Интрижка

Они всё ещё не были вместе. Не выкладывали друг друга, не знакомили ни с кем и не называли происходящее свиданиями. Если кто-то спрашивал, Матильда бы пожала плечами и сказала что-нибудь максимально нейтральное вроде «общаемся». Майкл, скорее всего, вообще бы ничего не ответил.

Но что-то всё равно сдвинулось.

Как будто исчезла необходимость каждый раз придумывать повод.

Теперь они иногда виделись просто так. Не только ночью. Не только дома. Не только когда одному было скучно, а второй случайно оказался свободен. У них появились какие-то странные переписки — не постоянные, не обязательные, но новые.

Иногда среди дня приходило сообщение:

«Чем вообще интересуешься?»

Или:

«Какие цветы нравятся?»

Или:

«Что обычно заказываешь, когда идёшь куда-то есть?»

Иногда вопросы были настолько обычными, что Матильде становилось подозрительно.

Она отвечала не сразу.

Час спустя.

Иногда через два.

Не потому что была занята — просто нельзя было создавать опасный прецедент. Быстро отвечать — это уже заинтересованность. А заинтересованность — это очень скользкая территория.

Но потом она поймала себя на мысли ещё хуже.

Она сама начала иногда думать:

Интересно, а что он сейчас делает?

И эта мысль ей не понравилась.

Потому что выглядела слишком нормально.

Как будто они опять возвращались к одному и тому же месту. Снова пробовали что-то построить, снова делали вид, что никто ничего не ждёт, снова оставляли открытыми все двери заранее.

И ей вдруг стало интересно.

Если убрать всё остальное — привычный сценарий, физическое притяжение, возможность в любой момент исчезнуть — что вообще останется?

Поэтому когда среди дня пришло сообщение:

«Свободен завтра.»

Она почти сразу написала:

«Поздравляю.»

Ответ появился через минуту.

«Пойдём куда-нибудь?»

И следом:

«Может, на озеро?»

Она посмотрела на экран чуть дольше обычного.

Потом написала:

«Ты сейчас серьёзно предлагаешь выйти из дома без перспективы секса?»

Ответ пришёл почти сразу.

«Эксперимент.»

Она усмехнулась.

И ответила:

«Ладно.»

На следующий день она специально опоздала.

Минут на пятнадцать.

Не потому что не хотела идти.

Просто прийти вовремя выглядело бы слишком заинтересованно.

Она увидела его ещё издалека.

Он стоял возле перехода в каком-то обычном спортивном костюме. Без капюшона, без телефона в руках, просто стоял и смотрел по сторонам.

Она подошла.

Он поднял глаза.

— Привет.

Она остановилась.

Подняла брови.

— И всё?

Он спокойно посмотрел.

— Что?

Она усмехнулась.

— Я опоздала.

Он кивнул.

— Я заметил.

Она подождала ещё секунду.

Ничего.

Тогда он спросил:

— Есть идеи, куда?

Она несколько секунд просто смотрела.

И поняла, что он реально не собирается это обсуждать.

Не потому что ему всё равно.

Скорее наоборот — как будто он заранее решил не превращать это в игру.

Она сразу сказала:

— Ты манипулируешь.

Он посмотрел.

— Чем?

Она пожала плечами.

— Тем, что не бесишься.

Он подумал секунду.

Потом ответил:

— В следующий раз могу.

Она засмеялась.

И они пошли.

Первые минут десять было неловко.

Оказалось, что когда между людьми нет привычного напряжения, его надо чем-то заменять.

Поэтому начала говорить она.

Сначала рассказывала ерунду — показывала места по дороге, вспоминала магазин, который ненавидела с детства, рассказывала историю про женщину, которая однажды назвала её невоспитанной только потому, что она не улыбнулась в ответ. Потом почему-то рассказала, что в детстве была уверена: у всех взрослых есть чёткий план жизни и только у неё одной ничего не получится.

Майкл слушал.

Не кивал каждые пять секунд.

Не вставлял бесконечные «интересно».

Просто слушал.

Иногда задавал вопросы.

Причём вопросы были нормальные.

Не вежливые.

Не чтобы поддержать разговор.

А такие, после которых было понятно — он реально запоминает.

