного человека в своей жизни.
- Вот уж не думал, что ты прибегнешь к лисьим хитростям, - начал отец, поднимаясь на ноги.
- Ну... я не нашла другого выхода из ситуации, отец, - призналась девочка. - Вы слишком сильный боец.
- И всё-таки, сейчас я очень горжусь тобой! - восхищённо сказал мужчина. - Молодец! Повалить меня даже на половине моей силы пятнадцатилетней девочке - это уже рекорд!
- Моя победа - ваша заслуга, отец, ведь это вы меня всему научили. Я обязана вам всеми своими способностями, - сказала девочка.
- Нет, дочка, - покачал головой отец, отрицательно. - Это была чисто твоя заслуга. Да, возможно, я научил тебя приёмам боя, которые знаю сам, но без твоей выдержки, собственных сил и Сабра* этой победы не было бы.
Девочка опустила глаза вниз, ей стало стыдно, и немного дурно от такой похвалы.
- Ах, моя умница-дочка, - назвал отец её самым наиласкательным образом. - Ты прекрасный боец. Просто тебе ещё нужно учиться. Поверь, к своему совершеннолетию ты станешь ничуть не хуже меня, может быть даже лучше, - улыбнулся он, обхватив её за плечи и приподняв подбородок к себе.
В глазах девочки читалось счастье и благодарность, ведь именно этот человек был единственным во всём мире, кто любил её больше всех, даже больше, чем её мать, которая всю жизнь обходила её стороной, не бросив ни одного взгляда.
Девочка крепко прижалась к отцу, обхватив его за талию обеими руками, и отец ответил на объятие с тем же теплом. Больше всего на свете она боялась потерять его.
- Ладно, доченька, - интригующе сказал отец, - несмотря на то, что я сегодня был завален делами, я не забыл про твой особый день.
- Отец, - тихо ответила девочка, - я знаю, что у меня сегодня день рождения, но вы уже подарили мне подарок... мою победу над вами.
- Разве это можно назвать подарком? - насмешливо поинтересовался отец. - Нет, я подарю тебе нечто совсем другое, - снова вернулся он к своему загадочному тону.
Затем он положил свою большую ладонь на её спину и повёл к выходу из тренировочного зала.
Внутри было всё - от сложных и тяжёлых тренажёров до гантелей, турников, боксёрской груши и даже катан самураев, привезённых из самой Японии.
Они направились по длинному, ярко освещённому коридору в западную часть владений отца девочки.
Они вошли в кабинет отца.
Мужчина подошёл к своему рабочему столу, выдвинул ящик и достал оттуда небольшую чёрную коробку, перевязанную золотой лентой. С широкой улыбкой он приблизился к дочери.
- Держи, дочка, - нежно произнёс он. - Это твоя награда за победу и мой подарок на день рождения.
Девочка смущённо приняла коробку из его рук и уже собиралась открыть её, как вдруг свет в комнате погас.
Через мгновение он снова вспыхнул - и вместе с ним в кабинете появились гости.
Друзья, помощники и работники её отца стояли, каждый с подарком в руках.
Казалось, даже стены задрожали, когда все разом затянули знакомую мелодию:
- С днём рождения тебя! С днём рождения тебя! С днём рождения, с днём рождения! С днём рождения тебя!
- О Аллах Всемогущий! - воскликнула девочка, закрывая лицо руками от смущения.
- Поздравляем от всего сердца, дочь нашего господина! - раздались голоса собравшихся.
- Отец, ну зачем были нужны эти церемонии? Я же уже не ребёнок! - произнесла она.
- Для меня ты всегда останешься моей маленькой дочуркой, - с лукавой улыбкой ответил он.
Гости один за другим подходили к девочке, произносили пожелания, читали для неё дуа и оставляли подарки рядом.
А она лишь тихо отвечала:
- Спасибо... Пусть Аллах примет.
Вскоре гости покинули кабинет, оставив отца и дочь наедине.
- Ну, может быть, окажешь честь своему отцу и откроешь его подарок первым? - весело спросил он.
Девочка улыбнулась и посмотрела на небольшую чёрную коробочку, которую всё это время держала в руках. Она слегка потрясла её, пытаясь угадать, что внутри.
Затем её пальцы осторожно коснулись золотой ленты. Медленно, почти торжественно, она развязала её и приподняла крышку.
Внутри лежал ключ от чего-то. Под ним - какие-то аккуратно сложенные документы . Рядом находилась небольшая фотография в рамке.
Именно на неё девочка обратила всё своё внимание.
На снимке был её отец - моложе, с тем же уверенным взглядом. На его левом предплечье сидела маленькая девочка - его дочь. Та самая, что теперь стояла перед ним.
Девочка взяла фотографию в руки и начала внимательно её рассматривать. Казалось, с того дня прошла целая жизнь. Тогда она ещё ничего не знала о мире своего отца. Не знала, что значит вставать в одно и то же время, тренироваться до изнеможения, жить по строгим правилам.Тогда... она просто была ребёнком.
- Это... - начала девочка, но слова застряли в горле тяжёлым комом.
