Глава 8
Фрагменты воспоминаний из старшей школы
09.11.2006
– Боже, госпожа Мейер меня просто убьет – пролепетала девушка, глядя на наручные часы. 8:45. Первый урок только что закончился. Темноволосая стояла на светофоре, нервно постукивая каблучком по уличной брусчатке. Ворота школы находились уже по ту сторону дороги. И, как только загорелся зеленый, Адель понеслась ко входу. Она прекрасно успевала ко второму уроку и даже к началу перемены, но чувство вины за бессовестный прогул и предстоящие разборки с учителем не давали ей идти спокойно.
С приходом октября природа начала готовится к зиме. Заметно похолодало. Люди вяло шагали по промерзлым улицам, закутавшись в шарфы и натянув смешные шапки. А вот на территории школы никого не было. С наступлением холодов ученики перестали проводить переменны на школьном дворе.
Адель быстро шагала по дорожке от ворот до парадного входа, пытаясь не обращать внимания на морозный воздух, обжигающий уши.Спустя несколько минут она вошла внутрь и направилась к гардеробу, где ученикам следовало оставлять верхнюю одежду. Повесив свою коротенькую, как это было модно сейчас, куртку на самый дальний крючок, девушка поспешила к своему шкафчику с учебниками, который находился на втором этаже.
Ученики звонко смеялись, что-то обсуждали, шагая под руку, или проверяли друг у друга выученные отрывки поэм – в общем вели себя как обычно. Адель, медленно переставляя ноги, шла по коридору, печатая сообщение Мартину. Нажав кнопку «отправить» она подняла голову и тут же остановилась. «Что-то сегодня определенно не так» – подумала девушка и принялась озираться по сторонам.
Всё население школы охватила чернота. Казалось, будто здесь разлили огромную банку чернил: ученики сновали в черных футболках, надетых поверх блуз. Почти все. Изредка встречалась лишь пара человек, кого не коснулась сия «мода». На каждой футболке спереди огромными белыми буквами было написано «KILL BILL» Убить Билла.
Адель замерла. Неужели это про... Непонятная тревога объяла сердце и сжала его в тисках. Глаза быстрее забегали по проходящим ученикам и наконец устремились в глубь коридора. Загородившее весь проход черное скопление из шумящих и улюлюкающих подростков, казалось, омрачало помещение. Не думая ни секунды, темноволосая направилась туда.
Пробраться через толкотню было почти невозможно, но Адель в силу своего стройного телосложения протискивалась в каждый промежуток между людьми. Спустя несколько минут ей все же удалось добраться до «первых рядов». Девушка подняла голову и... Сердце её забилось быстрее. Она будто всё это уже видела. Дежавю? – Нет. Снова издевательства. Двое придурков, держа его за локти и подперев его ноги своими с двух сторон так, чтобы он не смог сделать и шага в сторону, натягивали на парня ту самую футболку... Темноволосый из последних сил сопротивлялся: пытался выдернуть хоть одну руку из крепкой хватки, дергался, мешая издевателям одевать его. Всё это было похоже на цирковое представление, не иначе. Билл, подобно зверю, скалил зубы, его глаза то жмурились, то со всей яростью вперивались в лица злостных «дрессировщиков». Ученики, окружившие «арену» смеялись и улюлюкали, ахали и переговаривались. Адель, не отрываясь, смотрела на это...на всё это... Она думала лишь об одном: неужели люди на такое способны?
«Убить Билла». Да, конечно, никто не собирался брать винтовку и стрелять в него, сбрасывать с крыши или топить. Это лишь шутка, насмешка, только и всего. И так думали все, кто наблюдал за этим, не желая, чтобы веселое действо прекратилось. Но никто так и не понял, что они и вправду убили человека.
Ведь человек – это не тело, которое так легко искалечить или омертвить, человек – это то что внутри, то что течет по тому самому телу бесконечным потоком чувств, получая от мира новые эмоции и выплёскивая наружу застоявшиеся.
Так что же стало с этим человеком после всего того, что ему пришлось вытерпеть, после всех чувств, полученных извне и ставших для него настоящим смертельным ядом? Ответ прост: душа его осталась мертва.
Адель пустым взглядом смотрела на Билла. Её слегка пошатывало, из за толкучки, с каждой минутой становилось всё более душно находиться в достаточно тесном помещении. Но кое-что всё же заставило её проморгаться и прийти в себя. Пока все хохотали и выкрикивали что-то, на их взгляд, очень смешное, темноволосый уставился на неё... на Адель. Сквозь слой толпы он заметил её, заметил и не стал униженно отводить взгляд. Его лицо не выражало ровным счётом ничего. Вместе с душой умерли все эмоции и чувства. Теперь по его жилам ничего не текло за исключением крови. Адель отшатнулась и стала пробираться назад, дальше от всего безумия. А вокруг всё мелькали сотни надписей «KILL BILL».
Прошло пять минут прежде чем Адель выбралась из давки и зашагала по коридору. Девушка старалась не видеть того, что происходит вокруг, потому смотрела на стены. Все, о чём она сейчас могла думать, так это о том, как такое большое количество людей может ненавидеть и издеваться над человеком, который не сделал им ничего плохого и с которым они ни разу не общались.
