Грань терпения

Утреннее солнце Шотландии безжалостно ударило сквозь щель в шторах прямо тебе в глаза. Голова трещала от недосыпа. После ночной стычки сна не было ни в одном глазу, и ты умудрилась задремать только под утро.

Ты скинула одеяло, села на кровати и поморщилась. Малфоя в комнате уже не было. Его постель была идеально заправлена, словно на ней никто и не спал, а на тумбочке сиротливо пустел флакончик из-под зелья от заложенности носа, который он, видимо, демонстративно оставил на самом видном месте.

— Заботливый какой, прямо тошнит, — пробормотала ты, швыряя в его кровать подушку.

Через полчаса, наспех натянув пуффендуйскую мантию с желтым подкладом и кое-как усмирив растрепанные волосы, ты вошла в Большой зал. Шум голосов, звон тарелок и запах жареных колбасок немного привели тебя в чувство. Ты направилась к своему столу, но спиной буквально почувствовала чужой, прожигающий насквозь взгляд.

Ты медленно повернула голову. За слизеринским столом, окруженный своими вечными прихвостнями, сидел Драко. Он выглядел безупречно — ни тени усталости, серебряные волосы уложены волосок к волоску, мантия отутюжена. Он лениво крутил в пальцах яблоко, но его серые глаза были прикованы исключительно к тебе.

Как только ваши взгляды встретились, Малфой приподнял одну бровь. Он медленно, напоказ всему залу, поднес яблоко к губам, откусил кусок и, глядя тебе прямо в упор, демонстративно шмыгнул носом. Паркинсон рядом что-то защебетала, но он даже не повернулся к ней, продолжая уничтожать тебя взглядом.

Твои друзья по факультету тут же зашептались:

— Т/И, почему Малфой смотрит на тебя так, будто хочет наложить Круциатус? Ты что-то сделала?

— Напомнила ему, что он обычный капризный смертный, — хмыкнула ты, с грохотом садясь за стол.

Ты схватила с блюда нож, со злостью отрезала кусок пирога и, повернувшись к Слизерину, одними губами произнесла ему: «Смотри не подавись, Малфой».

Драко лишь ухмыльнулся — дерзко, порочно, с явным вызовом. Он ленивым движением опустил руку под стол, но ты прекрасно поняла намек. В его глазах так и читалось: «Ночью ты была не такой смелой, барсук».

Напряжение между вашими столами буквально искрило, и это было только начало дня. Впереди вас ждала совместная сдвоенная Зельеварение в подземельях.

Подземелья Слизерина встретили вас привычной прохладой и полумраком, но сегодня здесь было душно от витающего в воздухе напряжения. Профессор Слизнорт, сияя от умиления, расхаживал между рядами.

— Итак, на сегодняшнем занятии мы займемся приготовлением Амортензии! Самого мощного любовного зелья в мире. И раз уж вы шестикурсники, я решил немного перетасовать пары, чтобы укрепить межфакультетские связи. Малфой, мистер Малфой, пересядьте к мисс Т/И. Уверен, ваш чистокровный перфекционизм и пуффендуйское упорство дадут идеальный результат.

Ты едва сдержалась, чтобы не застонать в голос. Драко поднялся со своего места с таким лицом, будто его заставляли пить гной бубонтюбера. Он не спеша перенес свои вещи за твой стол, с грохотом опустил медный котел и сел рядом, намеренно подвинувшись так близко, что его плечо плотно прижалось к твоему.

— Только попробуй испортить зелье, барсук, — процедил он сквозь зубы, открывая учебник. — Мне нужна высшая оценка, а не твои сопли в котле.

— Закрой рот и режь златоглазки, Малфой, — не осталась в долгу ты, с размаху вонзая нож в корень валерианы. — Или боишься, что Амортензия запахнет мной и ты наконец признаешь, что сошел с ума?

Драко лишь хищно ухмыльнулся, но промолчал.

Работа за одним котлом превратилась в изощренную пытку. Места за столом было мало. Стоило тебе потянуться за сушеными крыльями златоглазок, как твоя грудь коснулась его предплечья. Малфой замер, его дыхание на секунду сбилось. При каждом движении вы терлись плечами, бедрами, сталкивались пальцами, перехватывая друг у друга флаконы. Эта вынужденная близость била по нервам сильнее любого заклятия. От тепла его тела, смешанного с ароматом дорогого парфюма и мяты, у тебя кружилась голова.

Когда ты отвернулась, чтобы свериться с рецептом на доске, Драко решил, что пришло время для мести за утренний позор и ночной жест. Пока ты не видела, он ловким движением руки подсыпал в твою часть ингредиентов измельченный корень асфоделя — чуть больше, чем требовалось по инструкции. Это не должно было испортить зелье до взрыва, но обязано было вызвать сильный побочный эффект.

— Ой, — притворно удивился Малфой, когда котел вдруг исторг густой, розоватый пар, который окутал вас обоих плотным облаком. — Кажется, ты переборщила с огнем, Т/И. Какая неуклюжесть.

Ты вдохнула этот пар прежде, чем успела сообразить, что происходит. В ту же секунду комната поплыла. Запах Амортензии, который до этого был едва уловим, ударил в голову концентрированной волной. Для тебя зелье пахло морозным воздухом, дорогим шелком и той самой мятой. Запахом Драко.