- Это я, - сказал отец, указывая пальцем на себя на фотографии. - А это ты, - чуть сдвинув палец, он указал на маленькую девочку.
- Знаю, - тихо ответила она, смахнув несуществующую слёзу.
Она аккуратно отложила фотографию и взяла в руки ключ.
- Это ключ от машины- догадалась она.
- Да. И не просто машины, а той, которую моя дочь любит всем сердцем, - сказал отец, уже не скрывая своей радости.
- Отец, спасибо, конечно... но мне только исполнилось пятнадцать лет сегодня. Как я буду водить машину? - спросила девочка, и её брови удивлённо взметнулись вверх.
- Я же учил тебя водить. И не только такую - ты управляла разными моделями, - с лёгкой улыбкой оправдался отец.
- И всё равно официально я смогу сесть за руль только в восемнадцать. А до этого ещё три года... - произнесла она, и в её голосе прозвучала едва заметная грусть.
- Ничего, - уверенно ответил он. - За эти три года ты отточишь мастерство до идеала. К своему совершеннолетию будешь входить в повороты так, будто родилась за рулём. Ещё и дрифтить научишься лучше любого гонщика.
- Спасибо... - повторила девочка.
- Ну так что, может быть, посмотришь на свою новую машину? - спросил отец с явным предвкушением.
- Давайте! - без колебаний согласилась девочка.
Отец кивнул и нажал кнопку на пульте. С лёгким гулом правая стена зала начала медленно отъезжать в сторону.
За ней, в просторном, почти пустом помещении, под мягким светом потолочных ламп, стоял чёрный BMW M4.
Глубокий, насыщенный чёрный цвет кузова отражал свет так, словно машина была отполирована до зеркального блеска. Агрессивная решётка радиатора, вытянутые светодиодные фары, резкие линии капота и мускулистые арки колёс создавали ощущение хищника, готового к прыжку.
Низкая посадка, широкая колёсная база, аэродинамические обвесы и карбоновый спойлер придавали болиду не просто роскошь - а спортивную угрозу. Это была не просто машина. Это был характер на четырёх колёсах.
Глаза девочки загорелись, как только она увидела подарок.
- Знаешь, у этой машины есть один маленький эффект, который тебе точно понравится, - сказал отец, направляясь к ней. - Не одолжишь мне ключик?
Ключ почти мгновенно оказался в его руке.
- Ох, спасибо, - улыбнулся он.
Он нажал кнопку запуска.
Двигатель ожил с глубоким, утробным рыком. Это был не звук - это был рёв. Казалось, перед девочкой стояла не машина, а настоящая чёрная пантера, готовая сорваться с места.
Отец включил фары. Сначала они вспыхнули холодным белым светом, чётким и резким. Затем оттенок изменился - свет залился алым, почти кровавым сиянием, придавая машине устрашающий, почти хищный облик.
- Вау! - выдохнула девочка.
Она подошла к капоту и осторожно подняла его. Перед ней открылся аккуратно собранный «механический мозг» - двигатель с карбоновыми элементами, усиленными распорками и идеально выверенной компоновкой. Всё выглядело так, словно каждая деталь знала своё место и предназначение.
- Это же рядная «шестёрка» S58... трёхлитровый битурбо, - тихо произнесла она, внимательно всматриваясь в двигатель. - Двойной турбонаддув, кованый коленвал, усиленный блок... И, судя по компоновке, здесь стоит заводская M-настройка с адаптивной системой охлаждения. Более пятисот лошадиных сил... и крутящий момент, который разрывает асфальт.
В её голосе не было наивного восхищения - только точность и понимание.
- Идеальный баланс веса... почти пятьдесят на пятьдесят, - добавила она, проводя взглядом по распоркам.
Девочка обошла машину, кажется, тысячу раз, не веря своему счастью. Проводила пальцами по гладкому кузову, вслушивалась в урчание двигателя, словно запоминая его дыхание.
А затем вновь подошла к отцу и крепко обняла его.
- Вы лучший отец в мире! - сказала девочка, всё крепче сжимая его в своих объятиях.
- Спасибо, спасибо, спасибо... Пусть Аллах вознаградит вас за это! - с искренней благодарностью произнесла она.
- Ох, моя милая, ну что ты... - мягко отмахнулся отец. - Это всё ничто по сравнению с твоей улыбкой, которую ты даришь мне каждый день, - нежно сказал он, беря пальцами её подбородок и приподнимая к своему лицу. - Главное, что тебе понравилось. Остальное меня не волнует.
С этими словами он поцеловал дочь в лоб.
Их внезапно отвлёк шум, донёсшийся из коридора.
Отец и дочь насторожились, вслушиваясь в каждый звук.
В следующую секунду дверь резко распахнулась, и в кабинет вбежал один из бойцов отца. Он тяжело дышал, было видно, что ему пришлось бежать без остановки. Несколько секунд он пытался восстановить дыхание, а затем торопливо заговорил:
- Мой господин... там... на нас напали... срочно требуется ваше присутствие!
Слова давались ему с трудом, после чего он снова жадно вдохнул воздух.
