Глава 7
Вечер в гостиной Гриффиндора выдался невероятно напряженным. Фред и Джордж ушли тестировать новые изобретения, но Гарри, Рон и Гермиона устроили тебе настоящий перекрестный допрос прямо у камина.
— Т/И, ты с ума сошла? — Рон взволнованно мерил шагами ковер. — Этот хорёк откровенно издевается над тобой! Зачем тебе вообще идти туда в одиннадцать вечера?
— Он заставил меня сидеть с ним на уроке, нагло наврал при всех, а теперь ставит условия, — твердо ответила ты, скрестив руки на груди. — Я не собираюсь трусливо прятаться в спальне. Я приду в библиотеку и выскажу ему абсолютно всё прямо в его самодовольное лицо. Заставлю извиниться перед вами и перед всей школой за эту чушь.
— Одну мы тебя точно не отпустим, — серьезно покачал головой Гарри, поправляя очки. — Слишком это подозрительно.
— Хорошо, — согласилась ты, посмотрев на друзей. — Вы пойдете со мной. Но только с условием: вы будете прятаться за стеллажом и ни во что не вмешаетесь, пока я сама не попрошу. Понятно?
Гермиона, которая до этого молча сидела с книгой, решительно кивнула:
— Это разумно. Мы прикроем тебя на случай, если Филч решит устроить облаву, и проследим, чтобы Малфой вел себя прилично.
------------------------------
В без четверти одиннадцать ваша четверка бесшумно выскользнула из прохода за портретом. Благодаря Карте Мародеров Гарри вел вас самыми безопасными коридорами, обходя стороной кошку завхоза.
Когда вы подошли к темным дверям библиотеки, сердце у тебя в груди забилось сильнее. Вы проскользнули внутрь. Зал тонул в густых тенях, и лишь в самом дальнем углу — на вашем вчерашнем месте — ровным золотистым светом горела одинокая лампа.
Гарри, Рон и Гермиона бесшумно, словно призраки, рассредоточились за массивным деревянным стеллажом с книгами по Истории магии, откуда идеально просматривался нужный стол. Рон напоследок грозно сжал кулак, показывая, что держит ситуацию под контролем.
Ты глубоко вздохнула, расправила плечи и уверенным шагом вышла на свет лампы.
Драко Малфой уже был там. Он сидел на подоконнике, небрежно закинув одну ногу на сиденье, и листал тот самый злополучный учебник по Древним рунам. Его платиновые волосы тускло отливали серебром в полумраке. Заслышав твои шаги, он медленно поднял голову. На его лице тут же появилась знакомая, сводящая с ума ухмылка.
— Надо же, гриффиндорка, — вкрадчиво произнес он, закрывая книгу и лениво спускаясь с подоконника. Он сделал шаг к тебе, засунув руки в карманы брюк. — А ты пунктуальна, когда хочешь. Я уже думал, твои доблестные защитники заперли тебя в башне.
Ты остановилась в двух шагах от него, гневно сверкая глазами. Ты прекрасно помнила, что за стеллажом затаили дыхание твои друзья, и это придавало тебе еще больше смелости.
Ты набрала в грудь побольше воздуха, готовая обрушить на него всю свою ярость, скопившуюся за этот безумный день.
— Значит так, Малфой! — резко начала ты, делая шаг вперед и гневно сверкая глазами. — Ты сейчас же дослушаешь меня и...
Но договорить он тебе не дал. Драко среагировал молниеносно. Прежде чем ты успела хотя бы вскрикнуть, его рука рванулась вперед, хватая тебя за предплечье. Одним сильным и уверенным движением он увлек тебя вглубь теней и с глухим стуком прижал твои лопатки к массивному деревянному стеллажу.
Ты испуганно выдохнула, когда он навис над тобой, уперев обе ладони в полки по обе стороны от твоей головы и полностью отрезая путь к отступлению. Между вашими лицами снова оставались считанные сантиметры. За стеллажом, где прятались Гарри, Рон и Гермиона, послышался едва уловимый шорох, но Драко даже не обернулся. Его серые глаза, казалось, потемнели до цвета грозового неба.
— Тихо, гриффиндорка, — вкрадчиво, бархатно перебил он тебя, обжигая твои губы своим дыханием. — Не нужно так кричать. Неужели ты правда на меня обижаешься?
