Наказание
На следующий день, когда до взрослых наконец дошло, Вальбурга вошла в обеденный зал, злая даже для неё самой.
- Сириус Орион Блэк! - яростно выкрикнула женщина. - Какое же мне наказание тебе придумать?!
Изабелла решила «спасать» Сириуса.
- Миссис Блэк, - спокойно сказала девочка, - а давайте лучше Сириус просто пойдет со мной и моими куклами пить чай?
Вальбурга замерла, переводя взгляд с растерянного Сириуса на невинное лицо Изабеллы.
- Чаепитие? - переспросила она, и в её голосе проскользнули стальные нотки. - Ты хочешь, чтобы этот негодник возился с игрушками?
- Именно так, - Изабелла мило улыбнулась, хотя в глубине её глаз танцевали чертята. - Ему не помешает поучиться манерам у моих кукол. Они, в отличие от некоторых, умеют сидеть тихо и не бросаются хлебом.
Сириус аж поперхнулся воздухом:
- Да я лучше буду неделю чистить серебро Блэков без магии, чем пойду на твоё дурацкое чаепитие! Мама, ты же несерьезно?
Вальбурга медленно расплылась в холодной, почти пугающей улыбке:
- Напротив, Сириус. Это чудесная идея. Ты проведешь весь день с мисс Лестрейндж. И если я услышу хоть один звук протеста... Кикимер лично проследит, чтобы ты надел парадную мантию с кружевами.
Иза затащила Сириуса в комнату. Как только дверь закрылась, Сириус запрыгнул на высокий подоконник, подтянув колени к груди, и уставился в стекло. Для него Изабеллы в этой комнате просто не существовало. Она могла хоть танцевать с этими куклами - ему было плевать.
- Ты собираешься так сидеть весь вечер? - голос Изабеллы прозвучал спокойно, но с ноткой раздражения.
Сириус даже глазом не повел. Только плечом дернул, мол: «Отстань».
Она терпела ровно три минуты. А потом Сириус почувствовал, как ему в затылок прилетело что-то мягкое и тяжелое.
- Эй! - он резко развернулся, едва не слетев с подоконника. - Ты что творишь, Лестрейндж?
Изабелла стояла посреди комнаты, сложив руки на груди. Вторая кружевная подушка уже была наготове в её руках.
- Ты выглядишь как застывшая горгулья, Блэк. Это портит мне всю эстетику чаепития.
Он собирался сказать что-то колко-грубое, но она вдруг сделала шаг вперед и запихнула ту самую подушку ему под спину, прямо между лопатками и холодной рамой окна.
- На, держи, - буркнула она, отводя взгляд. - А то у тебя шея затечет, начнешь ныть, и тогда Вальбурга подумает, что я тебя пытала. А мне лишние проблемы не нужны.
Сириус замер. Подушка была мягкой и пахла чем-то цветочным (типичный «девчачий» запах, который он должен был бы презирать), но с ней действительно было удобнее. Он подозрительно посмотрел на девочку:
- Ты... ты странная. То подставляешь меня перед матерью, то подушки подсовываешь.
- Я не подставляю, - Изабелла вернулась к своему столику. - Я просто играю по своим правилам. А ты в этих правилах - мой единственный живой гость. Так что не сдохни там от дискомфорта.
А Сириус ту подушку в неё бросил. А Иза плюнула ему в лицо.
Сириус замер. Капли слюны стекали по его щеке, и в комнате воцарилась такая тишина, что было слышно лишь тиканье старых часов в коридоре. Его глаза расширились от шока - ни одна девочка в его жизни, даже Беллатриса, не позволяла себе такой «неаристократичной» грубости.
- Ты... ты что сделала? - прошипел он, медленно вытирая лицо рукавом своей дорогой рубашки.
- То, что ты заслужил, Блэк, - Изабелла даже не вздрогнула. Она стояла с ровной спиной, выглядя как настоящая принцесса, несмотря на то, что только что поступила как уличная разбойница. - Я предложила тебе комфорт, а ты бросил мне его в лицо. Не рассчитывай, что я буду утирать тебе сопли.
Сириус соскочил с подоконника. Теперь он не выглядел отрешенным - он был в ярости, и в этом гневе они наконец стали равными.
- Ты такая же сумасшедшая, как и твои братья, - он сделал шаг к ней, сжимая кулаки.
- Возможно, - она едва заметно улыбнулась, и эта улыбка была острее ножа. - Но, по крайней мере, я не сижу и не хнычу на подоконнике, глядя в окно, как брошенный щенок. Хочешь воевать? Давай. Но помни: за дверью Вальбурга. Один мой крик - и ты будешь не серебро чистить, а до конца каникул не выйдешь из подвала.