Мужчина выслушал доклад с абсолютным спокойствием. В его зелёных, холодных глазах не мелькнуло ни капли страха.
Он мгновенно среагировал и коротко приказал своему подчинённому:
- Оставайся здесь и охраняй мою дочь как зеницу ока. Ты отвечаешь за неё своей головой.
С этими словами он направился к выходу, но его остановил голос дочери:
- Нет, отец! Стойте! Я тоже пойду с вами! - твёрдо заявила она.
- Не говори глупостей, дочка, - спокойно ответил он.
- Нет, отец! Я не отпущу вас туда, потому что знаю - чем бы это ни было, ничего хорошего там нет! - её голос сорвался на крик.
- Дочка, Всемогущий Аллах над нами. Молись Ему, и Он сохранит мою жизнь, - сказал отец, подходя к ней и кладя ладонь на её щёку.
- Нет... я не могу... не могу... - стояла на своём девочка. - Если с вами, не дай Аллах, что-нибудь случится...
- Если со мной что-нибудь случится, - перебил её отец, - ты останешься под опекой своего дяди, матери, брата и, прежде всего, Аллаха. Не волнуйся. Найдутся те, кто присмотрит за тобой.
Снизу уже раздались выстрелы и крики - в основном мужские.
- Отец, пожалуйста! - взмолилась она.
- Дочка, это мой долг, - произнёс он с непоколебимой стойкостью. - Помни, кто мы такие. И для чего я обучал тебя все эти годы.
Его голос не дрогнул.
Отец посмотрел на дочь с той нежностью, что никогда не угасала в его глазах.
И в этот момент девочка поняла - сейчас она должна его послушаться. Те, кто осмелился напасть на них, скорее всего, сами выбрали место для своих будущих могил.
Она медленно закрыла глаза, приводя в порядок мысли и чувства. Несколько коротких вдохов - и всё лишнее исчезло. Когда девочка вновь открыла глаза, в них уже не было ни страха, ни волнения. Лишь холодная, выверенная уверенность.
На её губах появилась лёгкая ухмылка.
- Покажите им, что значит приходить без приглашения в нашу империю, отец - произнесла она спокойно, почти безэмоционально.
Её слова прозвучали не как просьба - как разрешение.
Отец коротко кивнул и направился к двери. Через мгновение он исчез за ней.
Время тянулось мучительно медленно, и каждая секунда лишь усиливала тревогу в её груди.
Что ей делать? Как помочь?
Она сидела в тишине и молилась Аллаху, прося сохранить жизнь её отца. Она не был покрыта, но всем своим существом оставалась мусульманкой - так же, как и вся её семья. Вера была не во внешнем, а внутри.
Но ожидание становилось невыносимым.
Стены кабинета словно сжимались, давили на грудь, мешая нормально дышать. Она чувствовала себя запертой - и физически, и внутренне.
Однако выйти она не могла. Всё это время за ней неотрывно наблюдал подчинённый её отца, оставленный охранять её. Его взгляд был внимателен, стойка - напряжённой.
Шестерёнки в её голове начали вращаться быстрее.
Сначала нужно избавиться от наблюдения. Затем - найти отца.
Выстрелы снизу уже стихли или, по крайней мере, звучали реже.
Выстрелы...
Пистолет.
У охранника на поясе должно быть оружие. Если подойти достаточно близко, можно выхватить его. Заодно проверить реакцию и подготовку людей её отца.
Но как подобраться? Он не выглядит глупцом.
Она перестала метаться по комнате и внезапно остановилась. Затем медленно повернулась к нему спиной.
И в следующую секунду сделала вид, будто теряет сознание.
- Мисс! - вскрикнул мужчина и рванулся к девочке.
Он опустился рядом, пытаясь нащупать её пульс, уже собирался проверить дыхание, как вдруг она резко распахнула глаза. Одним быстрым, точным движением она выхватила пистолет, бесцельно болтавшийся у него на поясе.
В следующее мгновение девочка поднялась на ноги, держа мужчину под прицелом.
- Будет лучше, если вы не станете мне мешать, - холодно произнесла она.
- Мисс... я обещал вашему отцу, - покорно ответил боец.
- Я знаю. Не переживайте, я смогу оправдать ваше имя, - спокойно сказала она.
- Мисс, я полностью согласен с господином. Вам лучше остаться здесь. Внизу творятся страшные вещи, - предупредил он.
- Я видела вещи пострашнее громыхающих пуль, - отмахнулась девочка.
Она заметила, как в его взгляде мелькнуло решение. Он собирался действовать.
И она уже знала - каким будет его следующий шаг.
Мужчина рванулся к ней, рискуя быть застреленным. Но у неё и в мыслях не было стрелять.
Зачем убивать своих?
Как только боец приблизился, она мгновенно сократила дистанцию, вцепилась рукой в его шею и, обвив его корпус ногами, рывком повалила на пол. Вместо того чтобы душить его, она ловко перевернула пистолет рукояткой вперёд и нанесла точный удар в висок.
Мужчина тут же потерял ориентацию, его тело обмякло.
Он был нейтрализован - временно.
Девочка осторожно опустила обмякшее тело мужчины на пол и оставила его лежать без сознания.