Она в какой-то момент резко остановилась.

Посмотрела на него.

— Подожди.

Он перевёл взгляд.

Она спросила:

— Ты чего такой тихий?

Он пожал плечами.

— Ты рассказывала.

Она посмотрела ещё пару секунд.

Потом спросила:

— Ты вообще спрашиваешь людей что-то?

Он подумал.

И честно ответил:

— Не очень.

Она фыркнула.

— Вот. Я так и думала.

Он посмотрел вперёд и спокойно добавил:

— Но я слушаю.

И почему-то именно на это ответа у неё не оказалось.

Позже они зашли перекусить.

Сели друг на против друга. Она взяла кофе, он заказал что-то себе. Разговаривали ни о чём и это было странно.

Потому что раньше между ними всегда было ощущение, что разговор — это промежуток между чем-то другим. А сейчас никто никуда не торопился.

Когда выходили, у двери сидела пожилая женщина с цветами.

Матильда её даже не заметила.

Они прошли несколько шагов, прежде чем она поняла, что идёт одна.

Обернулась.

Майкл стоял возле женщины, что-то коротко спрашивал, потом достал деньги.

Через минуту вернулся и протянул ей небольшой букет. Она посмотрела сначала на цветы.
Потом на него.
Потом снова на цветы.

— Это что?

Он посмотрел на букет.

— Цветы.

Она кивнула.

— Спасибо, я вижу.

Он пожал плечами.

— Не знаю. Говорят, девушкам нравится.

Она несколько секунд смотрела на него.

Потом сказала:

— Ну я же говорила, что ты на мужские задницы больше засматриваешься. Может, я вообще девочка с секретом.

Он посмотрел абсолютно спокойно.

И ответил:

— Я уже всё видел. Там секретов особо нет.

Она подавилась кофе.

Посмотрела.

Он добавил:

— Даже если бы мне было интересно — я бы заметил.

Она ещё секунду молчала.

Потом сказала:

— Озабоченный.

Он спокойно ответил:

— Ты начала.

И впервые за весь день улыбнулся первым.

———

Они пошли дальше, в сторону парка.

Людей вокруг было достаточно много — кто-то гулял с детьми, кто-то сидел у дорожек с кофе, кто-то проходил мимо так быстро, будто опаздывал на что-то важное. Матильда несла этот букет так осторожно и одновременно неловко, словно его ей выдали случайно, а сейчас кто-нибудь догонит и скажет: извините, вообще-то это не вам.

Она совершенно не понимала, что с ним делать.

Цветы казались каким-то слишком обычным жестом для них. Неуместно обычным. Словно кто-то случайно вставил сцену из нормальных отношений в их странную историю и забыл предупредить.

Они шли рядом, не держась за руки, почти не касаясь друг друга, но Матильда несколько раз ловила взгляды прохожих. Кто-то улыбался им той самой дежурной улыбкой, которой улыбаются парам. И это казалось абсурдным.

Если бы эти люди знали.

Она крутила букет в руках, изображая безразличие. Майкл больше на него даже не посмотрел. Не спросил, нравится ли ей. Не сказал ничего вроде «если не нравится — выбрось». Как будто просто купил — и забыл.

Почему-то это раздражало.

Не потому что хотелось реакции.

А потому что если уж сделал что-то неожиданное — объясни.

Они подошли к переходу. Матильда, как обычно, даже не посмотрела по сторонам и шагнула вперёд, продолжая что-то говорить про людей, которые любят делать фотографии еды.

В следующий момент она почувствовала, как её слегка потянули назад за рукав.

Она обернулась.

Майкл уже отпустил руку и спокойно сказал:

— Машина.

Она повернула голову.

Мимо действительно быстро проехала машина. Он ничего больше не сказал и просто пошёл дальше.

Она несколько секунд стояла.

Потом догнала его и решила никому никогда не рассказывать, что ей это почему-то понравилось. А то, что он сделал это настолько автоматически, будто даже не думал.

Через какое-то время они дошли до озера.

Ничего особенного.

Просто вода, люди где-то далеко, ветер и абсолютно обычный день.

Они сели чуть в стороне. Матильда положила цветы рядом с собой и неожиданно поняла, что держала их всю дорогу.

