Глава 40. Свет, который не прячется
Рождество в Хогвартсе всегда было особенным.
Но в этом году - особенно странным.
Слишком много снега.
Слишком много слухов.
И слишком много взглядов, которые задерживались дольше обычного.
Большой зал был превращён почти в зимнюю сказку.
Ёлки, покрытые серебром.
Заколдованные снежинки под потолком.
И мягкий свет, который делал всё вокруг чуть нереальным.
Эмбер стояла у стола Когтеврана, поправляя рукава платья.
Непривычного.
Тёмно-зелёного, с лёгким блеском.
- Ты выглядишь так, будто сейчас начнёшь читать лекцию, - сказала Джинни, подходя ближе.
- Это комплимент?
- Это правда.
Гермиона появилась следом.
И на секунду просто остановилась.
- Ты... красивая, - сказала она тихо.
Эмбер моргнула.
- Ты сейчас меня пугаешь.
- Я серьёзно.
Музыка началась внезапно.
И вместе с ней - движение.
Пары.
Смех.
Неловкость.
Оливер появился чуть позже.
Не в форме.
Не в привычной уверенной позе.
В тёмном костюме, который делал его непривычно... обычным.
И от этого - ещё более заметным.
Он не сразу подошёл.
Сначала просто искал взглядом.
И нашёл.
Эмбер заметила его почти сразу.
И почему-то сердце пропустило удар.
Он подошёл ближе.
- Ты пришёл, - сказала она.
- Я обещал, что приеду.
- Это не было обещанием.
- Для меня было.
Пауза.
Он посмотрел на неё внимательно.
Слишком долго.
- Ты выглядишь иначе.
- Это плохо?
- Нет.
Он чуть улыбнулся.
- Это опасно.
- Опасно?
- Да.
Пауза.
- Потому что ты сейчас слишком... заметная.
Эмбер закатила глаза.
- Ты снова начинаешь?
- Я ещё не начинал.
И вдруг он чуть наклонился ближе.
- Пойдёшь со мной?
Она моргнула.
- Это приглашение?
- Это попытка не стоять здесь, пока тебя приглашают все остальные.
Она усмехнулась.
- Ревнуешь?
Он ответил слишком быстро:
- Нет.
Пауза.
Слишком длинная.
- Возможно.
И это было честнее любого "да".
Они вышли в центр зала.
Музыка стала мягче.
Танец - медленнее.
Оливер держал её за руку так, будто боялся, что она исчезнет.
- Ты не умеешь танцевать? - тихо спросила Эмбер.
- Я умею вести команду в воздухе.
- Это не ответ.
- Это мой максимум.
Она тихо засмеялась.
И впервые за вечер он выглядел чуть расслабленнее.
- Ты всё ещё думаешь о Турнире? - спросила она.
- Нет.
- Тогда о чём?
Он посмотрел на неё.
И задержал взгляд чуть дольше, чем позволяли приличия.
- О том, что ты здесь.
Пауза.
- И что это странно правильно.
Эмбер почувствовала, как внутри всё сжимается.
- Это плохо?
Он чуть покачал головой.
- Это опасно.
Она мягко улыбнулась.
- Ты снова используешь это слово.
- Потому что оно подходит.
Музыка стихла на секунду.
И люди вокруг начали расходиться.
Но они не сразу отпустили руки.
- Оливер... - тихо сказала она.
- М?
- Ты сейчас ведёшь себя странно.
Он усмехнулся.
- Я всегда странный.
- Нет.
Пауза.
- Ты ведёшь себя так, будто...
Он не дал ей закончить.
- Будто мне не всё равно?
Тишина.
Эмбер не ответила.
Но и не отвела взгляд.
Он чуть ближе наклонился.
- Мне не всё равно.
И в этот момент всё вокруг стало слишком громким.
Слишком ярким.
Слишком настоящим.
- Эй!
Голос Фреда.
- Мы это видим!
- И осуждаем!
Джордж.
Эмбер резко повернулась.
Близнецы стояли у стены, ухмыляясь.
- Вы вообще умеете появляться тихо?! - возмутилась она.
- Нет, - одновременно ответили они.
Оливер тихо выдохнул.
- Ваши друзья - кошмар.
- Я знаю, - спокойно сказала Эмбер.
- И всё равно ты с ними дружишь?
- Конечно.
- Это многое объясняет.
И впервые за вечер он действительно рассмеялся.
Позже, когда зал почти опустел, они вышли в коридор.
Снег за окнами медленно падал.
- Ты останешься на каникулы? - спросила она.
- Нет.
- Жаль.
Пауза.
- Но я вернусь.
Он остановился.
Посмотрел на неё.
- Эмбер.
- М?
Он хотел что-то сказать.
Долго собирался.
И наконец:
- Ты не представляешь, как сложно делать вид, что это всё просто.
Она шагнула ближе.
- Тогда не делай вид.
Тишина.
Слишком честная.
Слишком близкая.
Он медленно кивнул.
- Хорошо.
И впервые не отступил сразу.
А где-то в замке уже обсуждали:
- Вуд?
- С Грейнджер?
- С Когтеврана?!
- Он же ненавидел всё, кроме квиддича...
Но Оливер Вуд в тот вечер впервые понял:
он давно перестал ненавидеть всё, что не связано с квиддичем.
Просто раньше он не знал, что это называется иначе.