Вооружившись пистолетом, она тихо вышла в коридор.
Пока вокруг стояла тревожная тишина. Но внезапно где-то справа раздался одиночный выстрел.
Коридоры тянулись длинными линиями, словно в большом офисном здании - холодные, пустые, освещённые ровным искусственным светом.
Она двигалась медленно, прижимаясь к левой стороне стены, контролируя каждый шаг. Дыхание было ровным, взгляд - сосредоточенным.
В её цепких руках пистолет был направлен вперёд, готовый выстрелить в любого, кого его обладательница сочтёт угрозой.
Девочка внезапно остановилась и прислушалась к тишине.
В следующую секунду она почувствовала движение позади себя и резко развернулась, направив пистолет в сторону предполагаемого врага.
Но перед ней стояла всего лишь её воспитательница. Женщина смотрела на неё встревоженными глазами.
- Госпожа учитель... - начала девочка, но та тут же прикрыла ей рот ладонью, прижимая указательный палец к своим губам, призывая к тишине.
Девочка слегка кивнула. Воспитательница медленно убрала руку, а она быстро огляделась по сторонам.
Не теряя времени, женщина схватила её за запястье и потянула к ближайшей двери.
Нет.
От одного надзора она уже избавилась - второго ей не нужно.
Девочка резко вырвала руку из крепкой хватки воспитательницы.
- Мисс, нам нужно укрыться! Ваш отец никогда не простит мне этого, если с вами что-нибудь случится! - прошептала женщина, всё так же охваченная тревогой.
- Мне нельзя больше сидеть, поджав хвост, - ответила девочка шёпотом. - Госпожа учитель, спрячьтесь сами. А я пойду и найду своего отца.
С этими словами она рванулась вперёд.
Воспитательница бросилась за ней, но быстро отстала. Девочка уже была на другом конце коридора, продолжая двигаться дальше.
- Одумайтесь, мисс! Прошу вас, не уходите! - крикнула женщина ей вслед.
Это были её последние слова.
В следующую секунду позади раздался выстрел.
Девочка резко обернулась...
И увидела страшную сцену.
Её воспитательница. Надёжный наставник. Почти мать.
Именно благодаря ей девочку можно было назвать воспитанной, сдержанной, будущей достойной хозяйкой и верной женой.
А теперь этот светлый человек лежал распростёртый на холодном полу коридора.
Пуля пронзила её лоб. В центре лба зияло тёмное отверстие, из которого медленно стекала густая, почти чёрная кровь.
- Нет! - закричала девочка, бросаясь к женщине.
Она осторожно приподняла её голову и заглянула в уже безжизненные очи.
Слёзы наполнили её изумрудно-зелёные, отцовские глаза. Она прижала голову воспитательницы к своей груди и тихо заплакала - не истерично, не громко, а так, словно что-то внутри неё треснуло.
Она просила для своей наставницы покоя в ином мире, просила у Аллаха прощения за её грехи. Шёпотом читала дуа, которые читают при смерти человека, и снова и снова повторяла, что это её вина.
Прошло несколько мучительных минут.
И вдруг в её голове вспыхнула страшная мысль.
А что, если её отец сейчас тоже лежит где-то... так же?
Нет.
Нет.
Нет. Астагфируллах.
Этого не может быть.
Она поняла, что больше не может оставаться здесь. Наклонившись к холодному лицу своей воспитательницы, девочка подарила ей последний тёплый поцелуй в щёку. Затем аккуратно опустила её голову на пол, сомкнув её веки, и медленно поднялась.
Каждый шаг давался тяжело. Ноги словно налились свинцом. В голове шумело, мысли путались.
Как она могла это допустить?
Как могла позволить врагам забрать у неё человека, которого всегда тревожило её воспитание ?
Слёзы вновь подступили к глазам, но она заставила себя сдержаться.
Сначала - отец.
Вот бы знать, где он.
И вдруг, словно по воле Всеслышащего Аллаха, до неё донёсся шум с первого этажа дома.
Девочка медленно спустилась на первый этаж, прижимая пистолет к груди.
Затем она прошла через кухню и остановилась, услышав напряженый разговор двух мужчин, который доносился из гостиной. Она приблизилась к гостиной, чтобы лучше расслышать разговор.
Гостиная в их здании была открытая и никаких дверей не имела, только проёмы. Поэтому девочка просто прошла через проём и остановилась в двух метрах от мужчин, она перезаредила пистолет в руках.
Первый голос был ей незнаком - высокий, напыщенный, самодовольный и требующий. В нём не было той ледяной сдержанности, которая отличала её отца.
А вот второй...
Она узнала его сразу.
Это был её отец.
Судя по напряжению в голосе, он разговаривал с главарём тех, кто осмелился напасть на них сегодня.
Девочка сжала пистолет крепче.
Ей хотелось выскочить из укрытия и без раздумий расстрелять того, кому принадлежал первый голос.
Девочка не понимала языка, на котором они говорили. Скорее всего, это был английский - многие враги её отца предпочитали именно его.
