вызов принят
Спортивный комплекс еще спал. Утро было настолько ранним, что даже охранник на входе дремал, кивнув Лизе лишь из вежливости, когда она проходила через турникет.
В раздевалке стояла оглушительная тишина
. Лиза любила это время: воздух здесь был прохладным, еще не пропитанным запахом пота, магнезии и мужского одеколона. Она прошла к шкафчику, который находился в самом дальнем углу.Это было её личное пространство — место, где она настраивала внутренний метроном перед каждым днем.
Она переоделась быстро, без лишних движений, сосредоточенно зашнуровала Nike.Её сумка была сложена идеально: форма, наколенники, тейпы — каждая вещь на своем месте. Лиза была первой. Как всегда. Она предпочитала приходить на тренировку за сорок минут до начала, чтобы успеть почувствовать пространство зала, пока оно еще не было «захвачено» чужой энергией.
Выйдя из раздевалки, она направилась к арене. Огромный зал выглядел как гигантская шахматная доска, ожидающая первого хода. Свет еще не включили в полную силу, лишь дежурные лампы под потолком отбрасывали длинные, причудливые тени на паркет.
Лиза вышла на центр площадки. Она глубоко вдохнула этот специфический запах — смесь чистоты, пыли и чего-то неуловимо «спортивного». Это был её запах. Она сделала несколько разминочных прыжков, прислушиваясь к звуку своих кроссовок на покрытии. Тихо, четко, без лишнего проскальзывания.
— Рано, — раздался голос из темноты трибун.
Лиза даже не вздрогнула. Она знала этот голос — низкий, с легкой итальянской хрипотцой. Она обернулась и увидела фигуру, спускающуюся по лестнице. Джанкарло Бленгини шел неспешно, держа в руках планшет. Он выглядел так, будто провел здесь всю ночь, анализируя статистику.
— Доброе утро, тренер, — Лиза слегка кивнула, не опуская мяча, который она успела захватить с тележки.
Бленгини остановился в паре метров от сетки, внимательно осматривая её. В его глазах читалась смесь профессиональной строгости и любопытства. Он был человеком, который верил в цифры и дисциплину больше, чем в талант.
— Ты снова раньше всех , — сказал он, изучая данные на экране планшета. — Твои показатели на приеме выросли на 12 процентов. Но я не вижу, чтобы ты стала работать с весом больше. Ты экономишь силы?
— Я работаю на скорость реакции, Джанкарло, — ответила Лиза прямо, глядя ему в глаза. — В этой команде меня будут пытаться продавить физикой. Мне не нужно быть тяжелее, мне нужно быть быстрее. Моя сила — в тайминге.
Бленгини усмехнулся — это была едва заметная складка в уголках губ. Он прошел мимо неё, проверяя натяжение сетки.
— Сегодня будет жестко. Они будут играть против тебя, а не вместе с тобой. По крайней мере, первые два часа, — он обернулся к ней, уже серьезно. — Ты понимаешь, что я не буду делать тебе скидок? Ты здесь не потому, что мне нужен социальный эксперимент, а потому что ты — лучший диагональный , которого я видел за последние три года.
Входная дверь с лязгом открылась. В зал начали заходить остальные игроки. Лиза мгновенно переключилась: расслабленность ушла, взгляд стал холодным и сфокусированным. Она видела, как двое нападающих переглянулись, увидев её на площадке, и как их лица исказились в гримасе раздражения.
Первым к сетке подошел капитан — Алекс Грозданов. Его движения были ленивыми, почти демонстративно расслабленными, но глаза сканировали площадку с хищной внимательностью. Он задержал взгляд на Лизе ровно на секунду дольше, чем того требовала вежливость, прежде чем бросить полотенце на скамейку.
— Я до последнего думал ,что Бленгини шутит — негромко, но так, чтобы слышали все, спросил Алекс, обращаясь к подошедшему рядом связующему.
Связующий, Мони Николов , лишь пожал плечами, не глядя в сторону Лизы.
— Видимо, тренер решил, что нам не хватает драматизма в тренировочном процессе.
Лиза стояла на другой стороне сетки, методично завязывая шнурки на кроссовках. Она слышала каждое слово, но не позволила себе даже дернуться. Это был первый урок, который она усвоила еще в юниорской лиге: когда тебя пытаются задеть словами, значит, они уже чувствуют угрозу. Ты становишься для них проблемой, которую нужно решить, а не просто досадной помехой.
Разминка началась под тяжелым, давящим молчанием. Обычный гул голосов, смех и переклички, которыми сопровождались тренировки, на этот раз сменились сосредоточенным стуком мячей о паркет.
Когда пришло время отрабатывать атакующие комбинации, Бленгини сделал то, чего Лиза опасалась и на что надеялась одновременно.
— Мони!— крикнул тренер. — Ты пасуешь на Лизу. Каждая третья передача — ей.
В зале повисла тишина. Симеон на секунду замер, сжимая мяч в руках, затем медленно повернулся к тренеру.
— Тренер, мы отрабатываем взаимодействия для чемпионата. Мне нужно чувствовать темп нападающих, с которыми я буду играть в основе.
— Ты будешь чувствовать темп, когда я скажу, — отрезал Бленгини. — Сейчас ты работаешь с Лизой. Если я увижу, что ты специально занижаешь передачу или даешь неудобный пас «под блок», ты отправишься на кросс вокруг зала. Двадцать кругов. Понятно?
Мони сжал челюсти так, что желваки заходили под кожей. Он кивнул, не глядя на тренера, и нехотя направился к сетке.
Лиза заняла позицию для разбега. Это был ключевой момент. Мони собирался проверить её. Он не будет открыто саботировать, нет — это было бы слишком глупо под присмотром Бленгини. Он сделает другое: он даст передачу технически верную, но такую, которая потребует от неё филигранной точности и невероятной физической нагрузки, чтобы обработать мяч.
Мяч взлетел. Мони подбросил его чуть ближе к антенне, чем следовало, и с кручением, которое «резало» траекторию. Лиза мгновенно просчитала траекторию. Мышцы ног сработали как пружины. В воздухе она почувствовала, как её перекрывают сразу двое центрально блокирующих-Борис Начев и Алекс Грозданов.
Они не просто прыгнули — они перенесли руки через сетку, закрывая ей обзор. Она видела только их ладони и сетку между ними.
Один вариант, — пронеслось у неё в голове. — Скидка за спину или удар в руки, чтобы заработать аут.
Она не стала перестраховываться. Лиза развернула кисть в самый последний момент, направив мяч не в пустоту, а прямо в узкую щель между пальцами Алекса.Это был риск, граничащий с безумием, но мяч чиркнул по кончикам его пальцев, изменил траекторию и, ударившись о блок, улетел далеко за пределы площадки.
Точка.
— Хороший блок, — бросила Лиза, приземляясь на обе ноги с идеальной мягкостью.
Алек медленно опустил руки. Его лицо, до этого выражавшее лишь скуку, теперь сменилось выражением искреннего недоумения, смешанного с досадой. Мони,стоящий у сетки, перевел взгляд с Алекса на Лизу. В его глазах что-то изменилось.
— Еще раз, — коротко бросил Мони, подбирая мяч. В его голосе больше не было той расслабленной лени. Теперь в нем звучал азарт.
Бленгини в стороне удовлетворенно хмыкнул и сделал пометку в своем планшете. Первый раунд был за ней.