Но самое страшное — Малфой тоже вдохнул этот модифицированный пар.

Его глаза мгновенно потемнели, зрачки расширились, стирая серую радужку почти полностью. Розовый туман скрыл вас от остального класса и Слизнорта, создавая иллюзию абсолютного уединения.

Драко резко сбросил маску ленивого аристократа. Под столом его ладонь накрыла твое бедро, пальцы больно и страстно впились в ткань юбки, подтягивая тебя еще ближе к себе. Его ударило встречной волной Амортензии, помноженной на асфодель — для него зелье пахло тобой, дикими травами и сладким ядом.

— Ты... — хрипло выдохнул он, наклоняясь к твоему уху, пока его рука медленно поднималась выше по твоему бедру, обжигая сквозь одежду. — Что ты сделала с зельем, чертов барсук? Почему меня от тебя штормит?

Твои мысли путались, тело разрывало от внезапного, дикого желания податься навстречу его рукам. Острый язык на секунду отказал, уступая место чистой страсти.

— Это ты... что-то подсыпал, — прошептала ты, хватая его за запястье под столом, но вместо того, чтобы убрать его руку, ты лишь сильнее прижала его ладонь к своему бедру. — Тебе мало было ночи, Малфой? Хочешь продолжения прямо на уроке?

— Хочу, — признал он с какой-то пугающей, темной честностью, прижимаясь своими губами к нежной коже на твоей шее прямо под волосами. — Хочу, чтобы ты заткнулась и позволила мне делать то, что я хотел сделать еще в три часа ночи.

Его свободная рука переместилась на твою талию, до боли крепко прижимая тебя спиной к своей груди под защитой стола и тумана. Вы оба балансировали на грани безумия, тяжело и прерывисто дыша друг другу в кожу, пока пар над котлом медленно не начал рассеиваться, возвращая вас в реальность переполненного класса.

Как только губы Драко коснулись твоей шеи, по телу пробежал опасный разряд электричества, грозящий полностью лишить тебя воли. Но пуффендуйское упрямство и врожденный инстинкт самосохранения сработали быстрее, чем дурманящий пар Амортензии окончательно затуманил твой разум. Твой мозг резко протрезвел, когда ты краем глаза заметила, что розовый туман над котлом начинает стремительно редеть.

Еще секунда — и Слизнорт или Паркинсон увидят, что творится за вашим столом.

Ты резко перехватила запястье Драко, которое он сжимал на твоей талии. Из последних сил борясь с накатывающей слабостью, ты со всей силы вонзила свои ногти в его ладонь, заставляя его отпрянуть.

— Пусти, Малфой! — прерывисто, но жестко прошептала ты, упираясь ладонями в его твердую грудь и изо всех сил отталкивая его от себя.

Драко, все еще находясь во власти дурмана, недовольно рыкнул. Его хватка на твоем бедре лишь ужесточилась, а в потемневших глазах вспыхнуло упрямое, дикое нежелание отпускать тебя. Он попытался снова потянуть тебя на себя, сокращая расстояние, но ты резко вскинула голову и со злостью ударила его локтем под дых. Не сильно, но достаточно, чтобы он от неожиданности сбил дыхание и ослабил хватку.

— Совсем крышу снесло? — процедила ты сквозь зубы, окончательно вырываясь из его рук и отодвигаясь на самый край стула. — Нас сейчас увидят!

Ты быстро схватила учебник по Зельеварению и с размаху опустила его прямо на стол между вами, воздвигая картонную баррикаду и разрывая всякий физический контакт.

Драко тяжело дышал, прижав ладонь к ребрам. Розовый пар окончательно рассеялся. Сумасшедший блеск в его глазах медленно сменялся осознанием того, что он только что чуть не натворил посреди заполненного класса. Его бледные щеки покрылись рваным румянцем, а челюсть сжалась так, что заходили желваки. Он встряхнул головой, откидывая серебряные пряди назад, и уставился на тебя со смесью ярости и глухого, уязвленного эго.

— Мисс Т/И, мистер Малфой! У вас все в порядке? — громыхнул над ухом голос подошедшего Слизнорта. Профессор с подозрением оглядел ваш котел. — Ваше зелье изменило цвет. Вы строго следовали рецепту?

— Все идеально, профессор, — чеканя каждое слово, произнесла ты, даже не глядя в сторону слизеринца. — Просто мистер Малфой случайно задел локтем ингредиенты. Больше этого не повторится.

Слизнорт удовлетворенно кивнул и пошел дальше. Как только он отошел, ты повернулась к Драко и посмотрела на него ледяным, торжествующим взглядом. Твой острый язык снова был при тебе.

— Еще раз распустишь руки на уроке, Малфой, и следующим, что я подсыплю в твой котел, будет порошок из когтей дракона. Обещаю, взрывом тебе оторвет твою аристократичную спесь, — прошептала ты.

Драко ничего не ответил. Он лишь сжал кулаки так, что побелели костяшки, и уставился в свой пергамент, делая вид, что тебя не существует. Но то, как бешено ходила ходуном его грудная клетка, выдавало его с головой. Он не забыл этот момент. И ты знала, что настоящая расплата ждет тебя вечером, когда вы окажетесь за запертой дверью вашей общей комнаты.