Несколько минут они сидели молча и неожиданно тишина не раздражала. Никто не доставал телефон. Никто не пытался срочно что-то рассказывать.

Не надо было создавать атмосферу.

Они просто сидели.

И это оказалось страннее всего.

Потому что тишина обычно многое показывает.

Матильда посмотрела вперёд и вдруг спросила:

— Ну и что это было?

Он повернул голову.

— Что?

Она пожала плечами.

— Это свидание?

Он посмотрел несколько секунд.

Потом спокойно ответил:

— Нет.

Она сразу кивнула.

Даже слишком быстро.

— Хорошо.

Он ещё немного смотрел на воду.

Потом сказал:

— Но мне с тобой хорошо.

Она ответила почти автоматически:

— Это ничего не значит.

Он кивнул.

— Может.

Пауза.

Потом добавил:

— Но мне кажется, тебе тоже.

Она закатила глаза.

Посмотрела вперёд.

— Очень самоуверенно.

Он чуть пожал плечами.

— Не очень.

Она перевела взгляд.

Он немного помолчал.

Потом сказал:

— Просто ты пришла.

Она уже открыла рот. Хотела сказать, что пришла из любопытства, что ей просто было нечего делать, что это вообще ничего не значит. Но даже внутри собственной головы это прозвучало неубедительно.

Поэтому она только усмехнулась.

— Ты сейчас признаёшься мне?

Он качнул головой.

— Нет.

Она подняла брови.

Он немного подумал и спокойно добавил:

— Просто не хочу делать вид, что мы чужие.

Она отвела взгляд.

И неожиданно почувствовала себя неуютно.

— Но если ты подумал, что я стану нормальной — нет.

Он усмехнулся.

— Я заметил.

На этом разговор закончился.

Никто ничего не решил. Она всё ещё могла исчезнуть на день. Он всё ещё пропадал на тренировках. Она виделась с друзьями, а он жил своей жизнью. Но появилось ощущение каких-то негласных правил.

Она начала замечать, что он пишет не только когда хочет увидеться.

Иногда мог отправить фотографию чего-то странного. Иногда спросить, как прошёл день.

Один раз написал:

«Ты тогда говорила про пасту. Какая именно?»

Она минут пять смотрела на сообщение.

Это была настолько бессмысленная информация, что становилось подозрительно.

Но всё равно ответила.

А потом однажды вечером они сидели у него дома. Он что-то смотрел. Она листала телефон.

Случайно подняла глаза.

И увидела фотографии, которые раньше не было. Семья, команда, хобби.

Она задержала взгляд.

Потом сказала:

— У тебя дома реально есть фотки.

Он посмотрел на неё.

Не понял.

Она пожала плечами.

— У нас были только папины.

Она сразу захотела перевести всё в шутку.

Но он просто спросил:

— Вы не близки?

Она ответила слишком быстро:

— Нет.

Он кивнул.

И вернулся к экрану.

— И всё?

Он перевёл взгляд.

— Что всё?

Она нахмурилась.

— Ты не будешь копаться?

Он посмотрел спокойно.

И ответил:

— Захочешь — расскажешь.

Прошло ещё немного времени.

Потом он вдруг спросил:

— Останешься?

Она улыбнулась.

Но неожиданно сама спросила:

— А ты вообще чего хочешь?

Он несколько секунд молчал.

Потом ответил:

— Попробовать.

Она нахмурилась.

— Что попробовать?

Он посмотрел на неё.

И спокойно сказал:

— Один месяц.

Она сначала засмеялась.

Подошла ближе.

Посмотрела на него.

— Ты сейчас отношения придумал?

Он качнул головой.

— Нет.

Потом добавил:

— Просто проверить.

Она улыбнулась.

— А если мне станет скучно?

Он ответил сразу:

— Тогда уйдёшь.

Она ещё несколько секунд смотрела.

Потом сказала:

— Ладно.

Один месяц.

Но если ты начнёшь вести себя как мой парень — я исчезну.

Он спокойно ответил:

— Договорились.

И спросил:

— Ты сейчас домой?

Она обернулась.

Посмотрела несколько секунд.

Потом улыбнулась.

И ответила:

— Нет.

Эксперимент же.

И впервые осталась.