Вдруг Адель, прервав размышления, остановилась. Её внимание привлекла ярко красная кнопка, прикрепленная к стене. Пожарная сигнализация. Девушка обернулась на всё еще шумящую толпу – «А вот похоже и он, план по спасению» – подумала она и повернулась обратно.
Размышлять о том, что будет если учителя узнают, кто дал ложную тревогу, не было ни сил, ни времени. Адель повертела головой в разные стороны, убеждаясь, что никто не обращает на неё внимание, и шагнула к стене. Повернувшись боком к кнопке, девушка встала так, будто подпирает голову, облокачиваясь на стену. Ещё раз оглядев рядом стоящих людей, она незаметно нажала на кнопку локтем.
Завыла сирена, с потолка забрызгала в разные стороны вода, со всех сторон послышались крики. Ученики суматошно бежали в сторону выхода. От былой толпы не осталось и следа.
Адель сощурилась и приложила ладонь ко лбу, чтобы вода не попадала на лицо. Девушка не спешила покидать школу: было довольно приятно наблюдать, как девчонки в этих отвратительных, теперь намокших и висящих как тряпки футболках, пища, бежали, поскальзываясь на сыром полу.
Но тут Адель опешила.
Крупные капли соскальзывали с чёрных прядей и сливались с потоками, распыляющейся воды, чуть приоткрытые губы жадно хватали воздух. Это был он. Билл шел спокойно: его лицо снова ничего не выражало. Адель и не заметила как он оказался рядом и, мимоходом схватив её за локоть, потащил по коридору. Длинные пальцы сжимали нежную кожу. Девушка спотыкалась каждые пол минуты, из-за того что парень шел слишком быстро, имея приличные по длине ноги. Благо крепкая хватка не давала ей упасть.
Смысла спрашивать, куда он её ведет, Адель не находила. Таким образом, в тишине, ну за исключением конечно хлюпающей под ногами воды, подростки оказались на крыше школы.
Дверь сюда всегда была открыта. Запрета для учеников на нахождение здесь не было, но сидеть на переменах большими компаниями было нежелательно. По краям крыша была обнесена решеткой, так что администрация школы не боялась, что кто-то может выпасть.
Билл наконец остановился, отпустив женскую руку. Он стоял к Адель спиной и будто не собирался поворачиваться:
– Это была ты?
– А? – рассматривая парня сзади, девушка пропустила его и слова и слегка смутилась.
– Это ты сделала? – громче спросил парень, чуть повернув голову, но все еще не встречаясь с темноволосой. Рукой он указывал на решетку, за которой внизу толпились взбудораженные ученики и учителя.
Девушка смутилась еще сильнее: она не могла понять, что темноволосый хочет от нее и с какой целью спрашивает:
–Ну да.
Парень наконец развернулся:
–Не понимаю, зачем ты это делаешь. Сейчас и... тогда в каморке... – Билл, сам того не замечая дотронулся тыльной стороной ладони до своей щеки, того самого места где раннее был пластырь, наклеенный ей.
– А я не понимаю, зачем они делают это с тобой. – взгляд девушки был серьезным, он требовательно следил за каждым движением собеседника, выжидая ответ.
Темноволосый качнул головой и снова отвернулся, но теперь уже стоял не спиной, а как-то полубоком.
–Поверь, я тоже не понимаю. Кому бы я не доверился... Хотя, ладно, о каком теперь доверии может идти речь, когда моя девушка устроила против меня «восстание». И была ли она моей девушкой? Думаю, что нет. Думаю, что снова показал себя глупым неудачником, снова поверил! Думаю... – парень говорил на повышенных тонах со всей твердостью голоса, но Адель прервала его.
–Подожди, это сделала Мадлен? Почему ты так уверен? – быстро заговорила она.
–Мартин всё сказал мне. Он даже извинился за неё, сказал, не знает, что это с ней. Вроде близнецы, но один божий ангел, а другая голимая стерва – горько усмехнулся Билл и устремил пронзающий взгляд прямо Адель в глаза: –Ты замышляешь то же самое, да?! Я ведь прав?!
–Нет – почти прошептала девушка.
–Не лги, я не поведусь на это после стольких ошибок. Я устал давать людям шанс! Для чего ещё вы можете быть так добры?! только чтобы поиграть чувствами: сначала связать красной нитью, а дальше разрезать её и сжечь!
Девушка, не контролируя свои действия, не понимая чего она хочет, делает несколько шагов и встает напротив темноволосого. Между ними едва остается каких-то десять сантиметров, не больше.
– Я никогда не оставлю тебя, обещаю.
Глаза парня наполняются искрами, он замирает, будто боясь, что двинься он и чудесный мираж растворится. Адель охватывает невероятное чувство: желание, тоска... Тоска по чужому сердцу. Но всё это в миг тонет, когда темноволосый подается вперед, схватив её за плечи, и целует... Целует так резко, желанно, будто он сражался с этим вожделением сотни лет, и сейчас свои же оковы, наконец, треснув, разлетаются на куски.
Это была всего лишь истерика.
_______________________
В этой главе мы узнали, как же Билл заработал синдром Адель. Я напомню, что данный термин и вправду существует и о нем можно узнать более подробно в интернете.