Сам отец разговаривал с дочерью на нескольких языках, но английского среди них не было. Поэтому ей оставалось лишь догадываться о смысле разговора.
И всё же нельзя было сказать, что она совсем не знала этот язык. Нет. Некоторые фразы, отдельные слова, брошенные мужчиной с первым голосом, она улавливала. Понимала и обрывки реплик отца.
Она осторожно выглянула из своего укрытия, взглянула лишь краем глаза, стараясь не выдать себя.
Перед ней стоял мужчина, лица которого ей было не видно, из за маски на нём. Безупречно одетый в костюм. Он выглядел респектабельно. Немного страшновато.
И с первого взгляда вызвал у неё интерес.
Он скрывал своё лицо в какой-то маске на которой было нарисовано улыбающееся лицо, это выглядело жутко. Видно не хотел открывать свою личность.
Её отец стоял напротив - в своей привычной стойке. Спина прямая. Руки скрещены за спиной. В правой - пистолет. Это была его старая привычка: держать оружие так, будто оно просто часть его самого.
Но сейчас он был напряжён.
Слишком напряжён.
Мужчины ожесточённо что-то обсуждали на английском. Даже не понимая всех слов, девочка чувствовала - они балансируют на грани. Ещё секунда, и кто-то нажмёт на курок.
И вдруг незнакомец повысил голос.
Резко. Почти срыв.
Но так же быстро взял себя в руки.
Наступила короткая, густая тишина.
А потом он произнёс фразу, которую девочка поняла безошибочно.
И по её спине пробежали мурашки.
- And now... let me introduce myself to your daughter.*
Мир словно замер.
Он знает.
Он знает, что она здесь.
Вдруг она почувствовала, как чьи-то сильные руки резко схватили её за плечи, пытаясь вытолкнуть вперёд из укрытия.
Но девочка не была из робких.
Она мгновенно развернулась лицом к нападавшему.
Перед ней стоял парень - лет двадцати, не больше. Светлые волосы, карие глаза. В них на долю секунды вспыхнул испуг - он явно не ожидал такой реакции.
Этого мгновения ей хватило.
Она коротко и точно ударила его в челюсть.
Пока он терял равновесие - резко подняла колено и ударила в пах, выбив из него воздух.
Парень согнулся, захрипев.
Не давая ему прийти в себя, девочка шагнула за его спину, перехватила руку, резко вывернув её под неестественным углом. Он вскрикнул.
В ту же секунду дуло пистолета упёрлось в его висок.
Теперь испуг в его глазах был настоящим.
С холодным, почти стеклянным взглядом она вышла из укрытия.
Перед мужчинами предстала маленькаю фигурка-но не ребёнок.
Она держала под прицелом подчинённого того самого незнакомца.
И ни один мускул на её лице не дрогнул.
- А она вся в тебя, - произнёс мужчина уже на языке, понятном девочке.
- Что ты здесь делаешь?! - резко выкрикнул отец.
- Пришла за вами, - твёрдо ответила она, всё так же удерживая пленника под прицелом.
- Да уж... уделала ты его знатно, - с насмешливой похвалой заметил незнакомец.
- Простите, но кто вы такой? - холодно спросила девочка.
- Уходи отсюда! - приказал отец.
- Ох, дружище, неужели ты не рассказывал ей обо мне? - с притворным удивлением протянул мужчина.
Отец повернулся к нему. В его глубоких зелёных глазах полыхнул гнев - ещё мгновение, и, казалось, вспыхнет молния.
- Уходи, - повторил он дочери уже тише, но жёстче.
- Куда мне идти? - сорвалось у неё. - Как я могу спокойно сидеть в стороне, когда мой отец в опасности? Как могу сложить руки?!
Перед глазами вновь вспыхнула картина: мёртвая воспитательница в холодном коридоре. Тёмная кровь. Пустой взгляд.
Глаза девочки наполнились слезами, но она заставила себя собраться.
Отец заметил. Он всегда замечал всё. И понял - она уже увидела нечто ужасное.
Его гнев слегка угас, уступая место боли.
В тишине раздались хлопки - медленные, издевательские аплодисменты.
Это хлопал незнакомец.
- О, какая трогательная сцена... Я сейчас расплачусь, - театрально протянул он.
- Чего ты хочешь? - в который раз спросил отец, теперь на английском.
- Да хватит уже. Говори открыто. Я-то думал, между вами нет секретов, - усмехнулся мужчина.
- Вы так и не ответили на мой вопрос, - вмешалась девочка.
- Ах да, где мои манеры? - насмешливо поклонился он. - Давай договоримся. Отпусти парнишку - и я скажу, кто я такой.
- Дочка... прошу тебя. Уходи, - тихо взмолился отец.
- Иначе... - мужчина перевёл взгляд на него, - я сделаю твоему папочке больно.
Он щёлкнул пальцами.
Позади отца мгновенно появились двое огромных, накачанных мужчин. Они схватили его, развели руки в стороны, удерживая железной хваткой.
- Отец! - вскрикнула девочка.
Она на секунду отвлеклась. Лишь на долю секунды.
Этого оказалось достаточно.