— Пусти меня, Малфой! — зашептала ты, отчаянно упираясь ладонями в его грудь, под которой бешено и ровно стучало сердце. — Ты нагло соврал парням! Ты выставил меня дурой перед всей школой!
Драко лишь тихо, низко рассмеялся, и от этого звука у тебя по спине побежали сумасшедшие мурашки. Он наклонился еще ближе, так что кончики его платиновых волос слегка коснулись твоего лба. Почувствовав тонкий аромат его парфюма с нотками перечной мяты, ты с трудом сглотнула.
— Я просто немного сократил дорогу к финалу, Т/И, — с дразнящей, чертовски привлекательной улыбкой прошептал он, скользнув взглядом по твоим губам. — И вообще, тебе не кажется, что сердитость тебе совсем не идет? Хмуришься, упрямишься... А ведь когда ты засыпаешь у меня на руках, ты выглядишь куда более... покладистой. И гораздо милее.
Ты опешила от такой откровенной наглости, чувствуя, как щеки снова начинает опалять предательским жаром.
— Что ты несешь?.. — выдохнула ты, теряя былую уверенность.
— Я несу чистую правду, — Драко чуть сдвинул руку, и его прохладные пальцы невесомо, едва ощутимо коснулись твоей щеки, убирая выбившуюся прядь волос тебе за ухо. От этого нежного жеста сердце сделало кульбит и ухнуло куда-то вниз. — Весь день только и думаю о том, как ты пахнешь. И как крепко обнимала меня за шею, пока мы шли к твоей башне. Может, признаешь наконец, что тебе тоже понравилось? И мы перестанем играть в эту глупую вражду факультетов.
Вы сидели в полумраке, зажатые между книжными полками, а твои друзья за стеллажом, кажется, вообще перестали дышать от шока, боясь выдать себя и прервать эту невероятно личную и горячую сцену.
Твоя гриффиндорская уверенность рассыпалась в прах. Ты ошеломленно замерла, широко распахнув глаза и судорожно глотая воздух. Слова застряли в горле. Его прохладные пальцы, медленно очертившие линию твоей скулы, оставили на коже ощущение приятного, покалывающего холода. Ты затаила дыхание, чувствуя, как земля буквально уходит из-под ног под его гипнотизирующим, пристальным взглядом.
Драко заметил твое замешательство, и его ухмылка сменилась удивительно мягким, глубоким выражением лица. Он убрал одну руку с полки и нежно, едва ощутимо коснулся пальцами твоего подбородка, заставляя тебя смотреть прямо на него.
— Вот так-то лучше, — тихо, почти невесомо прошептал он, и его голос зазвучал еще тише, глубже и бархатистее. — Когда ты молчишь, ты перестаешь напоминать мне упрямого кентавра из Запретного леса.
Он наклонился к твоему уху, обжигая кожу своим дыханием, отчего по твоему телу крупной волной пробежали мурашки.
— Знаешь, Т/И... Вчера ночью, когда я нес тебя по темным коридорам, лунный свет из окон падал прямо на твое лицо. И я поймал себя на мысли, что готов кружить по этому замку до самого утра. Лишь бы ты не просыпалась. Лишь бы ты вот так же доверчиво утыкалась носом в мою мантию и держалась за меня, словно я — твоя единственная опора во всем Хогвартсе.
Драко снова отстранился, чтобы заглянуть в твои глаза. В его серых зрачках, отражавших слабый золотистый отблеск лампы, больше не было ни капли той привычной маски высокомерия, которую он носил днем перед всей школой. Там было только чистое, концентрированное восхищение тобой.
— Все эти глупые споры факультетов, Поттер, Уизли... Это всё такая чепуха, — его пальцы переместились на твою шею, бережно поглаживая чувствительную кожу за ухом. — Мне плевать, что скажут остальные. Т/И, ты сводишь меня с ума своей безрассудной смелостью. И я хочу, чтобы ты смотрела так только на меня. Не на них. Только на меня.
Твое сердце в этот момент колотилось с такой бешеной скоростью, что, казалось, этот стук разносился эхом по всей безмолвной библиотеке. Ты окончательно утонула в его словах и прикосновениях, напрочь забыв о том, что прямо за соседним книжным шкафом, затаив дыхание и боясь пошевелиться, стоят твои лучшие друзья.