Он остановился. Понимал, что она права. Она держала его на крючке.
- Я тебя ненавижу, - выдохнул он.
- Взаимно, - спокойно ответила Иза, садясь за свой столик. - А теперь подними подушку, сядь и делай вид, что ты пьешь этот проклятый чай. Потому что Кикимер уже подглядывает в замочную скважину.
Дети сидели на подоконнике спинами друг к другу.
- Изабелла, - сказал Сириус, - я немного перегнул.
- А по-моему, не немного, - отрезала девочка.
Тут послышались чьи-то шаги, Иза мигом нацепила маску, будто её довели до слез. Тогда вошли Беллатриса, Нарцисса и Андромеда.
- Скоро портной приедет, - зайдя, сказала Андромеда. - Привезет платья и костюмы на примерку, зайдет в эту комнату, чтобы все дети и подростки примерили.
- Так, - спросила Нарцисса, - что тут такое? Сириус, ты что, Изу до слез довел?
- Сириус, - процедила Беллатриса, - ты как додумался Изу до слез довести? А ведь её братья говорили, что её до слез довести почти невозможно (единственный раз был три года назад, когда Рудольфус съел последнее печенье).
Потом приехал портной. Портной, старый колдун с измерительной лентой, которая сама летала вокруг клиентов, разложил свитки дорогой ткани. Сириус стоял в стороне, уже готовясь к очередному скучному вечеру, но Изабелла взяла ситуацию в свои маленькие руки.
- Мистер, - обратилась она к портному, указывая на свиток глубокого, насыщенного бордового цвета. - Для моего платья я хочу именно этот.
Беллатриса подозрительно прищурилась, а Сириус едва не выдал себя, удивленно подняв брови. Все знали, что красный - это не цвет Блэков или Лестрейнджей.
- Бордовый, Иза? - холодно переспросила Белла. - Ты уверена?
- Абсолютно, - спокойно ответила девочка, проводя пальцами по шелку. - Это цвет чистой крови, которая застыла. Очень благородно и... напоминает о наших истоках. Разве нет?
Вальбурга, которая только что вошла в комнату, одобрительно кивнула. Аргумент о «цвете крови» снял все подозрения. Сириус же только сжал челюсти - он понимал, что она просто забронировала «его» цвет, но сделала это так, что ему теперь нельзя было даже взглянуть в сторону красного, чтобы не показаться подражателем.
Но настоящий удар ждал Сириуса впереди. Изабелла подошла к портному, когда тот начал обмерять мальчика.
- А мистеру Блэку, - сладко произнесла она, - обязательно сшейте костюм изумрудного цвета. Или угольно-черного. Ему так идет цвет Слизерина, он сразу выглядит таким... послушным и правильным сыном своей семьи.
Сириус аж позеленел от ярости, что было очень символично под цвет предложенной ткани.
- Я не буду носить зеленый! - выкрикнул он.
- Ой, Сириус, не капризничай, - перебила его Нарцисса. - Изабелла права. Тебе нужно привыкать к цветам своего будущего факультета. Черный и изумрудный - это классика.
Сириус смотрел в зеркало на свое отражение в зеленом и чувствовал, как его тошнит. Он казался себе копией своего отца. А рядом стояла Иза, завернутая в теплый, живой цвет огня.
- Тебе идет, Блэк, - тихо шепнула она, проходя мимо. - Выглядишь как идеальный наследник.
- А ты выглядишь так, будто собралась на Гриффиндор, Лестрейндж, - огрызнулся он, хотя в глубине души завидовал её цвету.
- Я просто умею носить чужие флаги так, будто они мои собственные. Научись и ты, - она улыбнулась уголком губ.
- Ты опасная маленькая змейка, - Беллатриса оскалилась в довольной улыбке, расчесывая свои густые темные волосы. - Даже я в твои годы не додумалась бы так изящно подставить Сириуса. Вальбурга до сих пор уверена, что ты его перевоспитываешь.
- Главное, чтобы он сам в это не поверил, - бросила Иза, смывая с лица остатки своей «трагедии». - А то он так поверил в мои слезы, что чуть не начал извиняться. Это было бы слишком противно.
- Он Блэк, - Андромеда села на край кровати, внимательно наблюдая за девочкой. - Блэки или ломают, или ломаются сами. Ты сейчас делаешь и то, и другое одновременно. Но будь осторожна: если он поймет, что ты им крутишь, его ярость будет хуже гнева Вальбурги.
- Не поймет, - отрезала Изабелла. - Он слишком занят ненавистью к зеленому бархату, который я ему выбрала.