Её пленник вырвался, выбил пистолет из её рук, резко прижал её к себе, приставив дуло к её виску.
- Нет! - закричал уже отец.
- Прошу внимания, дамы и господа! - торжественно объявил незнакомец. - Великий серый кардинал* всех времён повержен... блестящим представителем семьи олигархов!
Он ослепительно улыбнулся.
- Отпустите меня! - девочка билась в руках парня.
- Тихо, куколка, - прошептал он ей на ухо. - Если не хочешь, чтобы я прямо здесь тебя застрелил.
Он нажал на курок.
Раздался сухой, звенящий щелчок.
Патрона не было.
И в наступившей тишине стало ясно - это было предупреждение.
Игра только начиналась.
- Ты спрашивал, чего я хочу? - снова заговорил незнакомец.
Отец девочки посмотрел на него таким взглядом, что, казалось, мог испепелить на месте.
- Что ж... прошу я немного, - тихо, почти лениво произнёс мужчина. - Всего лишь чтобы ты... и вся твоя империя исчезли.
Он сделал шаг вперёд.
- Я хочу, чтобы ты и вся твоя семья убрались с моей дороги. Раз нельзя занять место серого кардинала... - процедил он, - значит, нужно уничтожить сам трон.
Он говорил спокойно. Слишком спокойно. Словно обсуждал сделку, а не приговор.
- Ну что ж, мило поболтали. Пора заканчивать.
Лёгкое движение пальцев - и его люди напряглись.
- Знаешь, я окажу вам честь, - насмешливо продолжил он. - Отправлю вас первыми на тот свет. А потом даже помолюсь в церкви... чтобы Бог принял ваши нечистые души.
Он отступил назад, освобождая себе обзор. Будто зритель, занявший лучшее место перед началом спектакля.
Девочка поняла: игр больше нет.
Она коротко посмотрела на отца.
Он встретил её взгляд. В этом взгляде было всё - тревога, гордость... и приказ жить.
Она едва заметно качнула головой, словно говоря: я вытащу тебя.
И действовала.
В следующее мгновение она резко ударила державшего её парня локтем в пах. Удар был точным и жёстким - воздух с хрипом вырвался из его лёгких. Хватка ослабла.
Не теряя ни секунды, она развернулась, схватила его за голову обеими руками и рывком потянула вниз.
Колено взметнулось вверх.
Глухой хруст.
Кровь брызнула, нос сломался, и парень безвольно обмяк, потеряв сознание.
Она оттолкнула его тело и рванула к отцу.
И в тот же миг -щёлк.
Звук взведённого курка.
Где-то сбоку на неё уже смотрело дуло пистолета.
Воздух словно застыл.
Ещё секунда - и всё могло закончиться.
- А вот теперь не двигайся, - предупредил девочку незнакомец.
Её отец резко расширил глаза, увидев, как тот направил дуло пистолета прямо на неё.
Девочка медленно выдохнула.
На мгновение она закрыла глаза.
В следующую секунду она резко присела, схватила пистолет, лежавший рядом на земле, и так же быстро поднялась. Дуло её оружия уже смотрело прямо на незнакомца. В её глазах вспыхнул гнев.
- Что вам нужно? - процедила она.
- Ты всё слышала, - спокойно ответил он.
Незнакомец медленно перевёл взгляд на её отца.
- Сдавайся. Иначе я заберу у тебя дочь.
С этими словами он перезарядил пистолет и ещё увереннее прицелился в девочку.
Но она стояла неподвижно.
Ни капли страха в её глазах не было.
Отец опустил голову, погружённый в тяжёлые мысли.
- Если вы убьёте меня... - начала девочка, медленно отводя дуло своего пистолета в сторону. - Тогда мне придётся забрать у вас его.
Она слегка наклонила оружие в сторону, где на земле лежал без сознания парень, которого она недавно вырубила.
- Я успела заметить, что этот парень в каком-то смысле дорог вам. По крайней мере... нужен.
Её голос был ледяным.
Так они стояли почти минуту.
И вдруг девочка заметила движение боковым зрением.
Её отец начал подниматься и отбиваться от накачанных мужчин, державших его. В следующее мгновение он посмотрел на незнакомца, который быстрыми шагами уже подбирался к девочке и оказался у неё за спиной.
Отец резко метнул нож - изогнутый, похожий на бумеранг.
Но всё произошло слишком быстро.
Незнакомец успел увернуться и схватить девочку, тем самым подставить её под лезвие её отца.
Нож скользнул по лицу девочки.
Медленно, почти гладко он прошёлся по её левому глазу, оставляя глубокий шрам - от щеки, через глаз и бровь, до самого лба.
Девочка вскрикнула от боли и зажмурилась, но лицо закрыть не могла. Ей мешал незнакомец который крепко держал её руки в своей хватке.
Отец побледнел.
Он понял, что сделал.
Его глаза округлились...
а затем наполнились ужасом.
Девочка медленно открыла глаза показывая всем рану, оставленную её отцом.
Она затаила дыхание, когда незнакомец резко приставил дуло пистолета прямо к её виску.
Отец больше не мог тратить время на осмотр дочери. Он мгновенно пустил в ход своё оружие.
