Часть 3
После инцидента на стадионе Гарам казалось, что её лёгкие забиты школьной пылью. Она вернулась в класс за пару минут до звонка на следующий урок — литературу. Сердце всё ещё испуганно бухало в рёбра. Больше всего на свете она боялась снова увидеть Конхо, но, к её огромному облегчению, его стул пустовал весь урок. Наверное, остался на площадке или ушёл с парнями в раздевалку.
Гарам смогла немного перевести дух. Она аккуратно вела конспекты, стараясь сосредоточиться на словах учителя, но взгляд то и дело косился на пустую половину парты.
Рядом с его вещами — дорогим чёрным рюкзаком и брошенной ручкой — всё ещё витал тот самый едва уловимый аромат горькой полыни. Его не было в классе, но его присутствие всё равно ощущалось.
Когда учебный день наконец подошёл к концу, Гарам вздохнула с облегчением. Всё, что ей было нужно — это дойти до автобусной остановки, уехать домой и запереться в своей комнате.
Она не спеша собрала сумку. Класс быстро опустел, подростки разбивались на группки, громко обсуждая планы на вечер. Гарам вышла из школы одной из последних, надеясь затеряться в сумерках прохладного осеннего вечера.
Но у судьбы на этот день были другие планы.
Дорога от школы к автобусной остановке вела через небольшой, тенистый сквер. Из-за густых крон деревьев здесь всегда темнело раньше, а свет редких фонарей едва пробивался сквозь листву.
Гарам шла, уткнувшись носом в тёплый шарф, когда впереди послышались чьи-то голоса. Обычно она не обращала внимания на прохожих, но один из голосов заставил её моментально остановиться и буквально вжаться в ствол старого клёна.
— Ты думаешь, если тренер выделил тебе больше времени на площадке, ты стал лидером, Сонхён? — этот голос Гарам узнала бы теперь из тысячи. Ан Конхо. Но сейчас его тон не был наигранно-спокойным, как в классе. В нём отчётливо слышался опасный, вибрирующий гнев.
Гарам осторожно выглянула из-за дерева.
На небольшой асфальтированной развилке, прямо под тусклым фонарём, стояли двое.
Ом Сонхён стоял, накинув на одно плечо спортивную сумку.
Его руки были глубоко припрятаны в карманы чёрной куртки, а лицо, подсвеченное мертвенно-белым светом фонаря, казалось высеченным из мрамора. Он смотрел на Конхо сверху вниз, хотя они были одного роста. В его позе не было ни капли страха — только безграничный, леденящий холод.
— Мне плевать на мнение тренера, Конхо, — тихо, но веско ответил Сонхён. Каждое его слово падало, как осколок льда. — И на твоё мнение тоже. То, что случилось три года назад... пора бы уже забыть. Ты сам сделал свой выбор.
При упоминании о «трёх годах назад» Конхо заметно изменился в лице. Его челюсть упрямо сжалась, а кулаки в карманах брюк так сильно напряглись, что ткань натянулась до предела. Харизма Конхо сейчас казалась тёмным штормом, готовым снести всё на своём пути.
— Забыть? — Конхо сделал шаг вперёд, сокращая расстояние между ними до минимума. — Ты трус, Сонхён. Ты сбежал тогда, и сбегаешь сейчас. Но на поле я тебе спуску не дам.
Сонхён не шелохнулся. Он даже не моргнул, когда Конхо оказался опасно близко.
— Попробуй, — бросил он, развернулся и пошёл прочь по тропинке, даже не обернувшись.
Конхо остался стоять под фонарём один. Его тяжёлое дыхание облачками пара вырывалось изо рта. Было видно, как внутри него бушует ярость, которую он изо всех сил пытается взять под контроль.
Гарам затаила дыхание, боясь пошевелиться. Ей безумно хотелось раствориться в воздухе. За один день она умудрилась не просто столкнуться с самым опасным парнем школы, но и дважды стать свидетельницей его скрытой, пугающей жизни.
Она сделала медленный шаг назад, стараясь, чтобы подошва кроссовок не зашуршала по сухой листве.
Хруст.
Маленькая, сухая веточка под её ногой предательски треснула. В тишине сквера этот звук показался Гарам оглушительным взрывом.
Конхо резко, как хищник на охоте, повернул голову в сторону шума. Его острый, потемневший от злости взгляд моментально зацепился за силуэт девушки, прячущейся за деревом.
— Кто здесь? — рябью пронёсся его голос. — Выходи.
Гарам замерла. Сердце сделало кульбит и, кажется, вообще перестало биться. Бежать было глупо — он догонит её в два счёта. Медленно, сгорая от стыда и страха, она вышла на свет фонаря, покрепче перехватывая лямку рюкзака.
Конхо сощурился, узнавая её. Напряжение в его плечах чуть спало, но на смену ему пришло глухое, опасное раздражение.
— Опять ты? — выдохнул он, медленно направляясь к ней. Каждым своим шагом он словно забирал у неё пространство для вдоха.
— Ты что, преследуешь меня, Ким Гарам?
Как тебе такой поворот? Сюжет движется очень плавно: мы дали намёк на их общее прошлое с Сонхёном (какая-то тайна трёхлетней давности), и теперь Конхо поймал Гарам за подслушиванием.