Два выстрела - и накачанные мужчины уже бездыханно лежали на полу, медленно истекая кровью.
Закончив, отец снова перевёл взгляд на свою дочь, которую всё ещё удерживал незнакомец.
- Пожалуйста... отпусти её, - взмолился он.
- Ну уж нет! - разозлился незнакомец. - От неё слишком много проблем.
Он лишь сильнее сжал девочку.
- Ты очень непослушная девочка, - прошептал он ей на ухо. - И очень плохая... раз не слушаешься своего отца.
А затем он со всей силы швырнул её на землю. Девочка упала на колени.
Незнакомец снова приставил пистолет к её голове.
- А плохие девочки должны быть наказаны...
Он уже собирался нажать на курок.
Но в следующую секунду кулак отца обрушился на его челюсть.
От резкой боли незнакомец зажмурился и отшатнулся. Пистолет вылетел из его руки и отлетел в сторону.
Отец тут же схватил его за руку, рванул вверх и ударил в нос.
Незнакомец вскрикнул и схватился за лицо.
Отец не медлил.
Он повалил его на пол и нанёс несколько быстрых, тяжёлых ударов по животу и корпусу.
Через мгновение незнакомец уже без сил лежал на полу.
Отец девочки склонился над ним и с силой ухватился за край ткани, скрывавшей лицо незнакомца, и резко дёрнул её на себя, открывая его лик.
Увидев израненное лицо перед собой в его глазах мелькнуло узнование, но он не дал виду.
Отец девочки понял: ему осталось недолго. И тогда, проявив милосердие, он решил даровать ему последний покой - позволить уйти к Всевышнему спокойно.
Отец девочки бросил на него последний взгляд, после чего поднялся.
Тело противника осталось неподвижно лежать на холодном полу.
Он сразу направился к дочери.
Девочка сидела на земле, пытаясь перевести дыхание. Воздуха будто не хватало.
Когда ладонь отца легла ей на плечо, дышать стало немного легче.
- Ты в порядке? - тихо спросил он.
- Д... да... - едва слышно пробормотала она.
Голос дрогнул.
И тогда она больше не смогла сдерживаться.
Девочка обхватила колени и уткнулась в них лицом, тихо заплакав.
Она знала - перед отцом можно показать свою слабость.
Отец посмотрел на неё с болью. Его брови опустились, а в глазах появилась глубокая жалость.
Он обнял её крепко, прижимая к себе.
- Я с тобой... Всё будет хорошо. Всё закончилось, - тихо говорил он, пытаясь её успокоить.
- Пойдём, дочка... пойдём, - сказал отец некоторое время спустя.
Девочка вытерла слёзы.
Собрав последние силы, она поднялась на ноги.
Сделав шаг, она чуть не споткнулась, но отец вовремя подхватил её и помог устоять.
- Иди в свою комнату. Я скоро подойду, - тихо сказал он.
Девочка кивнула.
Не сказав ни слова, опустив голову, она направилась к ближайшему выходу из гостиной, почти ничего вокруг себя не замечая.
Отец всё это время провожал её взглядом.
А тем временем незнакомец, которого он не добил до конца, медленно тянулся к пистолету, лежавшему рядом.
Преодолевая волны боли, он всё-таки дотянулся до оружия.
Его пальцы сомкнулись на рукояти.
Он перезарядил пистолет.
Щёлк.
Отец резко обернулся.
И широко раскрыл глаза, когда понял, куда направлено дуло.
На его дочь.
Он целился в его дочь.
Выстрел.
Отец не раздумывал ни секунды.
Он бросился к ней и, добравшись, крепко обнял её, закрывая своим телом.
Его последние объятия.
Отец закрыл глаза, чувствуя, как пуля медленно входит в его тело.
Незнакомец, сделав выстрел, мгновенно обмяк на месте, перестав подавать какие-либо признаки жизни.
Девочка стояла неподвижно.
Она тоже слышала выстрел.
Но когда обернулась, сразу уткнулась в твёрдую грудь своего отца.
В следующее мгновение что-то слегка толкнуло её в сторону.
И тогда она поняла, в кого попала пуля.
Горячие слёзы потекли по её щекам.
Она стояла в этих застывших объятиях, разведя руки в стороны, не зная, за что держаться...
Потому что единственным, кто сейчас держал её, был её отец.
Но затем она почувствовала, как его тело начинает медленно оседать.
И когда к ней вернулся дар речи, она громко всхлипнула, опускаясь вместе с ним на пол.
- Отец! - вскрикнула она. - Отец! Отец! Отец!
Они медленно опустились на холодный пол.
Жизнь в этот момент уже утекала из тела её отца.
Девочка осторожно и нежно уложила его голову себе на колени.
- Дочка... - чуть слышно прохрипел он. - Послушай... кажется, моё время пришло...
И он улыбнулся ей той улыбкой, которую дарил только ей.
- Нет... нет, нет, нет, отец! - девочка отчаянно качала головой.
- С вами всё будет хорошо... слышите? С вами всё будет хорошо! Я обещаю!
Она оглядывалась по сторонам, отчаянно пытаясь найти кого-нибудь, кто мог бы помочь.
Но рядом никого не было.
- Да убережёт тебя Аллах... в твоём светлом будущем... - прошептал отец.
Одинокая слеза скатилась из его глаза по виску.
Это были его последние слова.
Его взгляд замер.
Глаза остались открыты.
Девочка застыла.
Её собственные глаза расширились, когда она поняла, что отец больше не двигается.
Она встряхнула его, не веря происходящему.
- Нет... нет... нет! Нет, нет!
Её голос сорвался с шёпота на крик.
- ОТЕЦ!
Она крепко прижала его голову к себе и заплакала ещё сильнее.
Девочка сильно зажмурилась и закричала на весь дом.
Её крик был таким пронзительным, что птицы за окнами вспорхнули и разлетелись в разные стороны.
Боль разрывала её изнутри.
Она плакала без остановки... пока вдруг не услышала чей-то голос:
- О Аллах Всемогущий!
Девочка подняла затуманенный взгляд и через слёзы посмотрела на того, кто подбежал к ней.
Это был лучший друг её отца.
Теперь уже - покойного отца.
Её любимый, всегда весёлый дядя.
Она посмотрела на него - и слёзы снова покатились по её щекам.
Дядя упал на колени рядом с ней и с болью смотрел на тело своего друга.
- Поистине, мы принадлежим Аллаху и к Нему возвращаемся... - тихо произнёс он.
(сура Аль-Бакара, 2:156).
Он тяжело потряс головой, пытаясь прийти в себя.
Затем его взгляд упал на девочку, которой сегодня пришлось пережить слишком многое.
И вдруг он вспомнил:
ещё несколько людей врага всё ещё могли находиться где-то в особняке.
- Моя мисс... нам нужно идти, - сказал он, поднимаясь на ноги.
Но девочка его даже не слышала.
Горе полностью поглотило её.
Ей было всё равно, кто увидит её в таком состоянии.
Ей было всё равно, что происходит вокруг.
- Мисс! - сказал он уже громче. - Пойдёмте. Нам нужно уходить. Враги всё ещё в доме.
- Я никуда не пойду! - сквозь слёзы ответила девочка. - Я не оставлю отца!
- Я понимаю тебя... - тихо сказал дядя. - Но сейчас тебе грозит опасность. А мне нужно тебя защитить.
- Я не хочу! - вскричала она.
Дядя не хотел этого делать.
Но всё же заставил себя подойти к ней и схватить её за руку, пытаясь поднять.
Девочка начала брыкаться и отчаянно кричать, требуя, чтобы он отпустил её.
- Для тебя же будет лучше... - убеждал он.
- Нет! Нет! Я не хочу! Отпустите меня! Я не могу их оставить! Не могу оставить своего отца! Отпустите меня!
Она отчаянно тянулась к телу отца.
Дяде было больно смотреть на это.
Он знал, какие особенные отношения были между ними.
И ему действительно было больно разлучать их.
- Пожалуйста, отпустите меня! - плакала девочка. - Пожалуйста, ради Аллаха, дядя, отпустите меня!
- ВаАллахи, я похороню его в самом красивом месте, которое только смогу найти! - сказал он дрогнувшим голосом. - Обещаю. Но сейчас нам нужно уходить. Прошу тебя... пойдём со мной.
Девочка из последних сил пыталась дотянуться до отца.
Но дядя понял, что иначе её не увести.
Он достал пистолет.
Перевернул его рукояткой вверх...
и ударил её по виску.
Девочка мгновенно потеряла сознание и последняя слеза медленно скатилась по её щеке.
Он подхватил её на руки.
Ещё раз тяжело посмотрел на тело своего друга...
а затем понёс девочку прочь - в безопасное место.
С того дня дом больше не видел счастья. Лишь тишина, пропитанная болью, навсегда поселилась в его стенах.
Говорят, время лечит. Но в её случае - оно лишь глубже вдавливало шрам в душу, превращая его в нечто иное...
нечто, что уже нельзя было назвать просто болью.
Иногда, в самые тихие ночи, ей казалось, что она всё ещё слышит тот выстрел. Снова и снова. Снова и снова.
И каждый раз вместе с этим звуком внутри неё что-то умирало... и что-то рождалось.
Никто не заметил, в какой именно момент слёзы исчезли.
Никто не понял, когда страх уступил место холодному спокойствию.
И уж тем более никто не осознал, что в тот день погибла не просто душа девочки...
...но и всё, что делало её человеком .
А то, что осталось - научилось выживать.
И однажды весь мир пожалеет, что позволил этой тьме вырасти.
Потому что даже самая глубокая тьма...
иногда способна породить нечто, перед чем меркнет сам страх.
──────────────────────────
Сабр - это терпение ради Аллаха, сдержанность и стойкость перед трудностями, без жалоб и отчаяния.
- And now... let me introduce myself to your daughter.*- ,, И сейчас, позволь мне представиться твоей дочери."
Серый кардинал* - это человек, который незаметно управляет ситуацией или людьми, оставаясь в тени и не показывая своей власти.